Беспокойно подёргивая хвостом, я оглядывалась по сторонам в поисках чего-то, что могло бы понравиться Люку. Сама я могла часами бродить среди бутонов и эльфов, вдыхая весенние ароматы и наслаждаясь тёплым летним солнцем. Но что в подобном месте могло прийтись по душе мрачному, суровому мужчине, который не знал в жизни ничего, кроме войны?

Мой взгляд упал на неприметную палатку, находившуюся между руинами двухэтажного ресторана и небольшим магазинчиком, похожим на коттедж. Оба здания пустовали, поскольку их ещё не успели восстановить после битвы, однако за прилавком стояла молодая златовласая эльфийка. Она испуганно озиралась, сцепив руки на талии, и провожала взглядом пробегавшую мимо толпу. Каждый раз, когда она собиралась кого-то окликнуть, она словно каменела, прикусывала губу и утыкалась взглядом в землю.

— Давай пройдём здесь, — предложила я, посмотрев на Люка.

Он пожал плечами, и мы вместе направились через площадь, перейдя по небольшому деревянному мостику ручей глубиной всего в несколько дюймов. Эльфийка подняла голову при нашем приближении; её пальцы побелели от напряжения, стоило нашим глазам встретиться. Её лавка была крошечной и потрёпанной, с растрескавшимися досками и соломенной крышей, которая едва защищала от солнца. Цветы были собраны в плетёные корзины - настоящее изобилие синих, белых и розовых оттенков.

— З-здравствуйте, — тихо выдавила она, избегая смотреть на нас.

— Что это такое? — спросил Люк, протянув руку и коснувшись одного из бутонов.

Он приподнял его, и оказалось, что это часть длинной цветочной гирлянды, стебли которой были вплетены в толстую зелёную лозу. Вся нить была пропитана магией жизни, защищающей её от увядания и непогоды.

Девушка подняла взгляд, и её глаза округлились. Она инстинктивно сделала шаг назад, и её губы приоткрылись в немом испуге.

— В-вы не эльфы! — заикаясь, пискнула она.

— Нет. Мы просто гости города, — ответила я как можно более мягким и успокаивающим тоном. Неужели она только сейчас заметила наши рога и хвосты?

— Демоны? Но я думала… я слышала… — Она сделала вдох, но дрожь в её голосе упрямо не проходила. — Чем я могу помочь вам сегодня?

— Для начала сделай ещё один вдох, — с улыбкой произнёс Люк, не скрывая своего весёлого настроя. — Мы пришли посмотреть на цветы, а не устраивать драку.

— В-верно! — пискнула она. — Простите, я просто… ничего.

— Ты здесь недавно? — спросила я.

Она принялась теребить волосы, по-прежнему не глядя на меня. Я прикусила губу и перевела взгляд на Люка.

Он откашлялся. — Так, эм, расскажи мне об этом. Что именно ты продаёшь?

В её глазах промелькнуло явное облегчение. — О, это? Это украшения для свадеб, похорон и прочих церемоний. Их можно развешивать на столах, заборах или под карнизами крыш.

— Ты сделала их сама?

Она кивнула. — Мы с мамой раньше… теперь осталась только я.

— У тебя шрам, — внезапно заметил Люк, нахмурившись. — Ты ведь столкнулась с жестокостью, верно.

Она вздрогнула, и её рука тут же взметнулась к запястью. Между пальцев я разглядела длинный, уродливый шрам, тянувшийся от самого запястья до локтя. Как я умудрилась не заметить такое сразу?

Она открыла было рот, но тут же закрыла его. Её глаза наполнились слезами.

— Что-то случилось? — мягко спросила я.

Она шмыгнула носом, пытаясь сдержать слёзы. — М-мама велела мне бежать… сказала, что встретит нас у колодца. Но она так и не пришла, и теперь остались только мы…

— Мы?

— Я и мои сёстры. Они ещё совсем маленькие, им нет и двадцати.

— Но вы ведь из Сильваруса, верно? Где здесь можно было столкнуться с битвой? — спросил Люк.

Лицо девушки осунулось, руки задрожали. — Это было… это неважно. Это случилось очень давно.

— Неделя это давно? — Люк скептически выгнул бровь.

Она уставилась на него. — Что? Как вы…?

Он кивнул на её руку. — Рана едва затянулась, и, судя по цвету, туда попала инфекция. Учитывая, что у тебя есть способности к магии жизни, всё произошло совсем недавно, иначе ты бы уже сумела полностью стереть этот след.

Её голос опустился до шёпота. — Я просто упала, вот и всё. На нас никто не нападал.

— Поздно отпираться, — фыркнул он. — Впрочем, это твоё дело, и раз ты не хочешь говорить, давить на тебя никто не станет. Пойдём, Хивия. Не будем её больше беспокоить.

— Подожди, — остановила я его. — Ты всё ещё в опасности? Тебе кто-то угрожает?

— Нет! — вскрикнула она. — Пожалуйста… пожалуйста, уходите. Всё в порядке.

— Не уйдём, пока я кое-что с этим не сделаю, — возразила я, протягивая к ней руку.

Она попыталась отшатнуться, и её глаза расширились, когда искра магии жизни сорвалась с моих пальцев и впиталась в её руку. Рваные края шрама зашевелились, стягиваясь и закрывая рану. Воспалённая краснота уступила место здоровой розовой коже. Через несколько секунд не осталось даже бледной полосы.

— Вы… знаете магию жизни? — потрясённо выдохнула она.

Я слабо улыбнулась. — Немного. Но не могла бы ты сохранить это в тайне? Вообще-то мне сейчас нельзя использовать заклинания.

— Я здесь, — сказал Люк, усмехаясь.

Я проигнорировала его реплику. — Ты уверена, что мы никак не можем помочь? Можешь хотя бы сказать, кто сотворил такое с твоей семьёй?

Она затрепетала, опустив исцелённую руку вдоль тела. Когда она подняла на меня взгляд, в её глазах читалась решимость, которой не было прежде.

— Моя мама была авантюристкой. Именно она обучила меня магии, — тихо призналась она. — Было темно, и их было много. Они утащили её, и отца тоже. Тогда-то она и велела мне бежать. Я подхватила Сильф и Эстлу, и мы побежали к колодцу. Но родители так и не вернулись.

В горле встал ком. Что можно сказать в такой ситуации?

— Они что-нибудь говорили? Были какие-то зацепки, указывающие на то, кто они? — спросил Люк.

Она покачала головой, вновь опустив взгляд. — Нет. Но они упомянули что-то про багровый рассвет. Но ведь стояла ночь. Это не имеет никакого смысла. Хоть бы она уже поскорее вернулась.

— Багровый рассвет? — переспросила я, и мой хвост замер. Это слово отозвалось в самой глубине моей души, и моя аура встрепенулась впервые с тех пор, как Селена совершила прорыв. В глазах заплясали звёзды, и череда образов, больше похожих на речь души, чем на обычное видение, хлынула мне в разум. Девушка испуганно пискнула, когда золотая дымка вокруг меня сгустилась, став отчётливо видимой даже при ярком утреннем солнце.

— Хивия? Ты знаешь, что это значит? — спросил Люк, в его голосе прорезалось беспокойство.

Я замялась, дожидаясь, пока золотая дымка рассеется, и посмотрела на эльфийку. — Мне… знакомо это название. Твоя мама, должно быть, очень смелая женщина. Ты говорила про сестёр, но как зовут тебя саму?

— Верса, — прошептала она.

— Верса, красиво — сказала я, выдавив улыбку. — Верса, послушай меня очень внимательно. Сегодня вечером тебя кто-то найдёт, но ты можешь ему доверять.

Она уставилась на меня круглыми от недоверия глазами. Я вздохнула, потирая рог.

— Знаю, ты мне не веришь, но у него к ножнам будет привязана багровая лента. Я ничего не могу обещать, но если ты пойдёшь с ним, то, возможно, снова увидишь своих родителей.

— Вы правда так думаете? — спросила она.

Я кивнула, и она затихла, а её губы слегка задрожали.

— Люк, мы можем взять одну из этих гирлянд? — повернулась я к нему.

Он моргнул, удивлённо уставившись на меня. — Сейчас? После всего этого?

— Они чудесные, и я бы хотела повесить одну у себя в комнате, если ты не против.

Он коснулся своего пространственного кольца и достал небольшой кошель. — Я выпросил немного монет у Анринта, так что нам должно хватить. Сколько с нас?

Верса вздрогнула, когда он обратился к ней, и испуганно вскинула голову. — Что?

— Сколько стоит вот эта? — Люк указал на цветы, которые приподнял из корзины, когда мы только подошли.

— О, эм, пять серебряных, — нерешительно ответила она.

— Вот, держи семь, — Люк отсчитал монеты. — Понятия не имею, насколько это ценно для вас, но надеюсь, ты сможешь купить что-нибудь хорошее для своих младших сестёр. Береги их, пожалуйста.

Она забрала деньги, сжав их в кулаке и прижав к груди. — Всегда. И… спасибо вам. Даже если вы демоны. Вы кажетесь хорошими людьми.

Когда лавка Версы осталась позади, Люк наклонился ко мне и прошептал. — Что это сейчас было? Ты что-то увидела?

— Вроде того. Такое уже случалось раньше, например, когда я встретила наследного принца Блэксенда или когда увидела одного из эльфов, тренирующихся в поместье Уайтмарш. Есть те, кому суждено оставить свой след в судьбе, собрать воедино осколки мира, которые мы оставим после себя. Думаю, она одна из них. Хотя это зависит от того, что произойдет дальше.

— В каком смысле?

— В том смысле, что для её роли Сильварус должен выжить. А после всего случившегося я боюсь, что этого не произойдёт. Они должны были прислушаться к Элис. Прорыв Селены должен был хоть что-то изменить. Но они просто не хотят, чтобы их спасали.

Мой голос дрогнул, и Люк замедлил шаг. Он взял меня за руку и развернул к себе.

— Хивия, я говорил это раньше и повторю снова. Я буду говорить это столько раз, сколько потребуется, чтобы ты мне поверила. Я не собираюсь уничтожать это место если только они сами меня не вынудят. И теперь, побывав здесь и увидев простых людей, не правителей, не великие дома, а обычный народ, я вообще не уверен, что хочу этого.

— А что, если они причинят мне боль? — робко спросила я.

Он напрягся, его глаза сузились. — Ты хочешь сказать, что они собираются это сделать?

Я покачала головой. — Нет.

Напряжение тут же спало, словно развеянное ветерком, и он снова расслабился. — Тогда не о чем беспокоиться. Но запомни мои слова: я не позволю никому причинить тебе вред.

Он открыл было рот, собираясь сказать что-то ещё, но внезапно замер, и его хватка на моей руке резко усилилась. Прежде чем я успела хоть как-то среагировать, он дёрнул меня в сторону. Я споткнулась и полетела вслед за ним прямо в открытый дверной проём, оказавшись в вестибюле какого-то магазинчика. Перед глазами всё поплыло, но краем глаза я успела заметить хищный блеск стали и яростную вспышку ауры шестого уровня.