— У нашего братана-монаха хоть волос и нет, зато на хороших людей везет.

Бэкатак поправил снаряжение и протянул Аймусу руку.

— И где ты только откопал такого охрененного мага? Кстати, а где Каэлин и Гершель?

Это были друид и маг из старого отряда Аймуса.

— Они мертвы.

— Что…

Бэкатак слегка опешил, но быстро взял себя в руки.

— Понятно…

Смерть в Лабиринте — дело обыденное.

— Выходит, я так и не смог их спасти. Помню только, как рванул в Лабиринт, а дальше…

— Нет. Ты спас меня, — перебил его Аймус.

— Да?

— А я бросил тебя и сбежал.

— …

— Бэкатак. Ты стал Боссом комнаты с выходом.

— Я? Я был Боссом выхода?!

— Да. На твоем лбу до сих пор красуется Метка Хозяина Лабиринта.

Даже после того, как он умер, стал нежитью, был погружен в Вечный покой и, наконец, воскрешен — клеймо никуда не исчезло.

Бэкатак растерянно ощупал свой лоб.

— Ты первый и единственный случай, когда Одержимый авантюрист стал Боссом, а потом вернулся к жизни, — произнес монах.

— …Быть не может.

— И тем, кто убил тебя в форме Босса, был Калеб.

— …!

— А затем он превратил тебя в нежить, нашел это место и воскресил.

— Эй, стоп, тормози! Кажется, мне нужно охренеть как много всего переварить, но давай не здесь! — заорал Бэкатак. — Сначала валим! Вы же сами сказали, что облака продержатся еще секунд десять!

— Да! Потому я и говорю это именно сейчас! Времени нет! Бэкатак! Слушай меня внимательно! — Аймус мертвой хваткой вцепился в его плечи. — Вступай в отряд Калеба!

Карьера Бэкатака как авантюриста, скорее всего, была окончена.

Почему? Да потому что у него на лбу сияет Метка Хозяина Лабиринта.

Потому что в его резюме теперь числится строчка «Был Боссом выхода».

Кто знает, какие аномалии может вызвать эта метка во время экспедиций?

Ни один нормальный авантюрист не возьмет на себя такой риск. Особенно на нижних этажах.

— Но Калеб сможет с тобой справиться.

И доказательством тому служил тот факт, что этот маг без колебаний взялся за столь безумный проект и, благодаря своим поразительным знаниям и лидерству, довел его до конца.

— Поэтому ты должен присоединиться к нему!

— …

— Понял меня? А теперь уходим. Используй «Теневой скачок».

— Что-то ты с возрастом совсем странным стал, братан…

Бэкатак крепко схватил монаха за запястье.

Телепортация опытного вора не знает осечек.

«Теневой скачок!»

КРА-А-АХ!

Задняя дверь собора разлетелась в щепки. Трясущийся от ярости Хранитель Упокоенных Душ вскинул посох.

Фьют-т-ть!

Стражи Границы, которых смело потоком электрической реки, снова начали подниматься.

Грозовые облака уже рассеивались. Время действия Земляной стены истекло, и дамба рухнула.

Но даже если Стражи и монстры бросятся в погоню, будет слишком поздно.

— Аймус и Бэкатак вернулись!

Отряд Калеба уже стоял перед вратами.

— Прыгаем!

***

Примерно в километре к югу от гильдии авантюристов в городе Сохен.

Миновав банк и свернув в переулок рядом с ресторанной улочкой, можно было выйти к плотно прижатым друг к другу жилым домам.

У одного из таких старых домов стояла миссис Реник, встречая гостя.

На её спине мирно посапывал младший младенец.

— Мошенник?

Речь шла об амулете.

Миссис Реник купила защитный кулон у "могущественного шамана" на черном рынке, которого ей порекомендовал родственник мельника.

Амулет, который якобы активирует защитную магию 3-го ранга при смертельной опасности. Артефакт, который даже блокирует проклятия и пользуется огромным спросом у авантюристов 3-го и 4-го этажей.

Для миссис Реник, сводящей концы с концами и растящей троих детей, 450 золотых были колоссальной суммой, но она решилась на эту покупку.

Потому что её муж, чьи лучшие годы остались далеко позади, снова собирался спуститься в Лабиринт.

Она надеялась, что это хоть как-то поможет ему выжить.

Кто же знал, что всё это время её жестоко обманывали.

— Стража Сохена уже арестовала его и конфисковала всё имущество. Это золотые монеты, которые вы ему отдали. 450 золотых. Верно?

Стражник протянул ей увесистый кошель.

— Вот. Мы возвращаем их вам. А где сам амулет?

— Я отдала его мужу.

— А где ваш муж?

— Он спустился в Лабиринт.

— Когда он вернется, нам нужно будет изъять амулет как улику. Пожалуйста, попросите его зайти в управление стражи.

— Да, спасибо вам.

Проводив стражника, миссис Реник вернулась в комнату с мешочком золота в руках.

— Мама, ма-а-ам.

Младший еще ничего не понимал, а вот средний в последнее время звал её раз по сто на дню.

— Да, мой хороший.

Она обняла ребенка и через силу улыбнулась.

Дети всегда чувствуют тревогу матери.

Старший ребенок, казалось, уже раскусил, что её улыбка фальшивая.

И всё же миссис Реник продолжала улыбаться.

Только так она могла хоть немного унять разрывающую сердце тревогу.

***

— Мы живы!

Первый этаж Лабиринта.

Прямо перед секретной лестницей, ведущей на 1.5 этаж.

Восемь авантюристов собрались вместе, радостно ликуя.

— Мы сделали это! — Йернил прыгала от счастья.

Врата, из которых они только что вышли, начали стремительно угасать. Как и любые врата в комнатах с боссами.

Зеленый, желтый, красный… а затем они просто исчезнут, если в них больше никто не войдет.

— Поверить не могу, что мы реально выбрались из этого ада живыми.

Хафлинг-арбалетчик Ремус честно признался себе, что будучи запертым в соборе, уже мысленно попрощался с жизнью.

— Мы даже Астина вытащили!

Для варвара Грэга возвращение старого боевого товарища было важнее всего на свете.

— Калеб! Я по гроб жизни у тебя в долгу!

Поначалу хафлинг наотрез отказывался отдавать командование магу-новичку с первого этажа, но теперь его мнение развернулось на 180 градусов.

— Давай к нам в отряд! А, маг?! — варвар схватил Калеба за плечи и принялся радостно трясти.

— Нельзя! — тут же возмутилась Йернил.

— Ну, я, конечно, застал только самый финал… — дварф-маг Астин задумчиво погладил бороду. — Но даже этого хватило, чтобы понять. Похоже, именно ты, парень, дирижировал всем этим безумием в соборе?

— Это он спас твою шкуру, идиот! Это он отправил эльфийку за тобой! — гаркнул хафлинг.

— …

Вообще-то, ради справедливости стоило отметить, что свиток воскрешения предоставил Бернард, но…

Ящер-паладин культа Натаниэль чувствовал себя абсолютно подавленным всем произошедшим с момента их встречи в Убежище душ.

«Как такое вообще возможно?»

Если сравнить чистую боевую мощь, отряд Бернарда и отряд Калеба были примерно на одном уровне.

Но какова была их реальная эффективность?

Разработать тактику, обрушить крышу, парализовать врагов ливнем и молниями — всё это сделал Калеб.

Держать оборону, выигрывая драгоценное время в авангарде — монах Аймус.

И даже спасение павшего товарища из команды Бернарда — заслуга лучницы Йернил.

Можно смело сказать, что всю грязную работу сделал отряд Калеба.

Приказ храма гласил: «Убедись в существовании системы сохранения душ в Лабиринте и принеси доказательства».

Причем независимо от воскрешения Бэкатака.

Это была невыполнимая миссия, но она увенчалась успехом. У них было живое доказательство — Астин.

Но мог ли Бернард сказать, что это он выполнил миссию?

Что он вообще сделал в этом походе?

— …

Бернард погрузился в пучину самоедства. Он вспомнил тот день, когда пришел к Калебу на собеседование.

Тогда Калеб выбрал не его. Он выбрал монаха.

Монаха, который не владел ни одним навыком, который просто был тупо сильным, монаха, который числился худшим неудачником в гильдии.

Может, тот факт, что Натаниэль закрыла для него дверь в отряд Калеба, означал не запрет на участие в воскрешении Бэкатака?

«Это потому, что я слаб и некомпетентен».

Бернард остро осознал эту горькую правду.

Отряд Калеба был монолитом. И монах на деле оказался куда более крутым бойцом авангарда, чем он…

— Аймус!

Глаза Бернарда расширились от ужаса.

Дыхание монаха внезапно стало прерывистым и хриплым.

Его лицо побледнело, став похожим на маску Стража Границы.

— Ха-а… Ха-а…

Аймус судорожно глотал воздух, схватившись за лодыжку.

За ту самую лодыжку, за которую его схватил Хранитель.

— Какого…

Я бросился к нему.

— Что случилось? Что с ногой?!

Я задрал штанину Аймуса.

И увидел метку, которую Бернард тоже узнал с первого взгляда.

Луч Разложения.

Некромантия 3-го ранга.

Проклятие, которое по истечении определенного времени заставляет сердце жертвы гнить, неминуемо приводя к смерти.

***

В какой момент?

Я не мог ошибиться. Я всё время держал в уме эту самую смертоносную магию Хранителя Упокоенных Душ.

Если бы он скастовал её, я бы точно заметил.

Когда я отвел взгляд?

Только один раз.

Когда отвернулся к Бэкатаку и заорал, чтобы он достал кинжал из моего рюкзака.

Твою мать.

Только сейчас до меня дошло: место, пораженное некромантией — это правая лодыжка. Та самая, которую держал этот ублюдок Хранитель.

Всё ясно.

В тот момент, когда Бэкатак выпрыгнул с кинжалом, Хранитель попытался ударить в него магией на опережение.

Но в руке, державшей посох, всё еще была зажата лодыжка Аймуса.

Поэтому заклинание всадилось прямо в неё.

Нет, ну серьезно.

Безумный ты старик.

— Почему вы молчали до сих пор…

Я так и знал — такой охренительный смертельный флаг повесил, да еще какой!

— А какой был смысл говорить?

Аймус тяжело дышал.

Опухоль на его лодыжке стремительно разрасталась, некроз пожирал плоть на глазах. Почерневшие, отравленные вены вздулись под кожей.

ХЛЮП!

А затем начали лопаться.

Кровь ручьем хлынула по его телу.

В таком состоянии счет его жизни шел уже на «секунды».

— Аймус…

Атмосфера в обеих командах мгновенно стала как на поминках.

Йернил уже захлипала, давясь слезами.

— Не смешно…

Бэкатак схватил монаха за грудки.

— Хватит прикалываться! Ты же только что прыгал по крыше, как кузнечик! Что за херня?!

— Просто тогда… — Аймус через силу улыбнулся. — …мне чудом хватило сил прыгнуть.

— …

— Аймус…

— Эй, ящерица! Сделай же что-нибудь! — хафлинг в отчаянии затряс Бернарда. — Ты же паладин! Ты же умеешь лечить!

— Я…

Бернард бессильно опустил голову.

— Такое проклятие мне не исцелить.

— …

— Бэкатак, — Аймус, с трудом переводя дыхание, позвал вора. — Не забудь то, о чем я тебе говорил.

— Братан, не надо…

— И Калеб, — он повернулся ко мне. — Спасибо вам огромное. Вы лучший маг, которого я когда-либо встречал.

— …

— Ха. А этот кулон…

Аймус слабо усмехнулся, сжимая в руке свой амулет.

— Я так и знал, что это фальшивка… Какая же она у меня наивная, повелась на слова мошенников.

— …

— Я должен был…

Аймус закрыл лицо рукой, в которой сжимал кулон.

— Я должен был остаться с ней…

Слезы потекли по цепочке амулета. Капилляры в его глазах лопнули, окрасив слезы в красный цвет.

— Калеб, отдайте этот кулон ей… И передайте, что мне очень жаль…

Аймус выдавил из себя это жалкое подобие предсмертной речи.

Но здесь была не игра. Реальность внесла свои коррективы.

— Его сердцебиение…

Иногда Акустическое восприятие — это не дар, а сущее проклятие.

— Оно замедляется.

Слышать то, чего слышать не хочешь, слишком ясно.

Йернил вцепилась в мою руку и горько зарыдала.

— Аймус, — Бернард опустился перед ним на колени.

Низкоранговый паладин, не способный исцелить проклятие. Паладин, не способный удержать авангард. Паладин, не способный сопротивляться зловонию. Паладин, бросивший товарища умирать.

Самый бесполезный и никчемный паладин Бернард мог сделать лишь одно.

— Я… буду молиться за вас.

Он благоговейно положил руку на лоб Аймуса.

— Простите меня за те слова на собеседовании.

Бернард всё-таки расплакался.

— Вы — величайший монах. Мне до вас как до звезд… Простите меня. Аймус…

***

Думай. Думай. Думай.

Думай, черт возьми. Он еще не мертв.

Когда умирает персонаж, пораженный Лучом Разложения?

Через N-ное количество случайных ходов начинается некроз, а через 1 ход после этого сердце отмирает, артерии лопаются, и наступает смерть.

Сколько осталось до этой стадии? Секунд 10?

Что у нас есть?!

Пара бесполезных зелий исцеления и регенерации. Спец-стрелы, рационы и прочий мусор.

А что выпало с мародеров Салли?!

Ядро боевой куклы, снаряжение зверолюда, кинжал, граната и…

Что упало с самой Салли?!

Один свиток и один эликсир.

Погодите-ка.

Они же…!

— БЭКАТАК!

Я судорожно разорвал свой рюкзак и выхватил эликсир.

— Пей!

— Ч-что это? Зачем?

— Нет времени! ПЕЙ, КОМУ ГОВОРЯТ!

В панике я сорвался на крик.

Ошарашенный Бэкатак послушно схватил флакон и влил его в себя.

— ЙЕРНИЛ! БЭКАТАК! ЗА МНОЙ!

Я схватил Аймуса, который уже одной ногой стоял в могиле, и потащил его…

Прямо к краснеющим, готовым вот-вот закрыться вратам 1.5 этажа.

— КАЛЕБ! ВЫ С УМА СОШЛИ?!

Оставив позади вопль обезумевшего от ужаса Бернарда, мы вчетвером снова нырнули во врата.

***

Это было на тоненького.

Я про тот самый момент, когда Аймус испустил дух.

Если бы он умер снаружи, это был бы конец. Но на 1.5 этаже действуют другие правила.

В руинах разрушенного собора, посреди всего этого хаоса…

Вспыхнул свет!

В одном из уцелевших Сосудов души мягко загорелось зеленое свечение.