Где-то у подножия заснеженной горы на 3-м этаже.

Одинокий вор со всех ног улепетывал от Лоскутного зомби — гротескного шестирукого монстра, сшитого из трех трупов.

— Ы-ы-ы-ы…!

— Что-что? На 5-й этаж хочешь? На 5-й? На 5-й?

— Ан… то… нелли…

Лоскутный зомби обладал чудовищной силой, но скоростью похвастаться не мог.

Конечно, Бэкатак тоже терял в скорости из-за того, что его ноги вязли в глубоком снегу, но эта же проблема касалась и монстра.

Ведь это Франкенштейн, слепленный из мертвых авантюристов, а не местный, привыкший к снегам хищник.

— Слишком легко.

Легенда первого этажа. Супер-новичок, которого засыпали офферами лучшие команды со второго этажа.

Талант, который был лично завербован Калебом и чью душу жаждал заполучить сам Хозяин Лабиринта.

Единственный авантюрист в мире, у которого в резюме в графе «Опыт работы» значится: «Одержимый Босс выхода».

Мистер Бэкатак собственной персоной.

— Сюда иди, уродина!

Он звонко захлопал в ладоши, привлекая внимание Лоскутного зомби.

— ГР-Р-О-О-О!

— Хороший песик.

Как только дистанция между ними превышала метров тридцать, или если погоня затягивалась дольше ста метров, Лоскутный зомби терял интерес и пытался развернуться обратно к горе.

«Наверное, инстинктивно пытается защищать своего Лича».

Вполне возможно.

Но Бэкатак не собирался его отпускать. Сила этого монстра выходила за рамки понимания.

«Старшой не просто так поручил мне увести его. Эта тварь сломала бы нам всю стратегию».

Это была критически важная миссия. Даже полноценная группа с 3-го этажа десять раз бы подумала, прежде чем связываться с Лоскутным зомби. А тут — задача уничтожить его в соло.

Работа для профи. А не для всяких там эльфиек, возомнивших себя рейнджерами, которые только и умеют, что отсиживаться в тылу и строчить записки.

— Не извольте беспокоиться, старшой. Я разберу эту тварь на запчасти.

Бэкатак швырнул в Лоскутного зомби камень, снова стягивая на себя агро.

Нужно дотащить его до нужной точки.

«Масляная ловушка».

Калеб четко сказал ему: «Тащи к Масляной ловушке!»

И Бэкатак сразу понял, о чем речь.

Другие, может, и не заметили бы, но его воровской навык «Острый глаз» буквально кричал: прямо по курсу замаскирована западня.

Провалишься туда — и скользкое от масла дно и стены не дадут тебе выбраться. Говорят, Ледяные охотники обожают доставать оттуда свежих авантюристов и жрать их живьем, как сашими.

— Иди сюда, уродина. Утю-тю-тю!

Бэкатак легко перемахнул через ловушку и, оказавшись на другой стороне, снова захлопал в ладоши.

Но…

— Гр-р-р-р…

Лоскутный зомби, до этого послушно плетущийся следом, вдруг замер перед самой ямой.

Монстр подозрительно покосился на гору.

А затем…

— Эй, ты куда!

Монстр развернулся на 180 градусов и зашагал обратно.

Щелк!

Бэкатак кинул в него еще один камень, но зомби его просто проигнорировал.

— Да вы издеваетесь… Ладно, сами напросились.

Чтобы вернуть агро этого мясного голема, Бэкатак решил пустить в ход запрещенный прием. Свой коронный скилл, которым он, выросший в трущобах, выводил из себя сотни отморозков.

«Батина шутка» в стиле подворотен.

— Эй, слушай, а твоя мамка…

— …

Монстр остановился и слегка повернул головы.

— Ей, наверное, тяжко пришлось, а? Сразу и с эльфом, и с орком, и со зверолюдом кувыркаться-то…

— ГР-Р-Р-Р-О-О-О!

Сработало! Против такого грязного трэш-тока никто не устоит!

— Смотрю, тут еще и мертвечиной попахивает. Ты вообще кто по крови? Четверть от каждого вида, или орка всё же больше?

— АН… ТО… НЕЛЛИ…!

— А этот Антонелли, он что, ваш сутенер?

Хотя у этого куска гниющего мяса не было интеллекта, чтобы понять смысл слов, интонации и издевательского тона Бэкатака хватило с головой. Ну или просто агро перевалило за критическую отметку.

Монстр с яростным ревом рванул на вора…

БА-А-АХ!

И с грохотом провалился под снег, угодив прямиком в Масляную ловушку.

— Задание выполнено, старшой!

Бэкатак, ухмыляясь, метнул в яму свой кинжал.

Лезвие, зачарованное на огонь, мгновенно воспламенилось от удара. А учитывая, что всё дно и стены ловушки были обильно залиты горючим маслом, зомби отправился прямиком на гриль.

— ГР-Р-О-О-О-О-О!

Из ямы донесся душераздирающий вопль сгорающего заживо монстра. Столб пламени взвился вверх, как от огромного костра.

— Ух, тепленько.

Бэкатак протянул руки к огню, грея замерзшие пальцы.

— Ладно, дождусь, пока он прожарится, и пойду обратно. Надеюсь, у ребят там всё норм.

В этот самый момент…

Со стороны плато к Бэкатаку бросилась толпа людей.

Это были выжившие авантюристы 3-го этажа.

Выглядели они просто отвратительно.

— П-помоги… спаси нас…

Остатки различных отрядов, перемолотых Волной монстров, сбились в кучу, образовав жалкую толпу из пятнадцати человек.

Ни у кого из них не было защиты от холода.

Кто-то потерял своего мага, кто-то — жреца или согревающий артефакт.

Некоторые уже находились в состоянии Безумия, бормоча бред.

— Огонь!

— Там огонь! К огню!

— Ы-ы-ых…

Люди, чьи почерневшие от обморожения конечности уже начали отмирать, из последних сил бежали к Масляной ловушке.

— Тепло…!

Строго говоря, мороз 3-го этажа — это магическое проклятие Лабиринта, поэтому обычный костер от него не спасет.

Он может лишь дать временную отсрочку.

Однако, оказавшись рядом с Бэкатаком, они почувствовали, как холод отступает по-настоящему.

А вместе с ним уходит и пелена Безумия.

И тогда несколько человек поняли причину.

— Э-это же… «Шлем с факелом»?! — вытаращил глаза эльф-маг, узнав артефакт на голове Бэкатака.

— Ага, он самый.

Для этих отчаявшихся смертников шлем был настоящим маяком надежды. Лучшим светом в конце тоннеля.

Их лица исказила гримаса отчаянной мольбы.

— У-умоляю… позволь нам пойти с тобой!

— Мы будем тише воды, ниже травы! Только не прогоняй!

— Тебе же тоже опасно одному! Вместе у нас больше шансов!

— Спаси… умоляю, спаси нас.

Со всех сторон посыпались мольбы, обещания и уговоры. Некоторые падали на колени, истерично потирая руки.

— У нас нет защиты от холода…

— Мы заплатим! Любые деньги!

Для этих тяжелораненых, балансирующих на грани жизни и смерти людей, Бэкатак со своим шлемом был единственным билетом в жизнь. Они вцепились в него мертвой хваткой.

Бэкатак неловко почесал щеку.

— Ребят, всё это, конечно, здорово, но я вообще-то возвращаюсь на гору.

Толпа мгновенно затихла. Лица исказились в ужасе.

— Т-ты хочешь пойти к Стеле?

— Совсем спятил?! Она же кишит монстрами!

— Это верная смерть!

— Воу, воу, притормозите, — Бэкатак поднял руки, успокаивая их. — Я не умирать иду. Там, на вершине, сейчас кое-кто собирается активировать эту Стелу.

Он вкратце обрисовал им ситуацию.

— Врата на 2-й этаж забиты монстрами. Выходы, скорее всего, тоже. Спускаться на 4-й — такое же самоубийство. Так что, кто готов рискнуть и пойти со мной к Стеле?

— Псих…

Никто не двинулся с места.

— Никто в истории еще не смог разгадать шифр на Стеле 3-го этажа, а ты несешь этот бред…

— И даже если он разгадал, как он её активирует, если там всё забито тварями?!

— А кто этот ваш тактик вообще такой?

— Калеб?

— Кто такой Калеб?

Толпа загудела, осыпая вора вопросами и обвинениями.

— Да так, один новичок, недавно прославился на 1-м этаже.

— Новичок с первого?! А что он забыл на третьем?!

— Мы просто скипнули 2-й этаж.

— Совсем кукухой поехали?!

— Идиоты! Вы думаете, Лабиринт — это шутка?!

— Наш единственный шанс — сидеть здесь и ждать спасателей из Гильдии!

И в этот самый момент шквала обвинений и насмешек…

— Смотрите! Туда! — истошно завопил кто-то, указывая на вершину горы.

От Стелы исходило ослепительно белое свечение, похожее на бурлящую пену или магическую ауру.

Это было похоже на лавину, только состоящую из чистого света. И она несла не смерть морозную, а нечто иное.

— О, боги…

Несмотря на огромное расстояние, маги и жрецы в толпе физически ощутили эту подавляющую, сокрушительную магическую мощь. У них по коже пошли мурашки.

— Это… магия Стелы.

— Стела активирована!

Все потеряли дар речи.

— Не может быть…

Неужели этот первокурсник, для которого это всего лишь третий рейд в Лабиринт, действительно совершил невозможное?

Что, черт возьми, произошло на этой горе?!

БА-БА-А-АХ!

Земля содрогнулась.

Исполинская волна белого света с невероятной скоростью хлынула с вершины горы, растекаясь по всему этажу, словно бушующий шторм.

Но масштабы этого шторма не поддавались осмыслению.

Абсолютная магия 10-го ранга, скрытая в Стеле, при активации накрывает всё доступное пространство этажа.

Она пронеслась по склону, окутала Масляную ловушку, ворвалась в распахнутую Комнату Сокровищ, затопила старую Комнату с выходом, ударила во врата на 2-й этаж и спустилась к лестнице на 4-й. Она накрыла все новые орды Волны монстров и все укромные уголки, где прятались выжившие авантюристы.

Световая волна не оставила ни единого слепого пятна на всем 3-м этаже. Магия накрыла абсолютно всё.

***

Там, где пронеслась световая волна, в воздух поднимались струйки дыма.

Это было всё, что осталось от монстров.

Попав под «Искоренение Зла», и Снежные волки, и Ледяные охотники просто испарились. От них не осталось даже пепла.

Словно выжженная после лесного пожара пустошь, вершина горы курилась дымом. Как будто здесь никогда и не было никаких монстров.

«Искоренение Зла» буквально стерло сам факт их существования.

Всё поле боя выглядело так, словно кто-то прошелся по нему магией «Полировка», стерев всю грязь.

А затем на вершину опустилась звенящая тишина.

Гнетущее, пустое безмолвие, какое бывает после того, как отбушует разрушительное цунами.

— В… всё? Конец?

Гадозми, в ужасе распластавшийся на снегу, осторожно поднял голову.

Обзор был идеально чистым. Светящаяся волна смела даже «Стену бедренных костей».

Она не оставила ничего, что было связано с монстрами.

— Закончили, — ответил Калеб.

Он уверенно шагал сквозь рассеивающийся дым.

— Идем.

Осталось убить Лича.

***

Если представить, что Лабиринт — это огромный кишечник демона, а Волна монстров — это массированная воспалительная реакция на 3-м этаже, то магия Стелы — это мощнейший антисептик.

Что-то вроде того, как залить кровоточащую язву перекисью водорода и выжечь там всё дотла.

Весь 3-й этаж был стерилизован. «Искоренен».

И тем не менее, два монстра всё еще были живы.

«Одержимые авантюристы Антонелли и Гильдал».

Даже в игре такие ребята почему-то были невосприимчивы к магии Стелы.

Почему так?

Даже со всеми своими баффами они не сильнее обычных Боссов 3-го этажа. А магия 10-го ранга способна за секунду стереть в порошок сотню таких Боссов.

Как они выжили?

«Вероятно, дело в том, что Стелы созданы жителями Межэтажных городов».

А эти жители — не монстры.

Они, скорее, бывшие авантюристы, которых поглотил Лабиринт.

Доказательством тому служит сама Стела: если её не трогать, она вызывает лавину, чтобы защитить себя от захвата монстрами.

Стела — это оборонительный механизм, созданный коренными жителями Межэтажья для защиты от чудовищ.

А как эти создатели воспринимают Одержимых авантюристов? Как монстров или как таких же бывших авантюристов?

Ответ — второе.

И я догадываюсь почему.

«Потому что сами жители Межэтажья — это тоже Одержимые».

Разве могли такие могущественные сущности, способные создавать магию 10-го ранга, не привлечь внимание Хозяина Лабиринта?

Организации, обитающие в глубинах, вроде Ордена Черного Железа или Альянса Серебряных Кинжалов, выглядят подозрительно по-человечески и используют вполне «авантюристские» навыки.

Еще во времена игры ходило множество теорий об их истинной природе.

Возможно, эти элитные мобы — и есть выходцы из Межэтажных городов.

Именно поэтому Стела, чтобы случайно не уничтожить «своих», не трогает Одержимых авантюристов.

Конечно, это всего лишь теория, но факт остается фактом: Антонелли и Гильдал всё еще здесь.

Хотя нет.

«Гильдал… уже на последнем издыхании».

Когда мы вернулись к первому склону, перед нами предстала печальная картина.

По крайней мере, ублюдок-Лич лишился своей армии нежити, и его издевательская ухмылка стерлась с лица. Это радовало.

— Гр-р-р…

Гильдал был в критическом состоянии.

Он тяжело опирался на ледяную скалу, а его тело было утыкано бесчисленным количеством стрел и ледяных копий.

В отличие от Хидзикаты, Аймуса, Гадозми или Союль, сохранивших рассудок и способных держать дистанцию, Гильдал бросился в гущу врагов, впитывая весь урон своим гигантским телом.

«Ты отлично поработал. Теперь отдохни».

На самом деле, то, что Гильдал выбыл из боя — это даже к лучшему.

Теперь, когда мелкая нежить уничтожена, мы сможем без проблем завалить Антонелли и сами.

— Калеб!

Хидзиката и Аймус не решались атаковать парящего в небе Лича, используя Гильдала как живой щит.

— Этот ублюдок не спускается на землю! — крикнул Аймус.

Монах был прав — Лич просто завис в воздухе, наблюдая за нами свысока.

«Ждет, пока Гильдал сдохнет».

А когда тот умрет, Лич поднимет его как нежить и натравит на нас. Поэтому он берег ману и не лез на рожон.

В воздухе достать его могла разве что Союль, но её «Лисьих огней» не хватит, чтобы убить Лича.

Как, впрочем, не хватит и моих заклинаний, и стрел Йернил.

Причина кроется в пассивной способности Лича — «Регенерация нежити». Если не влить в него колоссальный бурст-урон за один ход, он просто восстановится.

— Слушайте внимательно.

Но есть способ обойти эту регенерацию.

— У Лича есть «Филактерия» — его Сосуд Жизни.

Это классическая уязвимость любого Лича в десятках D&D-подобных фэнтези-вселенных. И «Бездна Лабиринта» не стала исключением.

— Скорее всего, она спрятана внутри его тела.

Если разбить Филактерию, регенерация Лича остановится.

Получив критический урон, он рухнет на землю. И тогда мы сможем легко добить его.

Но есть одна проблема. Филактерия размером не больше фаланги пальца, и снаружи абсолютно непонятно, где именно в теле Лича она находится.

Однако у нас есть способ её найти.

— Союль.

Очень жестокий способ.

— Отследи душу Гильдала.

— …

Все замерли. Лица авантюристов исказились от ужаса.

Они поняли.

Они поняли, что произойдет, если мы найдем и уничтожим эту цель.

Да, душа Антонелли будет уничтожена, и Лич умрет. Но вместе с ней… будет уничтожена и душа Гильдала.

Гильдал исчезнет. Навсегда.

Он умрет от кровопотери прямо здесь и сейчас, и это будет конец.

Он больше никогда не сможет воскреснуть.

Точно так же, как невозможно воскресить Ависона, если его тело будет слишком сильно повреждено, и «Сохранение души» развеется.

Физические раны можно залечить, но потерянную душу не вернуть ничем.

— Калеб…

Голос Йернил дрогнул, в нем зазвучали слезы.

— Другого выхода нет.

Филактерия — это не Сосуд души. Она не сохраняет души в безопасности, она их просто удерживает для магии Лича.

Душу Гильдала, застрявшую внутри, уже не спасти.

В который раз убеждаюсь…

Я попал в по-настоящему дерьмовый мир.