Вслед за дварфом мы вскоре выбрались из северной башни и направились прямо в Хенолур.

Войдя в город, я заметил, что по сравнению с тем, что было раньше, здесь стало намного тише.

Оживление, окутывавшее город, когда я только приехал, исчезло, а на его смену пришла торжественная, почти гнетущая атмосфера.

— Мы почти пришли.

Пройдя по пустым улицам, мы вскоре остановились перед особняком.

Территория была обнесена металлическим забором, сквозь прутья которого я увидел пышный зелёный сад, полный всевозможных растений и деревьев.

Остановившись у ворот, дварф нажал на звонок. Затем, словно ожидая его появления, ворота особняка распахнулись.

Кланк!

Как только ворота открылись, сад предстал передо мной во всей красе.

Вокруг большого фонтана посреди сада аккуратными рядами были рассажены цветы и деревья. Богатство красок растений идеально контрастировало с бежевыми стенами особняка, стоявшего в самом центре.

Сделав шаг на территорию особняка, я глубоко вздохнул. Воздух здесь был гораздо свежее, чем в самом городе.

Дварф, который привёл меня, наконец заговорил:

— Проходи внутрь особняка, мой долг на этом окончен, я пойду.

— О, конечно.

Я рассеянно ответил дварфу. Мой разум был слишком занят созерцанием открывшегося вида.

«Это просто потрясающе...»

Прогуливаясь по территории, я не мог не восхищаться садом.

Стоит учесть, что мы находимся под землёй, а значит, солнечного света здесь нет. То, что растения выглядят такими здоровыми, – лучшее доказательство того, насколько продвинуты технологии дварфов.

— Нравится?

Меня заставил вздрогнуть старческий голос. Я не оборачиваясь понял, кто это.

— Неплохо, – негромко ответил я.

— Рад, что тебе нравится, Рен.

Я повернул голову и задержал взгляд на старике, стоявшем рядом. Он вызывал у меня чувство спокойствия и ощущение скрытой, непостижимой силы.

Посмотрев на меня в ответ, он спросил:

— Может, пройдём внутрь?

— Конечно.

Судя по тому, что он назвал меня Реном, он наконец-то узнал меня. Хотя это было несложно, ведь я и не пытался скрываться.

Начиная с того, что я не прятал лицо, и заканчивая тем, что использовал своё настоящее имя в списке лидеров по очкам достижений. Целью было привлечь его внимание. Даже если я был знаком с Уэйланом, это не значило, что он позволил бы мне встретиться с Дугласом.

— Сюда.

Войдя в особняк, Дуглас провёл меня в огромную гостиную, где мы расположились.

Как только мы сели, Дуглас предложил мне чаю:

— Будешь чай?

— С удовольствием.

— Зеленый или чёрный?

— Чёрный.

В отличие от зелёного, чёрный чай лучше расслабляет. После долгой битвы мне хотелось только одного – отдохнуть.

— Отличный выбор.

С довольной улыбкой Дуглас взмахнул рукой. Перед нами материализовался заварочный чайник с водой, которая начала кипеть от одного его прикосновения.

Пока готовил чай, он завёл светскую беседу:

— Как тебе пребывание в Хенолуре?

— Довольно милое местечко.

— Вот как? Есть что-то, что тебе не понравилось?

— Война.

Когда вода закипела, директор добавил чайные листья и закрыл крышку. Снова повернувшись ко мне, он одарил меня дружелюбной улыбкой.

— Пока чай заваривается, расскажи-ка мне о своих обстоятельствах.

Я откинулся на спинку стула и закинул ногу на ногу.

— Хотите знать, почему я ещё жив?

Дуглас ничего не ответил, лишь продолжая мягко улыбаться.

— Приму это за «да».

Моя прежняя расслабленность исчезла, сменившись серьёзностью. Иначе никак – я собирался пойти на огромный риск.

Риск, который мог решить мою судьбу.

Дуглас не состоял в Союзе и был одним из немногих бескорыстных людей, которых я прописал в своём романе. Я чувствовал, что ему можно доверять. У него было глубокое чувство ответственности, особенно перед теми, кто обучался в «Локе».

Тот факт, что он был учителем Донны и Моники, доказывал его порядочность. Именно он заложил в них честность и самоотверженность. Если и был человек, которому можно доверить свою историю, то это он.

Теперь, когда я об этом подумал, изменения, которые я привнёс в этот мир, не должны были затронуть его, так как он не входил в область моих вмешательств. Но уверенным быть нельзя. В конце концов, я не всеведущ.

Тем не менее, я понимал, что должен рискнуть.

— С чего бы начать? Всё началось, когда…

И я начал рассказывать Дугласу о своих приключениях. О том, как я телепортировался в Монолит, как сбежал и спас людей Союза, а они вонзили мне нож в спину. Конечно, я опустил некоторые детали, но самое важное озвучил.

Пока пересказывал историю, я изо всех сил старался подавить неровное сердцебиение.

В процессе улыбка на лице директора медленно угасала, а брови плотно сдвинулись.

— Союз объединился с Монолитом и назначил за мою голову награду… Из-за этого я был вынужден покинуть человеческий домен. Это и есть причина, по которой я здесь.

Дуглас подался вперёд, его глаза слегка блеснули. Он долго молчал.

— Ты знаешь, почему Союз согласился на эту сделку?

— Знаю…

Поначалу я не был уверен, но, попав в Хенолур, понял, почему они пошли на условия Монолита.

— Всё из-за нынешней войны. Демоны не хотели крупных потерь, поэтому, вероятно, приказали Монолиту прекратить все конфликты с Союзом, – я задумчиво откинулся на спинку стула, подперев щёку рукой. — Учитывая положение Союза, они выбрали наиболее прагматичное решение: принять предложение и продать меня. В конце концов, они всё ещё не готовы к полномасштабной войне с Монолитом.

Дуглас снял крышку с чайника и разлил готовый чай по крошечным фарфоровым чашкам.

— Ты держишь на них обиду?

— Вы о Союзе? Если да, то да. Я очень на них обижен.

Зная характер Дугласа, я решил быть честным. Их решение было стратегически верным, но это не означало, что я должен был простить их за то, что они выставили меня крайним, едва я вернулся домой.

Я был чертовски зол.

Сделав небольшой глоток, Дуглас спросил:

— Если позволишь, спрошу: если ты станешь достаточно сильным, чтобы противостоять им, что ты собираешься делать с Союзом?

— Хороший вопрос… – я выдохнул.

Собирался ли я спустить им это с рук? Должен ли я заставить тех, кто изгнал меня, заплатить?

— Ты планируешь нанести им значительный ущерб?

Я поднял голову и посмотрел Дугласу прямо в глаза, покачав головой.

— К сожалению, нет. Хотя и зол, я должен думать о глобальной картине.

— Ты имеешь в виду Короля Демонов?

— Да.

Как бы я ни ненавидел людей из Союза, они по-прежнему были силой. Если я хотел победить Короля Демонов, мне нужно было, чтобы они оставались в строю.

Я закрыл глаза, размышляя, и подался вперёд.

— Пока что всё, что я буду делать с Союзом – это защищаться. А что будет потом… – я поставил чашку и посмотрел на рябь на поверхности чая. — Зависит от будущего.

В комнате повисла глубокая тишина. Я терпеливо ждал его ответа.

— Ха-а… – наконец Дуглас вздохнул и поставил чашку на стол. — Этого достаточно на данный момент.

Он встал, заложил руки за спину и подошёл к какой-то картине. Остановившись и стоя ко мне спиной, он тихо пробормотал:

— Хотя я не хочу, чтобы ты лелеял ненависть к Союзу, я понимаю, откуда она берётся.

Его слова, хоть и были сказаны тихо, мощно отозвались у меня в ушах.

— Я никогда не присоединялся к Союзу именно из-за их прагматичного взгляда на жизнь. Они измеряют ценность жизни, а я не согласен с таким подходом. Каждая жизнь одинаково важна, и как только мы начинаем думать иначе, наше общество рушится.

Слушая его, я невольно нахмурился. Мои догадки оказались верны – у него высокие моральные принципы.

Дуглас повернулся и посмотрел на меня ясными глазами:

— Ты рассказал мне всё, потому что хочешь, чтобы я защитил тебя, когда придёт время, верно?

Я медленно кивнул.

— Именно так.

— Мне нравится твоя честность.

На лице Дугласа появилась лёгкая улыбка. Снова повернувшись к картине, он сцепил руки за спиной.

— Я не буду вмешиваться в то, как ты поступишь с Союзом, но прошу тебя: помни о главной цели. Как бы сильно ты их ни ненавидел, они сыграют огромную роль, когда придёт время спуска Короля Демонов. Если Союз погрузится в хаос, наши шансы на победу упадут.

— Я приму это к сведению…

С самого начала я пытался думать масштабно. Моей целью было пережить Третий Катаклизм, а для этого на доске нужно было как можно больше фигур. Тем не менее, я не собирался спускать им всё с рук. Когда у меня будет достаточно сил, они точно поймут, что натворили.

— Я доволен, пока ты придерживаешься этого мне…

Кланк!

Дверь гостиной внезапно распахнулась, и внутрь вошла измождённая фигура. В этот момент мана в комнате значительно сгустилась.

— Угх, Дуглас, я был так близок к победе над тем де… А? Ты что тут делаешь?

Уэйлан внезапно заметил моё присутствие.

— Я его позвал, – ответил Дуглас с беспомощной улыбкой.

— Позвал? О, точно. Ты ведь говорил, что узнал его.

Уэйлан рухнул на диван рядом со мной и потянулся к чашке с чаем. После первого глотка его плечи окончательно расслабились.

— Ха-а… – он поднял голову и посмотрел на Дугласа. — Ну, о чём вы тут говорили?

— Об этом…

Я повернулся к Дугласу, и моё лицо дёрнулось. Я не мог рассказать о конфликте с Союзом при нём, ведь он был вице-лидером организации. Пусть его должность ниже, чем у семерых глав, но всё же.

К счастью, Дуглас понял это, но его ответ застал меня врасплох:

— Мы говорили о новом задании, которое я собираюсь ему поручить.

Уэйлан моргнул, и на его лице появилось понимание.

— О? Ты про ту самую работу?

— Да.

— Погодите, о чём вы?

Что, чёрт возьми, это за задание?

Дуглас подошёл ко мне, взмахнул рукой, и в его руке появился лист бумаги.

— Задача проста, тебе нужно кое-кого защитить.