— Кому же мне позвонить теперь?..

Перебирая контакты в своём коммуникаторе, Кевин размышлял над следующим шагом. Раз уж Мелиссе он уже набрал, нужно было решить, кто должен стать следующим. Людей, с которыми хотелось связаться, было немало, но в условиях жёсткой нехватки времени требовалось чётко расставить приоритеты.

Листая список, он замер на одном конкретном имени: [Октавиус Холл].

«Стоит ли сообщить Октавиусу?»

Кевин не был близок с Октавиусом. Честно говоря, они едва ли разговаривали больше пары раз. Но если кто-то и мог сейчас по-настоящему помочь, так это он. Будучи лидером крупнейшей организации в человеческом домене, Холл определённо обладал колоссальными ресурсами и знаниями, способными спасти Рена. К тому же, раз уж его собственная дочь находилась здесь, а на кону стояла жизнь одного из самых многообещающих талантов человечества, существовала вероятность, что он не откажет.

«Нет, плохая идея».

Однако, поразмыслив ещё немного, Кевин покачал головой.

Пусть он и не знал Октавиуса близко, из того, что ему было известно, Холл являлся крайне прагматичным человеком. Это значило, что если он решит помочь Рену, то непременно потребует что-то взамен. Наиболее вероятный сценарий – он силой заставит Рена вступить в Союз, а Кевин прекрасно знал, что Рен это искренне ненавидел. Более того, теперь, когда Рен был ранен, и учитывая, что Холлу было известно его кодовое имя «876», существовал риск, что его просто сдадут Монолиту. Если Октавиус решит, что от парня больше нет проку, он без колебаний доведёт сделку с Монолитом до конца. Кевин не мог допустить подобного исхода.

Поэтому он быстро отбросил мысль о звонке Холлу.

— Проклятье, кому же тогда звонить?..

Ему хотелось связаться с Моникой и Донной. Будь они здесь, они бы наверняка отыскали выход, но по какой-то неведомой причине обе женщины спешно вернулись в человеческий домен.

Почесав затылок, Кевин продолжил листать список, и как раз в тот момент, когда он собирался наугад ткнуть в один из контактов, со спины раздался холодный голос, заставивший его вздрогнуть от неожиданности:

— Позвони девчонке Аманде.

— Кому?! – Кевин резко обернулся на звук.

Едва он повернул голову, как первым делом увидел знакомую чёрную кошку, спрыгивающую с высокого шкафа.

— Ты…

Кевин мгновенно узнал её. Это была не кто иная, как демоница, сопровождавшая Рена. Его бдительность немного утихла. Хотя она и была демоном, он знал, что она связана с Реном контрактом маны, а значит, не могла причинить ему вреда.

Мягко приземлившись на пол, кошка – или, точнее, демоница в её обличье – неторопливо направилась к Кевину. По мере приближения её ярко-жёлтые глаза неотрывно следили за парнем на кровати. Остановившись в паре метров от бьющегося в судорогах Рена, она тихо произнесла:

— Если хочешь кому-то позвонить, звони Аманде. Она может помочь... точнее, могут помочь люди, у которых она способна попросить содействия.

— Аманда? – непонимающе переспросил Кевин.

Шу-у-ух...

В воздухе внезапно заклубился чёрный дым, и перед Кевином соткался холодный и пленительный женский силуэт. Длинные чёрные волосы каскадом спадали на плечи, а тонкие брови Анжелики были плотно сдвинуты к переносице. Взглянув на Кевина, она повторила:

— Единственный человек, который сейчас действительно способен помочь Рену – Аманда. Расскажи ей правду: скажи, что Рен при смерти. Она поймёт, что делать дальше.

Слушая Анжелику, Кевин хотел задать ещё миллион вопросов, но, осознавая всю критичность ситуации, решил просто подчиниться. Он снова перевёл взгляд на коммуникатор и сделал то, что велела демоница – набрал Аманду.

— И обязательно скажи ей, чтобы она взяла с собой тех, кто сейчас находится рядом с ней, – добавила Анжелика, наблюдая за его действиями.

— Хорошо…

Хотя Кевина и озадачила эта странная просьба, он кивнул.

Тр-р-р... Тр-р-р...

Пока шли гудки, он перевёл взгляд на Рена. На его лице отразилась глубокая тревога, и он мысленно выругался:

«Чёрт бы тебя побрал, почему ты вечно вляпываешься в такое дерьмо?»

***

Прошло пятнадцать часов с тех пор, как очнулась её мать.

Поскольку это случилось глубокой ночью, Аманда, которая, разумеется, чертовски устала, вернулась в своё общежитие, чтобы немного поспать перед тем, как снова отправиться в покои королевы на встречу с матерью. Пусть они и не провели вместе много времени, Аманда не чувствовала себя неловко рядом с ней. Девушка никогда не любила физический контакт и терпеть не могла, когда люди пытались прикоснуться к ней (за редким исключением), но почему-то вчерашние объятия матери не вызвали у неё ни малейшего отторжения. Зная её историю и чувствуя их кровные узы, Аманда уже приняла её всем сердцем.

В данный момент она вместе с матерью и Мэйлин сидела за ужином. Они расположились за большим деревянным столом, накрытым белоснежной скатертью, на котором красовалось великое множество сочных, аппетитных блюд. Глядя на это изобилие, Аманда никак не могла определиться с выбором. В итоге она остановилась на прозрачной, словно хрусталь, виноградине. Сорвав её с веточки, Аманда отправила ягоду в рот. Стоило ей прикусить её, как сладкий сок взорвался на языке настоящим водопадом.

— Послушай, мне всё ещё кое-что не даёт покоя.

От мыслей её отвлёк голос матери.

— Да? – Аманда наклонила голову, ожидая продолжения.

— Насчёт того средства, которым ты меня исцелила…тКак тот мальчик сумел его раздобыть?

При этом вопросе брови Аманды сошлись на переносице. Честно говоря, она и сама задавалась вопросом, откуда у Рена взялся этот плод. Из-за безграничного доверия к нему она ни разу не усомнилась в подлинности лекарства, но это не означало, что ей не было любопытно. Она прекрасно понимала, что у каждого есть свои секреты, и именно поэтому никогда не требовала ответов, но утверждать, будто ей не интересно, было бы ложью.

— Я не знаю, _ в конце концов ответила Аманда.

Подперев подбородок рукой, Наташа задумчиво пробормотала:

— Вот как… Ты, должно быть, очень сильно доверяешь этому юноше, раз даже не усомнилась, сработает ли этот плод.

— Да, доверяю… – Аманда кивнула.

С той самой секунды, как Рен протянул ей фрукт, Аманда ни на миг не усомнилась в его словах. Она видела, как он проворачивал самые безумные вещи и выживал при взрывах, которые заставили бы содрогнуться даже практиков [S] ранга. К тому же, у него не имелось веских причин лгать ей. Разве что ради того, чтобы произвести впечатление, но Аманда знала, что он не из таких. С момента их знакомства она ни разу не замечала, чтобы он проявлял интерес к какой-либо девушке. Единственной представительницей женского пола, которую он действительно пытался задобрить, была Нола – и вполне заслуженно, ведь малышка была просто очаровательна.

На лице Наташи расцвела мягкая улыбка, и она слегка коснулась пальцами своей щеки:

— Любопытно… Раз уж он заставил мою дочь так безоговорочно верить ему, этот мальчик, должно быть, обладает недюжинным обаянием.

Прежде чем Аманда успела что-то ответить, её коммуникатор настойчиво завибрировал.

Тр-р-рынь! Тр-р-рынь!

Аманда нахмурилась от неожиданного звука. Она бросила взгляд на мать, и та ободряюще улыбнулась:

— Ответь, всё в порядке.

— Спасибо.

Включив устройство, Аманда посмотрела на экран. Звонил Кевин. Она быстро приняла вызов:

— Алло?

— Аманда?! – из динамика мгновенно донёсся взволнованный и спешный голос парня.

Девушка тут же вскочила. Кевин паниковал крайне редко, и если сейчас его голос так дрожал, значит, стряслось нечто действительно ужасное. Прижав коммуникатор ближе к уху, она осторожно спросила:

— Кевин? Что случилось?

— Тебе нужно срочно прийти в комнату Рена. Он при смерти.

— Что?..

Слова Кевина прозвучали подобно грому среди ясного неба. В голове Аманды воцарилась звенящая пустота. Разум отказывался воспринимать услышанное. Приоткрыв рот, она переспросила:

— Это правда?.. То... то, что ты сейчас сказал? Это правда?..

— Да, так что поторапливайся. И обязательно возьми с собой тех, кто сейчас рядом с тобой.

Бип... Бип...

Прежде чем Аманда успела вымолвить хоть слово, Кевин повесил трубку, оставив её в состоянии глубокого шока. Всё произошло настолько стремительно, что она даже не знала, как реагировать. Были ли слова Кевина горькой правдой или чудовищной ошибкой? Она не знала, но сомневалась, что он стал бы шутить такими вещами.

Осознание этого заставило её сердце забиться в бешеном ритме.

«Только не снова…» – пронеслось в её мыслях.

Пытаясь сохранить трезвость ума, Аманда мысленно прокрутила недавний разговор, и тут её зацепила одна деталь: «И обязательно возьми с собой тех, кто сейчас рядом с тобой».

Эта последняя фраза... откуда он узнал, что она не одна? Рен рассказал ему? Вопросов было слишком много, но она мгновенно отбросила их в сторону. Главным приоритетом сейчас было спасение Рена.

Заметив странную реакцию дочери, Наташа посерьёзнела и спросила:

— Аманда, всё хорошо?

Повернувшись к матери, Аманда несколько раз беззвучно приоткрыла рот, не в силах вымолвить ни слова. Наконец, она покачала правой головой и выдохнула:

— Нет…

***

Сбросив вызов, Кевин повернулся к Анжелике:

— Ладно, я передал Аманде, чтобы она шла сюда. Теперь ты можешь объяснить мне, что произошло?

— Нет, – Анжелика покачала головой, мгновенно пресекая все расспросы. — Это не то, во что тебе следует вмешиваться.

— Что?! – Кевин от возмущения повысил голос. Показывая пальцем на Рена, который продолжал заходиться в конвульсиях на кровати, он выкрикнул: — Он лежит здесь и умирает, а я пытаюсь ему помочь! Не должен ли я хотя бы знать, как он докатился до такого состояния, чтобы сообразить, что делать дальше?!

Кевин был зол, и вполне оправданно. Он из кожи вон лез, чтобы спасти товарища, а единственный человек, который мог пролить свет на случившееся, заявлял ему не совать свой нос. Его близкий друг погибал – как, чёрт возьми, он мог оставаться в стороне?!

Несмотря на яростный протест Кевина, Анжелика оставалась непреклонной:

— Это личное дело... Если хочешь знать, что стряслось, спроси у самого Рена, когда он поправится.

Её слова разозлили его ещё сильнее, но, немного остыв и раскинув мозгами, он вынужден был признать, что в них была доля истины. Сейчас самым важным было поставить Рена на ноги. Поняв, что от демоницы ничего не добиться, Кевин решил умерить пыл и взять себя в руки. Для паники и злости было не время и не место.

Хлоп!

В этот момент входная дверь с грохотом распахнулась, и в комнату влетела разъярённая Мелисса. Стоявшая подле Кевина Анжелика мгновенно растворилась в воздухе. Прежде чем парень успел сообразить, куда она подевалась, по комнате разнёсся гневный голос Мелиссы:

— Надеюсь, у тебя есть чертовски веская причина для того, чтобы звать меня сюда и бросать трубку на…

Она резко осеклась. Её взгляд упал на постель. Увидев, в каком состоянии находится Рен, она крепко нахмурилась. Быстрым шагом подойдя к кровати, она повернулась к Кевину и спросила:

— Он что, объелся обезболивающих для критических дней?.. Я же говорила ему не делать этого.

У Кевина от подобного заявления дёрнулся глаз:

— Ты думаешь, сейчас самое время для шуток?

— Я просто предполагаю…

Наклонившись, Мелисса принялась внимательно осматривать тело Рена. Затем она извлекла из своего пространственного хранилища несколько флаконов с зельями и поочередно влила их парню в рот.

К глубокому удивлению Кевина, как только лекарства проникли внутрь, судороги Рена мгновенно поутихли, а его состояние немного стабилизировалось. Повернувшись к Мелиссе, Кевин спросил:

— Что ты сделала?

Убирая пустые флаконы, Мелисса не удостоила его ответом. Ещё добрую минуту она пристально изучала мертвенно-бледное лицо Рена и лишь затем, оторвав от него взгляд, неохотно произнесла:

— Я дала ему миорелаксант, чтобы расслабить мышцы, восстанавливающее зелье и ещё кое-какие препараты, но... – она сделала паузу, и её брови снова сошлись у переносицы. — Это лишь ненадолго стабилизировало его состояние. Опасность ещё не миновала.

Выпрямившись, она в упор посмотрела на Кевина:

— Что, чёрт возьми, он натворил?