Треск!

Тонкая расщелина материализовалась прямо из воздуха.

Топ.

Тихий и размеренный звук шага эхом разнёсся по огромному залу. Два багрово-красных глаза блеснули в полумраке, когда полупрозрачная фигура с белыми волосами шагнула из узкого разлома.

Расщелина закрылась, и фигура направилась к противоположному концу зала, где на вершине лестничного пролёта высился трон.

Остановившись у подножия лестницы, демон поднял голову.

Именно тогда его взгляд встретился с другой парой алых глаз. Сидя на троне, закинув ногу на ногу и подперев рукой голову, фигура с красными глазами смотрела сверху вниз.

В тот самый миг, когда их взгляды пересеклись, беловолосая фигура у подножия лестницы начала распадаться. Яркие белые огоньки заструились из его тела. Постепенно частицы поднялись в воздух и слились в сияющий белый шар, который полетел к восседавшему на троне.

Протянув руку и раскрыв ладонь, беловолосый король на троне наблюдал, как сфера замерла, зависнув над его ладонью. Он пристально разглядывал сферу в течение нескольких секунд.

— Хех, – он улыбнулся и сжал ладонь в кулак.

Шу-у-у-у!

Сразу после этого зал задрожал в неконтролируемой судороге. Тряска продолжалась добрую минуту, прежде чем резко прекратиться.

В то же мгновение, как он раздавил белую сферу, воспоминания и образы того, что произошло совсем недавно, начали воспроизводиться в разуме Короля Демонов.

Откинув голову назад, беловолосый мужчина пробормотал:

— Неплохо…

Для того, кто не помнил своего прошлого, это действительно было довольно хорошо. Но...

— Он всё ещё слишком слаб, – Джезебет покачал головой.

Хотя этот человек был точно таким же, каким он помнил его в прошлом, он до сих пор не достиг своей прежней силы.

— Старый друг... – Джезебет тихо рассмеялся.

С его стороны это было некоторым преувеличением. Их нельзя было назвать друзьями, ведь их цели сталкивались. Если бы не это столкновение, они, возможно, даже объединили бы усилия. К сожалению, им было суждено стоять по разные стороны баррикад. Такова была их судьба.

— Какая жалость...

Он взмахнул рукой, воздух исказился, и перед ним образовался небольшой чёрный портал. Прищурившись, Король Демонов заглянул внутрь него. Оттуда вдали виднелась огромная планета.

— Это лишь вопрос времени… – прошептал Джезебет, не отрывая взгляда от далёкой планеты. — Пять лет.

Положив руки на подлокотники кресла, он медленно поднялся.

— Вот сколько времени у тебя осталось. Надеюсь, ты не разочаруешь меня при следующей встрече. Я чувствую это… Это будет наша последняя игра.

Он вытянул руку, и мощная чёрная энергия вырвалась из его тела, устремляясь к ладони. Он открыл рот, уголки его губ поползли вверх, а на лице промелькнуло искреннее веселье:

— Бум.

Спустя мгновение после его слов на поверхности планеты начали появляться трещины. В считанные секунды они расширились, а затем...

Бабах!

Они разлетелись по космосу, оставив после себя лишь яркую оранжевую туманность.

***

— Что значит «Рен ушел»? – возмущённый голос Смоллснейка раздался в небольшой роскошной комнате. — Сначала он разрушает данж, а потом внезапно убегает, не сказав, куда направляется, и ждёт, что мы спокойно отнесёмся к этой ситуации? – расхаживая по комнате, он вскидывал руки: — Мне надоели его фокусы! Сыт ими по горло!

От его привычного хладнокровия не осталось и следа, пока он продолжал без умолку разглагольствовать. Впрочем, никто не обращал на него особого внимания. Смоллснейк, ругающий Рена, не был такой уж редкостью.

— «Сделай то, реши это, я отлучусь ненадолго, так что присмотри за остальными, пока меня не будет», – он вскинул средний палец вверх. — Чёртов ты ублюдок! Погоди у меня, вот только вернись!

— И что же ты сделаешь, когда он вернётся?.. – именно тогда по комнате разнёсся голос Анжелики, и шаги Смоллснейка замерли.

— Что я сделаю? – Смоллснейк выпятил грудь. — Я наконец-то спущу Рена с небес на землю. Дам ему понять, что нельзя так перегружать работой людей вроде меня. Наступит день, когда они восстанут против его тирании!

— О? – Анжелика приподняла бровь. Уголки её губ слегка приподнялись. Она явно наслаждалась этим зрелищем. — Но я уже прекрасно представляю, как будет выглядеть ваш разговор.

— Хм? – Смоллснейк наклонил голову.

Прежде чем он успел ответить, Анжелика заговорила, подражая им:

— «Эй, Рен, нам нужно погово...» «Смоллснейк, сядь». «Хорошо».

Все присутствующие в комнате подсознательно кивнули. Будь то Леопольд, Ава, Райан или Хейн – все они согласно закивали головами. Именно так они и представляли себе противостояние Смоолснейка и Рена.

— Че...

— Я ведь права, не так ли, человек-палочка?

Смоллснейк вяло повернулся к Анжелике. Он приподнял руку, но тут же опустил её:

— Когда ты уже перестанешь звать меня человеком-палочкой?..

— Когда захочу, – Анжелика пожала плечами и откинулась на спинку стула.

От её слов внезапно раздувшееся эго Смоллснейка мгновенно сдулось, и его плечи поникли.

— Эй...

— Что? – огрызнулась Анжелика.

— Да ничего...

В итоге Смоллснейк сдался и сел в углу комнаты.

— Никто меня не любит... – потерянно бормотал он себе под нос снова и снова.

Анжелика закатила глаза. Время от времени он впадал в такое состояние. Именно поэтому никто в комнате не обращал на него внимания.

Щёлк!

В этот момент дверь с грохотом распахнулась, и в комнату вошёл измученный мужчина. В незаправленной рубашке, покрытой пивными пятнами, Томас окинул комнату уставшим взглядом в поисках кого-то конкретного. Но, неизбежно, он его не нашёл.

— Куда сбежал этот ублюдок? – спросил он хриплым, пропитым голосом. — Я должен был догадаться с той самой минуты, как он пришёл сюда, что он подкинет мне ещё работы… – пробормотал он почти неслышно.

Пых…

В воздух поднялась струйка дыма.

Положив ноги на деревянный чайный столик, Леопольд небрежно взглянул на Томаса:

— Если ты ищешь Рена, то тебе не повезло, он уехал в путешествие.

Томас едва не упал на ровном месте:

— В путешествие?

Пых…

Леопольд сделал ещё одну затяжку и кивнул:

— Ага.

— Дай сюда эту дрянь, – подойдя к Леопольду, Томас выхватил у него сигарету и сам затянулся.

Пых…

— Эй-эй! – Леопольд в гневе вскочил. Протянув руку, он попытался вернуть сигарету. — Возвращайся к своей выпивке, несчастный алкаш.

Но Томас не позволил этого сделать, отступив на шаг и уклонившись от его руки:

— Э? Кто бы говорил, табачный раб.

Пых…

Он сделал ещё одну затяжку. Выставив руку вперёд и не давая Леопольду забрать сигарету, Томас перешёл к делу:

— В общем, я здесь не для того, чтобы шутки шутить.

При его словах атмосфера в комнате внезапно стала более серьёзной, и все наконец обратили на него внимание.

Пых…

Сделав очередную затяжку, Томас краем глаза заметил, как перекосилось лицо Леопольда, но притворился, что ничего не замечает, и сохранил невозмутимый вид.

— Кхм, как бы то ни было, я здесь, чтобы поблагодарить вас от имени чёрного рынка. Если бы не вы, ребята, мы бы никогда не узнали о двух демонах, обосновавшихся в наших данжах, – подняв руку, Томас почесал затылок. — Честно говоря, мне стыдно. Хотя мы не особо следим за тем, что происходит внутри данжей, времена изменились, и перегрузки данжей стали реальной проблемой… – сделав паузу, Томас стряхнул пепел с сигареты: — Поэтому, после долгих размышлений, мы решили предоставить вам всем доступ к нашей сокровищнице. Можете брать всё, что захотите.

В то же мгновение, как его слова затихли, глаза у всех загорелись, включая Смоллснейка, к которому мгновенно вернулась былая бодрость.

Заметив перемену в выражениях их лиц, Томас уже начал горько сожалеть о содеянном:

— Ах, чёрт...

Без сомнения, сегодня они потеряют кучу денег.

***

Несколько часов спустя.

— О, я поняла. Хорошо, да, ладно, спасибо, что сообщили мне.

Щёлк!

Повесив трубку, Саманта повернулась.

Сидящая на диване в гостиной Наташа подняла голову и пристально посмотрела на Саманту:

— Что-то случилось?

Саманта улыбнулась, но от её улыбки у Наташи по спине пробежал холодок.

— О, нет, ничего особенного…

Затем она села на диван напротив неё. Прикрыв рот рукой, она слегка округлила глаза:

— Я просто услышала кое-что забавное.

— Забавное?.. – осторожно спросила Наташа, слегка отодвигаясь назад.

Саманта совсем не выглядела как человек, услышавший что-то забавное. Скорее наоборот. Наташе показалось, что перед ней сидит человек, жаждущий чьей-то крови.

— Очень, – Саманта опустила руку и закинула ногу на ногу. Улыбка всё ещё блуждала по её лицу, но взгляд потемнел. По крайней мере, так показалось Наташе. — Оказывается, мой почтительный, красивый, добрый, умный сын решил устроить себе полугодовой отпуск без какого-либо предварительного предупреждения, – улыбка мгновенно исчезла с её лица. — Как мило с его стороны, правда?

— Он что?.. – на этот раз настала очередь Наташи удивляться. — Он уходит в отпуск на полгода?

— Так сказали его коллеги.

Наташа откинулась на спинку кресла:

— Неудивительно, что ты зли...

— Я не злюсь, – резко оборвала Саманта. Она открыла рот, собираясь что-то сказать, но тут же закрыла его и тяжело вздохнула. — Ладно, я немного злюсь…

Точно так же откинувшись на спинку дивана, Саманта покачала головой:

— Я уверена, что у Рена есть веская причина для этого. Он не из тех, кто действует импульсивно, но мне бы действительно хотелось, чтобы он предупреждал меня о таких вещах, прежде чем просто исчезнуть на некоторое время, как он обычно это делает. Это ведь даже не первый раз.

Вспоминая все случаи, когда Рен исчезал на ровном месте, Саманта хотела разозлиться, но в конце концов не смогла заставить себя сделать это. Он был её сыном, и она знала его лучше всех. Поэтому она понимала: то, что происходит сейчас, очень важно для него. Он был не из тех, кто уходит без веской причины. Она просто вымещала своё разочарование из-за того, что он даже не попрощался с ними перед уходом.

А теперь, как ей объяснить Ноле, что брат уезжает ещё на полгода? Одна только мысль об этом вызывала у неё головную боль.

Щёлк!

В этот момент дверь в гостиную отворилась.

— Легка на помине… – пробормотала Саманта.

— Мама!

Вслед за её словами в гостиную с яркой улыбкой вбежала Нола. Саманта улыбнулась, увидев это, и, протянув руки, подхватила Нолу на руки.

— Хуа-а-а! – радостно захихикала Нола.

Пока это происходило, в гостиную вошёл кое-кто ещё. Это была Аманда. Наташа поприветствовала её:

— Как прошёл день, Аманда?

— Мхм, – небрежно кивнула Аманда и села на диван. Затем она достала телефон и начала листать ленту с предельно серьёзным видом.

Её поведение изрядно удивило Наташу, и та не могла не забеспокоиться:

— Что-то не так, Аманда?

— Нет, – сухо ответила Аманда. Её глаза в данный момент были прикованы к определённой публикации. Это была фотография двух девушек с кем-то, кого Аманда прекрасно знала.

[Наслаждаюсь временем с нашим новым профессором!]

На фотографии было запечатлено селфи, на котором Рен сладко спал в окружении двух красивых девушек, одной из которых была София. Их пальцы были сложены в знаке «мир».

===

2053057 лайков.

MrNettwerkSheep: Вау-у-у! Он такой красавчик!

7Clouds5: Разве это не Рен Довер?

Kilin874: Круто!

===

Её глаза прищурились.

«Похоже, ему нравится быть профессором...» – подумала она, но в конце концов покачала головой и вздохнула.

На самом деле она видела по фотографии, что снимок был сделан без его согласия. И всё же, каждый раз, когда Аманда смотрела на это фото, она чувствовала странное чувство дискомфорта в сердце. Сначала она не понимала своих чувств, но вскоре осознала, что именно она испытывает.

Это была ревность.

Отрицать свои чувства больше не имело смысла. Ей нравился Рен. И довольно сильно. Поэтому всякий раз, когда она видела его фотографии с другой девушкой, Аманда неизбежно начинала ревновать. Это было то, что она больше не могла контролировать и не собиралась контролировать.

Она поняла, что больше не может оставаться такой же пассивной, как в прошлом. Ей нужно стать более инициативной.

— О, Аманда, ты разве ещё не слышала? – именно тогда она услышала голос матери. Аманда наконец оторвала взгляд от телефона.

— Слышала что?

— Что Рен ушёл в полугодовой отпуск.

Словно на неё сбросили внезапную бомбу, лицо Аманды застыло.

Выражение лица Наташи изменилось, когда она поняла это, и она тихо пробормотала:

— Похоже, она тоже не знала...

Именно тогда она вдруг заметила перемену в выражении лица Аманды. Наташа слегка вздрогнула и осторожно спросила:

— Аманда, милая, почему ты улыбаешься?..

— Я улыбаюсь? – Аманда приложила руку к губам.

— Да… – Наташа кивнула головой. — Да, ты улыбаешься.

Она улыбалась. Но это было не самым страшным. Самым страшным было то, что она улыбалась точно так же, как Саманта совсем недавно.

«Опасно», – подумала Наташа, отодвигаясь ещё дальше в своём кресле.

Это была крайне опасная ситуация.