— У тебя галстук съехал.

— Не переживайте, я поправлю его позже.

— Что значит «поправлю позже»? Мы уже подходим к месту встречи. Люди станут смотреть на тебя с недоумением, если ты войдёшь с таким галстуком.

— Они в любом случае будут смотреть на меня странно, даже если мой галстук будет в полном порядке, тесть.

— Как ты меня только что назвал?

— Ой…

Я прикрыл рот ладонью, выбираясь с заднего сиденья чёрного внедорожника. Эдвард вышел из машины с противоположной стороны, меча молнии в мою сторону.

Его лицо медленно начало бледнеть.

— Только не говори мне...

— О да. Всё именно так, как вы думаете, – серьёзно кивнул я, крепко сдвинув брови.

В то мгновение, когда эти слова сорвались с моих губ, лицо Эдварда претерпело столь разительные перемены, что напомнило мне картину «Крик».

Уверяю вас, они выглядели абсолютно идентично.

— Нет, нет, нет, только не Аманда... – принялся он бормотать невнятные слова, закрывая лицо обеими руками.

Заметив состояние Эдварда, я снова кивнул головой.

«Это заставит его перестать пилить меня».

Он не прекращал ворчать с самого моего возвращения домой; это было сплошное непрерывное жужжание в ушах. С меня хватит. В конце концов, мне даже не дали возможности отдохнуть, вынудив сразу же отправиться на ассамблею.

Это было меньшее, что я мог сделать, дабы заставить его замолчать.

— Ну да ладно.

Пожав плечами, я двинулся в направлении огромного кубического здания, которое по своим размерам походило на стадион.

Фасад строения был облицован блестящим серебристым металлом и дополнен элементами дизайна в виде множества ниш, которые визуально облегчали конструкцию, из-за чего казалось, будто она целиком выполнена из стекла.

Лунный свет, висевший в небе, отражался от чистой поверхности здания, а территория вокруг была обнесена массивными заборами, вдоль которых патрулировали несколько человек, одетых в чёрное.

По одной только их ауре я мог определить, что все они обладали как минимум рангом [A] или выше.

В обычных обстоятельствах я бы не смог узнать их ранг из-за того, что они его скрывали; однако я продвинулся до такой степени, что стал способен делать это по колебаниям псионов вокруг их тел.

Достигнув ранга [SS-], я теперь видел псионы чрезвычайно чётко. То же самое можно сказать и о рангах окружающих меня людей.

При этом подобная способность являлась моей личной особенностью.

В каком-то смысле.

Чтобы обладать таким навыком, контроль над псионами у человека должен достичь невообразимого уровня мастерства. И единственная причина, по которой я сумел взобраться на эту вершину, заключалась не в чём ином, как в божественной пилюле, полученной от эльфов в Иссаноре.

Одна эта пилюля подняла мою восприимчивость к псионам на уровень, далеко превосходящий мои прежние возможности.

Кстати говоря...

— Заранее поздравляю, Эдвард.

— Что?..

Эдвард склонил голову набок в ответ на мои слова. Я же подошёл к одному из охранников и протянул ему свой билет.

— Ну, раз уж вы пытаетесь это скрыть, я не стану много говорить, но вы определённо умело это утаивали.

— Ха?

Недоумение на лице Эдварда только усилилось. Я слегка улыбнулся ему, прежде чем начертить в воздухе две буквы [S].

— Ч-что?.. Ты!.. Как?!

Как и ожидалось, выражение лица Эдварда снова изменилось, когда он посмотрел на меня с полным неверием.

При виде его реакции уголок моих губ едва заметно дрогнул вверх.

«Даже если ты пытаешься это скрыть, я без труда вижу, что ты вот-вот совершишь прорыв».

В течение месяца он, без сомнения, собирался совершить прорыв к рангу [SS-].

Ничто не могло укрыться от моих глаз.

К счастью, у нас с собой были пригласительные; мы с Эдвардом смогли беспрепятственно войти в здание.

Именно благодаря им Эдвард не стал устраивать сцену, и я смог пройти внутрь без каких-либо проблем.

Интерьер здания впечатлял ничуть не меньше, чем его внешний вид: по полу тянулась красная ковровая дорожка, на белых стенах висели картины, повсюду красовались хрустальные люстры, а зона приёма гостей была отделана мрамором.

Внешне это место ничем не отличалось от любого другого здания, принадлежащего крупной корпорации; однако подобное впечатление было максимально далеко от истины, что стало предельно ясно в то мгновение, когда мы с Эдвардом вошли в лифт и спустились на цокольный этаж.

Динь!..

Двери лифта открылись с мягким звоном, и нас провели в узкий коридор, полностью обшитый металлом.

Слабое эхо наших шагов разносилось по всему коридору, пока мы не остановились перед массивной деревянной дверью.

Когда мы сделали движение, собираясь открыть её, сверху выдвинулся небольшой отсек, и в нашу сторону устремились многочисленные лазерные лучи, полностью окутавшие наши тела.

Я повернулся, чтобы взглянуть на Эдварда.

— Это ведь система безопасности, верно?

— Ага.

Сканирование заняло всего пару минут, после чего отсек закрылся, деревянная дверь автоматически распахнулась, и до нас донеслись глухие звуки голосов, доносившиеся с противоположного конца помещения.

Мы вдвоём вошли внутрь без лишних раздумий, и почти сразу после этого в комнате воцарилась необъяснимая тишина, когда десятки пар глаз обратились в нашу сторону.

Я не обратил никакого внимания на прикованный ко мне интерес, так как мой взгляд зацепился за знакомый силуэт, и я направился прямо к ней.

— Выглядишь скучающей.

— А, чё?

Моника вытерла слюну с уголка рта, поднимая голову, которая до этого покоилась на её руках, и уставилась на меня. Ей потребовалось дважды моргнуть, прежде чем она наконец сообразила, кто перед ней, после чего её глаза мгновенно просветлели.

— А, ты наконец-то пришёл. – она похлопала по чёрному кожаному сиденью рядом с собой. — Давай, присаживайся.

— Конечно.

Я подчинился просьбе Моники и опустился на стул. Как только я сел, моё внимание привлёк большой овальный стол, тянувшийся от одного конца комнаты до другого, а затем и люди, сидевшие за ним.

В мгновение ока мой взгляд обострился, и я запечатлел лица всех присутствующих у себя в памяти.

«Сет Колон, Ивана Крала, Морган Роузман, Ньюман Джордан...»

Фигуры, которых я видел только в журналах и о ком слышал ещё в Локе. Оставшаяся сила человеческого домена и обладатели ранга [SS-], которые не работали на Союз.

Дуглас тоже присутствовал, но в данный момент он, похоже, разговаривал с кем-то важным и меня пока не заметил.

Моника тем временем бормотала о каких-то вещах, о которых я не имел ни малейшего понятия, пока мы оба сидели там, а я лишь изредка отвечал ей кивками и невнятным мычанием.

— Ну и в общем Донна сказала это, а я такая...

— Да. Ага. Очень мило.

Это длилось всего лишь мимолётное мгновение, но в ту секунду, когда мои глаза скользнули по тем немногим личностям, которых я выделил, я ощутил исходящее от них странное чувство давления, что заставило меня задумчиво нахмурить брови.

Это ощущение продолжалось лишь долю секунды, но оставило во мне глубокий след.

«Они гораздо сильнее, чем я первоначально предполагал».

Каждый, на ком останавливался мой взор, за исключением Моники, уже пробился на ранг [SS] и находился на пути к достижению [SS+], причём Ньюман и Морган уже закрепились на нём.

Осознание этого факта принесло мне чувство некоторого облегчения.

Ситуация оказалась не столь безнадёжной, как я изначально предполагал. Тем более что эта встреча происходила гораздо раньше тех немногих воспоминаний, что хранились в моей голове.

— Тишина на минуту.

Неожиданный голос вырвал меня из размышлений, спровоцировав волну внезапного напряжения, которая быстро распространилась по всему помещению, заставив комнату погрузиться в молчание.

Все, кто до этого стоял, опустились на кожаные сиденья с застывшими на лицах торжественными и серьёзными выражениями.

Повернувшись в сторону источника звука, я обомлел, увидав Октавиуса, который сидел во главе стола, соединив пальцы рук перед собой в форме треугольника.

Мои зрачки слегка сузились.

«Когда он успел там оказаться?»

Такая скорость...

— Я вижу, что мне наконец удалось привлечь ваше внимание, – продолжил говорить Октавиус, не обращая внимания на моё потрясение. Пока он вещал, витающее в комнате напряжение не спадало, а наоборот, усиливалось. — Я не из тех, кто любит тратить время на любезности, поэтому перейду сразу к делу: сегодня у меня есть два важных объявления. Оба они станут решающими для развития человечества в последующие годы.

В этот момент в голосе Октавиуса послышалось заметное утяжеление. Всем присутствующим в комнате стало очевидно, что он собирается произнести нечто крайне значимое.

— Примерно через неделю, как большинству из вас известно, истекает срок перемирия между нами и Монолитом. Стоит ли говорить, что это повлечёт за собой для каждого из здесь присутствующих?

Никто ничего не ответил. Было ясно, что все прекрасно понимали, что именно надвигается.

Неизбежная война между человеческим доменом и Монолитом. Война, которая, скорее всего, унесёт миллионы жизней.

— Первоочередное внимание необходимо уделить предотвращению паники во время военных действий. Союз уже предпринял шаги по строительству многочисленных бункеров в каждом городе для защиты своих граждан, и крайне важно, чтобы во время эвакуации не присутствовало никаких шпионов. Это, вероятно, станет самым тяжёлым испытанием, с которым столкнётся Союз, и весьма вероятно, что мы не сможем выявить всех шпионов, скрывающихся в человеческом домене. Нам попросту не хватает жизненно важных ресурсов... что и подводит меня к главному вопросу.

Голова Октавиуса медленно поползла вверх, а его взгляд остановился на тех нескольких фигурах, на которых я ранее задерживал взор.

Ньюман, Морган, Ивана...

— Альянс, – Октавиус моргнул чуть дольше обычного, постукивая пальцем по другой руке. — Если мы хотим, чтобы это сработало, единственный путь лежит через создание альянса.

Мои глаза закрылись, и я откинулся на спинку стула в то самое мгновение, как эти слова сорвались с губ Октавиуса.

«Уже должно быть пора».

Точно по расписанию, стоило мне закрыть глаза, как по комнате разнёсся внезапный крик, и один из присутствующих вскочил со своего места, схватившись за горло.

Его борьба продолжалась ещё несколько секунд, в течение которых его тело неестественно корчилось, из-за чего казалось, будто в него вселился бес, а вены на шее вздулись и выступили наружу.

— Гха-а-а!..

Чёрная кровь брызнула из его рта, и мгновение спустя его тело рухнуло. На бледном лице начали медленно проступать чёрные нити вен.

Бах!

Пока все находившиеся в комнате со всей серьёзностью разглядывали тело, помещение погрузилось в абсолютное безмолвие.

Единственными, кто сохранял видимое спокойствие, были бойцы из первой десятки ранга, но даже они не оставались до конца невозмутимыми.

Тишина продлилась ещё несколько секунд, а затем, как раз в тот момент, когда кто-то собирался приблизиться к трупу, тело задёргалось и, с силой ударив правой рукой о землю, покойник поднял голову, явив черты отвратительного существа.

У монстра было бледное лицо, покрытое сетью чёрных вен, тёмные глаза, растрёпанные волосы и обломанные зубы; это было создание прямиком из фильма ужасов.

Если бы не его слабые колебания маны, кто-нибудь, возможно, уже уничтожил бы его к этому моменту.

— Кхуак! Кхуак! Кхуак!

Тёмная субстанция начала сочиться из тела существа, пока оно медленно поднималось, одновременно то открывая, то закрывая пасть.

Тело монстра продолжало извиваться, пока он медленно вставал во весь рост, и, игнорируя всех остальных в комнате, направился к стулу, который занимал ранее, и опустился на него.

Именно в это мгновение лицо существа подверглось дальнейшим изменениям: его челюсть встала на место, волосы удлинились, а глаза приобрели ясность.

Постепенно взору всех присутствующих открылись черты мужчины неземной красоты.

— Не может быть!

— К-как такое возможно?..

Когда черты лица стали более различимыми, на лицах многих присутствующих проступила заметная бледность.

Малик Альшаятин, казалось, улыбался, медленно поднимая голову, одновременно касаясь своей челюсти и двигая её в левую и правую стороны.

— Итак... что я пропустил?