«Он ушёл».

Кевин слегка приподнял голову, которая до этого покоилась на его руках. Моргнув несколько раз, он обнаружил, что на дворе уже вовсю полыхает утро.

Вспоминая всё то, что он только что поведал Рену, Кевин почувствовал, как на душе у него снова становится тяжело и неспокойно.

— Ну вот и всё, на этом со всем покончено…

Размышляя о том, через что «ему» теперь придётся пройти по его вине, Кевин ощутил укол совести. Он медленно закрыл глаза и прикусил губу.

«По крайней мере, у него появится реальный шанс сохранить жизнь всем, кто ему дорог… Шанс, которого у меня самого никогда не будет».

Он испытывал зависть, но в то же самое время и искреннюю радость.

«Если это поможет искупить то, что я совершил…»

Он горько улыбнулся и покачал головой. На самом деле он просто искал оправдания, пытаясь хоть немного облегчить собственные душевные терзания. Втянуть одного из немногих близких ему людей в свои эгоистичные замыслы…

Если бы это было возможно, он бы выбрал кого-то другого для передачи своей силы. Кого-то более могущественного и одарённого, наверное…

К сожалению, выбора у него не было.

Им мог стать только он.

— Забавно, он вечно жалуется на свой никудышный талант, хотя именно этот талант в итоге его и спасает…

Бросив последний взгляд на комнату, в которой находился, Кевин прижал два пальца к своему лбу.

От них внезапно разлилось белое сияние, полностью окутавшее всё помещение. Его волосы начали приподниматься и, прежде чем окончательно стать угольно-чёрными, они несколько раз лихорадочно сменили цвет с чёрного на белый.

Вслед за этим прямо перед его глазами замелькали полупрозрачные системные экраны:

Синхронизация: [—————————[100%]]

Синхронизация: [———————[75%]———]

Синхронизация: [—————[50%]—————]

Синхронизация: [———[25%]———————]

Синхронизация: [[0%]———————————]

***

— Уа-а! Уа-а!

Громкий плач новорождённого младенца разнёсся по комнате. Чьи-то нежные руки бережно подхватили крохотное тельце, пытаясь унять его крик.

— Тише, Кевин, ну же, не плачь. Мамочка с тобой.

***

— Твоя очередь.

— Чего ты ждёшь? Покончи с ним.

Заговоривший силуэт обладал белоснежными волосами. На этот раз в его голосе отчётливо слышались панические, торопливые нотки.

Повернув голову сначала в сторону обладателя багровых глаз, а затем окинув взглядом всё, что его окружало, Кевин почувствовал, как у него задрожали губы.

— Э-это тот исход, которого ты желал?..

— О чём ты говоришь? – отозвался беловласый силуэт. Его брови крепко сдвинулись к переносице, а голос стал ещё более ледяным.

Стиснув зубы, Кевин указал рукой куда-то вдаль.

— Взгляни на этот мир! Он полностью уничтожен! Почти всё человечество погибло из-за твоих действий, а тебе, похоже, плевать, а?!

Голос Кевина мощным эхом прокатился по округе. Его кулаки были крепко сжаты.

Разумеется, он не верил ни единому своему слову. Это был всего лишь спектакль. В прошлом он совершал вещи куда более ужасные.

— И всё ради того, чтобы убить его! Ты решил принести в жертву всё человечество! Какой смысл убивать его, если никого не осталось?! Какой в этом, блять, смысл?!

Внимательно выслушав гневную трираду Кевина, силуэт с серыми глазами глухо ответил:

— Мне плевать.

— Тебе плевать?..

От этих слов Кевин ощутил очередной болезненный укол в груди. Особенно когда смотрел на то, в каком состоянии сейчас находился его друг.

Последние несколько веков он раз за разом наблюдал, как этот человек теряет абсолютно всё. И он также видел, как с каждым божьим годом тот становится всё сильнее и сильнее. Скорость его роста превзошла все мыслимые ожидания. Настолько, что он уже практически подобрался к своему пику…

Кевин был рад этому, но одновременно и сильно обеспокоен.

«Ещё слишком рано… У меня нет выбора…»

Внезапно из тела Кевина вырвалось мощное алое свечение. Оно было едва различимым, почти прозрачным, но исходящее от него давление заставляло содрогаться саму землю.

— Тебе плевать на то, что из-за твоих амбиций человечество оказалось на грани вымирания? – продолжал разыгрывать свою роль Кевин.

— Что ты делаешь? – проигнорировав его пафосную речь, сухо поинтересовался сероглазый силуэт.

Занеся ладонь, Кевин с силой опустил её на пространство рядом с собой и ответил:

— То, что я должен был сделать в ту самую секунду, как ко мне вернулась память.

Клац. Клац. Клац. Клац. Клац. Клац. Клац.

Едва он договорил, как, к огромному потрясению сероглазого силуэта, прямо из-под земли вырвались массивные чёрные цепи, намертво сковавшие его руки и ноги.

Наконец, впервые за долгое время, бесстрастное лицо сероглазого исказилось от подступивших эмоций, когда он перевёл взгляд на смотрящего на него Кевина.

— Ты что творишь?!

Приподняв руку, сероглазый попытался рвануться всем телом, но сколько бы силы он ни прикладывал, он не мог сдвинуться ни на миллиметр. Мана внутри его каналов оказалась полностью заблокирована.

Осознав всю тяжесть своего положения, он сорвался на крик:

— Что ты со мной сделал?!

Кевин, не удостоив его ответом, повернулся ко второму белому силуэту, который с явным весёлым изумлением наблюдал за развернувшейся сценой. Несмотря на то, что этот незнакомец сам находился на волосок от смерти, в его взгляде, устремлённом на Кевина и сероглазого, читалось абсолютное торжество.

Впрочем, Кевин быстро отвёл от него взор.

— Кх…

Сделав неуверенный шаг вперёд, он почувствовал, как жизненные силы стремительно покидают его тело. Алое свечение вокруг него начало угасать, а сам Кевин сделался бледным как мертвец.

— Убей его сейчас же, покончи с ним! Кончай с ним! Ты же прекрасно знаешь, что ты единственный, кто способен его остановить! Чего ты ждёшь?! – вновь раздался неистовый крик сероглазого силуэта, который свирепо сверлил Кевина взглядом. В его голосе и выражении лица теперь отчётливо сквозило самое настоящее отчаяние.

Сделав ещё шаг, Кевин замер в паре метров от скованного сероглазого.

Клац. Клац. Клац.

По мере его приближения цепей, обвивающих тело сероглазого силуэта, становилось всё больше, пока тот окончательно не потерял возможность шевелиться.

Поняв, что его слова не доходят до Кевина, сероглазый перестал кричать. Его лицо, до этого горевшее яростью, мгновенно опустело и разгладилось. Он опустил голову и монотонно произнёс, глядя на Кевина в упор:

— Думаешь, этого хватит, чтобы меня остановить?

— Не знаю, – Кевин покачал головой.

Конечно, он прекрасно знал, что это его не остановит. Но ему было плевать. Он и не собирался сдерживать его вечно. Он просто подготавливал для него сцену…

— Но скоро мы это выясним. По крайней мере, сейчас ты ничего не сможешь сделать.

Шух!

Резко вскинув руку, Кевин без колебаний пронзил собственную грудную клетку навылет. Из раны мгновенно хлынули потоки крови.

Он ощутил до боли знакомую судорогу, прошедшую по всему телу. Эту боль он испытывал уже бесчисленное количество раз. Поначалу он дико её боялся… но в какой-то момент эти мучения… стали для него чем-то желанным.

Сероглазый силуэт провожал Кевина леденящим душу взглядом.

— Как ты сме…

В то самое мгновение, как жизнь окончательно покинула тело Кевина, мир вокруг вспыхнул ослепительно-белым светом, и всё сущее разлетелось на куски.

***

В мире первозданной, беспросветной тьмы.

Треск! Треск! Треск!

Цепи, сковывавшие Рена, начали покрываться глубокими трещинами и крошиться. Его голова медленно приподнялась. Опустив взгляд на осыпающиеся оковы, он затем перевёл внимание вдаль, туда, где прямо из пустоты постепенно соткался силуэт человека.

Тот смотрел на него с мягкой улыбкой.

— Давненько не виделись.

Голос прозвучал негромко, но Рен отчётливо расслышал каждое слово. Силуэт двинулся в его сторону.

— Ты, должно быть, презираешь меня, верно?

— …

Ответа не последовало, но незнакомец и не рассчитывал его услышать. В глубине души он и так прекрасно знал, что ему скажут. Он указал рукой на сковывающие Рена цепи.

— Скоро ты будешь свободен.

Единственная причина, по которой эти оковы вообще существовали, заключалась в том, что Рен развивался слишком стремительно. Теперь же, когда Кевин выполнил всё, что планировал, необходимость в них отпала. Скоро они исчезнут без следа.

Кевин слегка побарабанил пальцами по своей груди и глубоко вздохнул.

— Скоро я исчезну… Честно говоря, мне не хочется умирать. Никогда не хотелось, но у меня просто нет другого выбора… Впрочем, я смирился. – уголки его губ слегка поползли вверх. — Мне так и не удалось толком понаслаждаться жизнью… Каждый раз, когда мне казалось, что я наконец-то счастлив, я тут же осознавал, что всё это вот-вот испарится у меня на глазах. Что бы я ни делал, они все были обречены на страдания… Мои родители, Эмма, ты…

Кевин тихонько рассмеялся, почесав пальцем щёку.

— Не знаю. Наверное, всё это логично. Я ведь был рождён для того, чтобы одолеть Джезебета, а не для того, чтобы быть счастливым… – он со вздохом поднял глаза кверху. Его губы задрожали, и он снова посмотрел на Рена. — В какой-то момент моей жизни абсолютно все, кто был мне близок, начинали смотреть на меня взглядом, в котором не оставалось ничего, кроме жгучей ненависти… Меня презирали и проклинали те, кого я любил сильнее всего. И самое забавное, что я даже не могу пожалеть самого себя… Учитывая то, что я натворил… – Кевин покачал головой и замолчал. — Э-это, наверное, последний раз, когда мы видимся… Я пришёл сюда не для того, чтобы просить у тебя прощения… Что бы я ни сказал, это, скорее всего, заставит тебя ненавидеть меня ещё сильнее… И хотя мне не привыкать к ненависти и презрению… мне бы очень не хотелось, чтобы мои последние минуты прошли именно так… Ха-ха, ну… ладно, пожалуй, для этого уже слишком поздно…

Он сделал глубокий вдох и протянул руку вперёд. Его палец мягко коснулся лба Рена, и в сознание того бурным потоком хлынули чужие воспоминания и образы.

— Я просто надеюсь, что, увидев это, ты изменишь своё мнение. Рен… Тот, другой… Он… Он не справится со всем этим в одиночку. Его появление, если честно, вообще стало для меня полной неожиданностью… Я был искренне потрясён тем, что ты сделал, хотя, надо признать, ты уже далеко не в первый раз умудряешься меня удивить…

Процесс передачи видений занял совсем немного времени. Стоило Кевину убрать палец, как его тело начало стремительно терять плотность, становясь прозрачным.

Наконец Рен посмотрел на него по-настоящему. Его затуманенный взор обрёл былую ясность, и именно тогда он увидел, что Кевин смотрит на него с вымученной, но тёплой улыбкой. Уголки его глаз повлажнели, но он упрямо задирал голову вверх, пытаясь скрыть этот факт.

Когда их взгляды встретились, улыбка Кевина стала ещё шире.

Несмотря на все те горькие слова, что он произнёс, и на эту натянутую улыбку – сейчас он был по-настоящему счастлив.

Его ненавидели и презирали все, о ком он когда-либо заботился… Но его это больше не волновало. Думая об их возможном будущем, он ощущал лишь колоссальное облегчение.

Каждый из нас является злодеем в чьей-то чужой истории, и он успел примерить эту роль слишком много раз. Но ему было плевать. Хороший, плохой… какая разница. Он просто делал то, что считал правильным.

Его лицо расслабилось, а улыбка стала мягкой.

— Прощай.

Его силуэт с негромким звоном рассыпался на бесчисленное множество сверкающих осколков, и безжизненная пустота вновь погрузилась в привычное состояние абсолютного безмолвия.

Треск. Треск. Треск.

Удерживавшие Рена цепи окончательно развалились, и он бессильно повалился на землю.

С трудом приподняв голову, Рен устремил взгляд на то самое место, где только что стоял Кевин, а затем медленно посмотрел наверх, в бескрайнюю черноту.

Вскоре он почувствовал, как по его щеке покатилось что-то тёплое.

Следующая арка – Арка Откровения.

До завершения истории осталось примерно 100 глав.