— Мы прошли долгий путь, друзья…

Джезебет смотрел на море демонов, стоявших перед ним. Их были миллионы, и все они смотрели на него с пылкой верностью в глазах.

Этот вид заставил Джезебета улыбнуться.

«Кто бы мог подумать, что наша раса, ещё пару веков назад находившаяся на грани вымирания, теперь станет самой доминирующей из всех».

Это зрелище…

Оно тронуло его, и улыбка на его лице стала едва заметно шире.

— Многие из вас, вероятно, сбиты с толку… возможно, даже раздражены внезапным приказом, но я хочу прояснить кое-что… – Джезебет сделал паузу и посмотрел с высоты на всех присутствующих демонов. — Этот приказ… Его отдал лично я. Это было моим осознанным решением, а не чем-то, сфабрикованным на ходу.

Мягкий голос Джезебета коснулся ушей каждого из присутствующих демонов.

Он мягко вибрировал в их разуме, словно заворожив некоторых из них: их глаза затуманились, а тела начали слегка покачиваться.

— Если вы недовольны приказами, то можете высказать свои претензии прямо сейчас. Я весь во внимании.

Джезебет замолчал и окинул взглядом армию демонов перед собой. Он ждал, пока кто-нибудь заговорит, но никто не осмелился.

В этом месте царила невероятная тишина, и все демоны смотрели на него всё теми же глазами, что и прежде.

— Что ж, похоже, недовольных здесь нет…

Он не знал, радоваться ли ему этой новости или расстраиваться.

Ему бы очень хотелось увидеть хотя бы нескольких демонов, которые воспротивились бы ему. Показать, что они отличаются от остальных, но Джезебет с разочарованием осознавал, что таких среди них не было.

«Я ожидал слишком многого».

Скрыв своё разочарование, Джезебет снова поднял голову и посмотрел на демонов перед собой.

— Теперь, когда с этим покончено, я рад объявить, что война официально окончена, – продолжим Джезебет до того, как остальные успели закричать от радости. — Но! И я имею в виду «но»! Настоящая война ещё даже не началась, так что не спешите ликовать.

Словно окатив всех холодной водой, демоны, на чьих лицах только что играло воодушевление, мгновенно сменили его на разочарование.

Джезебет продолжил:

— То, с чем мы имели дело на данный момент – лишь малая толика. Лишь предвкушение той настоящей войны, что надвигается на нас…

Всё, что каждый из них пережил до сих пор, было лишь прелюдией к настоящей войне.

Их силы были велики, и Джезебет был уверен в своих шансах на победу, но… это было до того, как он узнал о поступке Кевина.

В данный момент он был полон сомнений.

Он был не уверен в грядущем будущем.

То, что раньше казалось незыблемым, теперь утратило свою определённость, и сейчас все приготовления казались напрасными.

Тем не менее, в одном он мог быть уверен наверняка… Это действительно последняя регрессия.

Собрав все фрагменты Акаши, он знал без тени сомнения: тот, кто победит в этой схватке, станет окончательным триумфатором.

Когда Хранители исчезли, ничто больше не мешало ему добраться до Хроник.

Нет… На самом деле, кое-кто всё же был.

Существовал один конкретный человек, у которого находился ключ к доступу к Хроникам.

Он был прекрасно ему знаком – единственная сущность, о которой он мог честно сказать, что испытывает перед ней страх.

Он был единственным, кто когда-либо побеждал его, и, вероятно, его величайшим соперником.

«Боюсь, теперь всё будет далеко не так просто, когда Кевин отдал ему все свои силы...»

От одной лишь мысли о нём сердце Джезебета затрепетало, а взгляд сместился вправо. Он почувствовал, как расслабляется, и выражение его лица смягчилось.

«Всё верно, я ведь и сам не совсем беззащитен».

У него всё ещё кое-что оставалось…

— Приготовьтесь, мы скоро выступaем.

Он окинул взглядом стоящую перед ним армию демонов и повернулся спиной.

— Победа или поражение определят, останемся ли мы единственной расой, существующей во вселенной…

***

— Ты планируешь переселить сюда вообще всех?!

Громкий голос Октавиуса сотряс мой кабинет. В этот момент мы находились вдвоём, и он смотрел на меня взглядом, в котором так и читалось: «Ты свихнулся».

— Я не свихнулся.

— Чёрта с два!

— Вообще-то, это было довольно грубо.

— Говорить правду в глаза – не грубость.

— О, поверь мне, ещё какая.

— Тогда ты просто бредишь.

— Ну вот, опять грубишь… И так ты отплачиваешь своему спасителю?

Этот перепалка между мной и Октавиусом продолжалась бог весть сколько минут – или даже часов.

Я потерял счёт времени.

— Да ладно тебе, ты и сам прекрасно понимаешь, что я принимаю правильное решение.

Хотя я вполне мог понять его логику, я всё равно не считал свой выбор неразумным.

Стоило лишь порассуждать здраво, и становилось очевидно, что в этом есть абсолютный смысл, и я не сомневался, что Октавиус на каком-то уровне тоже это осознавал.

Тем не менее…

«Я никак не могу привыкнуть к этому новому Октавиусу».

У меня просто слов не находилось.

Он проявлял несравнимо больше эмоций, чем когда-либо в прошлом, и некоторые вещи, которые он говорил и выражал с помощью мимики, по-настоящему выбивали из колеи.

«Верните мне прежнего Октавиуса…»

Как бы сильно я ни презирал прежнего Октавиуса, тот был невероятно рационален и никогда не позволял эмоциям взять верх над собой.

Полная противоположность нынешнему Октавиусу, который, если можно так выразиться, находился на пике эмоционального всплеска.

«Не то чтобы это было плохим качеством, но в подобных ситуациях… это дико раздражает».

— Неужели тебя абсолютно не волнует волна негатива, которая обрушится на тебя в ближайшем будущем? Ты хоть понимаешь, что большинство людей будут в ярости от твоего решения? Тебе совсем нет дела до возможных протестов, которые вспыхнут повсюду?

— Успокойся ненадолго и послушай меня.

Я вздохнул и сжал пальцами переносицу.

К счастью, мои слова дошли до его ушей, и он вскоре остыл.

Я продолжил:

— Начнём с того, что я никого не собираюсь заставлять отправляться на Имморру. – я уже говорил об этом Мэйлин и остальным. — Каждый свободен сам решать, хочет он отправляться сюда или нет. Другое дело, если бы я принуждал их, но раз уж я не собираюсь этого делать, то уверен, что никаких протестов не будет... А если и окажется, что кто-то недоволен, что ж, мне придётся пересмотреть свои взгляды на то, где мы находимся как вид.

Никто ведь не станет дураком до такой степени, правда?

— Они должны понимать лучше других, что надвигается война, и всё, что я делаю – просто предоставляю им безопасное убежище, чтобы помочь избежать этой войны и не умереть бесполезной смертью.

Другая причина заключалась в том, что я не хотел, чтобы они были для меня обузой, но это я предпочёл оставить при себе.

Что касается тех, кто решит остаться – пусть будет так. Если они окажутся в опасности, я отнесу их в самый конец своего списка приоритетов, о которых стоит печься.

Я не мог позволить им стать для меня обузой.

— Ладно, я понял.

Октавиус сел напротив меня, наконец окончательно успокоившись.

Выражение его лица впервые за долгое время вернулось в норму, и он погрузился в глубокие раздумья.

Слово «норма» было небольшим преувеличением, учитывая, что именно таким и должен был быть его естественный вид.

— Хорошо, – произнёс он наконец, подняв взгляд и встретившись со мной глазами. Потирая подбородок, он откинулся на спинку кресла и спросил: — Если… И я подчёркиваю: если… мы собираемся это сделать, сколько тебе потребуется?

— Сколько чего?

— Ядер.

— Оу…

Я нахмурился.

И вправду: чтобы открыть портал, мне нужно было использовать ядро в качестве источника энергии. Я помнил, что уже делился с ним этой информацией ранее.

«Если ядра ранга [S] хватает на десятки тысяч человек, то… если брать в расчёт, что я, вероятно, собираюсь переселить миллионы…»

Выражение моего лица стало мрачным.

— Скорее всего, несколько ядер ранга [SS].

Я вздохнул, почувствовав, как сжалось сердце.

Это были колоссальные затраты. Используй я их иначе, смог бы насытить город ещё большим количеством маны, но сердце всё равно болезненно щёлкало.

Это ведь целая куча ядер…

Не будь это крайнее необходимостью, я бы наверняка применил их для чего-то другого.

— Н-несколько?.. – конечности Октавиуса задрожали от моих слов, но ему в итоге удалось взять себя в руки. — Я понял.

Он поднялся, опираясь на подлокотники кресла, и затем перевёл взгляд на дверь кабинета.

Он медленным шагом направился к ней.

— Я… Я сообщу им о твоём решении на пресс-конференции, которую организую в ближайшее время. Средства массовой информации вскоре сделают объявление по всему домену… – его ноги замёрли прямо перед дверью. — Ты правда думаешь, что никакой ответной реакции не будет?

— Я уверен.

Если и было что-то, в чём я был непоколебимо уверен, так это в данном вопросе.

— Ну, тогда ладно.

Октавиус положил руку на дверную ручку и, уже собиравшись повернуть её, снова обернулся.

— К-кстати… – он запнулся. — Как называется город?

— Название города?

Я открыл рот, но не успел произнести ни слова, как снова сомкнул губы.

Подумав мгновение, я невольно улыбнулся.

Название отдавало лютой банальщиной, но представляя, как бы «он» отреагировал, будь он всё ещё жив, я тихо усмехнулся про себя.

Это было похоже на внутреннюю шутку, понятную лишь нам двоим, и именно эта мысль заставила меня утвердиться в решении.

Возможно, где-то глубоко в душе я молился о том, чтобы в один прекрасный день он увидел то, что я построил, и проклял меня за то, как я это назвал.

Я посмеивался каждый раз, когда думал об этой маловероятной возможности. И всё же именно эта единственная мысль вдохновила меня назвать город именно так.

— Восс…

Я посмотрел на Октавиуса и повторил, на этот раз медленнее:

— Название города… Восс.