«Я не буду давать тебе сигнал. Уверен, ты сама лучше поймёшь, когда использовать стрелу, но... не спускай её, пока не будешь абсолютно уверена, что попадёшь... Я верю, что ты почувствуешь тот самый момент, когда нужно выстрелить. И у тебя будет всего одна попытка, так что... сделай так, чтобы она сработала...»

Стоя на крыше здания с натянутым пустым луком, Аманда снова и снова прокручивала в голове слова, брошенные ей Реном прямо перед тем, как он отправился к одному из Столпов.

Прямо на её глазах разворачивалась битва такого масштаба, который её разум едва ли мог постичь, и всё, что она могла делать – смотреть на неё, затаив дыхание.

«И как я вообще должна в это вмешаться?»

Аманда задавалась одним и тем же вопросом раз за разом, пока капли пота стекали по её лицу, а хватка на луке становилась всё крепче.

БАМ! БАМ!

Отголоски их сражения долетали даже до её возвышенности; мощная ударная волна пронеслась мимо, растрепав её волосы. Ей пришлось направить ману в стопы, чтобы удержаться на месте, а когда пыль рассеялась, она заметила внезапную перемену в ходе битвы.

— О нет...

Сердце Аманды сжалось от вида того, как Король Демонов избивает Рена, вбивая его прямо в лицо и разрывая землю под их ногами.

Круговые проекции за её спиной тут же выстроились в ряд – от большей к меньшей, – а всё её тело затрепетало.

Она уже собралась вызвать свою стрелу, как в памяти вновь всплыли слова Рена, и она вовремя остановила себя.

«Ещё не время...»

Момент ещё не настал, и она это понимала.

БАМ!

Видя, как Джезебет наносит очередной удар, Аманда вздрогнула, но не отвела взгляда, продолжая пристально следить за ним. Ей как никогда хотелось вмешаться, но она снова сдержала себя и лишь молча сжала зубы.

После очередного попадания Аманда увидела, как Король Демонов накрыл ладонью лицо Рена, подставив ей свою открытую спину. Вскоре на его руке проступили знакомые золотые руны.

То же самое произошло и с Реном: его лицо покрылось золотистыми символами, которые медленно перетекали с его кожи на руку Короля Демонов. Мир вокруг них начал искривляться.

Тело Рена быстро стало усыхать, превращаясь в мумию, и Аманда больше не могла просто смотреть на это.

Выставив ногу вперёд, она сделала бесшумный вдох, и на её луке материализовалась стрела. Едва она появилась, как в воздухе зазвучал тихий шёпот, а вокруг закружились золотые руны.

Лук становился всё тяжелее, и Аманда почувствовала, как всё её тело горит огнём, пока её руки на глазах стремительно старели. И всё же, несмотря на истязавшую её боль, её взгляд был намертво прикован к незащищённой спине Джезебета.

В это же время тело Рена усыхало всё сильнее, и ровно в тот момент, когда он, казалось, оказался на грани гибели, Аманда наконец отпустила тетиву.

ТВА-А-А!

Она не могла точно вспомнить, что произошло дальше, но в ту секунду, когда тетива сорвалась, её лук рассыпался в мельчайшую пыль, развеявшуюся перед ней, а мир вокруг стал ослепительно белым.

За этим последовала странная, противоестественная тишина, поглотившая всю вселенную. Вскоре к миру вернулись краски, но...

К несчастью, прямо в этот миг её собственный мир померк, и она почувствовала, как её тело бессильно валится вперёд.

***

Бах!

ТВ-А-А-АНГ!

Внезапно мир стал белым, и Джезебет ощутил пронзительную боль в спине. Всё его тело дико затряслось, а боль, не похожая ни на что испытанное им прежде, разнеслась по каждой жилке.

— Т-ты...

Опустив взгляд, он увидел Рена, который смотрел на него со слабой улыбкой. Обе его руки вцепились в предплечья Джезебета, от них исходило мягкое свечение, и Джезебет почувствовал, как из тела Рена с диким рёвом вырываются Законы.

— Кх…

Казалось, будто что-то сокрушительное выкачивает всю энергию из его организма; он в буквальном смысле ощущал, как слабеет с каждой сфокусированной секундой.

С другой стороны, тело Рена на глазах наполнялось жизнью, постепенно возвращаясь к своему прежнему виду.

«Я не могу...»

Ощущая, как всё, ради чего он так тяжело трудился, ускользает прямо из-под носа, Джезебет закинул голову и со всей дури боднул Рена лбом в лоб.

БАМ!

Это было чертовски больно, в голове дико запульсировало, но эта боль казалась сущим пустяком по сравнению с тем, что творилось у него за спиной.

К счастью, это действие возымело эффект, и он почувствовал, как хватка на его руках ослабла.

— А... Кха!

Топ! Топ!

Пошатнувшись назад, он разорвал дистанцию с Реном и тяжело шлёпнулся задницей на землю.

— Ха-а... ха-а...

Жадно хватая ртом воздух, он изо всех сил пытался направить оставшиеся крупицы энергии в каналы, но к своему ужасу осознал, что его резервуар опустошён дочиста.

Шурх! Шурх!

Ощутив движение с противоположной стороны, Джезебет поднял взгляд и увидел подрагивающего Рена, который брёл в его сторону.

Несмотря на то, что тот забрал его энергию, выглядел он не менее истощённым: с бессильно опущенными руками он плёлся прямо к нему.

Глядя на его фигуру, Джезебет сжал зубы и заставил себя подняться.

Как и его оппонент, он ковылял вперёд, и, вопреки дикой боли, продолжал сокращать дистанцию, пока между ними не осталось всего пара метров.

БАМ!

Ни один из них не стал тратить ни секунды: они одновременно выбросили кулаки навстречу друг другу. Оба удара точно достигли чужих скул, отчего их головы запрокинулись назад.

Этого... очевидно, было мало: они оба отдёрнули руки и снова нанесли по прямому удару.

БАМ!

В прошлое ушли их могущественные техники, разрывавшие воздух и уничтожавшие сушу. Прямо сейчас их битва приняла совершенно иной оборот: они дрались друг с другом, используя лишь чистую физическую силу своих истощённых тел.

Издалека – будь то демоны или представители четырёхрасного союза – все не сводили глаз с их фигур, пока эти двои обменивались ударами.

Несмотря на то, что оба бойца стали несоизмеримо слабее, чем были ранее, никто не смел сделать и шага, продолжая наблюдать за развязкой, затаив дыхание.

Все понимали: именно победитель этой драки решит исход всей войны...

БАМ! БАМ!

Они шли наравне, методично обмениваясь ударом за ударом. Стоило Джезебету достать противника, как Рен тут же отвечал тем же, и цикл обмена ударами повторился снова.

Оба продолжали навязывать свою волю, несмотря на то, что с каждой секундой их замахи становились всё более смазанными и медлительными. Однако никого из них это не заботило.

— Угх!

БАМ!

После очередного обмена ударами они оба попятились назад, и как только Джезебет собрался снова рвануть вперёд, спину прожгло дикой вспышкой боли, отчего его движение застопорилось на долю секунды.

Рену хватило и этого: рванув вперёд, он нанёс точный и жёсткий удар головой прямо в лицо Джезебету, заставив того потерять равновесие.

Бах!

Упав на задницу, Джезебет попытался встать, но обнаружил, что у него больше нет на это сил. Подняв взгляд, он лишь успел увидеть стопу, впечатавшуюся ему прямо в нос и с силой вбившую его затылок в землю.

— Кх...

С этой секунды он... он больше не поднимал головы, лишь смутно и отрешённо взирая на небосвод.

Он хотел двигаться, но не мог. Почти каждая кость в его теле была сломана, а энергия давно испарилась без остатка.

Он превратился в пустую оболочку своего прежнего «я», и, осознавая собственную беспомощность, не мог не сжать зубы от жгучего отчаяния.

— Я... Я был так близок...

Ему удалось выдавить лишь пару слов, пока он смотрел на небо, которое снова стало чистым и голубым.

В безоблачном голубом небе всегда было что-то такое, что дарило ему умиротворение. Оно всегда напоминало ему о доме... о месте, которое он когда-то называл своим домом, и где жили его родители.

Он планировал уединиться и уйти от всего мира в тот самый миг, как заполучит Хроники и узнает истину.

Его план заключался в том, чтобы остаться в мире, подобном этому. В тихом и мирном.

В том, который напоминал бы ему о родной планете, но...

Бах!

Тень заслонила его обзор, когда перед ним возникла пара глубоких синих глаз.

Смотря прямо в них, Джезебет чувствовал, как всё рушится, и, хотя внутри всё клокотало от досады... он принял этот исход.

Глубоко в душе он всегда знал, что поражение – весьма реальный сценарий, и давно подготовил себя к нему.

Всё было не напрасно: его глаза медленно закрылись, и мир вокруг окончательно погрузился в тишину.

В его разуме не осталось сожалений, лишь жалость...

«Если бы только…»

Он так и не успел закончить эту мысль. В ту же секунду всё прекратилось, и существо по имени Джезебет навсегда исчезло из этого мира.

***

— Ха-а... ха-а-а...

Прямо сейчас мне было трудно даже дышать или говорить. Почти каждая часть моего тела была разрушена, и я с трудом мог сфокусировать взгляд.

Всё, что оставалось в моем поле зрения – размытый силуэт тела Джезебета, и из последних сил я пытался удерживать на нём свою руку.

Я видел множество золотых символов и рун, круживших в воздухе, но удерживать сознание становилось всё сложнее.

Несмотря на это, я продолжал держать ладонь на теле Джезебета, и мир вокруг меня начал смещаться. Чувство провала охватило меня с головой, а зрение внезапно стало рушиться на осколки.

За мгновение до того, как окончательно потерять сознание, я заметил, что пейзаж вокруг меня меняется.

Казалось, будто я стою посреди зелёной поляны, но я не был уверен.

Внезапно тело Джезебета начало исчезать, а золотые руны закружились надо мной. Моя рука вскоре коснулась земли, и я ощутил что-то под кончиками пальцев.

Приложив максимум усилий, я успел разглядеть несколько металлических осколков, а также витающую над ними слабую чёрную дымку.

Вытянув руку, я сжал осколки в кулаке, и моё зрение наконец полностью погрузилось во тьму.