Весь Священный дворец охватили потрясение и страх.

Спустя недолгое время внезапно поднялся страшный переполох.

«Что... что, черт возьми, происходит?!»

«Что случилось? Почему сияние убывает?»

Прямо на глазах у всех разворачивалось зрелище, какого еще никогда не случалось.

Второй ярус, что постепенно обретал очертания, теперь медленно истончался. Громадные объемы густого сияния сокращались и тускнели с видимой скоростью.

«Что произошло?!» брови Хэй Лу Ланя сошлись в тугой узел. Своей могучей ручищей он ухватил старейшину Хэй Пэя за ворот и рывком притянул к себе.

Лицо его исказилось, а глаза, распахнутые от ярости, метали молнии. «Расследовать! Я должен знать, что, черт возьми, случилось!»

Хэй Лу Лань обладал одним из десяти предельных телосложений — телом Истинной Боевой Мощи Великой Силы. Лишь став бессмертным, он мог избежать гнета смерти.

Однако, чтобы предельным телосложениям стать бессмертными, требовалась помощь соответствующих Бессмертных Гу.

Хэй Лу Лань возлагал надежды на Здание Восьмидесяти Восьми Истинных Ян, желая отыскать там ключ к обретению бессмертия — Бессмертного Гу пути силы. Как же он мог допустить, чтобы с Зданием случилась беда?

Старейшина Хэй Пэй задрожал от страха всем телом. Хэй Лу Лань требовал от него разузнать подробности, но он был всего лишь смертным. Как ему расследовать? Что расследовать? Срывающимся голосом он ответил: «Это... подчиненный не ведает. В исторических хрониках не было подобных случаев...»

«Свет редеет! Он редеет еще больше!» кто-то закричал, указывая на Здание Восьмидесяти Восьми Истинных Ян.

Сияние убывало, и густой свет становился все тусклее.

Многие мастера Гу в оцепенении смотрели вверх. Паника стремительно разливалась повсюду.

«Неужто Здание Восьмидесяти Восьми Истинных Ян повреждено?»

«Но это же установление, что лично устроил наш старый предок Преподобный Бессмертный!»

«Неужто и Здание Восьмидесяти Восьми Истинных Ян не в силах устоять перед течением реки времени?»

У некоторых лица побелели, а еще больше людей в ужасе хватались за головы.

«Они в смятении», издалека глядел на это Фан Юань. Взгляд его был жутковат, а на губах играла холодная усмешка.

Пусть он и был далеко, панические крики из Священного дворца все равно достигали его ушей.

Виновник этого ужаса бросил взгляд на Священный дворец, а затем устремил его вниз, на пещеру горы Ди Цю.

Глаза его сияли странным светом, и он похвалил: «Поразительно, воистину поразительно!»

Изначально Фан Юань полагал, что поглощено будет не больше десятой доли. Но он и помыслить не мог, что, когда он приведет механизм в действие, обратный ток небесной силы превзойдет все его ожидания!

Уже по одному этому Фан Юань мог судить, что понимание Здания Восьмидесяти Восьми Истинных Ян этим Бессмертным Гу ничуть не уступало его собственному.

«Кто же этот загадочный Бессмертный Гу? Каков его облик? Мне выпала счастливая судьба, преимущество перерождения, да к тому же сведения из первых рук от духа земли Лан Я. Но как он или она сумели достичь столь глубокого понимания Здания Восьмидесяти Восьми Истинных Ян?»

Теперь пещера была до краев полна света, почти что переливаясь через край, но слой черного света у входа крепко сдерживал его.

Сияние бушевало на свободе. Яростный свет, что вызревал внутри, становился все неистовее.

Треск...

На первом ярусе Здания Восьмидесяти Восьми Истинных Ян начали появляться трещины.

Хэй Пэй и прочие старейшины побелели как полотно, в оцепенении взирая на это зрелище.

Что же до прочих мастеров Гу на нижних ярусах Священного дворца, многие из них уже пали на колени и беспрестанно били земные поклоны.

Кто-то кричал, кто-то рыдал, кто-то умолял:

«Не рушься, только не рушься!»

«Старый предок, в чем мы провинились, за что караешь нас так?!»

«Молим старого предка смилостивиться! Просим дать нам, нерадивым потомкам, еще один шанс!»

Все эти голоса достигали ушей Хэй Лу Ланя, а он, замерев, неотрывно глядел на первый ярус Здания Восьмидесяти Восьми Истинных Ян.

По первому ярусу безостановочно расползались трещины.

Пусть Хэй Лу Лань и был мастером Гу пятого ранга с предельным телосложением, существом на самой вершине среди смертных, сейчас он испытывал лишь растерянность, бессилие, колебания и слабость!

«Нет, так нельзя! Я не допущу этого!!» в ярости взревел Хэй Лу Лань. Лицо его исказилось в злобной гримасе, а взгляд пылал горячей яростью.

«Я еще не отомстил за мать! Моя месть! Мой Бессмертный Гу пути силы!» кричал он в душе.

Гул.

Раздался тихий звук, но земля содрогнулась!

Первый ярус Здания Восьмидесяти Восьми Истинных Ян, что уже полностью обрел очертания, окончательно рухнул и обратился вспять в свободное сияние.

Свет, точно поток, прорвавший плотину, хлынул наружу и стремительно разлился вширь. За какие-то мгновения он накрыл весь Священный дворец и окрасил небосвод до самого горизонта.

Пф!

Взор Хэй Лу Ланя потерял сосредоточенность. Живот его сдавило удушье, и он невольно изрыгнул сгусток застоявшейся крови, что хлынула обратным током к горлу.

«Нет! Я не потерплю! Соберись обратно немедленно! Вернись!» он раскрыл ладони и попытался ухватить сияние.

И, будто в ответ на его усилия, сияние, что растекалось во все стороны, постепенно пошло на убыль, а окрестный свет начал втягиваться обратно.

Взор Хэй Лу Ланя вспыхнул. Искра надежды только-только зажглась в нем, но в следующее мгновение угасла без следа.

Сияние, может, и собралось вновь, но оно не уплотнилось обратно в очертания первого яруса. Свет продолжал убывать, будто его поглощало гигантское бестелесное чудище.

«Нет, не надо...» пробормотал вдалеке Тай Бай Юнь Шэн. Лицо его сделалось безжизненным.

«Неужто Небеса желают гибели нашему племени Хэй?» первый старейшина Хэй Пэй вцепился себе в волосы.

Если с Зданием Восьмидесяти Восьми Истинных Ян, пока оно в руках племени Хэй, случится беда, это означало, что племени Хэй конец. Прочие великие силы и Золотые Племена не оставят их в покое.

«О Небеса! Что же стряслось? Здание Восьмидесяти Восьми Истинных Ян и впрямь...» Е Люй Сан в ужасе схватился за грудь. Возле самого его сердца покоился Бессмертный Гу пути огня, что перед состязанием Императорского Двора одолжил ему верховный старейшина племени Е Люй Лай. И теперь этот Бессмертный Гу пути огня безостановочно дрожал.

Почти в тот же самый миг выражение лица Фан Юаня тоже слегка переменилось.

В его апертуре Весенне-Осенняя Цикада явила свой истинный облик, непрерывно сотрясаясь и источая ауру Бессмертного Гу, отчего его апертура пятого ранга заскрипела под напором.

«Это резонанс Великого Дао Небес и Земли», Фан Юань прекрасно это понимал.

Человек был духом всех сущих, а Гу — сутью Небес и Земли, вместилищем Великого Дао. Если о смертном Гу говорили, что он содержит лишь крохотный обрывок закона Небес и Земли, то Бессмертный Гу вмещал в себя целый угол Великого Дао, нетронутый осколок правил Небес и Земли.

Вот почему Бессмертный Гу каждого вида мог существовать лишь в единственном числе.

Всякий раз, когда рождался Бессмертный Гу, прочие Бессмертные Гу в округе начинали дрожать и откликаться.

Чем ближе были законы, заключенные в телах Гу, или чем сильнее они противоречили друг другу, тем мощнее был резонанс между ними и тем сильнее они сотрясались.

«Судя по силе сотрясения Весенне-Осенней Цикады, этот Бессмертный Гу, что вот-вот родится, не принадлежит к пути времени», прикинул Фан Юань, но взгляд его был крепко прикован к пещере, без тени небрежения.

Внутри пещеры сияние из Здания Восьмидесяти Восьми Истинных Ян непрерывно поглощалось и угасало, питая яростный свет внутри.

Этот яростный свет становился все пышнее. Черная пленка у входа уже начинала выказывать признаки того, что не в силах больше его сдерживать.

«Довольно. Если не вмешаться сейчас, черная пленка лопнет, и сияние выстрелит в небо, выдав меня с головой. То, что меня обнаружат Хэй Лу Лань и прочие, еще полбеды. Но если это пробудит дремлющую волю Здания Восьмидесяти Восьми Истинных Ян, тогда хватит одной лишь мысли Преподобного Бессмертного, чтобы обратить меня в прах».

Фан Юань и прежде несколько раз подавлял порыв вмешаться. Теперь же миг настал как нельзя более подходящий, и он приступил к делу, метнув внутрь великое множество Гу.

Гу всех путей, от первого ранга до пятого, сыпались вниз дождем.

С виду все это выглядело беспорядочным и запутанным, но на самом деле таило в себе особую глубину. Гу не только были разделены на обособленные группы, но и расстояние между ними было строго определенным. Даже скорость падения одних Гу была чуть медленнее, а других чуть быстрее.

То был высококлассный прием переплавки Гу, именуемый «дождеватель». Мастера Гу с природным дарованием и способностями могли овладеть путем порабощения и искусством полета. Но даже куда более одаренным мастерам Гу требовались тысячи попыток, прежде чем они могли сносно применить прием «дождевателя».

Мастерство же Фан Юаня в этом приеме было куда выше сносного и заставило бы прочих мастеров пути переплавки восхищенно ахнуть.

После того как Гу окропили все дождем, сияние медленно сменило цвет на синеву воды или небес, а затем застыло.

В синем свете бессчетные белые огоньки летали, точно птицы, и плавали, словно рыбы. Крохотные искры белого света то и дело сбивались в кучи, а время от времени рассыпались, как звезды. Даже мимолетного взгляда на это хватило, чтобы у Фан Юаня закружилась голова.

Он поспешно перевел взгляд на Священный дворец.

Шум в Священном дворце уже поутих. После того как сияние, окутывавшее дворец, убыло почти наполовину, скорость его сокращения замедлилась.

Видя, что никто не обращает внимания в эту сторону, а рассеянные волчьи стаи не шлют боевых сигналов, Фан Юань про себя с облегчением выдохнул.

«Все идет гладко, теперь, должно быть, последний шаг», он был предельно осторожен и даже не помышлял о самодовольстве. Напротив, он сделался еще бдительнее.

Сколько случаев было в истории этого мира и на Земле, когда люди терпели крах на последней преграде?

К тому же этот последний шаг вызовет грандиозный переполох, и именно на нем скорее всего могла случиться беда.

Фан Юань слегка дернул запястьем, и Гу Зловонного Ветра, что он держал наготове, легонько впорхнул в пещеру.

Тотчас из пещеры потянуло необычным ароматом.

Диковинный аромат разносился даже без ветра и вскоре растекся повсюду.

«Остановилось! Остановилось!» после долгих мгновений потрясения и страха мастера Гу в Священном дворце разразились диким ликованием.

«Господин, сияние перестало убывать и начало понемногу расти снова!» взволнованно воскликнул один из старейшин племени Хэй и тут же получил пинок от Хэй Лу Ланя.

«Я и сам вижу!» Хэй Лу Лань пинком отправил старейшину на землю. Взгляд его был свиреп, но низкий голос не мог скрыть радости.

Однако сердце его было до крайности напряжено.

Убыль сияния Здания Восьмидесяти Восьми Истинных Ян и даже крушение целого яруса — такого еще никогда не случалось.

Что же произошло?

Разум Хэй Лу Ланя переполняли сомнения.

Он не знал, отчего случилась беда, и это заставляло его терзаться тяжкой тревогой. Что же делало Хэй Лу Ланя еще более беспомощным и негодующим, так это то, что Здание Восьмидесяти Восьми Истинных Ян было творением Преподобного Бессмертного. «Даже если б я знал, в чем загвоздка, с моими-то способностями я, верно, не сумел бы ее устранить...»

Если бы он узнал, что все это было делом рук одного Фан Юаня, он, пожалуй, рискнул бы жизнью, сорвал бы печать, наложенную на него Бессмертным Гу Темного Предела, и бросился бы с Фан Юанем в смертный бой.

♢ ♢ ♢ ♢

Переводчик: Lozeryy

Редактор: Eroks