Ш-ш-ш…

Сознание Аселлы вернулось. Сад дворца Вольгван. Как будто густая, беспросветная тьма ночи тяжело навалилась на неё.

Холодный зимний воздух проник в её ноздри, мгновенно отрезвив мозг. Он жестоко дал понять, что всё, пережитое ею, было не сном — а чистейшей, не прикрытой ничем реальностью.

Несколько прядей белых волос незаметно проявились среди её растрёпанных локонов.

— Ах.

Не успев даже проверить восстановившееся зрение, Аселла осела на землю.

Замёрзшая трава царапнула колени. Посох выскользнул из её руки и со звоном упал рядом.

— Аа…

Странный, хриплый звук вырвался у неё из горла, словно ветер сам раздирал её голосовые связки.

Как будто она никогда и не умела издавать других звуков — как зверь, забывший человеческий язык.

— У… хуу… уа…

Не то стон, не то крик вырвался наружу.

Аселла обеими руками вцепилась в траву.

— Ла… Ларс… Ларс…

Секрет, который он скрывал, не касался неизлечимой болезни.

И не был связан с желаниями.

Вот что это было.

Ларс повторял время.

То, что она увидела через Ясновидение, были не просто возможные будущие варианты.

Это всё уже происходило.

То, как она становилась Императрицей и превращалась в тирана.

То, как она сходила с ума.

То, как она уничтожала мир.

Для Ларса всё это было реальностью — событиями, которые он испытал на себе.

Страшные переживания, которые невозможно забыть.

Смерти, которые он встречал снова и снова — десятки раз, сотни.

— У… ху-у-к…

Это было похоже на ад.

Темница времени, из которой не освободиться даже через смерть.

Сколько же он дрожал в страхе и отчаянии?

Сколько раз извивался в муках смерти?

Теперь Аселла поняла Ларса.

Почему он был так мудр не по годам.

Почему знал наиболее эффективные тактики против убийц, варваров и чужеземцев, с которыми по идее не должен был сталкиваться.

Почему так глубоко разбирался в целительстве.

Почему вёл себя так, словно знал будущее.

И почему был так странно равнодушен к собственной жизни и опасности.

Не было ничего странного в том, что он оцепенел после того, как столько раз переживал смерть.

Его эмоции тоже должны были стереться.

Гнев, ненависть, привязанность, сострадание — всё стирается от повторения.

И причиной, по которой Ларс был вынужден измениться…

— Из-за… меня.

В большинстве тех временных линиях будущего… нет, почти во всех.

Тиран Аселла фон Вюрттемфельт прямо или косвенно убивала Ларса-целителя.

Если бы не она, Ларс давно победил бы Короля Демонов и вернулся бы героем, которого приветствовал бы весь народ Империи.

Каждый раз она разрушала всё.

Нет… ему даже не следовало получать такую опасную роль.

Если бы он занимал более высокое положение, он смог бы спасти куда больше жизней.

Это она отправила его навстречу опасности.

Она казнила его отца.

Она уничтожила род Готбергов.

Она понизила его до простолюдина и втянула в жесточайшие условия Отряда Героя.

— Я… я сделала всё это…

Нет. Так не должно быть.

Ларс… он меня исцелил.

А я… убивала Ларса.

……

Как это вообще возможно?

«Так вот почему он пришёл ко мне с ножом в тот день, в цветочном саду. Он хотел меня убить.»

…Да.

На его месте она бы зарезала её сразу.

И всё же он…

Испытав такое сотни раз по её вине…

— Ты… ты исцелил меня?

Как…

Как такое вообще…

Он должен был ненавидеть даже её лицо.

Разорвать помолвку было бы естественно.

А она, не зная ничего, говорила ему приятные слова, просила не убегать.

Она… она…

Что же ей теперь делать?

Что… ей…

— У… ху-у-к…

Слёзы стекали по щекам Аселлы к подбородку.

Она застывала, словно статуя, позабыв даже о том, чтобы моргать.

Сколько бы она ни сожалела теперь — Ларса больше нет рядом. Он ушёл туда, куда она не могла дотянуться.

Если бы только она узнала правду раньше.

Было столько возможностей исправить всё, что пошло не так.

Она ненавидела себя за те бездумные слова, что говорила ему все эти годы.

Она с самого начала не заслуживала того, чтобы он был ее лечащим врачом.

Она не должна была проявлять интерес. Не должна была чувствовать к нему что-то.

Когда всё пошло не так? С какого момента?

Но даже когда мысли спутывались в тугой клубок, ужаснее всего было…

Что она всё равно скучала по нему.

Даже если он ненавидел её, даже если презирал, она всё равно хотела, чтобы он обнял её, как прежде.

Хотела быть заключённой в его тёплые руки.

Хотела, чтобы он осмотрел её прямо сейчас и избавил её от этой боли.

Как эгоистично.

Какая же она бесконечно эгоистичная женщина.

Слово «злодейка» будто было создано ради неё.

И всё же… всё же…

Всё равно я тебя люблю.

Ларс, я не могу жить без тебя.

Если я больше не смогу даже говорить с тобой…

— Что мне делать… что мне делать… я… уаааааааанг…

Её талант, её блестящий ум — всё оказалось бесполезным.

Она могла лишь плакать, как ребёнок.

В огромном саду жалкие рыдания Аселлы гулко разносились в ночи.

Таня и служанки прибежали на шум, чтобы защитить Аселлу, только через десять минут.

Полуобморочная, Аселла была поднята Таней и перенесена в постель.

Спустя три дня она очнулась.

Хлоя ухаживала за ней всё это время, поэтому серьёзных проблем со здоровьем не возникло, но её душевное состояние стало опасно хрупким.

— Я хочу побыть одна.

Не обращая внимания на накопившиеся дела, Аселла надолго закрылась в своей комнате.

Поскольку она впервые в жизни откладывала государственные обязанности, все при дворе поняли, что произошло нечто по-настоящему страшное.

Даже отдыхая, Аселла всегда занималась — училась, читала доклады.

Но сейчас, в критический период после общенациональных похорон, когда требовалось завершить децентрализацию и разгрести военные вопросы, она полностью остановила работу дворца Вольгван.

Дворец Вольгван превратился в плотину, у которой перекрыли реку, — он стремительно высыхал. Когда все его функции почти полностью парализовало, Аселла наконец-то вызвала секретаря и вручила ей письмо.

— …Отправь это в Северное герцогство.

Хотя был день, она так и не переоделась из ночной одежды, а её волосы напоминали спутанное гнездо. Сердце секретаря сжалось от боли — Аселла выглядела хуже затворницы, — но она лишь почтительно исполнила приказ.

***

— Ты благополучно вернулся! Я так тебя ждала, брат!

Как только я вошёл в особняк, Нерия запрыгала ко мне навстречу. Я нагнулся, не понимая, чего она хочет, и она весело потрепала меня по голове.

— Эхе-хе.

Рядом прыгало ещё одно маленькое серебристое создание. На миг я забыл, что мы не в Империи: было ощущение, будто я всё ещё в Имперском Медицинском Управлении.

— Я ждал тебя, Ларс. Дорога была долгой. Сначала отдохни как следует.

— Ты не слишком ли добр к сыну, который вернулся безработным? Что, если я снова начну хулиганить?

— Ха-ха-ха. Даже если так — наверняка у тебя будут причины. Я подготовил тебе комнату.

Ну вот, даже шутить нормально уже не получается.

Благодаря им я провёл почти неделю в покое, растянувшись как кот. Не нужно было вставать рано, не существовало никакой работы, и впервые я ощутил чистую свободу, не связанную ни с какими обязательствами.

Слуги приносили еду, когда мне вздумается. Когда скучно — я катался на волках с Гиштой в заснеженных горах. Рыцари Готбергов уже оборудовали специальную горку для саней на середине склона. Там я тоже катался с удовольствием.

Так вот оно какое — безработное счастье? Можно ведь и привыкнуть…

— Ааа, прекрасное Северное Герцогство.

Есть приготовленный Нерией завтрак, сидя на склоне горы и глядя на восход, — непередаваемо.

— Вон туда посмотри, Ларс. Мы расширили реку. Теперь туда могут заходить большие торговые суда.

— Серьёзно? Когда вы успели провести эти работы?

— Мы с подругами выкопали.

Как и ожидалось от Племени Грома: сильнее многих экскаваторов.

— Люди перебрались сюда из соседней страны. Там появилась новая деревня. Они выращивают кукурузу. Видишь центр города? Там строят новые здания. Говорят, это всё благодаря тому, что госпожа разбогатела.

— Кажется, ты теперь знаешь наш город лучше меня самого?

— Ха-ха, ведь это теперь моя земля.

Гишта была надёжной. И в её голосе слышалась искренняя любовь к этим местам.

— Ты сказал, что оставил Таню в Империи. Тогда позволь мне быть твоим телохранителем!

Гишта резко вскочила, с воодушевлением взмахнув топором.

— Не слишком ли это, если я собираюсь только перемещаться по территории?

— …Правда? Но Таня всегда была рядом с тобой, будто твоя тень. Она даже ходила за тобой в ванную.

— Она ходила за мной в ванную?!

— Разве ты не заметил? Она просто молчаливая, но вылавливала шпионов и наёмных убийц, нацелившихся на тебя.

Таня была тихой — и чертовски умелой.

— Ну, Императорский дворец всегда был таким местом. Здесь нет враждебных сил, так что в этом нет нужды.

— М-м… А я ведь собиралась быть с тобой весь день. Даже разрешение у госпожи взяла. Как жаль.

Гишта почесала затылок, а я невольно улыбнулся.

— Весь день? А когда бы ты спала?

— Мы можем спать с открытыми глазами.

— Кто-нибудь может принять тебя за статую горгульи. Тогда пусть будет хотя бы днём.

— Конечно, оставь это мне!

Гишта присела передо мной, демонстративно показывая крепкие лопатки.

— Тогда мне тоже пора приниматься за работу. Отдохнул уже достаточно.

— О, открываешь больницу?

— Да. Я всё-таки врач, в каком-то смысле.

— Ларс, у вас есть больницы именно для матерей и детей?

— Это называется акушерство и гинекология. А что?

Гишта задумчиво погладила подбородок.

— Уже много девушек из племени забеременели, не слушая моих предупреждений. Сейчас они бегают нормально, но скоро начнутся проблемы, когда придёт время рожать.

— Сила Стражей не должна уменьшаться. Хм…

Я планировал построить в Северном Герцогстве полноценную больницу: хирургия, терапия, офтальмология, семейная медицина, педиатрия, неврология, ЛОР-отделение, ортопедия, дерматология и большая аптека. Акушерство тоже не помешает.

Количество врачей, что приехали со мной из Управления, было совершенно недостаточным.

— Посмотрим, сможем ли мы найти таланты.

— О, собираешься в Центр подготовки целителей?

— Да. Сопроводишь меня?

— Я этого только и ждала! Немедленно отнесу тебя туда!

Гишта схватила меня и с энтузиазмом понеслась вниз по горе — она явно неправильно понимала слово «сопровождать».