— Я же сказал, что уже всё в порядке, а вы всё равно принесли…

Сопровождая эти слова, герцог Сорфель цокнул языком, будто бы раздражён. Но все, кто был рядом, заметили: уголки его губ едва уловимо приподнялись.

— Завидую вам, герцог.

— Видимо, вот почему все твердят, что хорошо иметь дочь. Ха-ха… У меня вот одни сыновья — и ничего подобного я не испытывал.

— А у нас, хоть и есть дочь, она даже чашку чая мне ни разу не подала, не то что угощение какое-нибудь…

— У нас то же самое.

— Не все дочери, конечно, как леди Камилла…

Пока каждый высказывался по очереди, герцог Сорфель медленно зачерпнул ложечкой щербет и отправил его в рот.

Как и всегда, вкус был превосходным.

— Удивительно. Обычно она то и дело влипает в неприятности, а теперь, похоже, взялась за ум?

Замерли.

Эти слова раздались из уст молодого вассала, не отрывавшего глаз от винного щербета, будто тот и вправду был чем-то невероятным. Это был самый молодой из всех — виконт Эрша.

— …

Герцог Сорфель перевёл на него взгляд.

— Видимо, ей и впрямь стало стыдно за происшествие на том злополучном приёме. Раз уж даже подобный десерт тебе приготовила…

Глаза герцога становились всё холоднее, но Эрша этого не замечал, несмотря на молчаливые знаки и предупреждающие взгляды со всех сторон.

— Скажи-ка…

— Да?

— Разве ты не говорил, что не переносишь вино?

— Я?

— Десерт из вина тебе тоже, выходит, не по вкусу.

— Нет, что вы, я на самом деле обож…

— Нет, ты точно не любишь вино.

Герцог Сорфель решительно перебил виконта, не дав ему договорить, и обратился к дворецкому:

— Я не могу проигнорировать старания моей дочери. Принеси это мне.

— Да, герцог.

— Э-э… подождите…

Щербет, стоявший перед Эршей, исчез прежде, чем он успел опомниться. Он растерянно смотрел вслед слуге.

В этот момент его взгляд пересёкся со взглядом герцога, и он невольно вздрогнул.

Только теперь, увидев в глазах герцога ледяной холод, Эрша понял, что сказал что-то очень, очень не то.

Что… я такого сказал?..

Он с надеждой оглянулся на окружающих, пытаясь найти хоть какое-то объяснение, но все лишь отворачивались и качали головами.

---

— Что приготовить завтра?

[У меня есть особый соус собственного рецепта. Думаю, приготовим с ним канапе.]

Оттолкнув повисшего на ней шеф-повара Джеррарда, выпрашивавшего рецепт, Камилла покинула кухню.

«А?»

Обсуждая с призраком-поваром Феролом завтрашнее меню, Камилла неожиданно остановилась. В одном из коридоров стоял знакомый человек.

— Что ты здесь делаешь?

Это был Рави. Камилла уже было решила пройти мимо, но их взгляды пересеклись. Что он делает в коридоре в такой час?

Он приблизился. Неужели он её ждал?

— Что за поведение?

— Поведение?

Это, между прочим, ты здесь путь преграждаешь и несёшь непонятно что. Кто из нас себя странно ведёт?

— Что ты творишь по ночам? Почему вдруг занялась тем, чего раньше не делала?

Он бросил взгляд в сторону кухни, и Камилла поняла, к чему он клонит.

— Готовка? А что с ней?

На её вопрос Рави нахмурился.

— Что ты задумала?

— Задумала?

— Почему вдруг начала этим заниматься?

Камилла раздражённо цокнула языком.

— Не твоё дело.

С каких это пор он начал вмешиваться?

Она было пошла мимо него, но остановилась, услышав следующие слова:

— Думаешь, если так будешь стараться, герцог примет тебя в семью?

Голос Рави звучал резко, в нём читались сильные эмоции — не та обычная насмешливая отстранённость.

Он что, пьян? Запаха вроде нет…

— Думаешь, такими мелочами можно заслужить его признание?

Он смотрел на неё с презрением, словно злился.

Камилла наклонила голову.

С чего он вообще бесится?

Ну делаю я для герцога еду или не делаю, дарю ему цветы или нет — тебе-то что?

Разве мы не жили каждый сам по себе?

Совершенно бесполезное вмешательство.

— Они нас никогда не примут

— …

«Нас»?..

Камилла на миг замерла.

Похоже, он сам себе это говорит.

Наверное, смотря на неё, старающуюся понравиться герцогу, он узнал в ней себя.

Узнал свои собственные тщетные попытки достучаться до Сорфеля.

— Не делай глупостей. Всё равно это ничего не изменит.

— Знаю.

— …Что?

— Я говорю, знаю.

Камилла ответила удивлённо спокойно, коротко и хладнокровно, будто на него даже не обратила внимания.

— Я и не собираюсь становиться частью их семьи.

— Что?

Семья? Да при чём тут вообще семья? У неё была лишь одна причина для всего этого.

— Я не хочу умирать.

— Что?

— Я хочу жить.

— Я говорю, что ты имеешь в виду?!

— Вот и всё.

— Эй!

С этими словами Камилла прошла мимо.

Она чувствовала, как Рави смотрит ей вслед, растерянно и в смятении, но проигнорировала.

Да. Вот и всё.

Семья?

Да ну её.

«Сегодня такая хорошая погода.»

[…]

[…]

«Самое то для чашечки кофе.»

[…]

[…]

«Может, прогуляемся?»

[…]

[…]

«…….»

…Ладно. Ясно всё.

— Что? В чём дело? Зачем вы на меня так смотрите? Если есть что сказать — говорите.

Сидя в кресле у окна и наслаждаясь редким моментом покоя, Камилла невольно перевела взгляд на двух призраков — Феррола и Деррина, уставившихся на неё.

— Что ты имела в виду вчера? — спросил Деррин.

— Вчера? — переспросила Камилла, делая вид, будто не понимает, о чём речь.

— Ты сказала ему, что хочешь жить, — продолжил Деррин, в голосе исчезла привычная весёлость.

— Что это значит?

Очевидно, он уже всё узнал от Феррола.

— Ты больна?

— Ты хочешь жить… Что ты имела в виду?

Они говорят о разговоре с Рави прошлой ночью. Как им это объяснить?

— Все живые хотят жить. Всё просто, — с лёгкостью ответила Камилла. Говорить им правду нельзя. Что если сказать, что она знает будущее и делает всё это просто ради выживания?

«Они подумают, что я сумасшедшая, и уйдут».

Под взглядами, полными немого вопроса, Камилла снова обернулась к окну. Пока она смотрела на пейзаж в цвету, в голову пришла мысль.

— У меня тоже есть вопрос к вам.

— …Спрашивай.

— История с цветочным садом.

Призраки, обитающие в доме герцога, наверняка знают об этом.

— Цветочный сад? А…!

---

— Просторы какие…

Глядя на бескрайние аллеи роз, Камилла в полной мере ощутила мощь герцогского дома. Чей же ещё сад может быть таким огромным?

— Это здесь?

— Да, здесь.

Когда дворецкий-призрак Деррин подтвердил, Камилла опустила взгляд на землю под ногами.

До того как она окончательно оказалась здесь, случился один… нет, очень болезненный инцидент.

Несколько месяцев назад герцог Сорфель получил срочный доклад: Камилла якобы устроила беспорядок и перекопала розарий.

Герцог цокал языком и звал её к себе. Ему и не нужно было слышать объяснений — всё, как всегда: не совладала с гневом и снова натворила дел.

Он всё же спрашивал, почему она так поступила, но Камилла всегда молчала в ответ. Даже взгляда не поднимала.

«Упрямая девчонка!»

Этот инцидент повторялся каждый раз в её бесконечных жизнях, и каждый раз всё заканчивалось одинаково.

«Каждый раз одно и то же — и каждый раз злость берёт!»

Сводит с ума.

В тот день всё было так: служанка Камиллы и несколько горничных, что её ненавидели, украли одну из самых дорогих драгоценностей. Это было не просто украшение — это была реликвия, оставшаяся от её покойной матери. Они спрятали кольцо с крошечным красным рубином и по очереди отпускали язвительные замечания, будто играя.

— Я спрятала его вон в том розовом саду. Ищи теперь.

— Ой, ты что, опять нас бить собираешься?

— Совсем забыла, что сказал герцог? Если снова нас тронешь или устроишь сцену — он тебя в комнате запереть грозился.

— Как думаешь, герцог тебе поверит или нам?

— Мы же теперь слёзы по заказу льём!

— Скажем, что и кольца такого не видели.

— Нет, лучше сказать, что ты его потеряла, а теперь злишься и отыгрываешься на нас.

В итоге Камилла осталась одна. И только ей пришлось перелопатить весь розарий в поисках материнского кольца. Она рыла землю, не обращая внимания на то, как розовые шипы изодрали ей руки, и всё равно — ничего. За испорченный сад её вызвал герцог Сорфель, отругал, и всё. Так дело и закончилось.

Но благодаря помощи дворецкого-призрака Деррина, который был рядом в тот день, Камилла наконец-то узнала, где они спрятали кольцо.

Скреб

Камилла вонзила в землю маленькую лопатку, которую захватила с собой.

Долго искать не пришлось. Кольцо лежало именно там, где указал Деррин.

— ……

Сжимая испачканное кольцо в ладони, Камилла взглянула на свои руки. Небольшие шрамы всё ещё остались. Это следы от шипов, когда она в прошлый раз рылась в кустах.

— Это вы всё начали.

Её глаза вспыхнули, когда она снова вернула себе кольцо.