«Гордыня имеет значение лишь тогда, когда за ней что-то стоит.»

«…»

«Если нищий на улице заявит, что гордится собой, разве кто-то воспримет его всерьёз? Конечно, нет. Скажи, что у тебя останется, если отнять твой материнский род и твой королевский титул?»

«…»

«Гордость без того, что можно защитить или оправдать, перестаёт быть гордостью. Это всего лишь заносчивость и самолюбование, не больше.»

Мелиана не смогла возразить Моррису. Дело было не только в его мрачном взгляде и суровом тоне, в его словах действительно звучала истина.

«Я понимаю отца. Я прекрасно всё понимаю.» - тихо произнесла она.

«Рад это слышать.» - Моррис заметно смягчился, увидев, что её решимость дрогнула.

«Однако, думаю, сегодня я обязан извиниться перед тобой. Другие вельможи теперь ясно увидели, что Первая принцесса изменилась. Это наша с моим братом ошибка. Сегодняшний инцидент расколол дворянство.»

«Тогда что же нам делать…?»

«К сожалению, ничего.»

«Ничего? Ты хочешь оставить Первую принцессу действовать самой по себе?!» - впервые вмешался молчавший до этого герцог Футурум. [Разве можно позволить Нефели действовать свободно, зная, что это приведёт к смуте среди знати?]

«У нас нет выбора. Попытка опорочить Первую принцессу уже раскрыта. Её Высочество Евгения тоже недовольна нами. Теперь слишком много глаз следят за каждым нашим шагом, и если с Первой принцессой что-то случится, первыми заподозрят нас.»

«Возможно, ты прав…но оставлять её без внимания тоже неправильно.»

«Не беспокойся, брат.» - сказал Моррис с холодной уверенностью. «Даже если мы ничего не предпримем, Первая принцесса рано или поздно столкнётся с испытанием. Стоит человеку оказаться в тупике, всегда найдутся те, кто нанесёт удар, даже без всякого повода.»

Он сказал это почти спокойно, как бы между прочим:

«Достаточно лишь наблюдать. Тот, кто разрушит Первую принцессу, обязательно появится. Даже если это будем не мы.»

«…»

«Впрочем, возможно, этот человек уже появился.»

Но слова Морриса не приносили Мелиане покоя.

[Просто стоять и смотреть?]

Всё время её предупреждали: [будь осторожна с Первой принцессой, не теряй бдительность. А теперь они говорили об этом так равнодушно?]

[Хотя…разве у неё самой был иной выход?]

Сжав пальцы до боли, она в раздражении закусила ноготь. Мысли путались, сердце билось всё быстрее.

[Если бы на моём месте была сестра Нефели…разве всё не сложилось бы иначе?]

[Как бы она ни ненавидела это признавать, недавние успехи Нефели действительно поражали. Она никогда бы не опустилась до таких жалких ухищрений…]

[Но я - не сестра Нефели.]

[Отец был прав. Без титула принцессы и без поддержки рода Футурум у неё не осталось бы ничего.]

[Можно возразить, что и у Нефели нет поддержки матери, но ведь ей удалось склонить на свою сторону и Королеву Евгению, и часть знати.]

А у Мелианы не было даже уверенности в том, что она способна добиться того же.

[Да что я вообще сравниваю?]

Она резко отдёрнула руку от губ, прерывая этот бесконечный поток мыслей. Нервы были на пределе.

[Соберись. Я должна подняться, перешагнув через сестру Нефели.]

[Ну и что, если она не так талантлива? У неё было то, чего не было у сестры, поддержка её рода.]

[Да и вообще, Нефели была скорее исключением. Даже трезво оценивая себя, Мелиана не считала, что она плохой претендент на престол.]

Сделав глубокий вдох, она почувствовала, как тяжесть на сердце чуть ослабла.

Но едва Мелиана повернула обратно, как ощутила в коридоре тонкое течение маны. Прищурившись, она заметила лёгкое мерцание крыльев бабочки, не сумевших полностью скрыться. Этот образ был слишком узнаваем.

«Выходи, Сирилла.» - твёрдо произнесла она.

Обычно, будь она магом ниже рангом, Мелиана не смогла бы обнаружить чары Сириллы. Но Моррис предвидел опасность: несмотря на её юный возраст, та могла стать угрозой для Мелианы.

Поэтому ещё ребёнком Сирилла дала Клятву, запрещавшую использовать магию во вред Моррису или Мелиане. Более того, был создан особый магический круг, связывавший их маны. И всякий раз, когда Сирилла использовала магию неподалёку, Мелиана чувствовала это. Такой же знак был нанесён и на неё саму.

Как и ожидалось, из конца коридора вышла Сирилла, её присутствие уже невозможно было отрицать.