«В словах Мелианы есть смысл.» - признала я. «Но это действительно тяжелое бремя…как вы и боялись с самого начала. Даже если мы поможем им сейчас, они снова придут за помощью, когда очередной урожай чернослива погибнет.»

«То есть ты считаешь, что помогать не стоит?»

«Нет, напротив. Я думаю, помощь необходима. Но при этом мы должны использовать всё, что у нас осталось, по максимуму.»

«Ты имеешь в виду использовать испорченные черносливы?»

«Именно. Мы можем преподнести их как «Чернослив-чудо», которые пережили ливни. Если преподнести это как символ надежды, показать, что даже во время бедствий можно выстоять, может, тогда люди захотят их купить.»

«Глупость. Кто будет покупать перекрученные, испорченные фрукты только из-за красивого названия?»

Слова Мелианы встретили смех в ответ. Я невольно вздрогнула, напрягшись от её резкого тона.

Лукавством было бы сказать, что мне не хотелось ей ответить. Но поскольку я говорила, скорее, по долгу, в рамках порученного квеста,, уверенности в своих словах у меня не было.

[Разве это и правда было так нелепо?]

Я уже начала размышлять, стоит ли попытаться исправить ситуацию, когда вдруг послышался мягкий, спокойный голос:

«Я считаю, это вполне разумное предложение.»

«Правда? Герцог Йелпен, вы действительно считаете, что слова моей сестры имеют вес? Или вы просто встали на её сторону из личных чувств? Всё-таки вы её жених.»

«Принцесса имеет право на собственную точку зрения, и она вовсе не лишена логики. Но сейчас я говорю никак жених Нефели, а герцог Йелпен.»

Киллис Йелпен, мой формальный жених, смотрел прямо на меня, говоря это.

«Мне бы хотелось услышать подробнее, что думает принцесса Нефели.»

«Даже если это того не стоит?»

«Я тоже хочу услышать продолжение.» - вмешалась Евгения.

После её слов Мелиана вынужденно умолкла. С поддержкой Киллиса и Евгении я почувствовала прилив уверенности.

«Я вовсе не предлагаю продавать гнилое. Мы можем тщательно отобрать те плоды, которые, хоть и пострадали внешне, остаются съедобными. А потом, красиво их упаковать и представить под особым названием. Как и в случае с нарядными упаковками, привлекательный образ играет большую роль.»

«Хм…Но сильно поднять цену вряд ли получится. Продавать придётся не только в центре, но и по всей стране. А если использовать магию для консервации, расходы вырастут. Прибыль окажется под вопросом.»

«Магия необязательна. Мы можем приготовить сироп: замочить сливы в сахаре и разлить по запечатанным стеклянным банкам.»

Я вспомнила, что Мелиана назвала чернослив именно фруктами. А если это фрукты, значит, в сахаре они должны получиться вкусными.
Один момент, впрочем, вызывал тревогу, цена на сахар.

[В моём времени это был дёшевый и массовый продукт, но в древности его производство было трудоёмким - выжимка тростника, выпаривание, уваривание…Возможно, здесь сахар тоже стоит немало.]

«Сахарный сироп…Идея не так уж плоха.» - произнесла Евгения.

«Её стоит опробовать.» - кивнул Киллис.

Их реакция была однозначно положительной.

Дзынь!

[<Система> Условия выполнены.]

[<Квест> «Беспокойство Евгении». Завершён (1/1).]

[<Система> Уровень симпатии Евгении немного увеличился.]

[<Система> Больше людей стало проявлять к вам внимание]

[Значит, сахар здесь не слишком дорогой…]

Я почувствовала облегчение, только увидев системное сообщение. А затем появились новые уведомления:

[<Система> Открыт уровень симпатии Киллиса Йелпена.]

[Это означало, что я разблокировала персонажа. Раньше он не появлялся в энциклопедии, вероятно, для его симпатии были свои условия.]

Мне не терпелось посмотреть, насколько высоко он меня оценил, но тут в разговор вмешался голос:

«Я понял вашу точку зрения, Ваше Высочество. Но в итоге, вы же предлагаете начать торговлю?» - это был Моррис Футурум, герцог и правая рука Евгении.

«Вы хотите сказать, что принцессе Королевства недопустимо стремиться к личной выгоде, даже во благо народа?»

«Конечно же нет…!»

«Казна небесконечна. Я предложила это не ради собственной прибыли. Доходы от продажи чернослива можно направить на компенсацию территорий, пострадавших от непогоды, и поддержку других земель.»

«Но разве справедливо брать деньги с наших людей за помощь?»

«Почему нет? Земельный налог, это ведь тоже деньги граждан.»

Я старалась говорить спокойно. Как бы враждебно он ни настроился, я не могла позволить себе ответить тем же. Нефели была ещё слишком слаба.

Увы, Моррис Футурум, казалось, воспринимал любую мою реплику лишь как повод к спору.