«И вчера мне снова не удалось попасть в центр.»

«Я слышал. Но ведь говорили, что несколько стрел были совсем рядом.»

«Рядом, но ни одна так и не попала точно в середину.»

«И что с того? В реальных ситуациях главное, попасть в цель, а не в самый центр.»

[Он прав. В конце концов, я учусь стрелять для самозащиты. Просто попадать в мишень, уже хорошо.]

[Но всё равно обидно.]

[За два дня я выпустила почти сотню стрел, и ни одна не поразила точку. Это уже чересчур.]

[Кто-то когда-то сказал, что корейцы, народ лучников, но, видимо, во мне этой крови не оказалось. До того дошло, что я начала сомневаться в собственном происхождении.]

«Даже несмотря на потерю памяти, ваши навыки почти не уступают прежним. Похоже, тело помнит.»

«Это комплимент?»

«Конечно.»

[Но почему его улыбка звучит как насмешка? Наверное, дело в его слишком уж лучезарной улыбке.]

«Кстати, слышал, вы отлично справились с верховой ездой. Сразу сели на коня и даже сделали круг по полю.»

«Я просто села. Круг получился только благодаря тому, что кто-то держал поводья.»

Я вспомнила свою первую поездку. Чистокровный белоснежный конь, ухоженный и благородный, был так прекрасен, что я с нетерпением ждала момента сесть в седло.

Мы немного подружились, и я легко забралась наверх. Мне даже не было страшно. Но вот тогда и начались проблемы.

Высота казалась пугающей, сердце сжалось. Рено и Айзек похвалили мою посадку, правда, я не уверена, что они были искренни. Я просто старалась сидеть так, как казалось удобным.

Я всё время думала: [а вдруг лошадь рванёт или встанет на дыбы?
Айзек пытался меня успокоить, говорил, что Хвэри (так звали коня) ласковая и хорошо меня чувствует. Но даже его слова не помогали. Я держалась только благодаря уверенности, что он не отпустит поводья, пока я сама не попрошу…]

«Раз уж так, в следующий раз не буду держать поводья.»

«Почему?»

«Так вы быстрее научитесь.»

«…Тогда верховой ездой буду заниматься только с Айзеком.»

«Это была шутка, Ваше Высочество.»

«Не прозвучало как шутка.»

«Честное слово. Я бы никогда не позволил себе проявить неуважение.»

Рено прикинулся невинным, опустив глаза, но выглядело это совсем неубедительно. [Он как раз из тех, кто может и подшутить. И всё же с ним мне спокойно.]

[Айзек и Киллис мне не неприятны, но рядом с ними я постоянно напряжена.]

Каждый вечер последние два дня служанки, помогая мне во время купания, массировали плечи и тихо говорили: «Вы так напряжены…Позвольте нам помочь расслабиться».

«Ну что ж, осталась последняя стрела. На этом и закончим.» - сказал Рено, протягивая мне стрелу.

К тому моменту у меня уже ныли руки и плечи, поэтому я лишь кивнула. Но, как назло, последняя стрела тоже не попала в центр.

Когда мы шли обратно в покои принцессы, я, колебалась, решила завести разговор:

«А как ты стал моим стражем?»

«Я? Хм…Наверное, просто потому что захотел быть им.»

«Это хорошая должность? Я серьёзно спрашиваю.»

«Почётная. Иногда стражники становятся Королевскими секретарями. Больше половины секретарей Евгении начинали с этого.»

«Значит, ты стал моим стражем, думая, что я стану следующей Евгенией?»

«Что? Нет, не совсем…Хотя…я считал, что у вас это получится! Но вообще…не поэтому…»

Рено замялся. Видно было, как ему неловко: нахмурился, отвёл взгляд. Он явно не хотел об этом говорить.

Часть меня просто интересовалась, но другая часть понимала, что знание этого может пригодиться.

[Тем не менее, раз ему так тяжело, возможно, не стоит давить.]

«Если не хочешь говорить, не надо.»

«Нет-нет…Просто…Боюсь, вы разочаруетесь.»

[Разочаруюсь? В чём?]

Я непонимающе наклонила голову, а он неловко усмехнулся:

«Честно говоря, мне самому смешно. Раньше мне было всё равно, что вы обо мне думаете…А теперь, когда представляю, что вы можете меня невзлюбить, становится страшно.»

«…»

«Я просто хочу произвести на вас хорошее впечатление.»

На мгновение сердце дрогнуло. [Будь у меня в голове какая-нибудь игровая шкала симпатии, она точно повысилась бы.]

[Его слова задели. А уж с такой внешностью говорить, что он не хочет, чтобы я его невзлюбила…Это было слишком.]

[Несправедливо.]

[Как может кто-то быть настолько опасно обаятельным?]

«Но раз уж вы всё равно спрашиваете…Лучше, если я сам расскажу.»

Я замолчала, ожидая. [Мне было искренне интересно, что же такого он собирался рассказать, что, по его мнению, могло меня разочаровать?]