Перевод: Astarmina

В очередной раз команда под руководством наследного принца Леонида одержала победу в ежегодной гребной гонке. Это не стало неожиданностью, но толпа приветствовала победителей с прежним энтузиазмом. Сияющая поверхность воды была украшена радугой цветов, которые местные жители бросали в реку в знак поздравлений, выстроившись вдоль обоих берегов.

Несмотря на то, что наследный принц был запыхавшимся и уставшим, он не забыл поприветствовать собравшихся. Даже дамы, сидевшие на специально отведённых местах и ранее сдержанно перешёптывавшиеся между собой, теперь едва ли не визжали от восторга, празднуя победу принца.

Эрна была очарована странным зрелищем. Она никогда ранее не видела соревнований по гребле, и это показалось ей весьма интересным. Она ожидала чего-то похожего на плоты, на которых деревенские мальчишки играли в прудах их деревни, поэтому, помимо энергии такого большого числа восторженных людей и шумной, праздничной атмосферы, всё мероприятие поразило её.

Эрна забыла о своём плане уйти пораньше, чтобы избежать толпы, и в итоге пересекла лужайку прямо через гущу людей, направлявшихся на церемонию награждения. Это оказалось неудачным решением.

Наблюдая, как команда по гребле наследного принца Леонида поднимает победный трофей, она смутилась при виде их вульгарной одежды и отвела взгляд, чтобы скрыть смущение. Оказывается, в этом мире мужские штаны короче длины колена были вполне возможны.

Она пыталась сосредоточить взгляд на центре тел, чтобы избежать обнажённых конечностей, но это само по себе казалось неприличным, поэтому Эрна решила вовсе отвернуться. Только когда её глаза снова столкнулись с его, она осознала, что перед ней стоит принц Бьорн.

Когда Эрна невольно отступила назад от неожиданности, он поднял брови и коротко рассмеялся. Его лицо сияло свежестью под солнечным светом. В этот момент Эрна вдруг поняла двуличие горничных, которые вырезали фотографии Принца Ядовитого Гриба из газет и журналов, одновременно проклиная его имя.

— Эрна? Эрна! — голос виконтессы прорезал тишину и вырвал Эрну из ступора. Подняв широко раскрытые глаза, она заметила, как зрители собираются в саду дворца. Казалось, поздравительная вечеринка вот-вот начнётся. — Ты действительно скучная девчонка. Когда ты, наконец, начнёшь вести себя как настоящая леди?

Даже отчитывая её, виконтесса продолжала сохранять лёгкую улыбку на лице. Со стороны могло показаться, что они тепло беседуют.

Эрна всё ещё не могла понять тех манер, о которых здесь говорили, но она не спорила. Зная, что через неделю всё закончится, она могла вынести что угодно. Злобные взгляды, которые ловила из-за своей дурной репутации, родственников, которых едва могла назвать семьёй, и это странное чувство — всё это.

Эрна поправила хватку на зонтике и пошла следом за ней. На нагретых солнцем камнях перекликались звуки шагов.

***

С наступлением темноты разноцветные стеклянные фонари, выстроенные вдоль берегов реки, засветились. Огни тянулись к противоположной стороне реки, где простолюдины отмечали летний фестиваль.

Веселая мелодия скрипки и громкий, раскатистый смех разносились на прохладном речном бризе. С королевских земель, где устраивался прием для избранных гостей, также доносилась оживленная музыка и громкий смех.

Глэдис опустила недопитый бокал шампанского и с сожалением посмотрела на летний сад, освещённый закатным солнцем. Она провела свой короткий медовый месяц с Бьорном в королевском дворце в столице, но этот дворец Шубер казался ей ближе и роднее, ведь он хранил воспоминания о времени, проведённом здесь в юности.

«Если бы только я могла повернуть время вспять».

Когда Глэдис увидела Бьорна с его друзьями, её глаза покраснели ещё больше. Они оживлённо смеялись и болтали, украдкой поглядывая на мисс Харди. Бьорн лишь улыбался в ответ или иногда бросал на женщину быстрый взгляд.

Глэдис внимательно изучала женщину, которая привлекла его внимание. Графиня Майер представляла мисс Харди мужчинам, словно продавщица. Как и говорили, она была очаровательна. Когда Глэдис поняла, почему Бьорн заинтересовался ею, она почувствовала боль в груди. Разумом она понимала, что у неё нет причин для ревности, но сердце не слушалось. 

Весь континент знал, что принцесса Ларса должна стать кронпринцессой Лехена. Как и ожидалось, Глэдис обручилась с кронпринцем Лехена, и спустя два года пара отпраздновала пышную свадебную церемонию. В их отношениях не было места для любви — или, по крайней мере, так она думала. Какой же глупой она была.

Это была любовь с самого начала, если подумать.

Глэдис была счастлива и горда тем, что станет невестой принца Бьорна. Ни один другой мужчина не мог быть столь же красивым или благородным, как он. Но Глэдис была тогда совсем юной, а Бьорн был слишком неловким и сложным для принцессы, выросшей в атмосфере абсолютной любви.

Когда она была рядом с ним, она чувствовала себя необычайно незначительной. По какой-то причине она ощущала это, несмотря на то, что он всегда улыбался и сохранял доброжелательное поведение. Глэдис поняла причину этого после того, как обручение было объявлено в обоих королевствах.

Бьорну было всё равно, кто станет кронпринцессой. Он был бы таким же добрым и улыбчивым с любой женщиной, которая оказалась бы его невестой. Это было невыносимо унизительно для Глэдис, которая всегда была объектом зависти, куда бы ни пошла.

Он напоминал солнце. Яростно ослепительное солнце разгара лета, которое своим светом стирало весь остальной свет в мире. Глэдис потерялась в этом сиянии.

Могла ли бедная женщина знать? Глэдис смотрела на Эрну с жалостью в глазах. Она только что сбежала от графа Лемана и решила немного передохнуть под огромным деревом, украшенным разноцветными стеклянными фонариками. Её облик стал намного моложе и мягче, когда улыбка смягчила её каменное лицо.

Шепот Луизы проник в сознание Глэдис.

— Глэдис.

Та вздрогнула и обернулась. Благородные дамы, сидевшие за столом и занятые беседой, обратили на неё свои взгляды. Щёки Глэдис слегка порозовели, когда она заметила их жалостливые выражения.

— Не переживай из-за такой женщины. Он, вероятно, ничего не имел в виду, — проговорила Луиза.

Она проследила за взглядом Глэдис и нахмурилась. Эрна оглядывалась вокруг, как восторжённый ребёнок. Её невинный вид резко контрастировал с подавленным лицом Глэдис.

— У неё совсем нет стыда? Устроить такой скандал, а потом вот так разгуливать... — Луиза замолчала, ошеломлённо увидев, как Глэдис тихо поднялась из-за стола. — Глэдис!

— Все в порядке, Луиза. Я просто хочу поздороваться.

— И речи быть не может, зачем ты собираешься приветствовать эту женщину?!

— Потому что так будет естественнее. Я не могу продолжать игнорировать мисс Харди.

Глэдис отдернула руку Луизы, пытавшейся её отговорить, и медленно направилась к мисс Харди, к которой у неё вдруг проснулся интерес. Знатные дамы, которые бросали друг на друга взволнованные взгляды, поспешили следом за принцессой.

Зрители, удивленные неожиданной ситуацией, забеспокоились. Их взгляды были устремлены в сторону красивого дерева. Не замечая, что принцесса подходит, Эрна всё ещё была поглощена созерцанием сада и его праздничной атмосферы.

К тому моменту, как волнение, распространяющееся словно лесной пожар, достигло Бьорна, Глэдис уже остановилась. Глаза двух женщин, стоявших под деревом, украшенным прекрасными огоньками, встретились.

— О, Боже мой, — чей-то вздох прорезал внезапно наступившую тишину.

— Здравствуйте, мисс Харди. Мы еще не были представлены. Приятно с вами познакомиться, — первой нарушила молчание Глэдис.

Глядя на застывшую девушку, она мягко поприветствовала её с улыбкой. Вслед за этим свита знатных дам и любопытствующих зрителей замерла, наблюдая за Эрной.

— Мисс Харди? — Глэдис снова подчеркнула её имя, словно подталкивая молчавшую девушку к ответу.

Только тогда Эрна пришла в себя и поспешно сделала реверанс перед принцессой. Ее голос дрожал, а конечности словно окаменели, но это было всё, на что она сейчас была способна.

Это всё из-за принца, поняла Эрна в тот момент, когда встретилась взглядом с Глэдис. Не могло быть такого, чтобы принцесса, его бывшая жена, не знала о громком скандале, который уже обсуждал весь высший свет.

Сначала королева. А теперь принцесса.

Эрна почувствовала, как её душит сама мысль о том, насколько далеко может зайти этот скандал. Ей хотелось лишь, чтобы время шло быстрее. Она молилась, чтобы неделя поскорее закончилась, и она смогла вырваться из этого сложного, словно паутина, мира.

Даже после того, как её поприветствовали, Глэдис не ушла. Она завела разговор на разные дружелюбные темы и вела себя естественно, словно встретила старого друга. Её изысканные манеры и благородное поведение ясно показывали, почему ей завидовали многие дамы.

— Я слышала, у вас пока нет своей компании в обществе. Должно быть, вам очень одиноко, мисс Харди, — с сочувствием произнесла Глэдис, обращаясь к одинокой девушке из провинции, при этом украдкой бросая взгляд в сторону Бьорна.

Он лишь наблюдал за ними издалека, словно это было для него неким развлечением, и не проявлял ни малейшего признака беспокойства.

Глэдис пришла к ясному выводу, что это был всего лишь ложный слух. Затем она внезапно почувствовала искреннюю жалость к девушке, стоящей перед ней. За этим последовало чувство вины, когда она подумала, что мисс Харди используется Бьорном из-за неё. Именно поэтому она решила проявить к ней доброту, о чём раньше даже не задумывалась.

— О, мисс Харди. Вы интересуетесь театром?

— Простите? Театром? — удивлённо переспросила Эрна.

Она была наивной юной девушкой, которая изо всех сил пыталась скрыть эмоции.

— Через десять дней состоится благотворительный спектакль, чтобы собрать деньги для городского приюта. Это мероприятие организует клуб, в котором я состою, и я подумала, что было бы замечательно, если бы вы смогли его посетить, — сказала Глэдис, наконец улыбнувшись от всего сердца.

Было нелепо испытывать настороженность по отношению к кому-то, кто казался безобидным ребёнком. Она захотела дать этой провинциальной девушке возможность завести друзей, учитывая, что дамы высшего света презирали её из-за Бьорна. Конечно, другим членам клуба, включая Луизу, это вряд ли понравится, но, возможно, они смогут это понять.

— Я... Это... — молчаливая, словно смущенная невероятным предложением, Эрна осторожно открыла рот. — Прошу прощения, Ваше Высочество, — вопреки неуверенному поведению, голос девушки звучал ясно и спокойно. — Я искренне благодарю Вас за приглашение. Однако, я не думаю, что смогу посетить этот спектакль. Мне искренне жаль, Ваше Высочество.

Взгляд Глэдис дрогнул от неожиданного ответа. Это было впервые, когда она потеряла самообладание с начала этого разговора. Эрна, сложив дрожащие руки вместе, вежливо поклонилась. Она приоткрыла губы, словно хотела что-то добавить, но так и не произнесла ни слова. Вместо этого снова извинилась, поклонившись еще глубже, чем прежде.

После ошеломленного молчания, которое накрыло присутствующих, словно холодный душ, зрители начали оживленно перешептываться.

Мисс Харди, дочь виконта, публично унизила принцессу Глэдис!

Скорость, с которой распространялись слухи, было легко заметить по тем, кто наблюдал за ними издалека. Бьорн был одним из них.

Пытаясь не выглядеть взволнованной, Глэдис изучала направление, в котором стоял Бьорн. Он слегка нахмурился, уставившись на неё, словно только что услышал новости от Питера, который поспешно вернулся к нему. Затем он фыркнул. Это было невероятно, но именно так он отреагировал.

Что означало это выражение?

Когда её глаза начали наполняться слезами, а она вновь почувствовала себя жалкой за то, что цеплялась за искру надежды посреди явного унижения, Бьорн отвернулся. Люди, собравшиеся, чтобы наблюдать за этой драмой, теперь перевели свои взгляды на принца, который направлялся к двум женщинам.