Глава 160. В критическом состоянии

Спустя час над жилым массивом Лечебного Сада Духовной Горы раздался яростный рёв, подобный удару грома: — Тань Юнь, мерзкий выродок, немедленно выметайся!

Это был Двенадцатый Старейшина. Стоя на летающем мече и источая жажду крови, Лу У стремительно приближался к павильонам. Услышав этот крик, более 800 учеников-разнорабочих выбежали из своих жилищ и пали ниц перед старейшиной.

— Кто из вас Тань Юнь?! — Лу У свирепо оглядел толпу. — А ну встать!

Ученики дрожали от страха, но никто не проронил ни слова.

— Вы что, все онемели? — Лу У, чьё сердце пылало от гнева, указал на одного из разнорабочих. — Не заставляй меня спрашивать дважды. Говори: где Тань Юнь!

Ученик, заикаясь, ответил: — Докладываю Двенадцатому Старейшине... Тань-шисюн тяжело ранен, распорядитель Шэнь забрал его с собой.

Не успел юноша договорить, как фигура Лу У над павильонами растворилась в воздухе.

Мгновение спустя Шэнь Цинфэн только-только вернулся в своё поместье на заднем склоне горы. Он собирался устроить раненого Тань Юня в гостевой комнате, когда в сумерках ночи во двор камнем рухнул Лу У на своём летающем мече.

— Шэнь Цинфэн, немедленно выдай мне этого подонка Тань Юня! — прорычал Лу У, и в его глазах вспыхнул убийственный блеск.

— Двенадцатый Старейшина, боюсь, я не могу выполнить этот приказ, — Шэнь Цинфэн обернулся, всё ещё прижимая к себе Тань Юня, и без тени страха посмотрел на высокопоставленного гостя.

— Как ты смеешь! — Лу У в ярости ткнул пальцем в сторону старика. — Тань Юнь убил моего ученика Ли Цзыаня! Он нарушил правила секты, и я намерен предать его правосудию. Как ты смеешь препятствовать мне!

— Хм, — холодно усмехнулся Шэнь Цинфэн. — Двенадцатый Старейшина, я бы посоветовал вам сначала разобраться в том, что произошло на самом деле, а уж потом изливать на меня свой гнев.

— Хм? — Лу У с трудом сдерживал желание броситься вперёд и разорвать Тань Юня на куски. — Ли Цзыань убит Тань Юнем, это неоспоримый факт. Разве я, как старейшина, не имею права покарать убийцу?

Голос Шэнь Цинфэна был бесстрастен: — Двенадцатый Старейшина, во-первых, именно Ли Цзыань бросил Тань Юню смертельный вызов. И то, что он в итоге сам погиб от его руки — лишь результат честного поединка. По какому праву вы явились ко мне требовать человека?

— Это... — Лу У на мгновение замялся, но в его взгляде тут же промелькнуло лукавство. — Это лишь твои слова, откуда мне знать, правда это или ложь? Отдай его мне, я должен провести обыск его памяти!

Лу У про себя уже всё решил: даже если слова Шэнь Цинфэна подтвердятся, во время поиска в памяти он применит тайную технику, чтобы навсегда уничтожить душу Тань Юня! Шэнь Цинфэн прожил более 300 лет и повидал немало интриг. Он сразу догадался, что старик замышляет недоброе.

— Двенадцатый Старейшина, сейчас Тань Юнь при смерти, его душа слишком слаба, чтобы выдержать подобное вмешательство. Мне очень жаль, но я вынужден отказать, — отрезал распорядитель Шэнь. — К тому же, в поиске памяти нет нужды: я лично присутствовал при их схватке и видел всё от начала до конца.

— Шэнь Цинфэн, довольно болтовни! Я обязан лично проверить память этого мальчишки! — лицо Лу У стало мертвенно-бледным от ярости. — Ты выдашь его или нет?

— Я не подчинюсь этому требованию! — твёрдо ответил Шэнь Цинфэн.

— Ты забываешься! — взревел Лу У. — Ты всего лишь жалкий распорядитель! Как ты смеешь идти против воли старейшины!

Шэнь Цинфэн слегка прищурился, и в его глазах промелькнул холодный блеск: — Двенадцатый Старейшина, ну и что с того, что я всего лишь распорядитель? Кто здесь нарушает правила — я, защищая ученика, или вы, пытаясь силой навязать свою волю? Вы сами прекрасно знаете ответ. И вот что я вам скажу: не смейте бесчинствовать на моей Бессмертной Горе Цанлин! Вам здесь не рады, уходите! Если же нет, то я не побоюсь отвести вас к Главному Великому Старейшине, пусть он нас рассудит!

— Ваш ученик Ли Цзыань переоценил свои силы, вызвал ученика моего Лечебного Сада на бой и поплатился за это жизнью. А теперь вы пришли требовать его ко мне? По какому праву? Ха, это просто смешно! И раз уж на то пошло, я распорядитель Лечебного Сада Духовной Горы, и моё положение среди других распорядителей Ветви Алхимии — особое. То, что я называл себя вашим подчинённым — лишь дань вежливости, а вы и впрямь возомнили, что можете мной командовать? С чего вы взяли, что имеете право орать на меня в моём собственном доме! Моя гора закрыта для вас! А теперь... убирайтесь прочь!

От этих слов у Лу У чуть нос набок не съехал от злости. Он зашёлся в гневном, истеричном смехе: — Хорошо... очень хорошо! Шэнь Цинфэн, я запомню это унижение. Мы ещё встретимся!

С этими словами Лу У вскочил на летающий меч и, кипя от бессильной ярости, покинул гору ни с чем. Шэнь Цинфэн посмотрел ему вслед, сердито раздувая усы: — Тоже мне, важная птица. Думал, я тебя испугаюсь?

Тань Юнь, лежавший на руках у старика, о чём-то задумался, и на его бледном лице промелькнула слабая улыбка.

— Эй, паршивец, ты чего лыбишься? — Шэнь Цинфэн мельком взглянул на него.

— Господин распорядитель, я кое-что понял. Вы со старшим братом — родная кровь, но характеры у вас совершенно разные, — Тань Юнь с благодарностью посмотрел на Шэнь Цинфэна и добавил слабым голосом: — Старейшина Шэнь — человек мягкий, а вы — настоящий кремень с взрывным нравом.

— Тут ты в точку попал, — Шэнь Цинфэн хмыкнул, внёс юношу в комнату и осторожно уложил на кушетку. — Пока раны не заживут, сиди здесь тихо и не высовывайся. Уже поздно, отдыхай.

Договорив, Шэнь Цинфэн развернулся и вышел из комнаты...

☆☆☆

На следующее утро, в час Дракона, над горизонтом взошло яркое солнце.

Бессмертная Гора Ледяной Чистоты утопала в зелени. Она была окутана густой духовной энергией и плывущим туманом, что создавало поистине сказочную картину. Зал Ледяной Чистоты, величественно возвышавшийся на самом пике, был местом, где Главный Великий Старейшина Ветви Алхимии — Даос Ледяной Чистоты — собирала старейшин для обсуждения важнейших дел.

В этот момент Второй Старейшина, Третий Старейшина... Двенадцатый Старейшина, а также Шэнь Цинфэн сидели по обе стороны зала, в глубоком молчании глядя на женщину, занимавшую главное место — Даоса Ледяной Чистоты. Даос Ледяной Чистоты была облачена в полупрозрачное платье металлического цвета с мелким цветочным узором, которое идеально подчеркивало её изящную фигуру.

Обычно спокойная и невозмутимая, сегодня она выглядела крайне встревоженной. На её прекрасном лице, способном затмить своей красотой саму луну, отражалось глубокое беспокойство. Она сидела как на иголках. Наконец, сделав глубокий вдох, она грациозно поднялась и обвела старейшин взглядом. Её губы дрогнули, и голос, чистый как родниковая вода, заполнил зал:

— Я собрала вас сегодня ради одного дела. Вы должны приложить все силы и немедленно приступить к его выполнению!

— Слушаемся, госпожа Главный Великий Старейшина! — 11 старейшин и Шэнь Цинфэн мгновенно встали и в один голос ответили Даосу Ледяной Чистоты.

— Хорошо, — её голос зазвучал ещё более тревожно. — Несколько месяцев назад глава нашей Ветви Алхимии во Вратах Бессмертных вместе с другими главами выполняла задание в Каньоне Павшего Бога. Там она получила тяжелейшие ранения, и её душа была серьёзно повреждена. Сейчас её состояние резко ухудшилось, она находится на грани жизни и смерти.

Услышав это, старейшины пришли в неописуемый ужас:

— Что?! Глава Тан обладает могущественной силой, как она могла пострадать? Неужели в Каньоне Павшего Бога объявился какой-то невероятно сильный демонический зверь?

— Тише, — Даос Ледяной Чистоты слегка подняла руку, и в зале воцарилась тишина. — Цинфэн.

— Я здесь! — Шэнь Цинфэн почтительно поклонился.

— Сейчас я выдам тебе пять стеблей духовного лекарства 8-го ранга — Нефритовую Траву Возвращения Души. Твоя задача: передать их ученикам Лечебного Сада Духовной Горы для выращивания. Они должны быть готовы к тому моменту, когда мне понадобится их забрать, — приказала Даос Ледяной Чистоты.

— Слушаюсь!

Даос Ледяной Чистоты добавила с тяжёлым вздохом: — Цинфэн, помни: эта трава предназначена для спасения Главы Тан. Если в Лечебном Саду Духовной Горы с ней что-то случится, тебе останется только искупить свою вину смертью!