Фиона уверенно шагала по вестибюлю своего жилого дома, цокая каблуками по мраморным плитам. На роскошный парадный вход и великолепные картины на стенах она почти не обращала внимания: всё это воспринималось как само собой разумеющееся — меньшего женщина ее положения попросту не заслуживала. В конце концов, она была ближайшей советницей короля и — если всё пойдет по ее плану — вскоре станет его возлюбленной. А быть может, и королевой.

Сегодня она сделала первый уверенный шаг на этом пути, навестив целительницу с весьма необычным классом. В прошлом та была пластическим хирургом и после катастрофы выбрала архетип Целителя. Но вместо того чтобы податься в клирики или жрицы, как поступало большинство, женщина нашла принципиально иное применение своим силам, развив класс на стыке старого ремесла и системной магии.

Фиона не знала точного названия этого класса — да и нужды в том не было. Главное, знахарка могла решить ее проблему. После наглядной демонстрации сомнений не осталось: класс гостьи был заточен под исправление телесных изъянов. Она могла буквально лепить плоть, перекраивая ее по чужому желанию.

Судя по крикам пациентки, процедура была адски болезненной, но ради того, чтобы стать желанной в глазах предмета своей страсти, Фиона была готова терпеть. Задача оказалась бы куда проще, не будь вкусы Романа столь специфическими: его покойная жена служила наглядным примером идеала монарха — пригородная версия зайчика из «Плейбоя» со всеми вытекающими пластиковыми деталями.

Фиона же, напротив, всегда отличалась миниатюрным телосложением.

Но скоро всё изменится. Доктор даст ей наживку, на которую Роман клюнет без раздумий. А дальше останется лишь подсечь. Рука об руку они станут править Валорией, воздвигнув империю, что простоит тысячелетия. Это было предначертано свыше — знак небес явился в тот день, когда Роман поведал ей о системном квесте.

И он закрыл то задание, окончательно убедив ее в своей избранности. Конечно, в сказки о «спасителе человечества», которыми монарх любил кормить толпу, она не верила. Но никого достойнее на примете всё равно не было. Да и спаситель он или нет — какая разница, если перед тобой один из сильнейших людей на планете?

Только это имело значение.

Она больше никогда не хотела быть слабой. Если природа обделила ее личной мощью — а так оно и было, положа руку на сердце, — она найдет сильного покровителя, способного укрыть от любых невзгод. Пережить кошмар первых дней после апокалипсиса она не желала ни под каким соусом: тогда ее муж показал истинное лицо, оказавшись слишком слабым для чего-либо, кроме корма для монстров.

Дэвид, конечно, пытался ее защитить. Он дрался. И сдох в первый же день, оставив жену одну на растерзание взбесившемуся миру. Каким чудом ей удалось выкарабкаться в безопасность, Фиона и сама до сих пор не понимала. Но то было в прошлом. Теперь рядом настоящий мужчина. Воин, способный уберечь ее от любой беды. Осталось лишь втолковать ему, что лучшей партии ему не найти во всей вселенной.

Отсюда и визит к хирургу.

С этими мыслями она пересекла холл и шагнула в кабину лифта. Искусный механизм приводился в движение не электричеством, а потоками Эфира, но для нее это было рядовой деталью быта: пока кабина исправно поднимается и опускается без тряски, технические чудеса магии ее мало волновали.

Лифт плавно скользил вверх, пока не замер на верхнем этаже пентхауса. Двери разъехались, и она вошла внутрь. Оказавшись в тишине и скрывшись от посторонних глаз, Фиона с облегчением вздохнула, скинула туфли и босиком прошаркала на кухню, где налила себе щедрый бокал вина.

Сделать глоток ей было не суждено: обернувшись, она застыла от ужаса. Бокал выскользнул из пальцев, когда рука судорожно метнулась к бедру, пытаясь выхватить жезл на поясе.

Слишком поздно.

Хрусталь еще не успел удариться о пол, расплескав бордовые брызги по паркету, как незнакомец из темного угла метнулся вперед. Без всяких навыков — на чистой мощи завышенных характеристик. Прежде чем она успела вскинуть оружие, железные пальцы сомкнулись на ее запястье.

Короткий нажим.

И кости хрустнули.

Жезл — витой прут из неизвестного металла — со звоном покатился по полу. Крик боли оборвался в зародыше: вторая ладонь нападающего намертво запечатала ей рот, впечатав спиной в стену.

— Не надо, — негромко произнес он. — Я не хочу тебя убивать.

Она попыталась крикнуть сквозь пальцы, но звук вышел глухим мычанием. Слезы потекли по щекам, размывая тушь. Поняв бессмысленность борьбы, она замерла и через силу кивнула.

Мужчина склонил голову набок, изучая ее лицо, затем резко убрал руки и отступил на пару шагов. Со всхлипом она сползла по обоям на пол.

Фиона считала себя привычной к боли — натерпелась сполна за годы катастрофы. Но сломанная кисть доказала, что к подобным увечьям привыкнуть невозможно.

— Ч-что тебе нужно?.. — всхлипнула она.

— Хочу кое-что тебе показать, — незнакомец полез в серую сумку у бедра.

Это дало ей секунду разглядеть напавшего: невысокий — на дюйм-другой ниже среднего роста, — но коренастый и жилистый. Лицо было довольно привлекательным, пусть и грубоватым, хотя неухоженная борода и растрепанные светлые волосы шарма явно не добавляли. И всё же в нем сквозило нечто первобытное, способное зацепить определенный сорт женщин.

Но точно не ее.

Странный гость щеголял в несуразных разномастных шмотках, поверх которых был накинут тяжелый меховой плащ. Впрочем, для Валории, шедшей на острие ремесленной моды, диковинкой это не было: местные портные вечно экспериментировали с фасонами, порождая причудливые городские тренды.

Но взгляд Фионы приковали две другие детали.

Во-первых, ступни мужчины были совершенно босыми, а штанины едва доходили до лодыжек. Дикость, бросавшаяся в глаза с первого взгляда.

Во-вторых — шрамы, покрывавшие тело. Кисть одной руки несла след застарелого ожога, а шею и ключицы под воротом рубахи оплетали десятки белесых рубцов.

Пока она подмечала эти мелочи, рука мужчины выудила из мешка нечто округлое. Предмет с глухим стуком шлепнулся на паркет и покатился, застыв в паре дюймов от ее коленей.

Фиона завизжала.

Единственно возможная реакция на отрубленную человеческую голову — тем более когда ты знаешь убитого. Длинные дреды Ларами спутались в запекшейся крови, и при виде остекленевших, пустых глаз мертвого генерала рассудок женщины едва не дал сбой.

Пощечина незнакомца прилетела с такой силой, что едва не выбила нижнюю челюсть.

— Извини, — буркнул он без тени раскаяния, нависая над ней всей громадой. — Не ори.

— Что тебе нужно?! — выдавила она, пытаясь выдавить хоть каплю презрения в дрожащий голос.

— Узнать, как проникнуть во дворец, — ровно ответил он. — Мне сказали, у тебя есть ключ.

— Кто сказал?!

Взгляд мужчины скользнул к отрубленной голове на полу: — Под конец он стал на редкость разговорчивым.

— Зачем тебе во дворец? — она судорожно собирала остатки воли. Рука безжизненно висела плетью, но если заболтать громилу, можно попробовать ударить заклинанием. Прокачку она в последнее время забросила, но совершенно беспомощной не была.

— Хватит.

— Что?

— Стягивать Эфир. Продолжишь — оторву тебе руки, — предупредил он тем же будничным тоном.

— Оторвешь — не получишь сведений!

Он пожал плечами: — Ты не сдохнешь. Я этот вопрос продумал: конечности отращивать не умею, но кровотечение остановлю на раз. Особенно у такой низкоуровневой неженки, как ты, — в голосе звучала пугающая невозмутимость. — Так что выживешь. Правда, от боли это не спасет.

— Т-ты… чудовище…

— Хватит тянуть время, — оборвал он. — Твою охрану внизу я уже перебил. Ты следующая.

— Если не дам проход во дворец?

Ответа не последовало, но он и не требовался: перед ней стоял хладнокровный убийца, который свернет ей шею без малейших колебаний.

Фиона судорожно перевела дыхание. Предательство было чудовищным. Простит ли ее Роман? Возможно. Законы выживания он понимал лучше других. К тому же оставался шанс предупредить его сразу, как только незваный гость уйдет: в спальне лежал кристалл дальней связи. Активация стоила пригоршни серебряных монет, но в такой ситуации цена не имела значения.

Дрожащими пальцами уцелевшей руки она нащупала тонкую цепочку на шее и стянула через голову. Простой рубин в серебряной оправе — самый дорогой подарок в ее жизни. Дело было не в цене самоцвета, а в том, что он олицетворял: доверие Романа. Подвеска отключала большую часть охранных чар королевских покоев.

Она швырнула амулет мужчине. Тот ловко перехватил цепочку на лету.

В то же мгновение Фиона ударила «Великим эфирным снарядом» прямо ему в грудь.

Великий эфирный снаряд

Сотворяет крупную сферу разрушительного Эфира, направляя ее в цель. Радиус взрыва: 3 ярда. Кратковременно оглушает при попадании. Длительность оглушения зависит от характеристики «Эфир». Текущая: 1,2 секунды. Сопротивление цели определяется ее характеристиками «Эфир» и «Телосложение».

Сгусток кипящей лазурной энергии сорвался с пальцев, с гулом рассекая воздух. Фиона уже плела второе заклинание: чтобы пробить такую тушу, требовалось влить максимум урона до того, как спадет оглушение.

Но завершить плетение она не успела: незнакомец уже стоял вплотную. Одежда на груди дымилась, но на коже не осталось ни следа ожога.

Зато в глазах полыхнуло бешенство.

Его рука метнулась вперед, сомкнувшись на ее горле. Прежде чем Фиона успела пискнуть, он оторвал ее от паркета, впечатав затылком в стену: — Зря ты это, — глухо прохрипел он. — Я не собирался тебя убивать. Правда не собирался. Хотел просто связать и оставить в углу. Но теперь…

— Н-нет!.. — захрипела она, отчаянно пытаясь воззвать хоть к какой-то магии, но паника начисто выбила концентрацию из головы.

Она забилась, суча ногами и царапая его железные пальцы. На последнем издыхании вытолкнула из горла единственный вопрос: — За… что?..

— За то, что помогла убить невинную женщину! — выплюнул он в лицо.

Не успев осознать смысл слов, она машинально выдавила: — Какую… из них?..

Слова прозвучали еле слышным хрипом, но подействовали мгновенно. Пальцы на горле слегка разжались. Мужчина замер, затем медленно покачал головой, эхом повторяя ее вопрос: — Какую из них?.. Какую из них?!

Он сухо, надтреснуто рассмеялся, и в этом звуке не было ни капли веселья: — Прогнили насквозь… до самых костей.

Его кулак отвелся назад, и прежде чем Фиона успела зажмуриться, сокрушительный удар обрушился ей в лицо. Голова мотнулась назад, круша перегородку за спиной. Высокий уровень спас ее от мгновенной смерти.

Второй удар исправил эту ошибку.

Облегченно обмякнув, тело рухнуло на пол — слепое, глухое и навсегда лишенное мыслей.