Сердце Элайджи едва не оборвалось: в памяти вихрем пронеслись сотни мелких задержек последних недель. Скорбь по Алиссе была понятна, но он бездарно спустил кучу времени на бесцельные блуждания по диким землям. А после — неделями варился в липкой апатии, морок которой так и не развеялся до конца. И в итоге поставил под удар одного из немногих людей, которые были ему по-настоящему небезразличны.

Люси редко выходила на передний план его мыслей. Родней она не была. Но когда-то он любил ее, и те чувства не угасли без следа. Как минимум она оставалась другом, а как максимум — однажды могла стать кем-то большим. Годами он приучал себя гнать воспоминания о ней прочь, и из-за этого ее судьба — как и судьба Сиэтла — вспомнилась в самый последний момент.

Теперь приходилось расхлебывать последствия. Едва он вскочил на ноги, как разум накрыла та самая глухая, ледяная ярость, что вела его по улицам Валории. Если с Люси хоть что-то случилось — виновных он разорвет на куски собственными руками.

Исайя торопливо поднялся из-за стола, вскинув ладонь: — Она в порядке. Надо было сразу с этого начать. Нападения еще не было.

— Но они готовятся, так? Как их остановить? Когда они выступают? И…

— Прямо сейчас главари заперлись в своей цитадели, — перебил Исайя. — Ну, верхушка, по крайней мере. Они зовут это место Гильдией Авантюристов.

— Если ты знаешь их логово — почему до сих пор не выжег эту заразу?

— Слишком сильны, — сухо ответил правитель, уперев кулаки в край столешницы и подавшись вперед. — Не всем дано обладать твоей мощью. Мы не можем просто заявиться в чужой сектор и раскатать отряд тертых ветеранов. Мои бойцы держались из последних сил, просто обороняя периметр Капитолия. А штурмовать их крепость — задача совершенно другого порядка.

— Их уровни известны? В мировом топе кто-нибудь числится?

— Нет. Но костяк — пятеро бойцов плюс сам главарь, Брюс Гаррет — отстают от первой сотни буквально на уровень. И каждый развил тело до первой ступени культивации. А у Гаррета на первой ступени всё, кроме Ядра.

— Ты чертовски много о них знаешь, — прищурился друид. Впрочем, удивляться не приходилось: способность Исайи считывать характеристики собеседников была испытана на собственной шкуре. Логично, что и за врагами он следил не менее пристально.

— Мой класс целиком заточен под разведку, — пожал плечами лидер. — Прямой боевой потенциал у меня минимальный.

— Понятно.

Первым порывом было сорваться с места, ворваться в эту самую Гильдию и устроить там бойню. Но если Исайя столь филигранно собирает разведданные — глупо не использовать это преимущество: — Какой план? План здания есть? Системы защиты? Раскладка по врагам?

У Исайи нашлось всё и даже больше: поименный список гарнизона — большинство держали планку в районе сороковых уровней, но пара приближалась к топу, — детальная карта и возможные точки проникновения.

— К тому же я могу временно заглушить их защитный контур, — добавил он.

— Что за контур?

— Они называют это барьерным массивом. Нечто вроде искусственного домена. Если на тебе надет ключ — особый кулон, который выдают проверенным членам гильдии, — защита тебя не тронет. А вот чужакам массив режет физические параметры на добрую четверть. Штраф чуть слабеет при высоком Эфире, но ненамного.

Терять двадцать пять процентов характеристик Элайджа не собирался ни под каким соусом, так что помощь пришлась как нельзя кстати.

— И главное — я смогу вести тебя голосом, — продолжал Исайя. — Чтобы ты не влип в засаду. У них есть профильные невидимки, да и часть часовых умеет скрывать присутствие.

— Но не от тебя?

— Я вижу абсолютно всё.

Звучало очень похоже на его собственный Домен. Возможно, сказывался класс Смотрителя, но друид подозревал, что за этим кроется нечто большее: его собственный Домен потребовал титанических трудов, прежде чем пустить корни. Как бы то ни было, оснований не верить словам собеседника не было.

— Держи, — Исайя выудил из нагрудного кармана крошечное устройство. — Вставь в ухо, и мы будем на связи.

— Э-э… тут может возникнуть загвоздка, — друид неловко почесал затылок. В звериных формах привычных человеческих ушей у него не наблюдалось: у драконида ушные раковины вырождались в узкие прорези по бокам черепа, у ламеллярной гориллы были массивными кожистыми лопухами, а про Облик Небес он и вовсе не помнил.

Впрочем, экипировка обычно подстраивалась под метаморфозы автоматически. Забрав микронаушник, он хмыкнул: — Будем надеяться, не выпадет.

И втолкнул бусину в слуховой проход.

— Мне пойти с тобой? — подала голос К’хана.

Элайджа покачал головой: — Нет. Наш союз слишком важен, рисковать тобой я не стану.

Это была лишь часть правды: под «Личиной незримого» он мог скрыть только себя, да и в неизбежной драке прикрывать чужую спину не хотелось. Он так и не научился работать в группе: сольная сеча давалась куда естественнее.

Когда-нибудь этот пробел придется закрывать — рано или поздно мир подкинет угрозу, с которой в одиночку не совладать. Беда крылась в самой сути Анимиста: универсал мог закрыть любую брешь, но в жестко выстроенной группе проигрывал узкопрофильным бойцам. Но сейчас было не время для тактических изысканий.

Получив последние инструкции и наотрез отказавшись от группы поддержки, Элайджа покинул Капитолий. Через нейтральные кварталы он прошел человеком, а на границе владений Озерного берега юркнул в развалины дома, проверил окрестности и перетек в чешуйчатого драконида.

Мысль спикировать на крышу прямо из облаков казалась заманчивой, но скрытность была надежнее и безопаснее.

Активировав «Личину незримого», невидимый хищник скользнул наружу. Прежде эти кварталы выходили к воде залива Пьюджет-Саунд, но теперь высохшее дно застроили новыми бараками, а весь сектор обнесли пятнадцатифутовым монолитом бетонной стены.

Свежее укрепление. С его характеристиками перемахнуть через гребень труда не составило, лишь по коже прокатилось легкое покалывание при пересечении контура — защитный массив признал трофейный амулет Исайи и не стал резать параметры.

Держась теней, драконид крался между постройками. По улицам даже затемно сновали люди — и далеко не все были бойцами: мелькали женщины, дети. У наемников имелись семьи. У тех, кого он шел резать, были жены, мужья, братья.

Обычно Элайджа старался не думать о таких вещах: враги казались безликой серой массой. Но за каждой оборванной жизнью оставались близкие, и их судьбы его удары ломали бесповоротно.

Убивать было легко. Сдерживать себя — неизмеримо труднее.

Но если не вырвать зубы Гаррету и клану Мерсеров — они перешагнут через труп Люси и не поморщатся. А решать проблемы миром он не умел, да и дипломатия Исайи разбилась о пули. Без крови обойтись не выйдет: снова останутся вдовы и сироты. Горькая, неизбежная цена любой войны.

С тяжелым сердцем он подобрался к штабу Гильдии Авантюристов. Пятиэтажная кирпичная громада старого мира чудом уцелела среди руин, возвышаясь над застройкой в паре кварталов от высохшего берега. Периметр патрулировали десятки бойцов, разбитых на слаженные пятерки.

Затаившись в тени, друид прикидывал маршрут, пока в ухе не раздался тихий голос Исайи: — Входов два. Первый — боковая дверь. Охрана слабая, но риск спалиться выше. Второй — через пожарную лестницу на крышу. Но там всё утыкано ловушками, дистанционно их не снять.

— Что за ловушки? — шепнул Элайджа.

— Эфирные «Клейморы». Принцип тот же, что у земных мин: направленный сноп осколков, рвущий мясо в клочья, но работают на мане. И кто-то внутри усиливает их специальным навыком.

— А по стенам? — прошипел он в пустоту: микрофон работал безупречно.

— В смысле?

— Вскарабкаться по кладке.

— Секунду… Да, должно сработать. Если удержишься.

— Удержусь, — оскалился драконид. Его когти на лапах держали камень мертво, а чудовищная ловкость превращала отвесную стену в детскую лесенку.

Следуя наводкам невидимого координатора, он скользил между маршрутами караулов. У патрульных имелся аналог «Чутья стража», позволявший при должной беспечности срисовать искажение воздуха от «Личины», так что на сто ярдов ушло добрых двадцать минут.

Добравшись до глухой стены, утопавшей в густой тени, Элайджа бесшумно прыгнул. Острые когти вонзились в кирпич, выбивая крошечные фонтанчики пыли, и чешуйчатая тень метнулась вверх от выступа к выступу.

Пара секунд — и он бесшумно перевалил через парапет плоской крыши.

Наверху дежурили четверо: по одному на каждую сторону света, вооруженные армейскими биноклями и тяжелыми станковыми арбалетами. Все смотрели вниз, выискивая угрозу на земле.

Невидимка подобрался со спины к ближайшей цели и активировал «Удар хищника». Крушить череп зубами он не стал: черные когти молниеносно перерезали горло дозорной, заглушая крик, и он бережно опустил обмякшее тело на рубероид.

Второй караульный отправился на тот свет следом, не издав ни звука. Третий рухнул мешком мгновением позже. Лишь на последнем зверь не сдержал инстинкт, с сухим треском раздробив кости черепа в стальной хватке лапы.

— Чисто. Я спускаюсь, — шепнул он в передатчик, подходя к стальной двери чердачного выхода.

Он потянул ручку на себя, и в то же мгновение динамик в ухе взорвался истошным воплем Исайи — но слова потонули в оглушительном грохоте. Мир ослепила белая вспышка, и чудовищная ударная волна сорвала драконида с ног, кубарем швырнув через всю крышу.