Элайджа лежал на кровати и долго смотрел в потолок. Над головой лениво вращался вентилятор, но в остальном взгляд упирался в голую пустоту. Как же это отличалось от привычных мест для ночлега! Ни россыпи звезд над головой, ни тонких шорохов живой природы, ни мерцающих соцветий — лишь унылый, безликий гипсокартон.

Он вздохнул, уже всей душой тоскуя по дому. Или хотя бы по лесной глуши. Даже в недрах Башни дышалось привычнее: там некогда сидеть сложа руки и размышлять о том, насколько противоестественно устроено человеческое жилье. Люди шли на любые ухищрения, лишь бы отгородиться от первозданного мира, замуровать себя в монолит бетона и стали ради пресловутого комфорта и безопасности. Цели они добились, но цена оказалась непомерной: порвалась та самая тонкая, невыразимая связь со стихией, утрату которой почти никто даже не заметил, не говоря уж о том, чтобы оплакивать.

Но Элайджа чувствовал эту пропасть каждой клеточкой костей и не мог отделаться от мысли: слепое упоение цивилизацией сделало человечество лишь слабее.

Чтобы отогнать накатившую хандру, он сосредоточился на первом из полученных свитков:

Официальное уведомление:

Испытание Первенства

Испытание Первенства — награда и вызов, ниспосылаемый мирам, недавно принявшим благодать Системы. Число участников напрямую зависит от совокупного населения планеты, но редко превышает десять тысяч претендентов. Как правило, эта цифра значительно скромнее.

Само Испытание можно сравнить с Башней или Первозданным Царством, однако оно имеет ряд фундаментальных отличий. Главное из них — пространство проведения связывается с новообращенным миром лишь на ограниченный срок. Кроме того, Испытание Первенства может разворачиваться на территории Родового Царства, Планеты Испытаний, Мира Битв или даже Иссеченного Осколка. Масштабы этих локаций неизмеримо превосходят стандартные Башни и Первозданные Царства, а их история зачастую уникальна.

Основная цель Испытания Первенства — выстроить четкую внутреннюю иерархию на новообращенных планетах. Вторичная цель — предоставить претендентам исключительные возможности для рывка: идеальные условия для культивации, богатейшие источники опыта, легендарную экипировку и возможность вписать Подвиги Силы в свое Наследие.

В-третьих, по завершении Испытания Первенства активируется целый ряд спящих функций Системы, включая межрегиональную сеть связи Мирового Древа, единый локальный рынок и дальнюю (в пределах планеты) телепортационную сеть.

И наконец, когда Испытание Первенства завершится и все выжившие вернутся в родной мир, концентрация фонового Эфира на планете совершит качественный скачок, достигнув плотности, необходимой для массовой культивации Ядра.

Обратите внимание: участники сохраняют за собой право покинуть Испытание в любой момент по собственному желанию. На весь период турнира прорывы Башен и экспансия Первозданных Царств на планете будут заморожены, хотя сами подземелья останутся открытыми для тех, кто решит бросить им вызов.

Удачи, и да послужит этот шанс вашему возвышению.

Текст не блистал замысловатыми оборотами, но Элайджа трижды перечитал каждое слово, выискивая скрытые смыслы. Суть лежала на поверхности: все достойные перенесутся в выделенный пространственный карман, где за прохождение испытаний Система отсыплет горы наград.

И всё же пара пунктов заставила призадуматься. Первый — прямое упоминание «Подвигов Силы», пополняющих строку Наследия. Впервые этот термин всплыл, когда «Круг Предков» эволюционировал в «Корни Мирового Древа», но тогда друид счел это простой фигурой речи. Теперь же стало очевидно: перед ним официальная, пусть и скрытая механика Системы. И турнир открывал прямую дорогу к ее прокачке.

Второй ключевой момент — грядущая разблокировка функций Ветвей, в особенности глобальной связи и телепортации. Разыскивая семью, парень уже приценивался к переходам, но натолкнулся на жесткое ограничение по дальности между узлами. Вдобавок тарифы драли три шкуры, делая прыжки непозволительной роскошью для обычных караванов.

Но для него расклад менялся в корне. Достаточно было прыгнуть через континентальные врата один-единственный раз, возвести на другом краю планеты каменный дольмен — и его персональная сеть мгновенно опутает весь земной шар. После преображения Земля раздулась до габаритов Сатурна: пусть диаметр вырос всего вдесятеро, площадь поверхности увеличилась почти в сотню раз! Пересечь такие просторы своим ходом даже на крыльях «Облика Небес» было нереально.

Определенно, пища для размышлений.

Но главным пунктом оставался скачок плотности фонового Эфира. За четыре с лишним года Элайджа воочию наблюдал, как насыщается атмосфера, и ждал момента, когда планка дойдет до уровня, позволяющего запустить переплавку Ядра. В его священной роще и пещере концентрация давно пробила нужный порог, но остальной мир безнадежно отставал. Именно поэтому культивация шла со скрипом. Теперь же, когда Система накачает планету маной, остальные бойцы начнут стремительно наступать ему на пятки.

А значит, его фора таяла на глазах. Поразмыслив, Элайджа поставил себе жесткий дедлайн: во что бы то ни стало прорваться на вторую ступень культивации Ядра до начала Испытания Первенства.

Напоследок он задержал взгляд на строчке о добровольном выходе. Формально сдаться не запрещали, но интуиция кричала: цена отступления окажется куда выше, чем просто недополученные трофеи. Система презирала слабость, и вряд ли турнир станет исключением. Если за триумфы начисляли Подвиги Силы — не припасла ли механика скрытые «Клейма Позора» за малодушие?

Очень даже может быть.

Уведомление принесло массу ценных зацепок, как прямых, так и зашифрованных между строк. Оставалось надеяться, что профильные руководства окажутся столь же полезными. Друид развернул следующий свиток под названием «Основы Специализаций»:

Руководство: Основы Специализаций

Специализации становятся доступны на 100-м, 225-м, 450-м и 900-м уровнях. Существуют неподтвержденные сведения о дальнейших Специализациях на ступенях Царства Трансцендентности.

Как правило, на каждом рубеже кандидату предлагается выбор из трех направлений, каждое из которых призвано углубить определенный аспект классовой механики.

К примеру, класс Полководца может получить следующую триаду:

· Защита — усиливает оборонительный потенциал на процентную величину, зависящую от Наследия.

· Урон — усиливает атакующие навыки на процентную величину, зависящую от Наследия.

· Баланс — дает умеренную комплексную прибавку ко всем способностям Полководца. Также масштабируется от Наследия.

Следует учитывать: варианты выбора не идентичны для всех представителей одного класса. Итоговый список формируется на основе Наследия, хотя ключевые векторы остаются схожими.

Далее шли десятки типовых примеров, выстроенных по единому лекалу, и бесконечные списки известных вариантов для сотен классов. Анимиста в выборке не оказалось, но нашлось несколько смежных путей архетипа Друида. Первым на глаза попался Хранитель:

Архетип: Друид

Класс: Хранитель

Типовые варианты Специализации

(указаны усредненные значения; индивидуальный результат зависит от Наследия)

Рост — усиливает эффективность навыков, влияющих на рост растений, на 5%.

Исцеление — усиливает эффективность исцеляющих способностей на 10%.

Связь — преобразует «Единство с природой» в усиленную форму. Дальнейшие эволюции способности будут синхронизированы.

Другая друидская ветка делала упор на боевые чары: одна тропа разгоняла периодический урон ядов и кровотечений, вторая накачивала прямой стихийный урон вроде «Ярости бури», а третья специализировалась на истреблении противоестественных тварей через заклинания калибра «Укора природы».

Этим заклинанием Элайджа частенько пренебрегал: против всего, что Система считала частью естественного мироздания, урон выходил смехотворным. А само системное определение «неестественного» оказалось пугающе узким: под него попадали разве что вампиры с упырями в Поместье Магистра да инфернальные вокксы.

С другой стороны, маны чары почти не жрали, и стоило взять за правило пускать их в ход при малейшем поводе. В схватке с мутировавшим Брюсом заклинание могло сослужить добрую службу.

Очередной щелчок по носу: до идеала ему было далеко. Как и любой боец, он стал заложником привычных шаблонов, а с упором на звериные ипостаси заклинательский арсенал потихоньку покрывался пылью. С этим пора было завязывать.

Потратив еще пару часов на штудирование руководства, он наконец взялся за главный свиток — «Эволюции Анимиста»:

Руководство: Эволюции Анимиста

Анимист — Редкий класс, принадлежащий к архетипу Друида, чья суть сосредоточена на метаморфозах в звериные ипостаси. «Облик Хищника» заточен под скрытность и внезапное устранение целей; «Облик Стража» берет на себя роль стойкого защитника и сокрушительного бойца ближнего боя; «Облик Небес» обеспечивает высокую мобильность и полет. «Облик Господства» является финальной формой перед эволюцией, ориентированной на бескомпромиссный поединок один на один.

Классовые эволюции в целом развивают эту концепцию, преимущественно углубляя доминирование одной конкретной формы над остальными. Кроме того, существуют пути, возвращающие Анимиста в русло классического природного друидизма. Наконец, доступны ветви абсолютной метаморфозы, навсегда закрепляющие за Анимистом облик могучего зверя.

Доступность конкретных эволюций определяется строкой Наследия.

Следом шел перечень из полутора десятков возможных путей. Как и предупреждало вступление, каждый вариант беспощадно сужал профиль: одни накачивали броней ламеллярную гориллу, другие превращали драконида в идеального убийцу, третьи делали ставку на владыку небес. Впрочем, прикидывать билд заранее было бессмысленно: влияние Наследия вносило слишком много хаоса в итоговый список.

Но бесполезным свиток назвать язык бы не повернулся. Главное — он обнажал логику Системы. Как и Специализации, эволюция требовала от бойца узкой заточки. А некоторые пути и вовсе кардинально ломали стезю — вплоть до окончательного превращения в дикого монстра или Зверя-Стража.

Что должно толкнуть человека на такой шаг? Элайджа по себе знал, как тяжело бороться со звериными инстинктами в чужой шкуре, как темная первобытная ярость пытается затопить разум. Он балансировал на этой грани не раз и добровольно в пасть зверю не полезет ни за что. Но найдутся и те, кто с радостью отдаст человечность за чистую мощь.

Заодно свиток вскрыл досадный пробел: в пределах Смертного Царства — с первого по сто двадцать пятый уровень — классовое древо способностей оставалось строго фиксированным. Все Анимисты получали одинаковый набор чар в строго заданном порядке. Имело смысл заранее выкупить у Библиотекаря полный справочник навыков, чтобы не гадать на кофейной гуще.

Вот только лимит бесплатных вопросов был исчерпан.

Утешало одно: справочник подтвердил существование четвертого облика — «Облика Господства». Как именно выглядит эта форма, текст умалчивал, но ее специализация на дуэлях один на один закрывала важнейшую брешь в арсенале. Правда, открывалась она лишь на пике царства, так что до ответов оставалось расти и расти.

Если, конечно, на пути не подвернется еще один щедрый Библиотекарь — на что надеяться не приходилось.

Напоследок Элайджа вызвал системный статус:

Имя: Элайджа Харт

Уровень: 84

Архетип: Друид

Класс: Анимист

Специализация: Нет

Мировоззрение: Нет

Сила: 99

Ловкость: 88

Телосложение: 97

Эфир: 93

Восстановление: 88

Сродство: Природа

Ступень культивации: культиватор

Тело: Камень

Ядро: Детёныш

Разум: Кварц

Душа: Новичок

За всю резню в Сиэтле капнул всего один уровень — фрагов на его счету оказалось немного. Большую часть гильдии сожрал алтарь Брюса, а сам Гаррет высоким уровнем похвастаться не мог: его колоссальная мощь была временным заемным стероидом, так что жирного опыта за него Система не отсыпала. Как и за прихлопнутого Бэрри.

Друид опустил голову.

Ему претило оценивать человеческие жизни в категориях набитого эксп-бара. За каждым телом стояли судьбы, мечты, близкие люди. Даже у скользкого мерзавца Бэрри была семья. Забыть об этом означало добровольно шагнуть в кромешную тьму.

Впрочем, прирост характеристик радовал: помимо дежурного очка за взятый уровень, параметры подросли сами по себе во всех графах, кроме Эфира. Сказалась стройка храма в Аргосе — таскание гранитных монолитов на собственном горбу отлично прокачивало Силу с Телосложением, — да и постоянные спарринги с медитациями внесли свою лепту.

Но главное — сразу две базовые характеристики вплотную подобрались к заветной сотне. Круглая цифра манила не просто скрытым системным бонусом за преодоление рубежа: она служила живым напоминанием о пройденном пути. Всего четыре с половиной года назад его тело умирало от рака и химиотерапии, а параметр Силы болтался на унизительной отметке «три». Телосложение выглядело еще плачевнее. А теперь он стоял на пороге трехзначных чисел.

Наглядное мерило преодоленной дистанции.

И напоминание о том, сколько еще предстоит пройти.

С этой мыслью он откинулся на подушку и — впервые за долгие недели — провалился в глубокий, безмятежный сон.