— Ты должен на это глянуть, бро.

Элайджа даже головы не поднял от деревянного бруска, который строгал ножом. Полено упорно не хотело обретать форму: изначально задумывалась фигурка его старого пса, но пока выходило нечто больше похожее на детский рисунок верблюда. Покинув Землю, друид с досадой обнаружил, что навыки резьбы по дереву куда-то улетучились: нож и древесину он чувствовал по-прежнему уверенно, но былой искры и глубины поделкам явно недоставало.

Объяснений такому регрессу не находилось.

— Он не брешет, парень, — веско вставил Курик.

Тяжело вздохнув, Элайджа отшвырнул кривобокую заготовку в траву и поднял взгляд. Оба дозорных выглядели такими же измотанными и взвинченными, какими ходили все три дня с момента штурма вершины. Всё это время они пытались прочесать лесистое плато от края до края, но пока безуспешно. Их неудачи подспудно кололи самолюбие друида: он не сомневался, что справился бы с разведкой куда быстрее.

Наверное.

Может быть.

Впрочем, проверять теорию на практике он не собирался, решив твердо: в чужую работу не лезть. Раз уж подписался на командную игру — пусть траппер и Охотник на ведьм занимаются тем, под что заточены: ищут тропы и вливают львиную долю урона. Курик к тому же успел утыкать подступы к лагерю десятками капканов и растяжек на случай ночных гостей. Сам Элайджа поставил зачарованную палатку, купленную у артефактора в Аргосе, чей барьер отваживал дикое зверье не хуже городских стен.

В плане безопасности их стоянка не уступала Узловому Городу.

И именно это бесило Элайджу сильнее всего: от безделья сводило челюсти. Отдыхать он любил не меньше других, но сидеть сложа руки, пока напарники вкалывают за десятерых, было выше его сил. Единственным утешением служило то, что Сэди маялась ровно такой же тоской. В первый день они с Датом даже сцепились на повышенных тонах, и с тех пор общались лишь сухими дежурными фразами по делу.

Встревать в их разборки друид не собирался: они напоминали ему брата с сестрой, а собственные отношения с Алиссой учили в чужие семейные склоки носа не совать. Они с сестрой души друг в друге не чаяли, но ругались порой в пух и прах. Мирились всегда, но осадок выветривался тяжело.

Чувства девушки он понимал, хотя сам на людей срываться не спешил. Редкий случай в его жизни, когда он оказался самым рассудительным членом отряда — и это амплуа ему, откровенно говоря, не нравилось.

Но командная дисциплина требовала жертв. Поднявшись на ноги и отряхнув штаны, он бросил: — Ладно. Сэди с нами идет?

Дат кивнул: — Как только закончит медитацию, бро.

Воительница пришла в тихий ужас, когда узнала, насколько друид опередил ее в культивации, и теперь каждую свободную минуту убивала на тренировки. Прогресс шел со скрипом, отчего настроение у нее только портилось, а помощь Элайджи она демонстративно отвергала.

Вскоре паладин шагнула из своей палатки — уже в латах и при полном параде. Рядом с ней Элайджа в своей потертой коже чувствовал себя оборванцем, хотя знал наверняка: трофеи из Башен делали его экипировку дороже снаряжения всего отряда вместе взятого.

Когда группа собралась, следопыты повели их вглубь леса. Лагерь стоял в паре сотен шагов от края обрыва, и за трое суток разведчики истоптали почти всю территорию. Но яйца так и не нашли. Как и нормальной дичи: самым крупным зверем на плато оказалась тварь размером с земную белку, да и те попадались раз в сутки.

И Элайджа быстро сообразил, в чем крылась разгадка.

— Вы ведь в курсе, кто лежит у нас под ногами? — негромко бросил он, пригнувшись.

— Ты о чем, бро? — оглянулся Дат.

— Футах в десяти под землей лежат призраки. Тысячи. Может, десятки тысяч. Местами они утрамбованы в десять-пятнадцать слоев, — спокойно выдал друид.

Он нащупал этот колоссальный могильник в ту самую секунду, когда импульс «Единства с природой» коснулся сине-белых мраморных тел.

Все замерли как вкопанные.

— Какого хрена?..

— Спят мертвым сном, как и внизу, — пожал плечами Элайджа. — Дело привычное, мы мимо таких сотен проходили по пути сюда. Разница в одном: в джунглях они гнездились кучками, а здесь ими устлано буквально всё подземелье. Просто закопаны глубоко, чтобы их разбудить — нужен хороший грохот.

— То есть нам ничего не угрожает? — нахмурилась Сэди.

— Я этого не говорил, — парировал он. — У меня от этого места мурашки по коже.

— От плато? — уточнил Дат.

— От всей планеты. Она какая-то… оторванная от корней. Вроде природа, а правильного дыхания в ней нет. Словно снимок, сделанный через искажающий объектив «рыбий глаз».

Точнее описать ощущение не получалось. Дискомфорт не отпускал с первого дня турнира, накатил с новой силой у Поющих скал, а на вершине превратился в давящую тревогу.

— Не обращайте внимания, — потер шею парень. — Друидские заскоки.

— Нет, я тоже это чувствую, — возразила Сэди. — Слабее, но чувствую.

Курик сплюнул под ноги: — И что нам делать с этой ордой под задницей?

— Делать? Ни черта мы не сделаем, — отрезал Элайджа. — Если эта братва проснется — нам крышка. — Он поморщился: — Точнее, вам троим крышка. Я-то на крыльях улечу.

Сэди опасно сощурилась: — Бросишь нас?

Элайджа пожал плечами: — Если дело будет безнадежным? Запросто. А против такой лавины шансов ноль целых хрен десятых. Без обид, ребята: вы мне нравитесь, я хочу нормально общаться и закрыть этот квест. Но дохнуть за здорово живешь я не стану. И от вас жертв ради моей шкуры не жду.

Курик молча кивнул, соглашаясь с логикой; Дат растерянно моргнул, а Сэди осталась с каменным лицом. Реакция вышла куда мягче, чем он ждал. Друзьями они не были — так, временные попутчики по расчету. В Узловом Городе их дороги разойдутся: хрупкий мир они заключили, но спеться по-настоящему никогда не смогут. Чем меньше они будут мозолить друг другу глаза, тем целее останутся нервы.

— Прямо сейчас они опасны? — уточнила воительница.

Элайджа мотнул головой: — Вряд ли. Зато понятно, куда делась живность: просыпаются твари явно по часам, выкашивая всё живое, а потом снова впадают в спячку.

— А если их будильник сработает, пока мы здесь?

Друид посмотрел ей прямо в глаза: — Беги. Со всех ног и без оглядки.

— Ясно. Задачи это не меняет, — отрезала она и кивнула стрелку: — Веди, Дат.

Отряд двинулся дальше. Элайджа снова залюбовался контрастом: в отличие от удушающих зарослей внизу, здешний лес дышал простором — редкие дубы-великаны, чистый мох под ногами, никакого бурелома. Похоже на леса к северу от Норкасла на Земле, если бы не светящиеся споры на коре и странные породы древесины, кричавшие о чужом мире.

Через полчаса Дат поднял кулак, требуя тишины. Пригнувшись, группа скользнула под сень исполинских ветвей. Минута осторожного шага — и они вышли к цели.

Впереди зиял провал.

Точнее — глубокий карстовый сенот. Сквозь «Единство с природой» Элайджа моментально оценил масштабы колодца. И, что важнее, нащупал осиное гнездо: стены колодца были буквально утыканы сотнями, если не тысячами авиаков, сидевших по индивидуальным нишам в камне.

Дна друид не достал: стофутовый зев, занавешенный плотным пологом лиан, уходил на пугающую глубину. Подав знак спутникам замереть, парень перетек в облик драконида и накинул «Облик Незримого». Бесшумной тенью подкравшись к краю провала, он раздвинул свисающие плети.

И замер.

Цель испытания лежала прямо перед ним: массивное яйцо из слоновой кости размером с профессионального игрока в американский футбол пульсировало такой дикой, концентрированной жизненной силой, что поначалу друид даже не заметил стража. А разглядев его, едва не выдал себя судорожным вздохом.

Авиак, стоявший на страже в тени скорлупы, был огромен. В отличие от диких сородичей, этот монстр носил одежду — грубую кожаную набедренную повязку — и сжимал в когтистых лапах пару длинных боевых дротиков.

Элайджа плавно отполз назад, вернулся к отряду, сбросил маскировку и отвел группу на безопасное расстояние в глубь рощи.

— Уровень считал? — повернулся он к Дату.

Сэди хотела было спросить, что именно он там разглядел, но стрелок опередил ее: — Выше твоего, бро. Под сотый, не меньше. Да и рядовые птички вокруг отстают не сильно. Лезть в лобовую на такую ораву — чистое самоубийство.

Прежде чем воительница успела вставить слово, Элайджа коротко обрисовал увиденное: — И не факт, что этот громила там один такой. Но силища в нем дурная, я даже сверху его ауру кожей почуял.

— Что предлагаешь? — нахмурилась девушка.

Друид пожал плечами: — В одиночку я бы просто скользнул вниз под невидимостью и действовал по обстановке. Но здесь фокус не прокатит: авиаки чуют вторжение за версту. Вы помните, какой визг они подняли в пещерах на скалах? Сунемся в дыру — переполошим весь улей за секунду.

— Лобовой штурм? — подал голос Курик. — Поодиночке эти куры слабые. Я могу заминировать выход так, что ни одна пернатая тварь из дыры не высунется.

— Я смогу удержать на щите пару десятков, — прикинула Сэди. — Но если навалится сотня — нас сомнут.

Дат покачал головой: — План тухлый, бро. Надо работать тоньше.

— Есть идеи? — повернулась к нему подруга.

Стрелок лишь развел руками: — Мозговой центр у нас ты, бро. Я здесь чисто для красоты.

Элайджа не сдержал смешка, но наткнувшись на ледяной взор паладина, резко оборвал веселье: — Виноват. Делаю серьезное лицо.

— Ты сейчас серьезно сказал «делаю серьезное лицо» вслух? — с непередаваемым выражением лица уточнила Сэди.

— Реально сказал? Думал, про себя подумал…

— Вслух.

Элайджа глянул на Дата — тот лишь сочувственно покачал головой: — Косяк, бывает. Короче, суть в том, что я предельно собран и серьезен! И нам нужен нормальный план. Особенно с учетом того, как вы все на меня сейчас смотрите.

Проигнорировав его словесный понос, Сэди процедила: — У тебя есть дельные мысли?

— Вообще-то я надеялся на тебя, — развел руками друид. — Я ведь выдвинул идею составить план! А это уже половина победы.

— Я думал, половина победы — это владеть инфой, бро, — вставил Дат.

— Серьезно? Из «G.I. Joe» цитата?

— Обожал этот мультик в детстве! Дядя все кассеты на видак записал, — просиял стрелок.

— Дат.

— Чего, бро?

— У меня к тебе серьезный вопрос.

— Валяй.

— Мы что, только что стали лучшими друзьями? — ухмыльнулся Элайджа. — Потому что у меня стойкое ощущение, что мы только что стали лучшими друзьями.