Бенедикт пытался.

Искренне пытался. На протяжении всего Испытания он из кожи вон лез, чтобы не лезть не в свое дело и держаться от остальных подальше. По большей части это даже удавалось. Разумеется, пришлось принести в жертву горстку людей, чтобы призвать очередного Злобного Стража, но ведь они сами практически напросились. Не прямым текстом, конечно, но он же видел их взгляды. Слышал, какими шепотками они перекидывались за его спиной. Ветер перемен читался безошибочно: нападение оставалось лишь вопросом времени. Так что в каком-то смысле это была чистая самооборона.

Разумеется, в собственные красивые сказки Бенедикт верил лишь наполовину. Он прекрасно отдавал себе отчет в том, что стал хладнокровным убийцей, и единственным реальным оправданием служило лишь выживание в Испытании Первенства: без мощного миньона его шансы равнялись нулю. Дорога до Узлового Города доходчиво вбила эту истину в голову. Он просто делал то, что требовалось.

Но заполучив на поводок Злобного Стража, парень твердо решил подходить к выбору целей куда разборчивее. Никаких бессмысленных драк. Никаких ритуальных жертвоприношений. В джунглях полно чудовищ, так что нужды резать людей больше не было.

Покорив первое испытание, он совершил глупость, решив, будто жизнь наконец наладилась. В конце концов, он больше не походил на бледного, покрытого прыщами затворника. Теперь он был красив, силен, и новому образу следовало бы вызывать у окружающих только симпатию.

И все же, стоило добраться до так называемой Цитадели Инноваций — больше смахивавшей на Цитадель Мусора, — как после пары часов охоты на него напали из засады. Да, нападавшие что-то истошно орали о скверне и сговоре с мерзкими демонами, но их гневные обвинения стоили не больше его собственных оправданий. Правда заключалась в том, что шайка увидела одиночку, занятого боем с механическими жуками.

И решила, что перед ними легкая добыча.

Наивные глупцы.

У Злобного Стража на этот счет имелось собственное мнение: он разорвал двоих в клочья прежде, чем те успели осознать масштабы катастрофы. Выжившие подрались еще пару секунд, после чего сделали единственно верный вывод и бросились наутек.

Сам Бенедикт попытался удержать демона от погони, но контроль над свежепризванной тварью держался на соплях. А Злобные Стражи, как выяснилось на практике, отличались редким упрямством и скверным нравом. В итоге монстр вырвался за радиус подчинения быстрее, чем парень успел перехватить поводья.

Потеря казалась невеликой: да, демон наверняка добил бы удравших мерзавцев, но туда им и дорога. Как и любые падальщики, они заслужили свою участь. Рано или поздно страж вернулся бы назад. Бенедикту оставалось лишь отсидеться в найденной безопасной зоне и дождаться миньона.

А затем ментальная нить оборвалась — и страж сдох. Или, быть может, наоборот. Несколько минут парень сидел в полном ступоре: запасы эфира выгорело досуха, а заблокированные под призыв характеристики не спешили возвращаться. На какое-то время его охватило ледяное отчаяние от мысли, что штраф останется навсегда.

Лишь через час эфир начал лениво заполнять каналы, и еще двадцать минут ушло на восстановление урезанных параметров. Накатила спасительная волна облегчения, но урок усвоился намертво: демонические твари давали чудовищную мощь, но их гибель била по хозяину со страшной силой.

С бесами такого не случалось, но те были слабее в разы, и их гибель проходила почти бесследно. Вывод напрашивался сам собой: чем сильнее призванный слуга, тем сокрушительнее отдача в случае его смерти.

После пережитого шока парень чувствовал себя не в своей тарелке. И когда он осторожно выбрался наружу на разведку и увидел, как босой целитель, когда-то спасший ему жизнь, улепетывает от роя стальных насекомых, разум отключился: Бенедикт машинально окликнул беглецов и завел всю компанию в спасительное убежище.

И это было ошибкой.

К диковатому босому целителю он зла не питал. К здоровяку в блестящей мантии — тем более. К дварфу парень относился нейтрально, хотя само присутствие иных рас вызывало живой интерес.

Вот только мысли занимало совсем другое.

Все его внимание приковала оставшаяся пара: мужчина и женщина. Судя по арсеналу и броне девушки, оба были чистокровными бойцами. Воительница была чертовски хороша собой: бледная кожа, смоляные черные волосы. Мужчина тоже не подкачал, хотя в его плотном сложении сквозило добродушное жизнелюбие.

Но тревожила Бенедикта отнюдь не их внешность — его выворачивало от того, как они на него влияли. В каждом взгляде сквозило немое обвинение. Приговор. Даже от улыбчивого толстяка веяло глухим презрением. Хуже того: внутри самого Бенедикта клокотала ответная, зеркальная ненависть.

Причину он понял почти сразу — Демоническое Ядро внутри груди заходилось в бешеной, яростной пульсации каждую секунду их присутствия.

Спасало лишь недавно полученное умение, благодаря которому он, судя по всему, до сих пор оставался жив:

Демонический покров

Скрывает вашу истинную мощь как от врагов, так и от союзников. Эффективность зависит от относительной стадии культивации Ядра.

Получив этот навык, парень особого восторга не испытал: ему хотелось боевых чар, поэтому пассивную маскировку он недооценил. Впрочем, держать покров включенным не забывал — от полезных преимуществ он никогда не отказывался.

И сейчас, глядя на эту парочку, он мысленно возблагодарил собственную паранойю: иллюзий насчет их реакции на Демоническое Ядро он не питал. А без Злобного Стража за спиной ввязываться в драку было верным самоубийством.

Особенно с учетом той сокрушительной силы, что исходила от незваных гостей.

— Ты как-то странно на меня косишься, бро, — протянул мужчина в широкополой шляпе. На бедре у него покачивался длинный меч, под полой пальто в наплечной кобуре блестела связка ножей, а за спиной виднелись рукояти еще двух клинков. — У меня что-то на лице?

— А… нет. Ничего нет. Просто прикид оценивал. Очень в стиле… Ван Хельсинга.

— Бро!

— О господи, — закатила глаза воительница. — Ну всё, началось.

— Это же мой любимый фильм, бро! — расплылся в широченной улыбке мечник. — Хью Джекман крошит вампиров! Что может быть круче? Я его в детстве до дыр затер!

— Я без понятия, о чем ты, — признался Бенедикт.

— Ты сам эту тему поднял, бро!

— Дат. Ты ведь в курсе, что Ван Хельсинг появился задолго до дурацкого фильма с Джекманом? — вздохнула девушка. — Этот персонаж старше кинематографа на…

— Кому нужны книжки, бро? Когда есть охрененное кино, где Росомаха охотится на кровососов!

Сэди Сонг устало потерла переносицу и перевела взгляд на Бенедикта:

— Меня зовут Сэди Сонг, и мы твои должники. Без тебя нам пришел бы конец. Так что спасибо. Если когда-нибудь понадобится помощь — только скажи.

— Присоединяюсь, — буркнул дварф, плюхнувшись замертво на землю в ту же секунду, как они переступили границу барьера. — Только не сейчас. Сил нет.

С этими словами коротышка откинулся на спину и протяжно, с наслаждением застонал. Бенедикт перевел взгляд на мужчину в блестящей хламиде, узнав в нем целителя, заправлявшего лазаретом в Узловом Городе. Еще один весомый плюс в карму группы, хотя соображать в присутствии паладина и охотника становилось всё труднее: Демоническое Ядро буквально вопило об опасности.

— Спасибо, — выдавил Бенедикт. — Но признаюсь честно: я помог только из-за него, — он указал пальцем на лежащего без чувств друида.

— Вы знакомы? — прищурилась Сэди Сонг.

Парень покачал головой:

— Не особо. Он вылечил меня, когда я только добрался до Узлового Города. Спас мне шкуру, считай. Такое не забывают.

— Справедливо, — кивнула воительница. — А теперь просвети: что здесь вообще творится? Ты знаешь что-нибудь об этом демоне?

— О демоне?

— Да, бро. Здоровенный такой рогатый урод. Гнался за группой беженцев, когда…

— Они его и призвали, — соврал Бенедикт не моргнув глазом. — Я видел их, они на меня напали. Не очень разбираюсь в подобных ритуалах, но, кажется, из-за потасовки контроль сорвался, и тварь вырвалась на волю. Я дал деру раньше, чем понял, чем всё закончилось.

— Мы его прикончили, — отрезала Сэди Сонг и тяжело покачала головой: — Дурные вести. Придется выследить этих призывателей.

— Зачем? Их замысел всё равно провалился, — удивился Бенедикт.

— Демоны — это лютая дрянь, бро, — подал голос Дат. — Хуже некуда. Мы с этой скверной давно воюем.

— Оу. Я не знал.

— А ты смахиваешь на Лестата, — раздался хриплый стон с земли. Бенедикт опустил глаза: босой парень очнулся. Веки оставались плотно закрытыми, но губы шевелились: — Причем книжного. Не из фильма.

— Ты читал Энн Райс? — с неподдельным изумлением уставилась на него Сэди.

Элайджа приоткрыл один глаз:

— «Читал» — слабо сказано. Сестра все уши прожужжала, деваться было некуда. Я больше удивлен, что ты вообще в теме.

Девушка слегка покраснела:

— Было дело по молодости.

— Я без претензий. Тем более перед нами наш спаситель. Спасибо за своевременный сейв, без тебя нас бы там раскатали, — друид с трудом сфокусировал взгляд. — Кажется, я так и не представился. Я Элайджа. Смущенный борец за всё святое и непорочное — это Сэди. Азиатский Ван Хельсинг — Дат. Тот ворчливый комок мышц — Курик. А джентльмен с безупречным чувством стиля — Рон. — Он чуть повернул голову: — Никого не забыл? Вроде нет. И сразу уточняю: я не отключаюсь. Я просто даю глазам отдохнуть. Очень глубоко.

С этими словами парень сомкнул веки и мгновенно провалился в глубокий сон.

— Э-э…

— К нему привыкаешь, — вздохнула Сэди Сонг. — В некотором роде.

— А тебя как звать, бро? — поинтересовался Дат.

— Бенедикт.

— Эмерсон? — вскинула брови Сэди. — Ты же в первой десятке общего рейтинга силы? И в таблице Первенства на верхних строчках. А где твоя группа?

— Я один. И не стоит верить этим спискам, мне просто пару раз крупно повезло, — отмахнулся парень. — Уверен, вы все куда сильнее меня.

Большинство имен он, разумеется, узнал. Дварф оставался загадкой, лекаря в топах он не припомнил, но остальные определенно входили в мировую элиту. На долю секунды в голове мелькнула мысль о том, какого чудовищного демона можно сотворить, принеси он в жертву столь могучих практиков, но Бенедикт усилием воли загнал искушение обратно. Двое из этой пати доказали, что у них есть принципы, так что стоило дать им шанс.

К тому же без Злобного Стража шансов пройти испытание в одиночку у него не оставалось вовсе.

Повернувшись к паладинше, он осторожно предложил:

— Возможно, это прозвучит нагло, но… может, объединимся? Думаю, мы могли бы прикрыть друг другу спины.

— Базара ноль, бро! — тут же выдал Дат.

— Дат!

— А что «Дат»? Мы же не бросим его здесь одного куковать? Это свинство, бро, сама знаешь.

Сэди закатила глаза:

— Я и не собиралась его бросать.

— Значит, он с нами? — уточнил стрелок.

Девушка перевела взгляд на Рона, затем на Курика. Лекарь пожал плечами:

— Я не против.

— Мне вообще до фонаря, — донеслось из травы. — Вы все тут более долбанутые, чем двухрукий голем.

— Это еще почему, бро? — удивился Дат.

— У нормального голема должно быть шесть рук, это ж ежу понятно! — пробурчал дварф.

— Если оставить анатомию големов за скобками, — тяжело вздохнула Сэди Сонг, — думаю, никто не против твоего присутствия.

— Отлично, — выдохнул Бенедикт. — Потому что я, кажется, знаю, где искать Инженера.