Электрические дуги непрерывно плясали по проводам, не утихая ни на мгновение. Каким-то чудом Дат умудрялся лавировать между ними на цыпочках, не задевая смертоносные жилы на пути к заветной консоли. Сэди Сонг тем временем отбивалась от настоящей лавины пауков, намертво стянутых на нее после «Зова крестоносца».

— Шевели поршнями, Дат! — крикнула она, с размаху пнув подвернувшегося автоматона. От силы удара заныли пальцы в сапоге, но маневр сработал: железная туша перелетела через весь зал и со звоном впечаталась в бетонную стену. За спиной воительницы что-то неразборчиво бормотал Бенедикт, и каждые пару секунд в воздухе прокатывалась волна эфира, возвещавшая об очередной порции его чар постепенного урона.

Чуть поодаль Курик раскидал по плитам россыпь деталей и лихорадочно собирал какую-то адскую машинку. А у Рона и вовсе едва хватало рук, чтобы удерживать Сэди на ногах: пауки то и дело впивались в любой открытый сантиметр кожи, погружая металлические хелицеры глубоко в плоть. Какой именно яд они впрыскивали, девушка не знала, но эта дрянь перекрывала по болевым ощущениям всё, что ей доводилось испытывать. Казалось, будто внутренности плавятся изнутри, хотя внешне нога оставалась целой.

Если не считать стальной челюсти, упрямо перемалывавшей кость. Вблизи стало заметно, что брюшки пауков отливают мутной прозрачностью, а внутри плещется едкая зеленая жижа.

Сэди с силой врезала навершием меча по мутному стеклу — раздался громкий треск. Секундой позже она закричала: хрупкая колба лопнула, вонзив сотни осколков в голень и залив рану шипящей жидкостью.

Кислота.

С кожи плоть сразу не слезла — классовых сопротивлений пока хватало, — но от дикой боли перехватило дыхание. К счастью, Рон сработал на опережение, мгновенно разрядив в нее свое самое мощное исцеление.

Перевести дух не дали: на нее накатывала новая дюжина пауков. Рубящий выпад рассек пару лап и сшиб одного с траектории, но инерция раскрыла защиту, и следующий паук прыгнул прямо на грудь. Вздыбившись, он оскалил стальные клыки, сочащиеся зеленой отравой, готовясь впиться в лицо.

В следующую секунду нечто тяжелое с хрустом снесло тварь, запустив ее по наэлектризованному полу. Сэди вскинула взгляд: рядом тяжело дышал Бенедикт, орудуя другим пауком словно многоногой дубиной.

В этот миг Дат неловко оступился — и истошный крик агонии разорвал воздух: тысячи вольт прошили тело стрелка судорожной дугой. Рон взмахнул рукой, будто посылал мяч на дальний пас, только вместо мяча в пальцах сверкала палочка со звездой. Сгусток света размером с добрый пляжный мяч пролетел через залу и ударил бьющегося в конвульсиях стрелка прямо в грудь, брызнув золотыми искрами во все стороны.

Вопли мгновенно смолкли, судороги прекратились.

— Под ноги смотри! — рявкнула Сэди. Потерять Дата она не могла. Только не после всего пережитого.

— Отличная идея, бро! Сам бы в жизни не догадался! — проорал он в ответ с непривычным сарказмом, едва оправившись от шока. — Всё под контролем!

На разговоры времени не оставалось: остальная стая сомкнула кольцо. Пауки прыгали со всех сторон, и Сэди с трудом подавляла накатывающую панику — арахнидов она не переваривала с детства, а визит в Цитадель Инноваций любви к ним явно не прибавил.

То, что началось следом, выглядело откровенно жутко. Увидь детские наставники, во что превратилась их строгая фехтовальная школа, они бы сгорели со стыда. Но для благородной классики есть турнирные помосты, а в бою на выживание правит первобытная свирепость. И сейчас настал именно такой момент.

Она лягалась, кричала, крушила металл бесценным Мечом Рассвета словно тяжелым ломом. Скрежет железа тонул в непрерывном треске электрических разрядов. Воительница дралась с яростью, способной впечатлить даже дикого друида.

Раны копились десятками. Острые жвала без труда шили броню, а сопротивления пасовали перед ядовитой кислотой. «Оплот верных» тоже нельзя было держать вечно. Радовало лишь то, что от частых прожатий навыка она почти весь бой находилась под взрывным баффом характеристик, накатывавшим после каждого раскола щита.

Ухватив очередного паука за ходильные лапы, Сэди рванула изо всех сил — корпус разошелся надвое, будто из картона. Схватив половинки за обломки сочленений, она принялась колотить ими по нападавшим, сметая тварей десятками. Выроненный меч где-то затерялся, поднять его не давали, так что в ход шло всё подручное.

Например, две половины раскуроченного автоматона.

Сэди отдавала себе отчет: внезапной прибавки в мощи не случилось. Разорвать прочный металл удалось лишь благодаря Бенедикту, чья магия планомерно разъедала структуры тварей до трухи. Закончится бой — надо будет сказать парню спасибо.

Но пауки всё перли, и воительница встречала их единственным доступным способом. Ни шагу назад. Никакой пощады. Только драка до победного конца.

Она уже собиралась встретить последний натиск, как вдруг механизмы разом обмякли и с глухим перестуком повалились на пол. Лишь тогда до слуха дошла звенящая тишина: высоковольтный гул кабелей исчез без следа.

— Говорил же, что всё разрулю, бро, — донесся голос Дата от консоли. Вокруг него валялись развороченные пауки, от куртки шел легкий дымок, но круглое лицо расплывалось в широкой довольной ухмылке.

Потому приближающуюся с дальнего конца зала тень он и не заметил.

— Дат, сзади! — сорвала голос Сэди.

Слишком поздно. Массивный стальной штырь насквозь прошил грудь стрелка. Воительница с криком рванулась вперед, но из плит пола выметнулся зазубренный металлический кол, пригвоздив ее бедро к камню.

— Как вы посмели вломиться в мою мастерскую и разнести дело всей моей жизни? Вы хоть представляете, сколько ушло на их сборку? — прошипел Инженер.

Выше пояса он ничем не отличался от привычных та’алаки, но на этом сходство заканчивалось: вместо хвоста или пары ног тело чужака покоилось на массивном четырехногом паучьем шасси из вороненого металла.

Существо театрально вздохнуло: — Впрочем, неважно. Ваш вид мне незнаком, так что вы станете весьма любопытными подопытными образцами.

* * * * * *

Ледяные струи дождя приносили долгожданное облегчение, хотя сырой ветер пробирал до костей. Впрочем, когда с тебя живьем слезает кожа, озноб — вполне естественная реакция. Точнее, почти вся кожа: жалкие уцелевшие лоскуты отвалились сами в процессе регенерации. Каким-то чудом Доспех Короля Вепрей уцелел, но нижняя рубаха и штаны сгорели дотла.

Вместе со всеми волосами.

Опять.

Если начистоту, вид у него был аккурат как в первые месяцы после Катастрофы — точь-в-точь как после желудка гигантской косатки или забегов нагишом от огненных огров.

— Были же деньки, — с кривой ностальгической усмешкой пробормотал Элайджа. Оса под ним всё равно ничего не слышала: парень добрых полчаса истошно орал от боли, пока плетения штопали обгорелое мясо, так что сарказм ее вряд ли взволнует. — А ты отличный собеседник, Оса. Молчишь, слушаешь внимательно. Правда, от болевого шока у меня шарики за ролики заезжают, так что не обессудь… Стоп, я что, реально с железякой базарю? Даже если б ты слышала…

В этот миг желудок подкатил к горлу: стальной транспортник камнем пошел вниз. Элайджа едва успел перетечь в «Облик Небес» и спрыгнуть с фюзеляжа за долю секунды до того, как махина с размаху впечаталась в склон мусорного террикона. Заложив вираж, друид спланировал на землю. Оса даже не попыталась затормозить перед ударом и теперь лежала абсолютно неподвижно.

— Я что-то не то ляпнул? — пробормотал он, возвращая человеческий облик. Парень провел ладонью по обшивке: привычный гул внутренних приводов затих намертво. Систему обесточили, сомнений не было, но как и почему — оставалось загадкой.

Впрочем, жесткая посадка быстро выбила дурь из головы. Адская боль заставила мысли бродить где попало, но под ногами снова была твердая земля, напомнившая о двух неотложных фактах.

Первое: отряд всё еще внутри комплекса и явно нуждается в поддержке. Не раздумывая, Элайджа припустил к базе легкой трусцой. Буквально через пару шагов на глаза попались замершие тараканы, осыпавшиеся со склона. Сложив два и два, друид понял: гарнизон отключился по всей округе. Такое совпадение случайным быть не могло — друзья добрались до рубильника. Это придало ногам ускорения.

На бегу он обратил внимание на вторую деталь, упущенную во время судорожного лечения: шкала опыта перевалила за девяносто пятый уровень, явив долгожданную системную развилку:

Поздравляем! Вы выполнили требования для эволюции заклинания «Облик Хищника».

Пожалуйста, выберите путь развития:

• Облик Яда — развивает форму Хищника за счет насыщения атак смертоносными токсинами.

• Облик Погони — развивает форму Хищника с упором на подавляющую физическую мощь.

• Облик Охотника — гармоничное развитие формы без узкой специализации, сбалансированный рост всех параметров.

Суть направлений читалась прозрачно. «Облик Яда» наверняка выведет «Заражение» на совершенно иной уровень, а учитывая богатый опыт работы с болезнями «Роя», потенциал виделся колоссальным. «Облик Погони», напротив, разгонял драконида по чистым физическим параметрам. «Облик Охотника» выглядел компромиссом без явных перекосов.

На бегу друид лихорадочно взвешивал варианты. Первые два напоминали выбор между коброй и крокодилом: оба идеальные хищники, но с диаметрально противоположным подходом. Третий вариант сулил топтание на месте, чего парню даром не нужно было: прелесть узкой специализации он понимал отлично. Если хочешь выделиться из серой массы мастеров на все руки, нужно бить в одну точку. Универсальный путь отпадал сразу.

Но кого предпочесть из оставшейся пары — кобру или крокодила, — он пока решить не мог.

Впрочем, спешить не имело смысла: как и с прошлыми трансформациями, за выбором наверняка последует цепочка дополнительных условий. Мгновенного усиления здесь и сейчас развилка всё равно не даст.

Подбежав к ограде комплекса и убедившись, что вернувшиеся автоматоны застыли мертвыми изваяниями, Элайджа выкинул системные окна из головы. Сквозь каналы «Единства с природой» докатилась тревожная пульсация: друзья попали в беду.

Подстегнутый дурным предчувствием, он перетек в привычный «Облик Хищника» и под покровом «Облика Незримого» бесшумной тенью скользнул в темные коридоры цитадели.