— Секунду, бро, — бросил Дат и решительным шагом направился вперед.

Элайджа тем временем принялся изучать причал и береговую линию. Интуиция смутно подсказывала, что с этим местом что-то не так, но ухватиться за конкретную зацепку не удавалось.

— Куда он пошел? — нахмурился Гидеон. — Что он вообще задумал? Там же ничего нет!

— Дат провел в руинах больше времени, чем любой другой житель Гонконга, — отрезала Сэди. — Просто поверь: он знает, что делает.

Элайджа опустился на корточки и коснулся ладонью досок причала, настраивая «Душу Дикой Природы». Вскоре силуэт друга ускользнул за пределы радиуса восприятия, но друид с удивлением отметил: Охотник на Ведьм даже не подумал набросить «Призрачный Плащ». Не задействовал он и базовую маскировку.

— Дурно это пахнет, — процедил Гидеон, положив ладонь на эфес меча. Штурмовой щит со спины он не снял, но весь его вид выдавал полную боевую готовность. — Ты знаешь слухи о нем не хуже моего.

— Какие еще слухи? — поднялся на ноги Элайджа.

— Не забивай голову, — поморщилась Сэди. — Обычные досужие сплетни.

— Ну нет, теперь я просто обязан знать, — оживился друид. — Выкладывайте! Обожаю сплетни.

— Мистер Бао подозревается в сговоре с врагом, — напыщенно отчеканил капитан. — В отношении него ведется негласное расследование. Уж слишком много времени он проводит вне стен бастиона.

— Потому что нам позарез нужны разведданные, — с нажимом напомнила паладин.

— Как бы то ни было, его неоднократно видели входящим в анклавы некромантов.

— Довольно, Гидеон, — подал голос Нико — впервые за весь разговор. — Предатель он или нет, но в этой битве Дат на нашей стороне.

— Если только он сам не тайный некромант, — не унимался офицер. — Он просто выжидает удобного момента, чтобы вонзить нам нож в спину.

В этот миг Дат исчез. Секунду назад его силуэт маячил у кромки воды, а в следующий миг словно растворился в воздухе. Элайджа слишком часто видел скрытность в действии, чтобы понять: это не было системным заклинанием. Исчезновение произошло слишком резко.

— Куда он делся? — всполошился Чжан Юэ.

Линь Тао уже вскинула руку для сотворения чар, но Сэди остановила ее резким жестом: — Отставить. Слишком много шума.

Призывательница послушно опустила ладонь.

— Хочешь, я сбегаю проверю? — предложил друид.

— Ждем.

Парень тяжело вздохнул. Тишины хватило ровно на пятнадцать секунд, после чего он снова заерзал: — Это пытка какая-то. Пусти меня, я мигом проверю, что там. Со мной ничего не случится!

Сэди наградила его таким испепеляющим взглядом, что зуд действия пришлось спешно загнать внутрь. Минуты текли мучительно медленно. Гидеон сквозь зубы цедил проклятия предателям, а Сэди выглядела так, словно была в шаге от того, чтобы снести капитану голову с плеч. Вражда между ними уходила корнями куда глубже, чем паранойя вокруг Датовой честности.

Спустя пару минут Охотник на Ведьм материализовался из пустоты.

— Всё на мази, — бросил он на ходу. — Только держите себя в руках.

— Я само хладнокровие, — осклабился Элайджа.

— Я не про тебя, бро, — Дат смерил тяжелым взглядом Гидеона, а затем перевел глаза на Нико: — Паром доставит нас на остров, но зрелище вам вряд ли понравится. Капитан — некромант.

— Надо перебить их и угнать судно, — вскинулся офицер. — Где оно, кстати?

— Ступишь на борт — и окажешься в его полной власти, — осадил его Дат. — А до тех пор ты его даже не увидишь.

Лицо Гидеона перекосило от бессильной ярости. Он явно принадлежал к той породе людей, что привыкли брать силой всё, до чего дотягиваются руки. Необходимость плясать под чужую дудку встала ему поперек горла, намертво закрепив на физиономии кислую мину.

Впрочем, возможно, это было его естественное выражение лица, а всё остальное — лишь фальшивая маска благородства.

Как бы там ни было, когда Дат объяснил, что иного пути через кишащий монстрами залив не существует, отряду пришлось проглотить гордость. Вскоре дозорный повел их за собой.

Элайджа почуял искажение еще до того, как завеса спала: небольшая одноэтажная постройка слева от причала была скрыта мощным маскирующим куполом. Без «Души Дикой Природы» заметить брешь было невозможно, что говорило о приличном ранге неизвестного мага. Шагнув сквозь невидимую пленку, спутники наконец увидели дом воочию.

А главное — покачивающееся у свай судно. Это был старый пассажирский паром: зеленый корпус и белая двухъярусная надстройка. Футах в трех над ватерлинией тянулся ровный ряд круглых портов. Длиной корыто достигало сотни футов, но из-за солидной ширины казалось приземистым и неуклюжим.

Оценив корабль, друид перевел внимание на дом: обычная беленая коробка, живо напомнившая провинциальный автовокзал. Но куда сильнее интриговали обитатели внутри: подавляющее большинство из них были ходячими мертвецами. Сосчитав первую сотню, парень бросил это занятие.

Живых существ за стенами теплилось всего четверо: взрослый мужчина, женщина, подросток и несмышленый малыш. К счастью, зомби прятались в подсобных помещениях, иначе у Гидеона случился бы инфаркт прямо на крыльце. Сам Элайджа мысленно держался за заверения друга: без Датовой гарантии он ни за что не подошел бы к этому гнезду без «Покрова Незримого».

И все же доверие к товарищу перевесило. У дверей гостей встретил один из обнаруженных людей: крепкий мужчина с обветренным лицом и клочковатой бородой. Широкая улыбка обнажала пару выбитых зубов; одет он был в простую синюю рубаху, рабочие парусиновые штаны на подтяжках и выцветшую бейсболку.

— Добро пожаловать, друзья! — поприветствовал он на ломаном английском. Было заметно, что хозяин старается говорить вслух сам, не перекладывая речь на системный перевод. — Мистер Дат оплатил переправу до острова Тин Хау. Прошу внутрь, пока судно готовят к отплытию.

Дат перешагнул порог без колебаний, Сэди шагнула следом. А вот остальная свита Бастиона замялась.

Спустя неловкую паузу Гидеон надменно бросил: — Мы останемся снаружи. Будем нести караул по периметру.

Сэди выразительно закатила глаза — ничего другого от капитана она и не ждала: — Дело ваше. Нико? Элайджа?

Лекарь покачал головой, предпочтя общество стражи. Друид же на улице оставаться не собирался: пропускать такое представление было бы преступлением. Подмигнув паладинше, он проследовал в дом.

Внутри действительно царила атмосфера старой автобусной станции: ряд пластиковых стульев вдоль стен да разбитый вендинговый автомат в углу. Но по-настоящему внимание привлек запах.

— Это что… кофе? — потянул носом парень, оборачиваясь к хозяину. — Точно, кофе пахнет!

— Он самый! — просиял мужик, расплывшись до ушей. — Отыскали склад в первые дни и с тех пор бережем как зеницу ока. Угостить чашечкой?

— Вот это я понимаю — разговор по душам! — расплылся Элайджа. — Я Элайджа, кстати. Дама в латах — Сэди. Ну а Дата ты знаешь.

Хозяин чинно склонил голову: — Мне известны ваши имена. Я Кэ Мин.

— А те, в соседней комнате? — друид не слишком тонко намекнул на духовное зрение. — Семья?

— Моя супруга Мэй и дети, — отозвался лодочник.

Элайджа почувствовал, как пульс человека участился, пока тот наливал черную жижу из подогреваемого кофейника. На белой кружке виднелись незнакомые иероглифы и стилизованный рисунок того самого парома.

Приняв напиток, парень кивнул: — Спасибо. Когда отчаливаем?

— На закате, — ответил Дат раньше паромщика. — Выйдем раньше — нарвемся на морских тварей, днем они чересчур активны.

Друид глянул в окно: до сумерек оставался всего час, вполне терпимо. Мысль обернуться небесным змеем и махнуть через залив по воздуху мелькала, но воспоминания о стаях крылатых камикадзе быстро остужали пыл.

Усевшись на пластиковый стул, он сделал глоток горького варева. Зерна явно выдохлись за годы хранения, но пить было можно. Рассеянно опустив руку в сумку из шкуры упыря, парень заметил, как хозяин напрягся, всколыхнув эфир вокруг себя.

— Спокойно, я просто за медом полез, — не поднимая глаз, бросил Элайджа. Достав стеклянную баночку, он откупорил крышку и щедро плеснул янтарной сладости в кружку: — Не надо так нервничать, я парень мирный. Кстати, а что ты собираешься делать с той сотней мертвяков в подвале? Не то чтобы я лез судить чужие хобби, но коллекционировать зомби под полом собственного дома… как-то рискованно, нет? Особенно когда под боком дети бегают. Впрочем, хозяин — барин. Я вот в детстве камни собирал. Самые обычные булыжники с дороги. Даже шлифовальный станок выпросил. Так что каждому свое: я любил кремний, ты любишь ходячие куски тухлого мяса. Никакого осуждения.

— Элайджа… — с угрозой протянула Сэди.

— А что такого? Собирать булыжники странно, согласен! Но таскать в подвал зомби…

— Куча народу коллекционирует минералы, бро, — вставил Дат. — Нормальная тема.

— Ну да, редкие минералы! Красивые друзы! А я собирал обычную…

— Элайджа. Заткнись, — процедила паладинша.

Тот вздохнул, пряча банку обратно в зачарованную торбу: — Ладно-ладно. Но никто не убедит меня, что набивать подвал мертвецами — это здоровая привычка. Потому что это дичь как она есть.

— Я… я не коллекционирую их. Они мои рабочие, — выдавил наконец Кэ Мин. — Они гребут на пароме.

Глаза друида полезли на лоб: — А-а! Вот оно что! Беру свои слова насчет странностей назад. То есть это всё еще дико, но по-своему гениально! Бесплатная рабочая сила на вечных двигателях — куй железо, не отходя от кассы! — он победно вскинул кулак: — Капитализм в чистом виде! Мое почтение!

В комнате повисла тяжелая, неловкая пауза: парень явно перегнул палку с сарказмом. Попытки завести светскую беседу натолкнулись на глухую стену молчания. Пришлось молча давиться остывающим пойлом, с тоской вспоминая старый смартфон: листать ленту соцсетей в мирное время было сомнительным занятием, но в залах ожидания спасало идеально.

Чтобы убить время, Элайджа принялся сканировать трупы в подвале сквозь «Душу Дикой Природы». Догадки подтвердились: мертвецы не были мертвы окончательно. Но и живыми их назвать язык не поворачивался. В них причудливо тлела противоестественная искра, сплавлявшая жизнь и смерть в нечто третье.

Зрелище завораживало и одновременно вызывало тошноту — словно первый визит в анатомический театр. Исследование затянулось, пока Кэ Мин наконец не взглянул на часы: — Пора. Предупредите спутников снаружи, чтобы не смели нападать на гребцов. Без них мы до острова не дойдем.

Сэди вышла на улицу разруливать ситуацию. Даже без магического чутья было слышно, как на причале разгорается скандал: не будь они прикрыты маскировочным куполом паромщика, на вопли Гидеона сбежалась бы вся нежить побережья.

В итоге Сэди привлекла на свою сторону брата, и вдвоем они сломали упрямство капитана. По-человечески Элайджа офицера понимал: годами рубить тварей в капусту, а потом добровольно доверить им свои жизни — расклад не из приятных. Но личная неприязнь к лощеному вояке брала верх, заставляя видеть в его поведении лишь мелочную спесь.

Вскоре из подвала потянулась жуткая процессия: Элайджа насчитал около полутора сотен покорных зомби, гуськом ковылявших к сходням. К счастью, нежить сразу загнали в трюм, а пассажиры остались на верхней палубе. Это снижало градус накала, хотя друид не сомневался: добром этот поход не кончится.

Как пить дать, однажды Гидеон вернется сюда с отрядом карателей и вырежет паромщика вместе с семьей. Ненависть в его глазах горела слишком ярко. А в худшем случае офицер выкинет какой-нибудь фортель прямо на переправе. Допустить этого Элайджа не мог — не столько из жалости к некроманту, сколько ради успешного завершения миссии.

По крайней мере, так он пытался убедить самого себя. Но в глубине души понимал: прагматизм тут был ни при чем. Кэ Мин водил дружбу со смертью, но подлецом явно не был.

И когда из бортовых портов со скрипом высунулись тяжелые весла, а паром медленно отвалил от причала, друид твердо решил: эту переправу он доведет до конца любой ценой.