Поднимаясь по ступеням плечом к плечу с Сэди, Элайджа выкрутил «Душу Дикой Природы» на максимум. За тяжелой кованой дверью на вершине лестницы царила глухая стена, но сквозь камень сочилась первобытная, сокрушительная мощь, живо напомнившая ему Илоа. Не по уровню — Громовой Император всё же был Трансцендентным владыкой, — а по самому ощущению: колоссальная энергия сжалась в тугую пружину, готовую в любую секунду рвануть фугасной бомбой.

И ядовитая, всепоглощающая ненависть.

Авара, Королева Запустения, не была лидером, оступившимся ради сомнительного всеобщего блага. Илоа тоже трудно было назвать праведником, но тот хотя бы искренне верил в собственное высшее предназначение, что в корне меняло дело. Авара же была иной: от нее фонило чистейшим, незамутненным злом такой плотности, с какой друид еще не сталкивался.

Здесь не предвиделось терзаний совести или попыток понять врага. Не будет сомнений. Дело касалось не только спасения миллионов душ в Гонконге: тварь на вершине казалась абсолютно неисправимой. Разумное чудовище, очистить мир от которого друид считал своим священным долгом.

Посох мерно стучал по черному базальту ступеней. Перед самой дверью Сэди замерла, оглянулась на спутников и тихо спросила: — Вы готовы?

Вопрос предназначался всем, но взгляд ее был прикован к брату. Посыл читался без слов: они с Элайджей и Датом уже выходили против чудовищ подобного ранга и пусть смутно, но представляли масштабы грядущего пекла. У Нико такого опыта не было вовсе, и риск дрогнуть перед лицом первородного ужаса для него был максимальным.

К удивлению Элайджи, лекарь лишь твердо кивнул, не отводя глаз: — Я исполню свой долг.

— Я в порядке, бро, — негромко бросил Дат.

— Секунду, — друид перетек в «Облик Яда», жестом попросил соратников отвернуться и скользнул под «Покров Незримого».

Когда он растворился в воздухе, Сэди перевела дыхание и глухо скомандовала: — Эта битва не будет похожа на прежние. Она в разы сильнее всех, с кем мы сталкивались. Мы идем вслепую, так что действовать придется по ситуации. Вливаем максимальный урон с первой секунды и не сбавляем напор, пока она не рухнет. Ясно?

Невидимый дракон молча качнул мордой: план был выверен до мелочей еще во время марша по темным галереям. Главное — обрушить шквал атак прежде, чем хозяйка Предела опомнится и захлопнет ловушку. Быстрой победы не ждал никто, но внезапный напор мог сбить ее с ритма и подарить стратегическое преимущество.

У Элайджи задача была предельно конкретной: после стартового выпада уйти в оборону и прикрыть Нико. Падет лекарь — группе конец. Сам друид латать раны умел отлично, но взвали он на себя роль скорой помощи — и весь наступательный потенциал команды мгновенно сойдет на нет.

Впрочем, планы редко переживают первое столкновение с реальностью.

Стоило отряду переступить порог, как расклад полетел ко всем чертям: кованые створки за спиной с пушечным грохотом захлопнулись и в то же мгновение истаяли в воздухе, обратившись в монолитную стену.

Пути назад не было.

В следующую секунду «Покров Незримого» попросту сорвало с чешуи, обнажив ящера. «Призрачный Плащ» Дата развеялся точно так же. Первый пункт плана накрылся медным тазом: лишившись фактора внезапности, Элайджа без раздумий вернулся в тяжелый «Облик Шипа», сосредотачиваясь на главной цели — защите лекаря.

Завершив трансформацию, он наконец огляделся.

Винтовая лестница вывела их на вершину колоссального шпиля, оканчивающегося ровной дискообразной ареной в пару сотен футов поперечнике. В центре площадки, прямо напротив незваных гостей, высился трон из сотен сплетенных между собой черепов, на котором восседала женщина.

Демоническая кровь читалась в ней безошибочно, хотя гротескных уродств ее родичей у нее не наблюдалось: тонкие изящные рожки на лбу, пепельно-серая кожа и обманчиво человеческие черты лица. Облегающий черный корсаж переходил в пышную рваную юбку, полностью скрывавшую босые ступни. Наряд висел лохмотьями, и сама владычица казалась изможденной тенью: на ум невольно приходили мрачные готические сказки Тима Бёртона — эдакий Эдвард Руки-Ножницы в женском обличье.

Дат рядом негромко пробормотал что-то про «Труп невесты».

Вот только героиней невинной сказки Авара не была: веяло от нее вполне осязаемой смертью. Трон под ней был сложен из сотен расколотых человеческих черепов, спаянных в единую конструкцию.

В остальном площадка пустовала, если не считать трех высоких костяных арок, расставленных на равном удалении друг от друга по внешнему краю обрыва. Арки эти до боли напоминали порталы испытаний, через которые друид пробивался к цитадели.

И тут Элайджа уловил еще одну деталь: древний старец в кубе был отцом Авары, и фамильное сходство било в глаза. Те же запавшие глазницы, но главное — магический фон вокруг нее.

Ауры отца и дочери перекликались почти один в один: старик не просто породил чудовище, но и обучил ее всему, что знал сам. Скорее всего, они делили один класс — тревожный звонок с учетом того, что страж ворот, призванный стариком, превосходил друида по всем статьям.

С такими монстрами оставалось уповать лишь на то, чтобы связать их боем и выиграть время.

Авара плавно поднялась с костяного трона. Юбка колыхнулась невесомой паутиной, и во вспышке ядовито-зеленого пламени в ее бледной ладони соткался посох из мореного дерева, увенчанный оскаленным черепом рогатого демона. В глазницах резного черепа бушевал изумрудный огонь — ненасытное пламя, жаждущее пожрать всё живое и обратить в прах.

— Вы пришли, — глухо произнесла Авара, делая шаг вперед по холодным плитам. Ее босые ступни выглядели человеческими. — Вы оборвали дни моих верных слуг, избавив их от вечной муки. За это я вам признательна. Но дерзнете ли вы оспорить мою власть над Опустошенным Пределом?

— Плевать нам на твою власть, — отрезал Дат, шагнув вперед. — Сверни вторжение и убирайся прочь.

— Это свыше моих сил, — в голосе королевы промелькнула странная, вымученная печаль. — Такова моя стезя: я раб собственного рока. Наш удел — экспансия, иначе нас ждет небытие. Таков закон.

— Тогда выбор сделан, — Сэди сделала два чеканных шага вперед, рука легла на эфес двуручника. — Сложи оружие и предстань перед правосудием. Мы даруем тебе легкую и быструю смерть.

Привычная попытка отпустить грехи — точно так же на Турнире она взывала к ассасину из клана Ночерожденных, пыталась вразумить безумного Илоа. Но здесь проповедь была обречена заранее.

— Правосудие? — губы демоницы тронула холодная насмешка. — Из уст ангела? Неужели ты сама веришь в эту чушь?

— Верю, — Сэди подобралась, готовая к рывку.

Авара расхохоталась — сухой, безжизненный звук эхом раскатился над бездной, утонув в ледяном ветре: — Ты не властна отпустить мои грехи, дитя. Я — Королева Запустения! За моими плечами миллионы оборванных жизней, но жажда величия не угасла ни на йоту! — За ее спиной распахнулись кожистые крылья, мгновенно занявшись зеленым адским пламенем: — Ты несешь мне прощение и суд? Я отвергаю их! Ибо единственное правосудие в этом мире — абсолютная сила! Докажи свое превосходство — или склони колени и прими смерть. Ты станешь жемчужиной в моей свите и понесешь мою волю в свой девственный мир. Согласись — и обретешь вечность. Откажись — и сгинешь в забвении, жалкая и никому не нужная!

С каждым ее словом Элайджа ловил себя на пугающей мысли: она права. Они обречены. Сопротивление бессмысленно — аура королевы подавляла волю так же безжалостно, как мощь привратника у ворот. Руки опускались сами собой…

— Довольно! — рявкнул Нико.

Вокруг лекаря закружился ослепительный вихрь: Элайджа и Сэди в панике обернулись, готовые перехватить шальной жест, но заклинание легло не на врага. Волна чистейшего белого света накрыла отряд спасительным куполом: морок спал в ту же секунду, выметя чужие мысли из головы.

Ментальное подчинение! Авара пыталась сломать их волю без боя.

И Нико спас их.

— Твой ядовитый шепот не осквернит наш разум! — выкрикнул лекарь с такой несгибаемой яростью в голосе, какой друид от него не слышал никогда в жизни. Кажется, парня он всё же недооценил.

Пелена рассеялась: перед ними стоял опасный враг, но отступать никто не собирался. Главное, чтобы Нико сумел удержать ментальный щит до конца схватки.

— О, так вы явились не с пустыми руками, — Авара плавно шагнула вперед. Посох сухо щелкнул по камню арены: — Что ж, тем слаще будет ваш триумф на коленях.

Когтистая длань взметнулась в сторону правой костяной арки: сгусток ядовитого пламени сорвался с пальцев, с шипением впечатавшись в створ ворот. Огонь жадно охватил кости, взметнувшись изумрудным столбом. Следом два огненных шара полетели в оставшиеся арки — за спиной королевы и слева от нее. Все три портала озарились инфернальным свечением, а пространство внутри них затянуло плотной пленкой зеленого кристаллического эфира.

Треск — и сквозь кристалл пробилась исполинская костяная кисть.

— Дело дрянь, — выдохнул Дат.

Из первого проема, пригнувшись, шагнул гигантский скелет с ростовой косой наперевес. Сердце друида екнуло: из двух других порталов уже вываливались точно такие же колоссы.

— Слева — чародей, — на лету отчеканил охотник. — По центру — танк. Справа — лекарь.

— Полноценная рейдовая пати… — побледнел Нико.

— Новый план! — скомандовала Сэди. — Фокусим их лекаря! Дат, глуши мага! Я связываю боем Авару и костяного щитовика! Нико — держи строй, не жалей резерв!

И в этот миг из арок хлынула лавина: вслед за гигантами полезли сотни мелких безымянных скелетов — без брони и оружия, но прущих сплошной неостановимой массой. Поток не иссякал: еще немного — и арену попросту погребет под горой живых костей. Пятачок был слишком тесен для такой орды.

— Не сработает! — рявкнул Элайджа. — Нужно гасить порталы! Держите глухую оборону, я разберусь с вратами!

Облик Небес!

Обратившись пернатым змеем, он взмыл в ледяной воздух. С высоты птичьего полета поле боя открылось как на ладони — и в голове мгновенно родился дерзкий маневр. Главное, чтобы соратники выдержали первый натиск снизу.

Яростный взмах крыльев:

Штормовой Рой!

[Штормовой Рой]

Призывает рой грозовых мух, повышающих скорость и маневренность заклинателя, одновременно дезориентируя врагов ураганными порывами ветра. Часть особей несет в себе искры молний, наносящих электрический шок при контакте. Сила эффекта зависит от культивации Ядра.

(Доступно только в Облике Небес или родственных эволюциях).

Воздух вокруг друида озарился тысячами ярких искр: со стороны это походило на мерцание диковинных полярных огней, но вблизи каждая точка оказывалась хищным насекомым с крыльями из чистого электричества.

Жужжание стаи слилось в сплошной гул, и над каменным диском арены закружился яростный ураганный шквал: десятки рядовых скелетов, не удержав равновесия на скользком базальте, с визгом кубарем сорвались в бездонную пропасть.

Орду это не остановило, но буря сделала главное: рой обрушился на костяную лавину, оплетая врагов сетью электрических разрядов и сбивая темп атаки. Оглушило даже гигантских стражей, подарив Сэди и Дату спасительные секунды перестроиться в оборону.

Сам же Элайджа, сложив крылья, камнем ринулся вниз — прямо к первой пылающей костяной арке.