— Началось всё как кузня, так кузней и должно остаться! — отчеканила Карисса, уперев кулаки в бока и буравя взглядом Кармен. Кузнечиха старательно делала вид, что полностью поглощена работой и гномку не замечает вовсе. — И спорить тут не о чем! Назовешь храмом или еще какой заумью — народ только путаться начнет. Лучше чтоб попроще!

В глубине души Кармен была согласна на все сто, но признавать правоту подруги вслух не спешила. Придумывание названия для проекта Великой Кузни никогда не входило в число ее любимых занятий: вся ее творческая жилка уходила в металлургические тонкости, ковку и тонкую гравировку, а не в сочинение вычурных вывесок. Втайне она надеялась, что Система сама разберется с именем — как разбиралась до сих пор со всеми ее изделиями.

Оторвавшись от наковальни, женщина тяжело вздохнула: — Ты же понимаешь, что из-за грохота молота я тебя почти не слышу?

— Прекрасно ты всё слышишь!

И это тоже было чистой правдой, в чем Кармен опять же ни за что бы не призналась. Как бы сильно она ни ценила дружбу — а ценила она ее искренне, — прямо сейчас ей отчаянно хотелось побыть одной. С отъездом Мигеля она с головой зарылась в работу: самообманом кузнечиха не страдала и прекрасно понимала, что эта бешеная пахота — всего лишь способ заглушить съедающую изнутри тревогу за сына. Парень до сих пор не добрался до Аргоса и не прислал весточки, хотя удивляться тут было нечему: путь до далекого города лежал неблизкий.

Но материнскому сердцу на доводы рассудка было плевать. Кармен знала, что Мигель способен за себя постоять. Она своими глазами видела, как из робкого мальчишки тот вырос в первоклассного бойца, вплотную подошедшего к порогу — а по меркам многих, уже перешагнувшего его — зрелой мужской силы. Но стоило представить опасности, подстерегающие его на глухом тракте, как ледяной страх сжимал горло.

И страх не только за сегодняшний день, но и за всё его будущее.

Сын никогда не скрывал своих амбиций: он упорно лез на рожон, штурмуя башни и бросаясь в самое пекло ради заветных уровней и системных наград. Позиция привычная: после удара Системы на обломках цивилизации возникла целая каста подобных безумцев. Авантюристы — так они себя величали, кое-где даже сколачивая полноценные гильдии.

Легче всего было списать их порывы на помешательство адреналиновых наркоманов, но Кармен лучше многих понимала: в новой реальности этот путь был, пожалуй, столь же логичен, как и любой другой. Мир перестал быть безопасной колыбелью. Чтобы выжить — не говоря уже о том, чтобы жить достойно, — требовались уровни. А для большинства единственный путь к прокачке лежал через клинок.

В этом отношении самой Кармен повезло: она выбрала ремесленную стезю, и выбор оправдал себя сполна. Сказывалось и то, что среди уцелевших мастеров она оставалась едва ли не лучшим кузнецом на планете. Ей покорялись вещи, которые никто в Железном Берегу — да и, пожалуй, во всем мире — повторить не мог, и мастерство щедро вознаграждало ее сторицей.

По уровню она держалась наравне с сильнейшими жителями Железного Берега, хотя львиная доля прогресса объяснялась ее маниакальным трудоголизмом и привычкой забивать голову проектами, лишь бы не думать о плохом.

— Ты опять меня игнорируешь?! — возмутилась Карисса.

Кармен с тихим вздохом отложила кинжал, над которым корпела последнее время. Изначально клинок замышлялся как подарок женщине-пекарю, с которой они несколько раз пересекались за последний месяц, но задним умом кузнечиха понимала: жест выходит слишком напористым. Отношения никогда не были ее сильной стороной — даже до апокалипсиса, — и никакие уровни в статусе в этой беде помочь не могли.

— А обычным женщинам вообще дарят оружие? — спросила она, подняв лезвие на уровень глаз, чтобы проверить центровку. При закалке полосу слегка повело винтом, но Кармен рассчитывала снять кривизну на точиле. Не выйдет — отправится в общую кучу брака, не прошедшего внутренний контроль качества.

В последнее время эта гора забракованных клинков и кирас разрослась до неприличных размеров, постепенно отправляясь на переплавку в обычный крестьянский инструмент.

— Смотря какой женщине, — хмыкнула гномка. — Это для той булочницы, с которой ты снюхалась пару недель назад?

Кармен промолчала, но они стали лучшими подругами не на пустом месте: красноречивое молчание сказало всё за нее.

— Тогда дохлый номер! На кой черт булочнице боевой кортик, а? — фыркнула Карисса.

Кузнечиха пожала плечами: — Оружие для самозащиты нужно каждому.

— Лучше б ты ей нормальную духовку сладила.

— Печи — это скучно. Оружие куда круче.

Карисса протяжно, страдальчески вздохнула: — Тут я с тобой спорить не стану, подруга, но факт остается фактом: большая часть горожан за всю жизнь и запаха пороха не нюхнет! Ты видела, что Курик вокруг выстроил? Он запечатал город наглухо — такой неприступной цитадели я в жизни не видала! Мне заранее жаль темных эльфов, если те сунутся на штурм.

— А мне нет, — отрезала Кармен ледяным тоном. Как по ней, всё племя ушастых выродков могло сгнить в канаве. Мысль, возможно, была несправедливой: как и у любого народа, среди них наверняка встречались разные личности. Но насмотревшись на то, как десятки ее друзей и знакомых полегли в последней битве за Железный Берег, давать агрессорам второй шанс она не собиралась.

— Ну, тут я солидарна, — кивнула гномка. — Но ты от темы-то не виляй! Имя для кузни придумала?

Кармен покачала головой: — Втайне надеюсь, что Система сама разберется.

— Не выйдет, дуреха! Система сама из пальца названия не высасывает — она берет то, что у тебя в башке вертится в миг завершения! Будешь во время закладки думать о ромашках да феечках — получишь какую-нибудь «Кузню Солнечной Феи». Так что лучше заранее вбей себе в голову что-то толковое, пока постройка не встала. А то огребешь позорище на весь свет.

Кармен опустила кинжал на верстак и провела мокрой ладонью по слипшимся от пота волосам: тугой хвост растрепался, несколько непослушных прядей выбились на лоб. Думать о названии хотелось меньше всего на свете, поэтому она ловко перевела стрелки на единственную тему, способную заткнуть подругу намертво — на рудник. Следующий час гномка взахлеб расписывала, как взлетела добыча руды, пока наконец не засобиралась домой на ночлег.

Оставшись одна, Кармен взялась за другой важнейший проект — инструмент для новой кузни.

Выковать молот — задача на первый взгляд плевая: главное, чтобы боек держал вес и мог плющить раскаленную заготовку. Конструкция элементарная — рукоять, боек да клин.

Вот только в кузнечном деле простота определялась исключительно замыслом мастера. Любой меч можно свести к полосе железа, но между выстраданной катаной и грубо заточенной арматурой пролегает пропасть.

Точно так же обстояли дела с набором инструментов, который Кармен готовила для своего будущего детища.

Материал для них был подобран исключительный: недели напролет она прочесывала Рынок Ветви Древа в поисках уникального сырья, пока несколько дней назад не наткнулась на редчайшую находку. Так называемый вулканический мифрил стоил баснословных денег — на пару слитков ушли почти все сбережения этериума, и даже этого запаса не хватало на весь комплект.

Но чистым мифрилом она ограничиваться и не собиралась: докупила изрядный запас титана, несколько брусков холодного железа и трактат по обработке вулканических сплавов.

А главное — раздобыла несколько баллонов со сжатым аргоном, открывавшим дорогу к кузнечной сварке титана. Металл этот в обработке был капризнее некуда, но после серии экспериментов Кармен нащупала верную технологию. Без аргона — или иного инертного газа, нагнетаемого в герметичный контейнер, — затея обернулась бы пшиком.

Последние недели она методично накачивала металлы чистым эфиром. Заготовки вобрали в себя предел маны, и теперь оставалось сварить многослойный пакет в единый монолитный брусок.

Расковав каждый слиток в тонкие пластины, она нарезала их на одинаковые квадраты ровно в пять дюймов шириной. Затем пошла укладка: первым лег вулканический мифрил, мерцающий багровым отливом даже в холодном виде, следом — холодное железо, а поверх — чуть более толстый лист титана. Слой за слоем, чередуя металлы, она собрала стопку высотой в восемь дюймов.

Пакет отправился в заранее подготовленную гильзу из мягкой стали: этот внешний чехол предстояло срубить зубилом, когда благородная начинка спечется в монолит. Для подачи аргона Кармен высверлила в контейнере три отверстия: крупное по центру и два стравливающих — сверху и снизу. В центральный штуцер она намертво вварила пятифутовую полую трубку, подключив к ней шланг от аргонового баллона.

Запечатав контейнер заклинанием «Связка», она могла бы тем же плетением сплавить и сами металлы внутри, но огонь кузнечного горна значил для нее куда больше, чем простой нагрев. Результат от магии вышел бы сносным, и ремесленники попроще наверняка срезали бы угол. Но Кармен халтуры не терпела.

Собранную кассету она погрузила в специально подготовленный горн. Угли были настолько пропитаны эфиром, что пламя переливалось из алого в ядовито-синий: часть этой первородной энергии должна была намертво вплавиться в структуру будущего бруска.

По мере прогрева пакета она пустила тонкую, ровную струю аргона внутрь гильзы: глубоких познаний в металлургии у нее не было, но она твердо знала, что титан на воздухе мгновенно окисляется и горит, а инертный газ надежно отсекал кислород.

Опыт подтвердил расчеты.

Кармен завороженно наблюдала, как накаляется металл, ощущая густой вихрь эфира внутри капсулы. Когда заготовка дошла до нужного жара, кузнечиха ловко выхватила клещами раскаленный контейнер, бросила его на наковальню и призвала сотканный из заклинания тяжелый молот, обрушивая удар за ударом на пакет.

В мастерских старого мира эту работу выполнял бы гидравлический или механический пресс, но сложных станков под рукой не водилось. Да и с ее запредельной Силой подобные костыли были ни к чему.

Молот крушил металл, вжимая слои друг в друга с нечеловеческой мощью. Дело шло небыстро: цикл нагрева и проковки пришлось повторить полдюжины раз, прежде чем заготовка превратилась в единое целое. Затем настал черед остывания — тянувшегося куда дольше обычного, — после чего Кармен еще несколько часов с зубилом и молотком методично скалывала внешнюю стальную рубашку.

Работа увенчалась триумфом: на наковальне сиял массивный монолит спекшегося металла, превзошедший самые смелые ожидания.

Оценка Ремесленника!

[Вулканиевый сплав]

Общий ранг: Комплексный (Высший)

Ранг зачарования: —

Кармен победно вскинула кулаки к потолку, не сдержав восторженного вопля: — Да, твою мать! Получилось!

Она впервые в жизни создала сырье Комплексного ранга высшей пробы! Радость, впрочем, быстро сменилась легкой паникой, когда взгляд упал на оставшиеся запасы титана, мифрила и холодного железа на стеллажах.

Впереди лежала прорва работы. Ей требовалось оснастить целую кузню, и материала нужно было в разы больше. Увидев планку возможного, на меньшее она уже не согласится: молоты, клещи, тиски, а может, и сама центральная наковальня должны быть отлиты исключительно из вулкания!

Решив не терять времени, кузнечиха закатала рукава.

Но собрав еще пару десятков контейнеров и начинив их металлом, Кармен бессильно оперлась о верстак. Она пахала без перерыва больше суток кряду — и это только с момента ухода Кариссы. Выносливость благодаря системным характеристикам зашкаливала, но человеческому телу всё же требовался сон.

А чтобы не запороть драгоценный металл, голова должна варить на все сто.

С легким вздохом сожаления она загасила горн, заперла кузню и отправилась в долгий путь обратно на остров — в тишину и покой родной рощи.