В ушах стоял пронзительный, сплошной писк, начисто глушивший любые внешние звуки. Элайджа мотнул головой, стряхивая с волос целое облако цементной пыли, уперся ладонями в крошево камня и попытался выжать себя вверх.

По крайней мере, попытался.

Многотонный завал из гранитных плит сделал подъем задачей нетривиальной. Впрочем, заоблачные цифры характеристик в профиле красовались не для красоты: вложив всю силу в мощный толчок, он отжал породу на дюйм. Затем еще на два. Натужно зарычав, парень опрокинул каменные глыбы в сторону: обломки с грохотом скатились вниз, открывая взору то, что осталось от поля брани.

Картина произошедшего складывалась со скрипом. Отдельные кадры в памяти сохранились, но общая мозаика разваливалась. Секунду назад они со сворой готовились принять бой против нового колосса — точной копии той Памяти Титанов, которую упокоили целую жизнь тому назад, — как из ниоткуда прилетело исполинское копье. Врезавшись в полусформированное тело монстра, снаряд сдетонировал катаклизмом чудовищной силы.

В голове крутился лишь один закономерный вопрос.

— И что это вообще за хрень была?.. — пробормотал он себе под нос.

Парень уже сбросил боевую форму, вернув человеческий облик, и тут же пустил в ход исцеляющие плетения, попутно сканируя завалы в поисках четвероногих бойцов. Благодаря «Душе Дикой Природы» спасательная операция превратилась в сущую формальность: духовный радар безошибочно указал координаты каждого погребенного под камнями тела. Он же подсказал, кто пострадал сильнее всех, позволив расставить приоритеты.

Тяжелее всех предсказуемо пришлось хвостатым магам. Рэя переломало изрядно: Элайджа без лишних сантиментов принялся вправлять кости на место. Пес надсадно взвизгнул, когда суставы со щелчком встали в пазы, но друид не дрогнул, тут же залив поврежденную лапу целительной маной. Следом откопали Эскобара: чихуахуа расплющило под увесистым валуном, но, к счастью, малыш отделался лишь сотрясением мозга да отбитыми внутренностями.

Перетащив кроху к Рэю и залатав ткани, Элайджа взялся за Мэймэй. Затем откопал Оскара. Следом из-под щебня показались Дигби и Джексон, а завершили раскопки Софи и Фредди, пострадавшие меньше всех. К этому моменту освобожденные первыми бойцы достаточно оклемались, чтобы включиться в работу, и дело пошло куда бодрее.

И все же на то, чтобы поставить всю свору на лапы, ушел добрый час. До идеальной кондиции было далеко, но драться они могли.

И слава богу: полоска опыта в интерфейсе предательски не шелохнулась, недвусмысленно намекая — вожди великанов пережили апокалипсис. Ведя отряд по перепаханной взрывом пустоши, Оскар озвучил мысль, вертевшуюся на языке у самого друида: — Нас отшвырнуло куда дальше, чем казалось. Миль на десять, не меньше.

— Скажи спасибо, что все приземлились в одном секторе, — заметил Элайджа.

Охотник угрюмо хмыкнул. Вскоре путники вышли к эпицентру детонации: на спекшейся земле валялись искореженные ошметки того самого копья, разорванного на три части.

— Это что, кинжал, по-твоему? — парень поднял из грязи бесформенный кусок металла. В покореженной детали смутно угадывались рукоять, клинок и гарда, но деформация была столь дикой, что поручиться за форму он бы не взялся.

— Вряд ли.

Древко выглядело не лучше: скрученная в бараний рог металлическая труба местами оплавилась до зеркальной глазури, начисто утратив былые контуры. Наконечнику повезло чуть больше: широкое перо клинка уцелело, пусть и согнулось аккуратной дугой.

— Какая чертовщина здесь вообще рванула? — вырвалось у друида.

Фредди выдала серию отрывистых тревожных звуков, которые Оскар перевел с ходу: — Каждый обломок был отдельным артефактом. Кинжал Текучих Вод, Клинок Порывов, Посох Незыблемой Земли и Стилет Бушующего Пламени. Все уничтожены. Теперь это просто лом.

— Но кусков всего три, — подметил Элайджа.

— Древком служил посох. Наконечником — Клинок Порывов. А два ножа формировали… как там зовут боковые перекладины на кабаньем копье? — спросил Оскар.

— Без понятия, — развел руками парень. Впрочем, в голове тут же всплыли воспоминания об узкоспециализированном клинке погибели, с помощью которого Сэди выпотрошила Илоа в Испытании Первенства. Он поделился догадкой с напарником: — Чертовски похоже на ее штуковину, а? Только кто запустил эту дуру сюда?

— Вон те, — Оскар указал рукой на горизонт.

В нескольких сотнях ярдов по равнине брела толпа людей — около сотни бойцов, и каждый выглядел так, словно его только что пропустили через бетономешалку.

— Кажется, я знаю вон ту бабу в центре, — прищурился друид, активировав «Глаза Орла». Сквозь толстый слой копоти и пыли разобрать черты было непросто, но силуэт до боли напоминал ту самую воительницу, что качала права в лагере у кромки Стихийного Водоворота. Имени он, правда, не помнил — может, она и не представлялась вовсе.

— Враги?

— Не думаю, — Элайджа выцепил взглядом еще пару знакомых физиономий: ту самую группу рейдеров, которых он мимоходом подлатал после стычки с Мито дель Моханом. Вряд ли они пылали к нему черной неблагодарностью: — Надо подойти и…

Договорить он не успел: твердь под ногами отозвалась глухим, утробным стоном. Не успел парень повернуть голову, как в четверти мили впереди базальтовую породу с треском взломало тело. Следом вынырнул второй силуэт. Третий. Четвертый. Четверка вождей с трудом выбралась из провала, на чистых рефлексах выстраиваясь в боевой ордер.

Вот только на грозных воителей они больше не походили.

Каждый нес на себе следы страшных увечий. У Верка начисто оторвало руку. Левую половину тела водного исполина буквально расплющило в кашу. Даже монолитный земной гигант представлял собой жалкую тень былого величия — его торс покрывали глубокие рваные борозды. Воздушному пришлось хуже всех: он едва находил силы держаться вертикально.

Но во взглядах исполинов не читалось и тени покорности.

Впрочем, сдаваться назад не собирались ни Элайджа, ни Оскар. Свора слаженно ощетинилась, готовая драться до победного конца. Отряд синхронно шагнул вперед; великаны двинулись на сближение следом, пусть каждый шаг и давался им с нечеловеческим трудом.

Элайджа перетек в «Облик Мастера». Оскар, успевший восстановить львиную долю маны, развернул парные ауры, разгоняя характеристики питомцев и подстегивая их лапы. Джексон и Софи выкатились на острие клина; Элайджа с Дигби взяли правый фланг, Оскар с Фредди — левый. Эскобар, Мэймэй и Рэй плотно замкнули арьергард, уже раскручивая заклинания на ходу.

Стычка началась с одновременного залпа полудюжины тяжелых формул: с небес обрушился град огненных сфер, из тверди частоколом взметнулись базальтовые пики, ветровые серпы со свистом распороли воздух чище хирургических скальпелей, а навстречу людям из ниоткуда вздыбился водяной вал.

Но застать отряд врасплох не вышло.

Джексон и Софи работали на износ, возводя щиты один за другим без секунды промедления. Элайджа намертво держал на группе купол «Дикого Возрождения», ласточкой влетая в ближний бой бок о бок с Дигби. Оба нацелились на изувеченный бок водного исполина: тот попытался отмахнуться, но скорость друида превосходила реакцию калеки на голову.

Коса срезала опорную ногу, пока Дигби лохматым ядром снес вторую. Брызги синей студенистой плоти фонтаном окропили камни, но бойцы не сбавили темпа: они кромсали врага со свирепостью ветеранов, давно забывших о понятии честной дуэли. Водный гигант рухнул навзничь, попытался было взмыть на водяном гейзере, но Элайджа с размаху вогнал косу ему в грудину, пока пес начисто вырвал монстру горло.

Тем временем Эскобар порхал в воздухе, нарезая круги вокруг израненного воздушного титана: плотный поток струящегося из пасти пламени заживо обращал плоть великана в шипящий туман.

Оскар с Фредди методично разбирали земного владыку: град ударов топоров и когтей сокрушал сланцевую броню кусок за куском. Охотник вгрызался в сочленения, пока овчарка дробила камень чистой кинетической массой. Земной колосс осыпался щебнем следом.

Элайджа ужом крутился между хлещущими водяными струями, изгибая саламандровое тело под немыслимыми углами. Работу колоссально облегчали Рэй и Мэймэй: маги намертво опутали всех четверых врагов сковывающими проклятиями, режа скорость и характеристики в разы. На счетчике «Сердца Огня» мерно щелкали заряды, но даже когда цифра перевалила за полсотни, друид поберег «Испепеление» и «Дитя Огня».

Они с Дигби методично добивали остатки водной твари, пока Оскар в нескольких десятках ярдов крушил каменного исполина. Эскобар оформил свой фраг первым — воздушный гигант был слишком слаб, и море огня оставило от него лишь обугленный хрустальный остов.

Секундой позже Элайджа упокоил водного великана.

А следом в пыль окончательно осыпался земляной.

Остался один.

Верк выглядел смертельно усталым: весь бой он исправно огрызался огненными шарами, но теперь тяжело опирался на посох, с тоской глядя на сомкнувшееся вокруг него кольцо врагов.

— Призывать титана было безумием… Мы не смогли бы удержать его узду. Остальные… они обезумели от ярости. Они так и не поняли, что ты — киндрандир, — прохрипел вождь, окончательно гася пламя в контурах.

Лишь сейчас Элайджа осознал, насколько глубоко исполин вычерпал собственный источник: Верк поднял мутные глаза на победителя: — Каково оно?.. Наследие Титанов?.. Принесло ли оно… озарение?

Друид понятия не имел: кристалл из рухнувшей пирамиды он даже не успел толком рассмотреть. Вдруг в этой стекляшке и впрямь хранилась тайна вознесения гигантов до истинных владык стихий?

Впрочем, верилось в это с трудом.

Интуиция подсказывала обратное, но добивать старика жестокой правдой парень не стал: в душе шевельнулась странная, щемящая жалость к поверженному вождю.

— Принесло, — мягко произнес Элайджа. — Без него мы бы никогда не зашли так далеко.

— Славно… Это… славно, — выдохнул Верк.

И рухнул на колени. Опустошенное Ядро угасло: тело исполина съежилось, осыпаясь черной обугленной шелухой.

По жилам друида и своры прокатилась финальная волна системного опыта.

Парень запустил пятерню в волосы и покосился на Оскара: — Как-то… скомканно вышло, не находишь?

— Если для тебя это скомканно — боюсь представить, что ты зовешь настоящей кульминацией, — раздался женский голос из-за спины. Друид давно почувствовал ее приближение вместе с остальным отрядом.

— Драться пришли? — поинтересовался он, даже не оборачиваясь. — Сразу предупреждаю: идея паршивая. Я хоть и потрепан, но пару козырей в рукаве припрятал.

Зарядов «Сердца Огня» набралось под шестьдесят: разрядить «Испепеление» он мог за долю секунды. И никто в этой толпе подобного удара не пережил бы. А выживших мгновенно разорвали бы Оскар и собаки.

— Только если ты сам начнешь, — отозвалась женщина.

Элайджа наконец соизволил повернуться: в «Облике Мастера» он уступал воительнице в росте добрых полтора фута, но девушка все равно невольно отшатнулась назад.

— Твои глаза…

Парень нахмурился, не понимая причины ее оторопи.

— Ты метнула копье? — перебил Оскар прежде, чем друид успел расспросить о своих глазах.

— Я. Что это вообще за тварь была?

Фредди коротко тявкнула, и добрых сто человек позади женщины синхронно попятились на шаг.

Оскар ровно ответил: — Эхо памяти. Сущность не успела воплотиться до конца. Не убей ее ты — пришлось бы добивать нам. Спасибо, что избавила от лишней возни.

— Я… не за что, — воительница растерянно огляделась по сторонам: — И что теперь?

Почуяв, что угроза миновала, Элайджа сбросил «Облик Мастера», возвращая человеческий вид: — Ну, там позади валяются горы трупов великанов, если хотите полутать. Я пас: у меня все слоты забиты кристаллом и жеодой. — Он пошарил в «Сумке из Кожи Гуля» и с удивлением нащупал забытый фрукт рощи: — Перекусить хочешь? И да, имени твоего я так и не услышал.

— Челси, — машинально отозвалась она, принимая плод из его рук.

Повертев диковинку в пальцах, она осторожно надкусила сочную мякоть. Лицо девушки мгновенно преобразилось, разгладившись, когда мощнейшие потоки витальности и эфира хлынули по ее меридианам. Из пересохшего горла вырвался тихий, прерывистый стон чистого блаженства.

Элайджа довольно осклабился: — Женщины частенько так на меня реагируют.