Услышав такие слова Ли Яня, стратег Цзи почувствовал большое облегчение. «Возможно, после того как я восстановлю силы, мне и не придётся снова отправляться в то опасное место. Будем надеяться, что этот парень как можно скорее достигнет пика первого уровня. А когда я прорвусь на четвёртый уровень, тогда, возможно, стоит всё же разведать то место, что отмечено на карте».

С этими мыслями он поднялся, собираясь уйти на отдых. Но, встав, заметил, что Ли Янь мнётся, словно хочет что-то сказать. Он улыбнулся:

— Что-то ещё?

Ли Янь, набравшись смелости, сказал:

— Учитель, я хотел бы съездить в город.

Улыбка на лице стратега Цзи померкла, брови дрогнули:

— Зачем?

Ли Янь поспешно ответил:

— Не гневайтесь, учитель. Я просто хочу передать немного серебра односельчанам в городе, чтобы они отправили его моим родителям. И... и ещё мне хотелось бы немного прогуляться. Я всё время сижу в долине, и в последнее время чувствую, что дух неспокоен, прогресс замедлился. Может быть, небольшая прогулка поможет успокоить мысли.

Стратег Цзи задумался. В идеале он хотел бы, чтобы Ли Янь практиковался все двадцать четыре часа в сутки, и даже тогда ему казалось бы, что тот недостаточно старается. Но слова ученика звучали убедительно. Если отказать, тот, чего доброго, затаит обиду, и пользы от занятий будет мало.

Он посмотрел на встревоженное лицо Ли Яня и улыбнулся:

— Хорошо, ступай. Но пусть с тобой пойдут Чэнь Ань и Ли Инь. Они знают город, а ты всё время сидел здесь и не знаком с его порядками. С ними тебе будет проще.

Ли Янь действительно волновался — он не знал, чем обернётся его просьба. Если учитель заподозрит неладное, шанс на побег станет призрачным. Услышав согласие, он обрадовался, но последние слова остудили его пыл.

Он прекрасно понимал, что это не забота, а надзор. Чэнь Ань и Ли Инь не отойдут от него ни на шаг. Его наивный план — покрутиться по городу и улучить момент, чтобы сбежать, — оказался детской затеей.

— Благодарю, учитель! — радостно поклонился Ли Янь.

— Ступай, я скажу Чэнь Аню и Ли Иню. Если что-то понадобится — обращайся к ним.

С этими словами он развернулся и вышел.

Ли Янь постоял в тишине, затем подошёл к сундуку и достал серебро. «Будем действовать по обстоятельствам. Если появится шанс — уйду. А серебро пригодится в дороге. Если же нет — отдам Ли Шаню или Ли Юю, чтобы передали родителям с деревенскими».

Когда он подошёл к выходу из долины, у ворот уже стояли Чэнь Ань и Ли Инь. Дверь в дом стратега Цзи была закрыта, на ручке висела чёрная табличка. Ли Янь знал: если он попытается бежать сейчас, учитель тут же окажется перед ним.

— Господин, едем в город? — раздался голос.

Ли Янь поднял голову и увидел перед собой Чэнь Аня, который льстиво улыбался. Он вздохнул: один из них — хитрый и льстивый, другой — строгий и педантичный. Сбежать от них будет нелегко.

— Выезжаем, — сказал он и направился к площадке за воротами.

— Господин, мы поедем верхом или пешком? — догнал его Чэнь Ань.

Ли Янь остановился и обернулся:

— Можно и верхом? А почему учитель ходил пешком?

— Конечно, можно. Господин просто предпочитает ходить. К тому же дорога недалеко, всего около двух ли.

— Тогда поедем верхом, — немного подумав, сказал Ли Янь.

— Слушаемся, господин! — поклонились оба.

Стоя на площадке перед долиной, Ли Янь обернулся и посмотрел на три вырезанных в скале иероглифа «Резиденция военного стратега». В груди шевельнулось чувство, будто он вернулся в мир людей. Площадка, каменные дома, солдаты на посту, женщины, которые ходили в долину, — всё было как прежде, но словно в другом мире, с другим воздухом. Здесь, за пределами долины, духовная энергия почти отсутствовала, не было того ощущения свежести, что внутри. Но ему всё равно нравился этот воздух — в нём пахло свободой.

Солдаты у каменных домов смотрели на Ли Яня, стоявшего в центре площадки. Хотя он появлялся перед ними всего третий раз, в нём всё ещё чувствовалось что-то загадочное.

Тем временем Чэнь Ань и Ли Инь вывели из-за домов трёх крепких коней — настоящих армейских скакунов.

По извилистой горной тропе, среди деревьев, уже тронутых осенней желтизной, солнечный свет пробивался сквозь густые кроны, падая на трёх всадников. Цокот копыт разносился по лесу.

Хотя в долине он провёл всего два месяца, его мысли успели сильно измениться. Внешний мир казался ему широким небом, и он мечтал улететь, как птица, но впереди была лишь неизвестность.

Вскоре они выехали на большую дорогу и направились к северным воротам города. По пути Ли Янь несколько раз пытался отстать или обогнать своих спутников, но его деревенская езда не шла в сравнение с их мастерством. Оба явно были опытными воинами.

Хотя Ли Янь достиг первого уровня сгущения ци, он не знал ни одного заклинания и владел лишь жалкими приёмами боевых искусств. Он догадывался, что с помощью духовной силы его простые удары могли бы стать смертоносными, но, во-первых, среди бела дня, в форме солдат императорской армии, драка привлекла бы внимание; во-вторых, он никогда не пробовал применять силу с боевыми техниками — учитель мог бы заподозрить неладное; в-третьих, оба его спутника были закалёнными в боях воинами. Против одного у него был бы шанс, но против двоих — вряд ли.

После нескольких попыток он сдался и отказался от мысли сбежать за городом.

Два ли — это пустяк для верховой езды. Они обгоняли пеших путников и повозки, и вскоре показались северные ворота, где два ряда солдат проверяли въезжающих и выезжающих.

Их трое на быстрых конях привлекли внимание — стража насторожилась.

Ли Янь не хотел привлекать внимание, но его спутники ехали с обеих сторон, невольно подгоняя его. Он натянул поводья, пытаясь замедлить ход, но даже так они подлетели к воротам довольно быстро.

— Стой! Кто такие? Нарушать военный порядок — не по чину! — выхватил саблю один из стражников и выскочил вперёд. Остальные мгновенно вскинули копья, направив острия на лошадей и всадников.

Ли Янь увидел холодный блеск клинков — ещё два шага, и копья пронзили бы коней и его самого. Вдруг чья-то рука резко дёрнула его поводья. Три коня встали на дыбы и отступили на несколько шагов.

— Эй, старина Лю, ты что, слишком горяч сегодня? Ха-ха! — раздался смех Чэнь Аня, уже спешившегося.

Ли Янь оглянулся: Ли Инь держал под уздцы обеих лошадей, остановив их.

— А, так это же наш «управляющий» Чэнь из резиденции военного стратега! Что, решил ворваться в ворота силой? — мрачно сказал тот, кто выскочил вперёд.

— Старина Лю, я из командира отряда превратился в простого солдата при резиденции, а ты всё зубы скалишь. Мы сопровождаем господина Ли, он случайно не рассчитал скорость. Извините, извините, ха-ха!

— Господина Ли? Какого господина Ли? А, погоди...

Ли Янь уже спешился, чувствуя себя неловко из-за своей неумелой езды. Он бросил поводья и поднял голову, собираясь извиниться перед офицером, но, увидев его, удивился.

Это был Лю Чэнъюн, тот самый, что проверял его, когда он впервые пришёл в город. Лю Чэнъюн тоже узнал его, но не был до конца уверен — они виделись лишь один раз.

— Вот удостоверение господина Ли, — сказал Чэнь Ань, одной рукой держа поводья, а другой бросив деревянную табличку.

Лю Чэнъюн поймал её, взглянул — это была табличка помощника заместителя командира по обороне, что на несколько рангов выше его собственного звания. Он удивился и поднял глаза на Ли Яня, который стоял с виноватым видом.

Ли Янь, заметив его взгляд, сложил руки в приветствии:

— Здравствуйте, командир Лю! Прошу прощения, я плохо управляю конём, напугал вас. Примите мои извинения.

— Это ты? Тот парень из семьи Ли, из деревни у горы Дацин? — выпалил Лю Чэнъюн и тут же понял, что сморозил глупость. Он поспешно сложил руки в почтительном жесте: — Прошу простить мою дерзость, я виноват! Накажите меня, господин!

Ли Янь растерялся, перевёл взгляд на Чэнь Аня и Ли Иня. Ли Инь молча держал лошадей, а Чэнь Ань, удивлённо взглянув на склонившегося Лю Чэнъюна, шагнул вперёд и поклонился:

— Господин, простите командира Лю за его неосторожность. Вы раньше встречались?

— Да, когда я впервые прибыл для поступления на службу, командир Лю проверял меня и пропускал. Но почему он так себя ведёт?

Чэнь Ань, человек бывалый, сразу понял, в чём дело, и тихо объяснил Ли Яню:

— Господин, вы носите звание помощника заместителя командира по обороне, что делает вас начальником командира Лю. Табличка, которую я показал, — ваша. Её оформили, но вы редко выходили, и она хранилась у господина Цзи. Сегодня перед выходом он передал её мне, чтобы вам было удобнее в городе. А командир Лю просто сказал лишнее, вот и...

Чэнь Ань с опаской смотрел на Ли Яня — в последнее время этот господин был весьма вспыльчив, и он беспокоился за Лю Чэнъюна. Они вместе служили раньше, вместе воевали, но теперь их пути разошлись: Лю Чэнъюн служил маршалу Хуну, а он — стратегу Цзи.

Ли Янь наконец понял. Он знал, что у него есть воинское звание, но не представлял, что оно даёт и насколько высоко. Теперь выяснилось, что оно выше, чем у Лю Чэнъюна. На самом деле оно было на два-три ранга выше, но это звание дали ему лишь номинально — маршал Хун знал, что его путь лежит в другом направлении, и сделал это скорее в угоду стратегу Цзи. А тому было всё равно: будь это хоть звание главнокомандующего, он не возражал бы, если бы смог получить его для Ли Яня. Вопрос лишь в том, успеет ли Ли Янь пожить с этим званием.