"В искусстве пряток есть три основных правила. Первое — это местность. Нужно занять выгодную позицию, которая позволит увидеть добычу, но при этом оставит достаточно места для легкого бегства", — подумал он, прыгая на куст.

"Только не здесь."

"Второе — это ментальная война. Вы должны знать манеры, привычки вашей жертвы. В основном это предположения, когда у тебя нет никакой информации, но это все равно важно. Если думать наперед и перехитрить добычу, то шансы быть пойманным резко снизятся". На этот раз он выскочил из-за корня дерева, где, как ему показалось, он видел листочка.

"Хм? Здесь тоже нет?"

"И последнее — это передвижение. Оставаться на одном месте слишком долго — второй лучший способ легко попасться, лучший способ — двигаться небрежно", — подумав об этом, он прыгнул на листочка, который крался за соседним деревом.

— Нашел тебя! Хорошая попытка, — сказал он с улыбкой.

— И-извини, спаситель, я просто решил немного передохнуть, — ответил листочек. Хотя он не совсем понимал, как именно, он мог сказать, что этот листочек не принадлежит к группе, которую он выслеживал.

— А где же тогда последний листочек? — прошептал он, возвращаясь в основной лагерь. Конечно, единственным источником света для него служили несколько пятен лунного света, которые успели упасть на лесную подстилку, так что заметить их было астрономически трудно.

— Можешь выходить. Ты победил! — крикнул он в сторону леса.

— Я здесь. — сказал женский голос который доносился из зоны, расположенной прямо за ним, где отдыхали раненые листочки.

"Но все эти фронты не имеют значения, когда это заложено в твоем мозгу. Когда ты рождаешься предназначенным для искусства, когда ты рождаешься призраком", ~— подумал Люциус с улыбкой, и его кровь, или что там у листьев, всколыхнулась от волнения.

— Молодец. Решила спрятаться среди раненых, да? Не то чтобы поразительно, но, пожалуй, я сам виноват, что недооценил тебя, — сказал он, когда листик подошел к нему.

— Ты слишком хвалишь меня, Люци, — ответил листок с ухмылкой.

"Я ведь сказал, что мне все равно, будут ли меня называть Люци, или нет", — подумал Люциус с сожалением.

— Полагаю, тебя тоже зовут листочек? — спросил он, на что она покачалась вверх-вниз.

— Отныне ты будешь зваться Призраком. Немного чересчур, но сойдет. Когда у нас будут тренировки, ты будешь докладывать мне.

— Хорошо, — ответила она, следуя за ним, когда он вернулся туда, где тренировались отряды.

— На этом мы закончим сегодняшнее занятие. Однако прежде чем мы все отправимся отдыхать, я должен сделать важное объявление. Испытания, которые я проводил сегодня, были направлены на формирование нового отряда — отряда 4. Этот отряд будет выполнять функции разведчика, двигаясь впереди основной группы и осматривая местность впереди, — объявил он. Все листочки сидели в изнеможении после того, как он закончил упражнение, но все равно внимательно слушали.

— Хочу сказать, что это очень рискованная эскадрилья и потребует еще большей подготовки, чем аварийные отряды. Насколько я могу судить, только она... — при этих словах он указал ногой на Призрака, — имеет потенциал попасть в этот отряд. Хотя, благодаря вашим индивидуальным тренировкам, я уверен, что некоторые из вас вырастут в нем, — закончил он, после чего оглядел тех, кто проявил некоторый потенциал.

— В любом случае, Призрак будет лидером этого нового подразделения, а я буду ей помогать. С этого момента Альфа будет отвечать за основную группу и заниматься тренировками, когда я буду занят. Понятно?

Листочки закивали в знак согласия, слишком уставшие, чтобы даже разговаривать.

— Теперь вы все можете идти отдыхать.

Листочки потащились к центру лагеря, опускаясь на землю, как мешки с картошкой. Альфа был так же безжалостен к тренировкам, как и Люциус, и хотя они казались немного энергичнее, чем вчера, крики боли, которые они издавали, когда ложились отдыхать, доказывали, что интенсивность тренировок не уменьшилась.

— Вы опять дежурите, капитан? — сказал Альфа, а позади него стояли еще три листочка.

— Желаете присоединиться ко мне? — спросил Люциус, приглашая их сесть рядом с ним.

— Это листочки из других отрядов. Они спросили, можно ли им подежурить с нами.

"С нами, да?"

— Нет нужды спрашивать. Каждый может дежурить, если захочет, — ответил он.

— Как вас зовут?

Он был почти уверен, что все они скажут листочек, честно говоря, было удивительно, насколько медленно эти существа усваивают некоторые понятия. Почему они не могут начать давать себе имена, было непонятно.

— Вы ещё не назвали нас, — ответил один из листочков, слегка опустив взгляд.

— Почему бы вам просто не назвать себя самим. Это не так уж сложн, — попытался объяснить Люциус, но листочки в ответ быстро закивали головами.

— Если мы дадим себе имена, это ничего не значит. Что изменится по сравнению с тем, если мы будем называться просто листочками? Нет, в ваши имена всегда вложена какая-то мысль, — ответил Альфа, но тут же понял, что перегнул палку.

— Все в порядке, Альфа. Ты прав, я думаю, что они тоже хотят проявить себя, — ответил Люциус. Человеку свойственно желание трудиться, чтобы что-то заработать, и, похоже, это свойственно и листьям.

Группа продержалась несколько часов, но к полуночи Люциус снова остался последним. Как и в предыдущую ночь, он ждал, что проснется от этого сна, но этого так и не произошло. Он начал сомневаться в своей теории, возможно, это был не сон, возможно, это теперь его новая реальность.

* * *

Как и в предыдущий день, группа отправилась в поход с первыми лучами солнца, но на этот раз Альфа возглавлял строй. Люциус был занят тем, что обучал Призрака правилам ведения разведки и различным тактическим приемам, которые она должна была применять в тех или иных ситуациях.

— Никогда не двигайся по прямой, это слишком предсказуемо. Если кто-то тебя заметил, а ты еще не знаешь об этом, то он может легко устроить тебе ловушку, — наставлял он, пробираясь зигзагами между кустами с Призраком на хвосте.

— Когда ты научишься двигаться, тебе нужно будет расширить своё поле зрения. Поскольку мы проводим разведку для отряда, занимающихся перевозками, а не разведками, мы не можем позволить себе сесть и все как следует проанализировать. Поэтому нужно воспринимать все по мере поступления, — сказал он, оглядываясь по сторонам и одновременно обходя кусты на своем пути.

*Стук*

— Ай! Это сложно, — вскрикнула Призрак, её тело было покрыто царапинами от всех тех спотыканий, которые она делала сегодня утром.