Раз уж квест приняли, [ядро Алтаря] во что бы то ни стало нужно заполучить.

Если единственное доступное здесь [ядро Алтаря] — это Мировое Древо, значит, придётся забирать именно его.

Тот факт, что они сами готовы его отдать, делал сделку крайне выгодной.

「Судя по тому, что вы всё это время оценивали нашу боевую мощь, от нас вам нужно убийство Консула?」

「Если вы согласитесь...」

「Пока нет. Сначала ответьте.」

От холодного тона Са Седжона пришедший в восторг Сарук очнулся.

「Р-разумеется, легко не будет. Но если объединить ваши силы с нашими, то нечто невозможное станет возможным. Как бы ни был могущ Его Превосходительство, сейчас он не в себе…」

「И дальше?」

Сарук замялся.

「…Убийство — лучший исход, но если не выйдет, достаточно будет оттянуть время, пока мы выясним, где Святое тело, и вернём его.」

Расчёт был на то, что Консул не сможет сохранять рассудок, столкнувшись с телом возлюбленной, которую любил больше жизни. Нужно продержаться лишь до этого момента. Тогда победа будет за ними.

Сарук колебался именно поэтому.

Хоть это и было необходимо ради великой цели, использование чужой личной раны тяготило его доброе сердце.

「Жестоко… ах.」

На Чжоён прикрыла рот. Слово вырвалось само, хотя она понимала: посторонним судить не подобает.

Чжио ткнула указательным пальцем в расплывшееся от слёз лицо Добби.

「Что значит «жестоко»? Обезумевшую верхушку надо сносить, и точка. И что, до скончания века сидеть сложа руки? Ему следовало вести себя прилично до того, как его шея оказалась на плахе.」

Все обернулись, вздрогнув.

Под «верхушкой» подразумевался Консул, но в их мире лидером была Кён Чжио. Учитывая это, её слова нельзя было просто пропустить мимо ушей.

「Чего уставились? Со мной всё в порядке, об эшафоте и не мечтайте.」

Чжио отмахнулась от них и усмехнулась. Ну, хотя...

「Если вдруг, ну вот совсем вдруг, я сойду с ума и встану на путь саморазрушения, как этот местный, вы тоже должны будете меня устранить. Так и должно быть.

「Как вы можете такое говорить…」

「Ты же этого не сделаешь.」

Са Седжон смутился; Тимоти твёрдо оборвал его.

Чжио задумчиво смотрела на На Чжоён, вцепившуюся в её рукав.

«Ну, не знаю. Это не совсем уж невозможный вариант».

Уже был прецедент.

Разве Бэк До Хён не свидетельствовал о злодейке Чжио, что предала человечество, уверенно ступив на путь тьмы?

В этот раз нужно сделать всё, чтобы такого не случилось, но всё же.

Сарук не понимал контекста и смотрел растерянно.

То, что они в одной лодке с революционерами, уже факт. Дальше скрывать козыри не имело смысла. Са Седжон вздохнул.

「Наверное, непонятно, о чём речь, но этот человек в нашем мире… по положению примерно как ваш Консул.」

「А-а!.. Потрясающе!..」

「Первое место на всём сервере.」

「О, это и впрямь велич…」

「То есть она и есть тот «кандидат на победу», которого вы так ищете.」

「Кандида-а-а-ат?! А-а-а!」

Бам!

Сарук и его соратники, которые до этого лишь смиренно кивали, с воплями вскочили со своих мест.

「Кандидат на победу?! Претендент?! Э-это она?! Да не может быть!..」

「Эй. Ты куда пальцем тычешь в лице кандидата на победу? Ну-ка.」

「Простите-е-е!」

Сарук тут же ударился головой об пол в низком поклоне перед важностью кандидата на победу. Сердце колотилось. От волнения он покраснел до самых кончиков ушей.

「Э-это не шутка?! Правда, правда?!」

「И что, мне на лбу набить: «Претендент»?」

Чжио усмехнулась и дёрнула указательным пальцем.

Помещение, пришедшее в беспорядок из-за вскочивших людей, мгновенно пришло в норму.

「Боже мой…」

Они не почувствовали ни капли маны. Пока революционеры дрожали от пугающего чувства чуждой силы, подав голос, вмешался Кён Чжирок, который подозрительно молчал весь разговор.

「Выходит, нужны только останки Святой.」

「А, да! Нужно найти Святое тело, тогда можно связаться с новым ростком. Оно как корень Мирового Древа. Потому Сенат изо всех сил и прячет его, но…」

「Использовать труп, чтобы поддерживать страну, — разве это не то же самое, что делают они? Просто смена декораций.」

「Ну…」

「Чжирок.」

「Ох уж этот Бэмби с его «поганым языком». И в кого он такой, а?」

Са Седжон пытался унять, Кён Чжио лишь веселилась.

Кён Чжирок скосил на них взгляд и цокнул языком.

「Ладно, проехали. Чужая страна — чужие порядки, нам бы только ядро Алтаря прибрать. Спрошу только одно.」

「…Да. Спрашивайте.」

「Та женщина — Святая. Вы сказали, её спрятали «вовне» через контракт с Вавилоном. Она точно мертва, у неё длинные чёрные волосы, сама она невысокая и худенькая. Верно?」

「Э-э. Трудно утверждать однозначно, но…」

「Отвечайте только «да» или «нет».」

「Д-да! Верно!」

「Тогда искать её местонахождение не нужно.」

「Что?」

Он спрашивал, уже будучи уверенным, и это была лишь проверка. Кён Чжирок обернулся к Чжио со странным взглядом.

「Я знаю. Где она.」

✧

54-й этаж Башни Вавилон, Хрустальный дворец Коллекционера.

Там, по словам Бэмби, сейчас находилось Святое тело.

Это была изолированная зона, принадлежащая Галактической Республике, и он своими глазами видел там женщину в стеклянном гробу.

Выслушав его, глава революционеров Чхаран тяжело вздохнул.

「Понятно. «Место ссылки»!.. Вот в чём заключался контракт с Вавилоном! Старый способ каналов с переизбытком Костов — изолировать преступника далеко от места родины. Тогда устройство управления ссылкой, «Мэдбол» [1], наверняка где-то во дворце.」

План революционеров был полностью пересмотрен.

Больше не нужно было рыскать повсюду в поисках Святого тела. Достаточно завладеть правом управления местом ссылки — [Мэдболом].

После сокращения плана роли распределились довольно просто.

Первая — группа проникновения.

Цель: проникнуть в резиденцию Великого Жреца, туда, где находится Святилище, внутрь дворца и отыскать [Мэдбол]. Задача самая важная и требующая осторожности, поэтому её поручили острому умом Са Седжону, На Чжоён и революционерам, которым предстояло доставить новый росток.

Вторая — группа-приманка.

Чтобы группа проникновения действовала скрытно, нужен был шумный фейерверк, который ослабит бдительность врага. Для этой роли идеально подходили Кён Чжирок и Бом.

И наконец — группа прикрытия.

Кён Чжио и Тими Лилли.

Им отводилось время до старта гонки с препятствиями. После старта они менялись ролями с группой-приманкой.

Обязанность группы прикрытия: следить за окружением на случай непредвиденного. Но было ещё одно задание.

«По возможности… убить Консула Чжина Гёуля!»

Глаза Чжио под очками блеснули.

Как раз в ухе раздался голос Тимоти по рации. Новейший магический прибор — звук был чёткий.

[— Кинг. У западных ворот не видно. Похоже, и тут нет.]

— Роджер, Энджел.

[—…Чжио. Тебе не кажется, что только у меня кодовое имя дурацкое? «Энджел». И мы правда должны действовать порознь? У тебя же рука ещё болит.]

— Энджел взбунтовался против «Щита», пришлось сменить. Рот не закрывается. Ассасин по природе своей одинок. Конец связи.

[— …Ладно… Если Чжио так весело, я не против…]

— Заткнись. Конец.

[— Фу-ух, принято.]

Ассасин Чжио, опасаясь лишних глаз, по-кошачьи прижалась к стене. Прохожие, видя её настороженный взгляд, шептались: «Что с ней такое?..», но вжившаяся в роль убийца не обращала на них внимания.

На главное событие праздника, турнир, на VIP-трибуны уже собралось всё руководство Республики во главе с Сенатом.

Однако Его Превосходительство Консул не появлялся ни разу за всю историю, и сегодня снова отсутствовал. Его местонахождение оставалось неизвестным.

«Нужно знать, где он, чтобы снести голову».

Утром сообщили: трибун Сарук подтвердил, что во дворце Консула нет.

Из-за фестиваля аэродром тоже не работал — улететь наружу он не мог.

Чжио направилась к площади.

На центральной площади, уставленной лавками, вовсю царила атмосфера праздника.

Разные расы и народы смешивались в шумной толпе.

«И что в этом весёлого. Детский сад, честное слово».

Страна летит к чёрту из-за безумцев, а им весело? Пусть они и не знают правды, но до чего же эти республиканцы никчёмные. Тьфу.

— У-у-у-у!

— Десятка! В яблочко!

— Нуна! Нуна, вы такая крутая! Вы снайпер? Нет же! Нет, снайперам же нельзя участвовать, из какого вы канала? Круто, правда круто!

— Эй, малышня. Какой ещё снайпер. Следи за языком.

Кён Чжио, пожёвывая зубочистку, дунула в дуло игрушечного пистолета.

— Я — кореянка. Дочь боевой нации, рождённой в огне яростных сражений.

— У-у-у! Корея-я-янка!

— Круто-о-о!

Под восторженные крики детей и звук рассыпаемой соли (которую кидал владелец тира на удачу), Чжио развернулась, гордо неся в одной руке призовую игрушку.

— Ой, барышня! Что это вы такая худющая. Отведайте-ка вот этого! Это же облачная рыба с Венофии, только с утра привезли!

— И почём?

— Да ну что вы! Как я могу брать деньги с такой милой девушки, вы мне как родная дочь! Бесплатно! Бесплатно!

— Ну надо же... А вы знаете толк в людях, тётушка. Выпьем за ваш глазомер. Это на чай. Вот, держите 10 золотых.

— Ой! Хо-хо-хо, садитесь поскорее!

Деньги были из кармана революционеров, но раз уж она согласилась снести голову Консулу, то это оперативные расходы?

Усевшись на стул, ассасин Чжио жевала тающий, как облако, шашлычок из облачной рыбы и размышляла.

«Весело, чёрт возьми…»

Фестиваль — огонь. Не зря сюда туристы валят толпами.

Для домоседки, которая была далека от праздников, разрываясь между спасением страны и подготовкой к экзаменам, это был другой мир.

«Когда вернёмся, может, тоже фестиваль закатим, пока война не началась? Как тебе идея, онни?»

— …А.

Швырнув палочку в урну, Чжио опустила голову.

Уставившись в безоблачное небо, она пробормотала:

— До чего же ты ломаешься. Тебя что, съедят, если один раз ответишь?..

Неужели всё ещё дуется из-за той истории с Хэтой? Нет. Они уже помирились.

Или всё-таки…

— Из-за Чжина Гёуля?

Поздней ночью, уже после расставания с революционерами и возвращения в гостиницу, Бэмби тихо отозвал Чжио в сторону. И сказал: 

「Нуна… Ты, наверное, сама уже догадываешься, но та Святая, кажется, как-то связана с тобой.」

---

Примечание:

1. Мэдбол (от англ. Madball) — бешеный мяч.