Наконец им удалось прийти к соглашению. Но в тот самый момент, когда мужчина и женщина в едином порыве собрались уходить...

— П-подождите! — Так Джин, всё это время лишь молча наблюдавший за их приглушённым спором со стороны, подал голос. На его лице, мокром от пота, читалось явное замешательство.

— Что вы собираетесь с этим делать?.. Для начала, не лучше ли связаться с трибуном, с нашими союзниками, а уже потом действовать? Мы ведь даже не знаем, как обращаться с Мэдболом!..

Са Седжон молча посмотрел на Так Джина. Как всегда, по его лицу было невозможно понять, о чём он думает.

— О том, как использовать Мэдбол, я знаю.

— !..

— Так что не беспокойтесь и пойдёмте.

Путь к Святыне был тихим. Хотя говорили, что охрана усилена, стоило им спуститься в подземелье, как обнаружилось, что там остались лишь минимальные силы.

На Чжоён пробормотала:

— Неужели снаружи что-то случилось?

— Кто знает. Что бы там ни было, для нас это явно к лучшему, — спокойно отозвался Са Седжон, подхватывая падающего солдата и укладывая его на пол. До удушья дело не дошло, но подняться тот не сможет ещё очень долго.

Даже если бы их задавили числом, малая группа солдат не могла стать помехой для двух топ-ранкеров. Перед огромной арочной дверью, украшенной рельефным узором в виде ветвей деревьев, На Чжоён изо всех сил толкнула створки. И тогда...

Ш-ш-ш-ш...

— ...Ха, я ведь клялась себе, что на этот раз ни за что не буду восхищаться.

— И зачем вы давали такую клятву? — усмехнулся Са Седжон, проходя мимо застывшей в оцепенении На Чжоён.

Святыня, Королевский сад.

Водная гладь, по которой от падающих листьев то и дело расходились круги.

И четыре прямые дороги из светло-серого камня, пересекающие её с четырёх сторон.

В самом их центре возвышалось оно — [Мировое Древо].

Каждый сияющий листок на дереве был переполнен жизненной силой, которая, казалось, вот-вот вырвется наружу. Собственно, как и всё остальное в этом пространстве.

«Теперь понятно, почему это называют Святыней».

Са Седжон пробормотал, глядя снизу вверх на это величественное и великое дерево, бывшее центром и первоисточником всего:

— Трудно не проникнуться, видя такую красоту.

Но у них есть миссия, которую нужно завершить. Подавив чисто человеческий восторг, он ускорил шаг, быстро поднимаясь по ступеням рядом с Мировым Древом.

Алтарный камень, расположенный под двумя арочными колоннами. В этой Святыне это было единственное место, где чувствовалась рука человека. Тщательно осмотрев алтарь, Са Седжон обнаружил круглое углубление.

«Здесь».

Уверенность пришла мгновенно.

Са Седжон быстро вытащил Мэдбол. Не медля ни секунды, он уже собирался вложить его в выемку алтаря, как вдруг...

— !

Холодная сталь клинка коснулась его кадыка. Са Седжон медленно повернул голову. Вырвался невольный вздох сожаления.

— До чего же всё предсказуемо…

— Заткнись и убери руки, чужак.

Лицо лазутчика Так Джина исказилось в свирепой гримасе. Одновременно с этим послышался топот множества кованых сапог. Са Седжон горько усмехнулся.

✧

〚Чёрная дыра! Боже мой! Неужели на этом удача команды №777, доминировавшей в начале гонки, закончится? Из всех препятствий им попалась самая печально известная — Чёрная дыра!〛

〚Зрители, которые после эффектного старта уже успели стать их фанатами, издают полные горечи вздохи. Тем временем другие команды, не упуская шанса, стремительно идут на обгон! Расклад сил полностью меняется!〛

〚Вот поэтому гонку нужно смотреть до конца! Даже фаворит, казалось бы уже обеспечивший себе победу, может исчезнуть в одно мгновение!〛

〚Не зря это называют шедевром магов Республики! Чёрная дыра полностью парализует все пять чувств! Если вас туда затянуло — можно считать, что всё кончено. Даже выбраться оттуда почти невозможно, а если и удастся, гонка уже зако- а-а-а?!〛

〚О-о-о, мамочки! Такое вообще возможно?! Это реально происходит?!〛

Бабах!

Женщина-комментатор, вскочив со стула и едва не упав, возбуждённо схватила микрофон.

〚Семьсот семьдесят седьмы-ы-ые! Они вырываются из Чёрной дыры! Время прохождения — 27.021 секунды! Это безумие! Эта команда просто безумна!〛

〚Кхм, кхм... Сколько лет я веду репортажи, но такое вижу впервые! Они буквально разорвали Чёрную дыру! Невероятно! Теперь исход гонки снова под вопросом!〛

〚Обгон! Снова обго-о-он! Вилмен команды №777 включил бустеры! Какой же красивый и мощный этот вилмен! Ой! А это что такое?〛

〚О, похоже, соперники запаниковали из-за погони! Команды №82 и №129 заключают внезапный союз! Похоже, они решили объединиться, чтобы остановить поймавшего кураж лидера. Снова опасность для команды №777!〛

〚Сбросив скорость, две команды быстро берут №777 в «клещи»! Спиры обеих команд достают гарпуны! Это опасно!〛

Вслед за нарастающим напряжением в голосах комментаторов замерли и трибуны. В тишине, резко контрастировавшей с небом, раздираемым взрывами, столкновениями и рёвом двигателей, раздалось...

БДУ-У-У-УМ!

〚...О, Вавилон! Чёрт подери! Хнык, я больше не могу вести репортаж! Я иду на трибуны болеть за команду №777! Отпустите меня!〛

〚Успокойся, Карен! Ха-ха-ха!〛

〚Да что это за сумасшедшая команда?! Я сейчас с ума сойду от того, как это круто-о-о!〛

〚Но я и сам в восторге! От спира до вилмена, а теперь ещё и ридер! Сколько глаз у ридера семьсот семьдесят седьмых? Он не только находит невидимые лазейки между двумя командами, но и заставляет их уничтожить друг друга в одно мгновение!〛

— Хм... Разве не говорили, что их будет двое? Не могли же ракуны так внезапно вырасти.

— Откуда мне знать, кто это? Может, поймали какого-нибудь Консула и посадили в кресло.

Кён Чжирок, и не подозревая, что случайно выдал чистую правду, раздражённо огляделся по сторонам.

«В чём ей точно нет равных, так это в умении привлекать внимание».

Трибуны, где изначально у каждого были свои фавориты, постепенно окрашивались в цвета одной команды.

— Мама! Купи мне такую маску динозавра!

— А мне — такие гогглы, как у той нуны спира из семьсот семьдесят седьмых! Я тоже хочу стать такой, как она, и всё крушить!

...Может, стоит их остановить? Из чисто человеческих побуждений Кён Чжирок на миг засомневался, глядя на ребёнка, но потом отвернулся. Подпирающий подбородок Бом смотрел прямо на него.

— Что?

— Да просто думаю… нормально ли нам тут сидеть. Всё-таки чемпион турнира.

— Как будто второе место сильно отличается.

На вопрос Бома, заданный с лёгкой усмешкой, он сначала побурчал, но вскоре смягчился. Тот — проигравший, я — победитель.

— Церемония награждения всё равно будет после гонки, сказали до тех пор делать что угодно.

— Организация у них, конечно, так себе.

— А чего ты ждал от прогнившей коррумпированной страны? С билетов и ивентов они и так уже выжали все Косты.

— Только ли в этом причина?

— …Опять начинаешь? Я же просил не говорить такими загадками, дяденька…

— Посмотри туда.

Бом кивнул в сторону. Кён Чжирок с раздражением проследил за его взглядом, и его лицо выразило недоумение. О чём это он? Бом указывал на VIP-ложу, где сидела верхушка Республики. Отделённые от обычных зрителей, они, казалось, были заняты только своей болтовнёй.

— И что? По сравнению с прошлым разом их стало больше.

— Нет. То, что их стало больше — лишь обман зрения.

Бесстрастно ответив, Бом порылся в своём пиджаке, брошенном рядом. Достав рацию и подключая её, он произнёс:

— Смотри внимательнее. Пропало кое-что важное.

— !..

Только тогда Кён Чжирок осознал неладное и резко выпрямился.

«Их нет».

Места трибуна Сарука и Великого Жреца пустовали!

Тем временем брови Бома, быстро закончившего подключение рации, сошлись на переносице. Постоянно пробивались помехи. Значит, работает глушилка.

Исчезнувшие ключевые фигуры, неработающая рация, отсутствие вестей от группы захвата... Решение не заставило себя ждать. Бом сказал:

— Поиск цели для убийства откладывается. Похоже, среди игроков затесался предатель.

— ...Ты уверен?

— Если только революционеры не решили обмануть нас с самого начала. Группа захвата в опасности. Лучше всего будет сначала объединиться с ними.

«Выдвигаемся».

Как раз когда двое мужчин, мгновенно перестроив план, поднялись со своих мест...

— Ч-что это?

— Дым?.. Ого! Смотрите! Это со стороны королевского дворца! Дворец горит!

Не в небе, где в хаосе неслись корабли, а на земле. На фоне иссиня-чёрного ночного неба поднимались высокие столбы серого дыма.

Пожар! Пожар!

Суматоха по трибунам распространялась подобно падающим костяшкам домино. В центре этого хаоса Кён Чжирок с застывшим лицом смотрел на VIP-ложу. Никто там даже не шелохнулся.

Что-то пошло не так, и основательно. Теперь это было ясно и без лишних слов.

Щёлк.

Рядом раздался звонкий звук — это Бом щёлкнул своей зажигалкой Zippo. Послышался тихий звук глубокой затяжки. Вокруг воцарилась тишина. Кён Чжирок обернулся, оставляя дым за спиной. Вырвался смешок.

— ...Ну и хуйня же творится, блять.

Плотная убийственная аура, словно иглы, колола кожу. Горожане, которых они считали просто зрителями, куда-то исчезли. Солдаты, полностью окружившие их, целились в них, источая пугающую решимость.

✧

Нужно признавать заслуги. Таков был жизненный принцип тирана, весьма великодушного к работникам, отрабатывающим свой хлеб. В том, что они выбрались из Чёрной дыры, заслуга Чжин Гёуля была огромна. Если бы этот «смертник» не нашёл лазейку, они бы, вероятно, блуждали там ещё очень долго.

Чжио вспомнила, как в момент входа в Чёрную дыру Чжин Гёуль крепко прижал её к себе, когда она едва не вылетела от удара.

«Было так уютно... Нет, нет, не об этом думать надо!»

Ещё когда он пытался схватить Тимоти за горло, она подумала, не свихнулся ли он, и уже хотела скинуть его к чёрту... Но в целом он оказался полезен.

— Бустеры выключить. Впереди в 600 метрах невидимый уклон, будь осторожен.

— Есть!

— Дальше слалом. Сбавь скорость.

Судя по голосу Тимоти, он явно наслаждался процессом. Этот безнадёжный «водитель с правами на полке» буквально расцвёл под таким божественным коучингом...

«Опытный взрослый мужчина — это так крут... Нет, нет!»

Приди в себя, Кён Чжио! Ты что, настолько простая, что поведёшься на такого имбового мужика? Недаром же говорят: нет места лучше, где чувства так легко спутать, как на американских горках.

Нельзя принимать учащённое сердцебиение от рискованного вождения за трепет влюблённости.

«Это всего лишь звёздная скорлупа... скорлупа... шелуха, пошла прочь...» [1]

— Э? Но на трибунах что-то странное творится! Винтер! Проверь! — крикнул Тимоти.

Перед ним в кабине тоже стояли мониторы, хоть и меньше, чем у Ридера, на которых отображалась ситуация впереди и на трибунах. По его просьбе Чжин Гёуль проверил всю зону обзора и лениво произнёс:

— В королевском дворце пожар. А беспорядки на трибунах, похоже, — вооружённое столкновение армии с гражданскими силами.

— ...Что?

«Секундочку, что-что?!»

Об этом точно не стоило сообщать в таком безмятежном тоне.

«Столкновение? Так внезапно?»

Чжио, спрыгнув с кормы, с силой толкнула Чжин Гёуля. Из-за этого маска динозавра съехала, обнажая его точёный подбородок. Убедившись, что трансляция прервалась из-за беспорядков, Чжин Гёуль скинул мешающую маску.

Но пока он поправлял свои растрёпанные серебристо-серые волосы, Чжио уже вовсю сверлила взглядом экраны. Зрение у неё тоже было более чем отличным. Даже без помощи Чжин Гёуля она могла полностью считать ситуацию, и даже лучше, ведь это были её союзники.

Дворец, над которым поднимается густой дым, незапланированное вооружённое столкновение... Молчание в рациях союзников. Кён Чжио медленно опустила тёмные очки.

Тимоти вздрогнул и посмотрел вверх, почувствовав, как её рука внезапно сжала его плечо.

— Эй, Вилмен.

— …Да, мэм.

— Разворачивайся.

Её рука, не дрогнув, указывала в сторону... разумеется...

«Королевского дворца!»

Тимоти встретился с ней взглядом. Кён Чжио, с силой сжав плечо пилота, которому доверяла, широко улыбнулась. И приказала:

— А теперь впишись туда красиво.

Как она всегда и делала — самым коротким путём, чтобы переломить ход битвы. За её спиной Чжин Гёуль молча переключил рычаг бустера.

Гр-р-р!

Атмосфера начала раскаляться.

Затишье перед бурей закончилось. Теперь, пока не наступит рассвет, крики в Республике не умолкнут.

---

Примечание:

1. Чжио цитирует стих Шин Донгёпа «껍데기는 가라» (в примерном переводе — «Уходи, скорлупа» или «Прочь, шелуха»). Это одно из его самых известных произведений, которое часто рассматривается как призыв к освобождению от всего поверхностного, фальшивого и наносного, чтобы обрести истинную суть.