✧

[Уведомление подканалов локального сервера]

[― Врата открыты]

[Warning! Warning! Warning!]

Сеул, район Кансо. Аварийное убежище.

Уведомления мирового канала, государственного и регионального каналов, в отличие от двусторонней связи, видны и слышны каждому.

Лица людей в убежище побледнели.

Доводилось ли им хоть раз в жизни слышать столько сигналов об открытии Врат подряд?

Уи-и-и-и-и!

Снаружи сирена не умолкала.

Из-за этого непрекращающегося звука дети капризничали и затыкали уши. Кто-то пробормотал:

— Даже во времена мрака, до появления первого ранга S, такого не было.

— Знал бы, что дойдёт до этого, остался бы в провинции… Будь прокляты эти цены на жильё в Сеуле.

— Я ж говорила: пора в деревню. Кто думал только о себе, давно уже свалил.

— Ты же сама твердила, что из-за образования детей нельзя в деревню! Говорила, что в опасные времена лучше быть в Сеуле, где на каждом шагу ранкеры и гильдии!

— А ну тише!

— Толку теперь? Не ссорьтесь. Возьмите, это энергетический батончик. Малыш, тебе тоже? Есть ещё с шоколадом.

Ребёнок в пледе, услышав ласковые слова незнакомки, робко глянул на родителей. Мать тяжело вздохнула.

— Скажи тёте спасибо.

Когда малыша успокоили, любопытство переключилось на ту, кто поделился едой.

Женщина с любопытством спросила:

— Я слышала, гуманитарную помощь выдадут позже, когда пересчитают всех людей. Как у вас оказались лишние запасы?

— А, я просто госслужащая. Знакомый передал парочку, сказал раздать тем, кому они нужнее.

— Ты работаешь на государство, милочка? Так почему ты здесь, а не помогаешь там? Все ведь кажутся такими занятыми.

— Дело в том, что у меня немного неопределённая позиция... Послезавтра должен был быть мой первый рабочий день.

— А-а. И где же?

— В Центре.

— Что? Это же элита!

От окружающих восклицаний госслужащая Син Аджон смущённо поправила очки и замахала рукой.

— Нет, что вы. Не полевой сотрудник, правда самый-самый рядовой. Просто должность чуть удачнее выпала.

— Ой, скромничаете. Родители, должно быть, очень гордятся тобой.

— Пф, и какой в этом толк? Сдохнем тут ещё до того, как она успеет выйти на работу.

Это был мужчина, сидевший неподалёку. Он бросил это цинично, явно желая быть услышанным.

— Ой, вы что! Как можно так говорить!

— Я что неправду сказал? Обещали: линию в Инчхоне выстроят, Директор стянет врата туда, и Сеул с остальными местами в безопасности. Дерьмо собачье, блять! Сколько уже часов длится!

Когда голоса стали громче, внимание людей сосредоточилось на них. Возбуждённый этим, он закричал ещё сильнее:

— У операторов связи проблемы, телефоны не ловят! Трансляции то идут, то пропадают, как дебильные качели! Мы даже не можем узнать, живы ли наши родные!

— А ведь он прав. То, что данные до сих пор не восстановили — это уже переход всех границ.

Недовольные люди, выждав момент, один за другим начали вставлять свои пять копеек. 

«Почему атмосфера вдруг стала такой?» — Син Аджон обеспокоенно забегала глазами.

«Зачем они так? Наверху ведь делают всё возможное...»

Едва закончилась пресс-конференция Большой тройки, из Голубого дома тут же вышло обращение президента к нации.

Всеобщий альянс «Салют» был лишь частью подготовки к войне; правительство одновременно с оценкой ситуации делает всё возможное для безопасности граждан.

Далее шли призывы к решительной эвакуации жителей Инчхона и столичного региона и просьба о сотрудничестве.

Объявление чрезвычайного созыва пробуждённых и частичной мобилизации было ожидаемо.

Те, кто знал об этом ещё до пресс-конференции, закончили контроль над СМИ по запросу Министерства обороны и начали наперебой транслировать кадры пробуждённых и солдат, направляющихся на фронт.

В эфире новостей диктор дрожащим голосом произнёс:

〚Согласно данным, опубликованным Центром, процент добровольцев среди высокоранговых пробуждённых достиг исторического максимума. Можно без преувеличения сказать, что в случае с пробуждёнными, подлежащими призыву, участвуют все, за исключением имеющих особые основания для отвода.

Граждане… Мы показываем вам тех, кто идёт на фронт ради страны и народа… Простите.〛

Диктор, давясь словами, склонил голову.

Син Аджон тоже плакала, глядя на экран.

Опора нынешних пробуждённых — третье поколение.

Кадры с пробуждёнными, ровесниками Аджон, мелькали везде: и на ТВ, и в YouTube.

「Не страшно ли мне? Слышь, придурок, я помираю от страха. Это вообще вопрос?」

「Эй, хён. YouTube — это тоже вещание! При зрителях не матерись.」

「Сорян. Но я иду защищать страну, так что будьте снисходительными.」

「Хе-хе, тебя ведь не в списке было призывников, зачем тогда пошёл? По инсайду D. I. от Чон Гиль Гаона, с Внешними Вратами и вечеринкой из высокоуровневых монстров первый ранг не ровня.」

「То есть с D-рангом лучше не выпендриваться и сидеть дома?」

「Ну зачем ты так грубо? Я серьёзно спрашиваю. Ну?」

Мужчина, вытиравший винтовку, поднял голову.

На придирчивый вопрос друга он неловко почесал затылок и посмотрел прямо в камеру.

「Нас всех так учили.」

Ради безграничной славы свободной и справедливой родины.

Защищать страну, защищать тех, кто слабее тебя, — вот так.

「Блин, образовательная система в Хелл Чосоне просто охренительная, эффект потрясный. Столько патриотичных лохов, летящих на передовую, не щадя ни души, ни тела. У этого народа в ДНК что-то не то, серьёзно.」

「Этот хён круто выглядит」

「Я что, был похож на Белую птицу? А что поделать, говорят, в этот раз стране реально может прийти конец. Ранкеры уже приготовились умирать, а у охотников есть своя гордость. Давайте продержимся до возвращения великой Чжо.」

Таких показывали снова и снова.

Обычные и необычные — все, словно сговорившись, пусть и немного неумело, но без колебаний выполняли свой долг.

Госслужащие уговорами и мольбой уносили стариков, которые отказывались уезжать; власти без устали призывали эвакуироваться в провинциальные убежища.

Всем было известно: врата скапливаются там, где людно, — в столичном регионе.

Разве Директор не говорил об этом с невозмутимым лицом?

「Цель Внешних Врат — Сеул, где стоит Башня Вавилон. Моя задача — не дать беде докатиться до Сеула, и такой же целью станет для каждого пробуждённого на линии фронта.」

И всё же многие не покидали дома.

От тех, кто, уверовав в энергетический барьер, жил как в масле, до теоретиков заговора, скептиков и просто вечных нытиков.

«Вот именно такие люди».

— Страна, что звала себя сильнейшей в мире, и вот до чего докатилась, а? Граждан в подземных курятниках держим? Что вообще делает правительство Хан Чжон Уна [1], кроме того, что жрёт наши налоги?

— Ха, да этот сосунок — сторонник «Партии народного единства». Не смей подстрекать мирных людей, сядь, щенок!

— Что сказали?

— Что за шум? Господа, не драться, занимайте места!

Лишь когда подбежали сотрудники, стычка утихла.

И что толку — вокруг уже всё на взводе.

Глядя на лица, ставшие ещё мрачнее, Син Аджон могла только вздыхать.

«И так нервы на пределе…»

— Панику разгоняют, а таких надо в кучу согнать и скормить чудищам, не правда ли?

Син Аджон вздрогнула и обернулась.

Справа сидел старшеклассник.

Прикованный к телефону, он чавкал жвачкой, вид у него был не ангельский. Хулиган… Син Аджон незаметно отодвинулась.

— Что такое? Почему игнорируешь?

— А? Что?

— Человек с тобой разговаривает, а ты игнорируешь. У тебя на лице было написано, о чём ты думаешь. Говорили, ты из Центра, могли бы подружиться, но ты, онни, тоже не подарок.

— …О-онни?

Разве это не парень?

Из-за короткой стрижки и высокого роста Аджон так и подумала. Увидев растерянную Син Аджон, старшеклассница хмыкнула.

— Чхон Юджу. Третий класс старшей школы Чунан.

Как выяснилось, она многообещающая волейболистка из престижной школы. После сборов не пошла домой, а болталась где-то, пока её не «похитили» в убежище.

— Родители не волнуются?..

— Они за границей. В качестве опекуна есть один придурок-брат, но этот тип и после ядерного взрыва выживет в одиночку. А, вспомнила, аж бесит.

Юджу ворчала, что брат наверняка владел информацией, но даже не предупредил о начале войны.

— Чем брат занимается?

— Да так, ничего особенного. Просто ма-...

Только до этого момента им и суждено было сидеть спокойно и болтать.

Бу-у-ум!

Всё вокруг словно замедлилось.

Син Аджон оцепенело смотрела, как с потолка сыплется штукатурка.

Стены убежища, толстые как броня, рушились. Сквозь щель врывались… зелёные глаза!

Восемь пар глаз насекомого, шесть пар уродливых рук с крыльями.

[Разведчик-дрозофила низкого уровня, в подчинении у командира Первого легиона «Короля-Паразита болезней»]

— Монстр?..

Бах! Та-та-та-та!

Звуки выстрелов, эхом разлетающиеся повсюду, и едкий запах пороха мгновенно привели её в чувство.

— А-а-а-а-а-а!

— П-помогите!

— Эвакуация! Немедленно уводите гражданских!

Солдаты бежали и кричали.

Чхон Юджу крепко схватила её за руку.

— Что стоите! Бежим!

У-и-и-и-и-у! Сирена зазвучала уже здесь, совсем близко.

— Сюда! Сюда, быстрее!

— Спасите!

— Найдите моего ребёнка!

— Что вообще происходит! Госслужащий! Объясните хоть что-нибудь!

— Успокойтесь и следуйте указаниям! Ранкеры, получившие вызов, уже в пути. Они скоро будут!

Это была война.

Столичное оборонительное командование армии, уже перешедшее в состояние полной боевой готовности, охраняло крупные убежища Сеула.

Потусторонние магические звери из другого измерения. 

Их шкуры, имевшие причудливые формы, не пробивались даже пулями, заряженными магическими камнями. Это был не уровень тех тварей, что вылезали из обычных Врат.

С каждым новым криком солдата позади толпа всё сильнее страшилась.

Единственный путь — аварийный ход в другое убежище. Люди в панике бросились бежать.

Но убежище было огромно: не всем удалось разом отступить, и под обломками потолка остались десятки.

Женщина, оттолкнувшая солдата, что тянул её к аварийному выходу, с лицом, полным отчаяния, кричала:

— Как я могу уйти одна! Мой ребёнок пропал!

— Мама-а-а…

— Всё хорошо. Мы обязательно найдём маму, Чхан Хён, — Син Аджон прижала плачущего мальчика и шептала утешения.

Так даже лучше. Он не увидит того, что происходит перед ними.

Она не различала, чьё сердце колотится в груди — своё или ребёнка. Обнимая крепче, глотая слёзы, позвала:

— Ю-Юджу… ты жива?

— ...Я в порядке.

Летающих тварей внутри убежища было много.

Их становилось всё больше.

 Всё произошло в одно мгновение: один из них пролетел над головой, и обломки обрушились на бегущих людей.

Син Аджон с мальчиком чудом оказались в пустоте под завалом, а Чхон Юджу…

Син Аджон стиснула зубы, глядя на груду камней, раздробившую ноги Юджу.

— Чхан Хён. Зажмурься крепко.

Рядом торчал кусок арматуры. Син Аджон схватила его и, упираясь как рычагом, изо всех сил подпёрла камни.

— Уфф!.. Пожалуйста, пожалуйста!

— …Онни, спасибо, но так мы все сдохнем. Чудовище прямо за камнями, если оно нас заметит, то... кх... что тогда. Просто подожди, пока придут охотники.

Юджу, бледная от страха, слабо удерживала её, но Син Аджон не слушала. В тот миг.

Гр-р-р!

— !.. О-оно шевельнулось?

Точно был звук, будто что-то тяжёлое сдвинулось.

Син Аджон с надеждой рванула голову вверх.

— Ёб твою…

На лице Юджу, глядящей ей в глаза, была только отчаяние.

Только тогда Син Аджон увидела тень, лёгшую ей на макушку. Медленно повернув голову, она увидела…

Ах.

— Гос… поди…

Ребёнок в углу, до этого зажмурившийся, тоже увидел то, что увидели взрослые.

Многоглазый демон над ними широко растянул рот в улыбке. Багряные когти, похожие на крючья, рисовали тени. Страшно.

Малыш снова зажмурился.

Дрожащими пальцами он сильнее сжал игрушечного чёрного дракона. И стал молить. Желать.

Пусть кто-нибудь, пожалуйста, придёт.

Пусть придёт очень сильный волшебник, как по телевизору и в книгах, и волшебством спасёт их!..

— Тогда молись.

По-настоящему, вслух.

Бу-у-ум!

Кьяаааах!

Сквозь плотно сомкнутые веки пробился свет.

Шёпот, похожий на волшебство из мечты.

Что это? Ребёнок, как заворожённый, открыл глаза, и рот сам раскрылся.

Золотистая пыль сияла во всём пространстве, как солнце в полный расцвет весны. Как… как ослепительная заря восходящего солнца.

Как единственная звезда в ночи, где не горят другие звёзды.

— Попроси меня.

Гр-р-р-р-р-р! За проломленным потолком потягивался огромный чёрный дракон. Повелитель, возвышающийся над слоями человеческого отчаяния.

Вернулась она — Король Магов и Демонов, владычица людей и мира, и неторопливо оглядела своё королевство.

Кён Чжио, чьи короткие чёрные волосы развевались на шквальном ветру, высокомерно усмехнулась.

— Своего мага.

Как всегда.

Попроси спасителя, совершающего величайшую магию в мире.

— Я исполню это, делов-то.

---

Примечание:

1. Президент Кореи в этой вселенной (было сказано в 43 главе 2 тома).

---

Тгк: t.me/karadaark

Прочитать больше на бусти: boosty.to/kara_dark