— Ты был… кузнецом? Но… ты ведь маг, разве нет? Почему ты… я вообще туда пришла?

Хелси стояла у входа, тараторя без остановки, будто боясь упустить хоть мысль. Она уже успела пробежаться по мастерской, оглядеть столы, инструменты и волшебную арматуру, прежде чем начать засыпать Роланда вопросами.

Она, как выяснилось, взяла это задание как подработку. Сейчас снова работала со своей прежней группой — в основном сопровождала грузы и путешествовала по безопасным маршрутам. Похоже, приключенческая страсть утихла, уступив место прагматичному подходу к выживанию.

Но увидеть здесь Роланда — в роли кузнеца, да ещё и управляющего собственной мастерской — стало для неё настоящим шоком.

— Ну… — он слегка пожал плечами, — я недавно сменил класс.

— Но ты же был таким сильным тогда! — воскликнула она. — Зачем тебе прозябать в этой… дыре? Тебе надо сражаться с монстрами!

Он усмехнулся, но ничего не сказал. Спорить с Хелси — всё равно что пытаться остановить реку руками. Да, тогда, во время миссии в гроте, он проявил себя — но ей было невдомёк, какой ценой всё это давалось.

Тем временем она продолжала говорить. Благодаря несметному количеству убитых муравьёв, ей удалось повысить уровень класса первого ранга — теперь она была Охотником, классом, заточенным под отслеживание и стрельбу из лука. Вдобавок он позволял обращаться с короткими мечами и открывал путь к будущей специализации — рейнджеру.

— Разве тебе не надоело сражаться? — Роланд наконец решил вставить слово. — После того задания в гроте я думал, ты поумеришь пыл…

Он задал вопрос намеренно — в надежде, что она одумается, остепенится. Но, похоже, она оставалась всё той же — упрямой, порывистой, полной энтузиазма. Путешествия, битвы, непредсказуемость — это было её.

Однако один вопрос всё же не давал ему покоя.

— Разве ты не должна была уже уехать в тот город с подземельем?

Хелси вздрогнула, словно её ударили словом, и опустила голову. Щёки её порозовели, и, не поднимая глаз, она начала теребить пальцы.

— Я… у меня нет денег на дорогу…

Роланд медленно приподнял бровь. Его взгляд скользнул по её экипировке: качественная броня, новая одежда, меч с лёгким мерцанием на рукояти — скорее всего, зачарованный. Всё выглядело слишком хорошо для того, кто утверждает, что не может позволить себе даже дорогу.

— То есть… даже если бы ты захотела, у тебя бы не хватило на билет? — уточнил он. — А нельзя просто взять квест на сопровождение до того города?

— Думаешь, всё так просто? — вспылила она. — Может, если бы моя тупая команда захотела поехать со мной!

Она плюхнулась в кресло, громко вздохнула, и, кажется, впервые за всё время немного сдала обороты. Голос её стал тише, в нём прорезалась усталость. А в следующую минуту она уже откровенно рассказывала — и Роланд, сам того не ожидая, оказался втянут в задушевный разговор.

Хелси объяснила, что её ситуация — не из простых. Переезд слишком рискован. Даже если бы она добилась квеста с оплатой дороги, ей бы не хватило на жильё, не говоря уже о поиске новой группы. Она хоть и получила второй класс первого ранга, но всё ещё считалась новичком. Новая команда? В лучшем случае — будут пользоваться ею. В худшем — просто выбросят на обочину.

Город с подземельем находился далеко — слишком далеко от Эдельгарда. Даже если бы Хелси и решилась на переезд, это потребовало бы не просто смелости, а солидного запаса золота. Роланд, создавая рунические свитки, зарабатывал неплохо, но для новичка в стальном ранге всё обстояло куда хуже. После последней миссии гильдия выплату урезала — не было доказательств, что заказчик солгал о численности муравьёв. Слово против слова, а платить за провал никто не собирался.

Хелси потратила почти всё, что у неё было, на новое снаряжение — доспехи, зачарованный клинок, зелья восстановления. Её класс охотницы требовал и стрел — а значит, расходы не прекращались. В результате она жила от одной выплаты гильдии до другой, как и многие другие на этом уровне. О накоплениях можно было только мечтать.

После провала и стремительно тающих средств, Хелси, похоже, переосмыслила свою стратегию. Впервые за долгое время она выглядела не просто раздражённой — а разочарованной, скорее, в себе самой. Подработка, вроде помощи в мастерской, давала ей шанс накопить хоть что-то на будущее, да ещё и держала её подальше от опасных экспедиций.

Роланд же тем временем всё никак не мог понять, почему ему прислали в помощницы именно её. Разве в гильдии не нашлось никого с хотя бы базовым пониманием кузнечного дела? Сможет ли она вообще отличить зачарованный камень от шлака, если он его попросит?

— Понимаю... — сухо сказал он. — В следующий раз будь осторожнее с деньгами. Начни с уборки в офисе.

Он прослушал её жалобы на команду ровно пятнадцать минут — дольше было бы слишком. Работа ждала: руны не вырежутся сами, а навыки не прокачаются от разговоров.

— Деспот! — фыркнула Хелси и, схватив пустое ведро, удалилась в сторону колодца.

Её голос эхом отразился от стен. Роланд усмехнулся. Она была упряма, вспыльчива — но, чего уж скрывать, целеустремлённая. И пусть силы у неё было не так уж много, уровень делал своё дело — в физическом плане она уже превосходила любого безклассового мужчину.

Пока она скрылась за дверьми склада, направляясь к колодцу, Роланд остался один. Тишина была почти благословением. Он решил не терять ни минуты — разжёг горн и занялся делом. Сегодня в планах было выковать обычный хозяйственный нож — хотя и с небольшим бонусом.

У него оставался слабый рунный камень «Острота». Если удастся сжать его структуру, то, возможно, получится вставить в лезвие, усилив его эффективность.

Материал он собирался использовать вторичный — кусок старого рашпиля для копыт, уже изрядно проржавевшего. Одна его часть была ещё пригодной, около восьми дюймов от ручки. Сам рашпиль уже был сломан, так что отпиливать ничего не пришлось. К счастью, он был сделан из стали, а не из дешёвого железа — редкая удача в таких делах.

Он аккуратно разогрел металл до вишнёво-красного жара, после чего начал расковывать ручку рашпиля, ударяя её о ближний край наковальни. Постепенно, под ударами молота, она стала расширяться — до нужных полудюйма в ширину. Использование уже готовой ручки экономило массу времени, и Роланд с удовлетворением отметил, как металл поддаётся.

Затем он отбил острые углы в переходной зоне между ручкой и основным телом будущего ножа, чтобы избежать холодных трещин — потенциально опасных дефектов, возникающих при неравномерном распределении напряжения в металле. Работа шла быстро и чётко, как будто руки сами знали, что делать.

Он перешёл к следующему этапу — вытягиванию и сужению металла. Это были одни из базовых, но незаменимых техник. Прямыми ударами молота он удлинял участок, равномерно распределяя массу. Потом, придавая угол, начал сужать заготовку, формируя будущее лезвие.

Металл становился податливым, линии — чёткими. Лезвие вытянулось до ширины чуть больше дюйма у основания. Тогда он начал формировать одностороннюю заточку: прижал спинку заготовки к наковальне и стал наносить косые, прицельные удары, придавая металлу острый край.

Роланд аккуратно согнул ручку ножа, используя рог наковальни. Он придал ей форму петли, заведя кончик вдоль спинки лезвия. Простая, но удобная форма — её можно было и зацепить, и обмотать тканью при необходимости.

Далее он приступил к заточке — равномерно, с обеих сторон. Пока не слишком тонко: до закалки металл оставался уязвимым, и чрезмерное истончение могло привести к трещинам или крошению во время термообработки.

Следующим шагом был отжиг — или, точнее, нормализация стали.

Он разогрел лезвие до немагнитного состояния — это тот момент, когда сталь теряет способность притягиваться к магниту, и значит, достигает необходимой температуры. После этого он оставил нож остывать в ведре с золой. Медленно, без резких перепадов. Такой процесс позволяет внутренней структуре металла выровняться, избавиться от излишнего напряжения. Это значительно снижает риск разрушения при закалке.

Когда лезвие остыло, он снова нагрел его — и уже закалил, опустив в масло. Шипение, всплеск пара, запах горелого — всё это было привычным фоном для кузнеца.

После этого Роланд приступил к отпуску: он отполировал лезвие, затем держал его остриём вниз над огнём, наблюдая, как сталь медленно меняет цвет — от серебристой до соломенно-жёлтой. Это был верный знак: температура достигла нужного уровня. Ещё одна быстрая закалка — и теперь сталь обрела нужный баланс между твёрдостью и упругостью.

Жёлтый цвет был характерен для режущих инструментов: острых, надёжных, пусть и немного более хрупких. Но для ножа это подходило идеально.

Оставалась последняя часть — руна.

Роланд вытер пот со лба и посмотрел на почти готовое изделие. Полировка, рукоять — возможно, временная, из дерева или ткани. Металлическую держать в руках было бы неудобно. Рунный камень «Острота» лежал рядом, готовый к вживлению. Сталь усложняла резьбу, но с недавних пор Роланд освоил эту технику, пользуясь старой книгой навыков. Работы оставалось немного.

И тут он вздрогнул.

Кто-то стоял совсем рядом. Он резко отпрянул — и встретился взглядом с Хелси, которая в буквальном смысле придвинула лицо вплотную к его.

— Ч-что ты… что ты здесь делаешь?

— Ничего... Уборку закончила. А ты был занят — не хотела мешать. Ты и правда кузнец… Вот, держи.

Роланд моргнул, переводя взгляд с её лица на руку, в которой лежало спелое красное яблоко. Он колебался лишь мгновение, затем всё же взял.

— Эм... спасибо.

— Не за что! Это же часть работы! — весело ответила она. — Кстати...

Она замялась, наблюдая, как он откусывает яблоко. Пот катился по его виску — рядом с горячим горном было невыносимо жарко, особенно после всей этой ковки.

— А ты умеешь делать стрелы?

Вопрос прозвучал неожиданно. Хелси смотрела на него с интересом, почти с каким-то ожиданием.

— Стрелы? Ещё не пробовал... — ответил Роланд, понизив голос и машинально переключаясь в размышления вслух. — По сути, ничего сложного. Нужен прут — стальной или железный. Древки, скорее всего, можно купить у местного столяра. Тогда мне останется только выковать наконечники. С оперением сложнее… не уверен, что он их делает.

Он говорил, уже прикидывая в уме. Изготовление стрел действительно могло бы стать хорошей практикой. Возможно, даже получится наносить на них простые руны.

— Древки и перья… понятно… Сейчас вернусь!

С этими словами Хелси круто развернулась и выбежала из мастерской. Её голос, как всегда, оставался звонким и уверенным, но в походке ощущалась лёгкость, почти радость.

Роланд провожал её взглядом. Она казалась... довольной. Чересчур довольной.

Он по-прежнему воспринимал её лишь как временного помощника, но, возможно, это и к лучшему. Кто-то знакомый. Кто-то, кому он, как ни странно, мог доверять.

Она была немного странной. Чуть сумбурной. Немного громкой.

Но, в целом... хорошая девчонка.

Единственная загвоздка с его помощницей заключалась в том, что при ней он не мог заниматься руноковкой. Роланд всё ещё скрывал свою истинную профессию — слишком уж юн для настоящего рунокузнеца. Стоило бы только кому-то смекалистому задуматься, и вся его тайна всплыла бы на поверхность.

Пока Хелси не было, он вернулся к работе над хозяйственным ножом. В бою такой бы не пригодился — слишком короткий. Но Роланд делал его вовсе не для битв: это была тренировка, повод лишний раз пройтись по знакомому пути — от грубой заготовки к выгравированной руне.

У него имелся наждак — не ручной, а ножной, что позволяло вращать круг усилием ноги. Он дал инструменту ход, довёл лезвие до нужной остроты и отполировал до матового блеска.

Грубый стальной хозяйственный нож [средний]

Навык подрос — и изделие впервые оказалось среднего ранга. Роланд заметил, что работа шла легче с каждым днём. Навыки кузнеца давали себя знать: руки двигались почти без его участия, тело словно само вспоминало, что делать. Он больше не задумывался над деталями — просто создавал. И чем выше поднимался навык, тем лучше выходили вещи.

Пока он любовался результатом, в мастерскую с лёгким стуком вернулась Хелси. В руках у неё было десяток деревянных древок и перья, аккуратно сложенные. Она подошла к столу и, положив всё перед ним, улыбнулась с лукавым блеском в глазах.

— Вот, держи! Я видела у тебя железные прутья, так что не стала таскать лишнее. Теперь можешь сделать наконечники! А перья — оставь своей очаровательной помощнице!

С этими словами она деловито кивнула и принялась крепить оперения. Всё было готово заранее, и работа спорилась. Роланд уже понял, почему она так обрадовалась его намерению заняться наконечниками.

— Они, наверное, не выйдут особо хорошими… — пробормотал он себе под нос.

Он взял одно из древков и прикинул, какой из имеющихся железных прутьев подойдёт по толщине. Подходящий нашёлся довольно быстро. К счастью, у него была точильная оправка — заострённый металлический инструмент, с помощью которого удобно вытачивать гнёзда. Она была как раз нужного размера, и древко вошло бы в неё без лишней шлифовки.

Кузница вновь ожила: Роланд разжёг горн и вложил в него металл. Подождав, пока железо не засветилось ярко-оранжевым, он извлёк прут и перенёс его на наковальню. Молот в его руке задвигался с привычной уверенностью.

Он стремился к форме ложки, втрое шире исходного прутка. Расплющивал заготовку, истончал края, формировал небольшое загибающееся гнездо на роге наковальни. Потом перевернул и начал придавать округлую форму — не слишком резко, чтобы не испортить заготовку. Вставил точильную оправку и аккуратно подстучал, чтобы добиться плотного прилегания к древку.

Когда форма была готова, он отрезал наконечник от прута, зажал плоскогубцами и продолжил ковку, вытягивая четырёхгранное острие. Осталось лишь внести последние штрихи и довести до ума.

С лучшим точильным камнем можно было бы обойтись без ковки острия вовсе, просто наточив его. Но инструмент у него был староват, так что остроту приходилось добивать вручную. Спустя двадцать минут наконечник был готов — пусть и не идеален, но достаточно остёр.

Он прошёлся по кромкам точильным кругом, снова разогрел металл и окунул в масло. Жирная плёнка защитит от ржавчины. Закончив, он передал изделие Хелси.

Осталось девять. И с каждой новой стрелой работа шла быстрее. Высокая ловкость помогала при ковке мелких деталей, и ошибок он не допускал. Примерно за три часа всё было готово: шесть обычных стрел и четыре, покачественнее, с железными наконечниками в форме бодкина.

Он остался доволен. Пусть такие стрелы и не стоят больших денег, — свитки, что он писал по ночам, приносили куда больше. Но это была хорошая тренировка.

— Вот, можешь забрать. Только за железо заплати, — сказал он, протягивая связку.

Хелси сияла, как будто он подарил ей целое сокровище. Он знал, к чему она клонит, но не стал возражать. Всё это — просто практика. Настоящие стрелы ещё впереди, с рунами и магией. Вот тогда — и платить придётся всерьёз.

— Ты лучший босс на всём белом свете! — заявила она. — Обязательно что-нибудь тебе приготовлю. А то ведь ты, наверное, питаешься одной стряпнёй из дешёвых забегаловок.

Она не ошиблась. Роланд ел, где придётся, особо не разбирая вкуса. Так что полученная в награду тарелка горячего тушёного мяса едва не вызвала у него улыбку.

Так продолжались будни юного кузнеца. Уровни росли медленно, но он знал, однажды его молот создаст по-настоящему нечто великое.

---

Дорогие читатели!

Если вам понравился перевод главы - поставьте лайк, будте лапочками =)

И давайте выведем данный тайтл в топ, 10 звёзд? - Ну позязя.