Билл не унимался.

Аделина и Джейден отдали строжайший приказ — держать моё присутствие в полной тайне.

Лишь избранные знали, где я нахожусь, а сам я с головой закутался в плащ, чтобы не привлекать внимания — всё ради этого.

Я покорно следовал указаниям.

В любом случае, я и так собирался сидеть тише воды, ниже травы, пока не покину Конуэлл.

— Какая досада. Изумительные блюда Година… о них должен знать весь мир!

Он тараторил без умолку, даже не замечая, что я сижу рядом.

Будь этот парень мечником, как я, он бы уже давно почувствовал мою жажду крови.

— Если этот фестиваль пройдёт удачно, мы ведь столько всего сможем сделать вместе, Годин, правда? Я имею в виду, если ты поделишься своими рецептами, я смогу увеличить производство и продать целую гору еды.

Я лишь ошарашенно хмыкнул.

Это была уже неприкрытая попытка грабежа.

Я не ошибся.

Рецепт — это летопись времени, усилий и преданности повара, его сокровенный трактат.

Рецепт повара и искусство мечника.

По моим меркам, между ними не было большой разницы.

Если бы кто-то вот так потребовал от меня выдать секреты моего мастерства?

Это была бы битва не на жизнь, а на смерть.

Мне было жаль Билла, но моё терпение иссякло.

— Уолтер!

Возглас Година прогремел с высоты его роста, словно удар молнии.

Он застал врасплох не только ухмыляющегося мужчину средних лет, но даже меня, уже готового вмешаться.

— Если не заказываете еду, убирайтесь.

— Годин, мои слова…

— Убирайтесь.

Полуприкрытые веки Година дрогнули.

Казалось, он изо всех сил сдерживал гнев.

— Это место для того, чтобы вкусно поесть и немного отдохнуть. Ещё вчера на том самом месте, где вы сидите, гости создавали счастливые воспоминания.

Мои мимолётные эмоции тихо улеглись.

Я был одним из тех самых «вчерашних посетителей», о которых говорил Годин.

— Не пачкайте их. Уходите. Сейчас же.

Годин указал на дверь.

Повисла короткая тишина.

Скрип—

— …раз так, хорошо, я уйду. Твою мысль я уловил.

Мужчина средних лет, Уолтер, поднялся и сделал жест. Стоявшие вокруг люди наконец начали один за другим выходить.

Уолтер, неспешно следуя за ними, дважды похлопал меня по плечу.

— Юный друг, приятного аппетита и добрых воспоминаний.

Я молча повернул голову, провожая его удаляющуюся спину лишь взглядом.

После ухода группы Уолтера заведение опустело.

Крошечная лавка показалась на миг обманчиво просторной.

Скрип—

В неловкой тишине раздался звук открывающейся двери.

Уолтер просунул голову в щель, переводя взгляд с меня на Година.

— Я тут тебе помешал, так что за сломанную руку моего парня будем в расчёте. Ясно?

На лице Година, устремлённом на него, не отразилось ни единой эмоции.

Моё, вероятно, выглядело так же.

— Полагаю, сейчас вы заказы не принимаете.

— …хотелось бы сказать, что это не так, но, честно говоря… да. Настроение паршивое. В таком состоянии сложно выкладываться на полную.

Я тихо встал, поклонился Годину и повернулся к выходу.

Прошлой ночью, перед сном, я слышал от Билла, что в «Клятве Бастиона» есть особое утреннее меню.

Признаться, я проснулся в предвкушении.

Редкое для меня волнение.

«…Уолтер».

Я заставлю его заплатить по счетам.

***

В тихом переулке я грузно опустился на землю и угрюмо жевал кусок хлеба.

— Бихен, Бихен!..

Издалека, выкрикивая моё имя, бежал Билл.

Он велел мне быть осторожным, а сам-то какой безрассудный.

— Нашёл что-нибудь?

— Д-да! Кх, кх… погоди, дай немного отдышаться. Так запыхался, что сейчас стошнит.

Билл рухнул передо мной, тяжело дыша.

Я не отвечал, лишь раздражённо отрывал куски от хлеба.

Чем дольше я жевал, тем сильнее злился.

Я должен был есть утренний деликатес Година, а не этот дешёвый зерновой ком.

— Уолтер, глава гильдии Довун. Похоже, большая шишка в пищевом бизнесе в Теодоре.

Гильдия.

На имперский манер — что-то вроде торговой компании.

В некоторых землях Королевства коммерческая деятельность простолюдинов была под строгим запретом, но всё же.

Так или иначе.

— В Теодоре?

— Ага. Говорят, под вывеской гильдии Довун в Теодоре он держит несколько таверн и постоялых дворов. Некоторые города так забиты его заведениями, что их называют улицей Довун.

Уолтер хвастался, что во время гражданской войны служил в подразделении снабжения Теодора.

Должно быть, у него там остались связи.

«Неважно».

Было ли у него влияние в Теодоре или нет — не имело значения.

Он прикрывался моим именем в Конуэлле — и это был факт.

— Так что этот тип здесь делает?

Билл, всё ещё лежавший на земле, приподнялся и озадаченно склонил голову набок.

— Ну… я отправился в гильдию Истона, чтобы всё выяснить.

Если вкратце пересказать отчёт Билла:

К коронации Аделины гильдия Истона планировала устроить фестиваль. И тут появился Уолтер из гильдии Довун, предложив огромное спонсорство и пообещав привлечь большие толпы из Теодора.

Проблема заключалась в непомерных требованиях Уолтера.

— Они заявили, что лично разработают дизайн фестивальных улиц и главных маршрутов. Но куда большая проблема в том, что после фестиваля гильдия Истона будет вынуждена закупать продукты у хозяйств, подконтрольных гильдии Довун.

У меня слегка закипели мозги.

Только привык к политике, как наткнулся на коммерцию. (ПП. Там чинит, тут ломают...)

Если от политики несёт грязью, то от коммерции — тухлой рыбой…

— Вынуждена закупать их товары?

Билл кивнул.

…фух, значит, я понял правильно.

— Такое вообще возможно? Чтобы чужак-торговец провернул подобное без разрешения лорда?

— Ну, э-э… насколько я знаю — мне Генри говорил, но я точно не помню — в Конуэлле есть что-то вроде… купеческой автономии, или как там её.

— …

— …в общем, полагаю, это делает такое возможным.

Я был плох, но и Билл был Биллом. На мгновение повисла торжественная тишина.

Я махнул рукой и сказал:

— Ладно, я понял, что Уолтер выдвигает необоснованные требования. Но неужели им нужна помощь со стороны, чтобы провести фестиваль? Странно, что у Конуэлла, крупнейшего торгового города, нет на это средств. И я сомневаюсь, что леди была бы в восторге от такого.

Билл кивнул, словно понимая.

…хорошо, значит, я не нёс чепуху.

— Конечно, но если Истон, долгое время поддерживавший экономику Конуэлла, промолчит во время коронации нового лорда, это будет выглядеть дурно. К тому же, связь между Её Светлостью и купцами гильдии Истона не простая. Они искренне хотят отпраздновать.

— Хм.

— А с точки зрения торговцев, в свете последствий гражданской войны, отменять фестиваль, когда со всех сторон стекаются туристы — расточительство. Если всё подсчитать, разве не лучше влезть в долги, но провести его? Ух, не знаю. Вот сейчас бы нам Генри.

Я смутно припомнил.

Уолтер говорил Годину нечто похожее насчёт аренды.

Если подумать, почему он пытался содрать аренду с Година, одновременно предлагая спонсорство?

Я чуть не упустил главное.

— Так почему Уолтер так прицепился к Годину?

На миг взгляд Билла стал свирепым.

Я не так давно его знал, но точно видел его злым впервые.

— Ходят слухи, что настоящая цель Уолтера — рецепты Година. Говорят, он затеял все эти крупные вложения только ради них. Поговаривают, он хитро загоняет Година в угол, чтобы тот не смог отказаться.

Билл внезапно ударил себя по голове обеими руками.

Каждый удар отдавался шлепком от его головы-картофелины.

— Какой же я никчёмный. Тоже мне гвардеец. В самый нужный момент от меня никакого толку.

— …

— Не знаю. Может, пойти сейчас и рассказать всё капитану? Но, кажется, тут нет оснований для вмешательства властей…

Я не стал говорить Биллу, что Уолтер использует моё имя.

Сказал бы?

Вместо того чтобы так себя изводить, счёл бы он это хорошим предлогом, чтобы попросить меня о помощи?

«Нет».

Билл, может, и робок, и пуглив, но он не был слабым или трусливым.

Аделина и Джейден приказали ему держать меня в тени, и он будет следовать этому усерднее, чем кто-либо другой.

Даже сейчас, в этой проклятой ситуации, где бессилие — это грех…

Я перевёл взгляд с Билла на случайную точку и заметил кого-то за пределами переулка.

«Точно, вчерашний…»

Это был тот самый мужчина, что приходил в «Клятву Бастиона» и которого Годин отругал и выгнал.

Он проходил мимо, разговаривая с другим мужчиной примерно того же возраста, и я инстинктивно проследил за их губами.

Слабый звук их голосов стал ближе в моих ушах, и вскоре я уже мог разглядеть выражения их лиц.

Я в очередной раз оценил дар своих обострённых чувств.

— Неужели Годин твёрдо решил стоять до конца? Хотел бы я, чтобы он передумал.

— И не говори. Ублюдки. Когда у них не вышло по-хорошему, теперь они втягивают нас, чтобы надавить на него.

— А что мы можем поделать? За этим типом стоит наследник Теодора, ведь так? Теодор — крупнейший союзник Конуэлла, так что даже леди тут мало что сможет сделать.

— Эх. Война закончилась, и вот они слетелись с налитыми кровью глазами делить свой кусок.

Внутри у меня странно похолодело.

Это не было предательством по отношению к Деклану.

Вчера я заглянул в мир кулинарии; теперь я видел мир ещё более странный.

Шрамы войны оставляли после себя не только руины и сломленных людей.

Даже улицы и люди, которые казались невредимыми, носили глубокие раны.

«Фух».

Война не была окончена.

Битва за выживание среди торговцев, где вместо крови льются деньги, только начиналась.

— Билл.

— …а?

— Деклан ведь в Конуэлле, верно?

— Д-да, а что? Ты же не собираешься…

В каком-то смысле, Истон страдал из-за меня.

Значит, я должен сделать то, что в моих силах.

— Увидимся на коронации.

— П-постой! Бихен, ты куда?

И всё же, я должен отведать тот самый утренний деликатес, прежде чем покину Конуэлл.

***

Конуэлл, резиденция для особо важных персон.

Деклан тренировался с обнажённым торсом в своей спальне.

Запах пота, смешанный с отчаянными мужскими стонами, заполнил каждый уголок просторной комнаты.

— Девяносто семь, девяносто во-о-осемь… а-ах, кх-х-х…

Его нос почти касался мраморного пола.

Руки дрожали, всё тело балансировало на грани падения.

— О-о-о… Нгх!

Тук-тук. Скрип—

— Лорд Деклан? Я принесла чай, который вы просили.

Бух—!

Как только дверь открылась и раздался голос, Деклан рухнул, так и не дойдя до сотни.

— Ох, лорд Деклан! Вы…

— Стой. Достаточно. Не подходи ближе. Не хочу, чтобы ты чувствовала мой смрад.

Деклан медленно поднялся.

Он намеренно не поворачивался к служанке.

Он был уверен в мышцах своей спины.

«Люди всегда говорили, что у меня впечатляющая спина».

Деклан откинул назад промокшие от пота волосы.

На его губах заиграла довольная улыбка.

Он по многолетнему опыту знал, что чем больше он вспотел, тем рельефнее выглядели его мышцы.

Ракурс был идеален.

— Оставьте там и приготовьте, пожалуйста, воду для ванны.

— Да, д-да, сэр!..

Деклан подумал про себя.

Дрожь в её голосе.

«Хех, как и ожидалось».

Хлоп—

Как только дверь закрылась, он выдохнул, сбрасывая всё напряжение в теле.

«Думал, умру».

В тот миг, когда Деклан повернулся.

«!..»

Холодное, острое лезвие коснулось его спины.

Ледяной озноб пронзил всё его тело.

«Н-наёмный убийца?! Как, когда!..»

Из-за спины раздался низкий голос.

— Тихо.