Повисло короткое, но тяжёлое молчание. На ощупь я обхватил Пакса и попробовал повернуть его голову к Юхёну... сюда, что ли? Раньше, пока я пользовался навыком Учителя, ничего такого не замечал, но теперь, когда обзор отрезало напрочь, голову исподволь повело. К счастью, Пакс поднял глаза на Юхёна.

Налившиеся багровым, отяжелевший взгляд прожигал меня насквозь. Смотрел я через глаза Пакса, а тот невысок, и оттого Юхён выходил куда громаднее обычного.

– Да я... отдохну чуток, и всё наладится.

Когда я заговорил, и без того застывшее выражение лица Юхёна заледенело ещё сильнее. Он шумно выдохнул, точно силясь сдержать гнев.

– Отдохнёшь, значит, и всё наладится.

Не скрипи так зубами, когда говоришь. Очередь к зубному и без тебя длинная.

– Ну да. Слушай, в прошлый раз ведь тоже быстро прошло.

– Тогда ты хотя бы не полностью ослеп.

– Э-э, ну...

– Когда ты пускаешь в ход силу охотника S-Класса, тебя ведь надрывает, верно, хён?

Я замялся, не найдясь сразу с ответом, и взгляд Юхёна стал жёстче. Признайся я честно, он, чего доброго, сразу же выхватит клинок и пойдёт сносить Сон Хёндже голову. Хотя тогда мне и впрямь не оставалось ничего другого, кроме как вмешаться.

– До завтра, честное слово, и с места не сдвинусь, буду вести себя смирно. Только есть, спать да отдыхать, обещаю.

– Только до завтра?

– ...Долго не поотдыхаешь, Чхусок[1] ведь на носу. Да и дел других хватает.

Младший плотно сжал губы. А потом протянул руку и подхватил меня одним махом, как пушинку, с дивана. Ох, прямо вспомнилось былое.

– Грмяв!

– Эй, Юхён-а!

В глазах Пакса отражалось, как младший куда-то меня уносит. Пакс-я, поверни голову хоть чуточку. Куда это мы, в спальню мою, что ли?

– Праздник ведь! Надо ещё тебе с Ёрим ханбоки купить. И подарки, подарки к Чхусоку всем раздать!

– Это поручи Бездне.

– Нет, это же первый праздник с тех пор, как у нас появился питомник, надо самому всё организовать. И охотникам, что приглядывают за вольерной, и тем, кто за здание отвечает. Их немного, управлюсь быстро!

– Сам ни зги не видишь, а городишь ерунду. Хватит, – холодно отрезал Юхён.

А я ведь так на это рассчитывал. Денег теперь хватало, и я хотел разослать всем до единого отборной хану[2]. А в торговом центре охотников как раз выпустили подарочные наборы зелий, вот их-то и думал прикупить для охотников.

– О том, чтобы выйти наружу, даже не думай.

– Погоди, погоди. Да успокойся ты!

Барахтаясь, я нащупал дверной косяк. Повис на нём, попробовал удержаться, но братишка едва потянул, и пальцы с шорохом соскользнули. Чутьё подсказывало: так я просижу взаперти самое меньшее до тех пор, пока не вернётся зрение. И заступиться за меня... некому. Зато желающих поворчать да охаживать меня по спине хоть отбавляй.

– И стол для чхарё[3] накрыть надо! А дома ни единой ритуальной плошки нет.

– Раньше ставили только рис да суп, и хватало.

– То было тогда, а теперь-то всё иначе. Да и о Ёрим позаботиться надо. Много не станем, по-простому, купим фруктов и рисовых пирожков, а чон[4] у меня знатно выходит. Сделаем хоть юкчон один. Ёрим ведь любит мясо. Рыбину на пару приготовить? Нет, можно и вяленой взять. А сонпхён[5] лепить будем, да?

– ...Хён.

Юхён со вздохом опустил меня на пол. Пакс семенил следом, но по-прежнему не сводил глаз только с меня. Я вдруг понял, до чего жалко выгляжу. Одежда смята, следы ран никуда не делись, а так как я толком перед собой не видел, то скованно топтался. Пусть и с навыком Учителя, глаза-то были не мои, оттого и движения поневоле выходили деревянными. Тем более что Пакс смотрел только на меня...

Я наугад повернул взгляд туда, откуда доносился голос Юхёна.

– Без этих дел вполне можно обойтись. Что, хоть несколько дней спокойно отдохнуть нельзя? – увещевал брат.

И правда, как он и говорил, без этих дел можно обойтись. Делать их самому вовсе не обязательно, есть кому поручить, да и за деньги нанять не проблема. Но всё же. И всё-таки.

– Хочу сам.

– Хён.

– Юхён-а, кто знает, когда нам ещё доведётся встретить Чхусок всем вместе. На будущий год, может, и станем посвободнее, а может, наоборот, замотаемся. Возникнет подземелье, которое надо срочно зачищать, и тебя или Ёрим не окажется рядом, или грянет прорыв подземелья, и будет совсем не до праздника.

До следующего раза оставался целый год. Срок вроде бы и небольшой, но что и как за это время переменится, поди угадай. С моей регрессии не прошло и полугода, а за эти несколько месяцев случилось столько всего... За год же наберётся и того больше.

– И ещё, Юхён-а, это ведь просто праздник. Какое-то время ничего серьёзного не предвидится, да и подземелья можно проходить без спешки. Проверка пока не завершена, но в корейских подземельях скорость насыщения заметно упала.

– ...Скорость насыщения?

– Ага. Чуть ли не втрое. Куда раньше ходили раз в месяц, теперь хватит и раза в три. Так что давай встретим Чхусок все вместе. Будто никаких подземелий и в помине нет.

Я протянул руку, на ощупь нашёл локоть брата, поднялся по нему до плеча и легонько похлопал.

– Скажешь, мол, какой праздник, когда мир катится в пропасть, а всё равно. Ничего ведь страшного. Я и надрывался ради того, чтобы жить вот так. Чтобы встречать с вами и Чхусок, и Соллаль.

Болтун задумает поквитаться, Полумесяц пробудится, а монстры в подземельях будут становится только сильнее. Сплошная чернуха же, вот и... Нет, наоборот: потому-то и хотелось тем более успеть всё, что задумал. А ведь когда-то я считал, что отмечать праздники в фильмах-катастрофах да сериалах про гибнущий мир – донельзя избито и наигранно.

Вот это, наверное, и есть жизнь. Если из-за тягот и безнадёги всё бросить, тогда и впрямь конец. Но ведь и наоборот, растерять всё, барахтаясь ради одного только выживания, тоже тоскливо. Одно то, что в тебе теплится жизнь, ещё не значит, что ты по-настоящему живёшь.

– Сам-то я не вижу, выберешь мне ханбок?

– Хён.

– Ага.

– ...Тогда обещай: до завтра ни шагу.

Проговорил он это с явной неохотой. И всё же уступил.

– Даже если подземелье прорвётся прямо у дома, и шагу не сделаю. Вы с Ёрим ведь прикроете.

– И занимайся только тем, что связано с Чхусоком. Пока зрение полностью не вернётся, никаких других дел.

– Понял, понял. Буду заниматься только тем, что связано с Чхусоком, обещаю.

Когда я кивнул, Юхён притянул меня к себе, точно капризное дитя. Гнев вроде бы улёгся, но бурчал он всё так же обиженно.

– А готовить нельзя. Надо будет, сам приготовлю.

– И как же ты приготовишь?

– С чего бы это не смогу? Я что, не готовил? Ещё до того, как ты вернулся.

– ...А?

Готовый сорваться вопрос «ты о чём» я торопливо сглотнул. Юхён... не знает. Он думал, что тогда у нас всё было хорошо.

– Э, тогда... Всё было иначе. Не до праздников было.

Я обнял младшего в ответ и продолжил:

– Жилось ведь тогда куда тяжелее теперешнего. Ты был занят. Очень занят.

– И то правда, без ездового монстра на зачистку подземелий уходило куда больше времени. И Пак Ёрим рядом не было. А охотник Ким Сонхан?

– Хоть его и числили близким к S-Классу, держался он всё же на A-Классе. Пройди ещё год-другой, глядишь, и дорос бы до S-Класса.

– Выходит, и с тобой, хён, я виделся не так уж часто.

– Ну да. Слушай, откуда у лучшего охотника Кореи свободное время?

Не виделись мы. Разве что по телевизору. Я-то хоть с экрана на него часто смотрел, а вот каково пришлось тебе?

– Уснёшь сейчас, к вечеру подняться сможешь? Выпьешь лекарство и ляжешь? Хоть и рановато.

– Не знаю. Если получится уснуть, лучше уж выспаться как следует.

– Тогда помоешься и выпьешь лекарство. И запишемся к стоматологу, пока выходные не начались.

Что он так зациклился на этом зубном. Неохота туда.

Едва я переоделся в пижаму и улёгся, как навалился сон. А спустя какое-то время.

– Папа, я вернулся.

Сквозь полудрёму донёсся голос Перевёртыша. Под предлогом, что ещё толком не проснулся, я не размыкал век и на ощупь погладил маленького дракона. Он ведь выручил меня по моей же просьбе, и взваливать на него чувство вины, рассказав о своём состоянии, мне совсем не хотелось. Тем более он пока совсем дитя.

– Хорошо потрудился.

– Угу. Я тоже посплю. Папа, спокойной ночи.

Маленький тёплый комок под ладонью бесшумно растаял. И я снова провалился в глубокий сон.

– Ты правда не видишь? Правда?! – вспылила Ёрим.

Оттого что прошлым вечером я лёг рано, проснулся ни свет ни заря. Выспался впервые за долгое время, да только толку от раннего подъёма не было, заняться всё равно нечем. Решив, что навыком Учителя лучше лишний раз не пользоваться, я просто валялся в постели с Чириком и Белларе, когда в комнату заглянул Юхён узнать, проснулся ли я.

А когда он, вызвавшись приготовить завтрак, повёл меня в гостиную, нас и застукала Ёрим. Хотя скрывать я, само собой, ничего и не думал.

– Это ненадолго. Вчера и слышал-то плохо, а сегодня уже совсем нор...

– Хён!

– Аджосси!

– Самую малость закладывало, не больше. В остальном правда всё в порядке.

Юхён и Ёрим разом тяжело завздыхали. Пакс, точно что-то смекнув, тоже недовольно заворчал. Я как мог утешал расстроенную Ёрим, а вздохи всё не стихали. Эй вы, от таких вздохов и земля провалится.

– Пусть и ненадолго, но ты же вообще ничего не видишь. А ты, Хан Юхён, с чего это вчера звал аджосси вместе идти за подарками к Чхусоку?

Ёрим, должно быть, негодующе уставилась на Юхёна, мол, пусть аджосси хоть как рвётся куда-то, а запереть его дома всё равно надо. Пусть я и не видел, лица ребят представлялись мне как на ладони. Юхён, поди, и не отвечал, потому что только смотрел на меня.

– С навыком Учителя мне нормально. Пакса с собой таскать тяжело, так что обопрусь на Белларе. У неё и зрение острое, и тепло она чует.

В отличие от Пакса или Чирика, Белларе, даже глядя в сторону, кое-как улавливала всё кругом. К тому же, повесь я её на шею, и обзор окажется почти вровень с моими глазами.

– ...Аджосси, ну правда, побереги ты себя.

Ёрим, ворча, плюхнулась рядом, и я почувствовал, как качнулся диван. А ведь я запамятовал расспросить Ёрим о том, что было до регрессии... ах, нет, о том, рассказывал ли ей вообще про регрессию. Да и про состояние подземелий стоило разузнать подробнее. Из-за Болтуна в голове и на душе царила сумятица, потому я многое и упустил.

Юхён ушёл на кухню готовить завтрак, а Ёрим, чтобы я хоть на слух что-то улавливал, включила телевизор. Как раз показывали, как вчера разнесли резиденцию главы гильдии Юпитер.

– Ты только посмотри, аджо... ой, прости.

– Ничего страшного. Со зрением же такое ненадолго, так что не переживай.

Ненадолго примолкшая Ёрим снова бойко затараторила.

– Про цвет волос главы гильдии Юпитер! Розовый! Серебро чуть отдаёт в розовый, и всё-таки розовый!

Вот те на. Выходит, цвет волос Перевёртыша в итоге сошёл за шевелюру Сон Хёндже.

– Раньше у него, э-э, бежевый был вроде? Не перекрасился ли? Смешно ведь, да? И идёт же ему, оттого ещё смешнее!

– Сохрани мне то, что в прямом эфире крутили. Буду потом пересматривать.

– Само собой, уже сохранила в высоком качестве! Вчера вокруг этого такой шум стоял. Вышло в топ поисковых запросов, обсуждали даже больше, чем то, как разнесли гильдию Юпитер.

Эх, а Сон Хёндже-сси нарасхват. К Чхусоку, глядишь, хоть на чуть-чуть да очнётся. Надо будет собрать ему гостинцев со стола для чхарё.

– Мне Хан Юхён в общих чертах рассказал, но могли бы и меня позвать.

– Да я и сам хотел, чтобы ты, Ёрим-а, была рядом. А про нового магического зверя слышала?

– Да, самую малость. Подробности, мол, под секретом. А где он сейчас?

Стало быть, и про то, что он сыграл двойника Сон Хёндже, она не слыхала. Она бы ведь тогда не решила, что тот перекрасился.

– Сейчас он спит. Уйму сил потратил. Я ведь с помощью Перевёртыша одолел Сон Хёндже твоим навыком, Ёрим-а.

– Правда?!

Ёрим расхохоталась в голос, даже притопывая ногами. «Вот бы своими глазами на это поглядеть! Нет, вот бы самой навык применить!» – ужасно сокрушалась она. Будь она рядом, клинок всё равно пришлось бы вонзать мне самому, так что силу S-Класса я бы всё равно пустил в ход, но управился бы куда легче.

За завтраком они так препирались, кому меня кормить, что трапеза затянулась надолго. Юхёну надо было сразу же ехать в гильдию, а у Ёрим дела намечались только под вечер.

– Тогда завтра выберемся, купим подарки к Чхусоку, пообедаем~ А остальным разве не стоит сказать, что вы не видите?

– Светить этим ни к чему, так что на улицу выйду в солнечных очках. А вот Мёну и Ною-сси сказать всё-таки придётся...

– Аджосси, вам снова нотации читать будут.

– Угу-у.

Ной-сси, тот разве что поволнуется, а вот Мёну... его же надо попросить заодно проверить гравировку. Да и Юхёна придётся уговаривать вставить осколок сердца Чёрного Дракона. Ладно, скажу об этом, как только хоть немного начну видеть.

– На сегодня же решено, что я отдыхаю как следует.

– И всё-таки давай хотя бы в сад прогуляемся. Какой же это отдых, если безвылазно дома сидеть. А не попросить ли Хёна онни захватить чего-нибудь вкусного? Она ведь собиралась заглянуть в лабораторию.

Хёна-сси о своём состоянии сказать, пожалуй, можно. Едва я кивнул, Ёрим сразу же набрала Мун Хёна.

Сад на крыше был под самым боком, и всё же я нацепил очки, повесил Белларе на шею и вышел наружу. Чутьё на тепло у неё было отменное, так что, стоило приноровиться, я двигался бы вполне сносно.

– Хённим! Ты что, разнёс дом Сон Хёндже?

Когда мы с Ёрим немного прошлись по саду на крыше, откуда ни возьмись возникла Мун Хёна. Судя по всему, лифта она дожидаться не стала и попросту запрыгнула наверх. А ведь потолки тут высокие, этажа три наберётся, не меньше.

– Небось весело было.

– Какое там весело. Жуть там творилась.

– И правда не весело? Совсем?

Хм, если уж начистоту.

– Пощекотало нервишки, не без того.

В ответ Мун Хёна рассмеялась и опустила принесённую корзину на столик в углу сада. Оттуда одно за другим появились пирог, сэндвичи, напитки и всякое такое.

– А это что за судок[6]?

– Миёккук[7]. Мне его специально дали с собой.

И до краёв наполнила им чашку. Вкусно, спору нет, хотя миёккук в чашке смотрелся диковинно. И всё же вкусно. За едой я вкратце поведал, что после вчерашнего у меня село зрение. Мун Хёна ответила, что догадалась, что помимо пресловутого монстра S-Класса, между собой вдобавок сцепились ещё и охотники S-Класса.

– Появись там просто монстр S-Класса, до такого бы дело не дошло. Я порасспрашивала, и Соён, само собой, отговаривалась этим, да только я не верю. Сон Хёндже в эфире тоже выглядел как-то странно. Что у вас там стряслось?

– Я рассказать не могу.

– Ну во-от. Эх, до чего весело, поди, было.

– И не говорите, онни. Эх, и правда весело, наверное, было.

Будь там Ёрим, а с ней и Мун Хёна, разгромили бы не одну резиденцию, а снесли всю гильдию Юпитер целиком. Хм, забавно бы вышло. И всё-таки слишком раздувать ущерб не годится.

– Хённим, ты сегодня, выходит, отдыхаешь?

– Да. Я пообещал Юхёну, что и с места не сдвинусь.

– Что это за отдых такой, если взаперти дома торчать? Брось это, пойдём лучше с нами, – подбивала меня Хёна-сси.

Мне и самому хотелось бы выбраться, да только я ведь дал слово брату.

𓆩♡𓆪

[1] Чхусок – корейский осенний праздник урожая, один из главных в году.

[2] Хану – элитная говядина от коров местной корейской породы.

[3] Чхарё – обряд поминовения предков с подношением еды на праздничный стол.

[4] Чон – обжаренные в кляре ломтики (мяса, рыбы, овощей); юкчон – его мясная разновидность.

[5] Сонпхён – рисовые хлебцы-полумесяцы с начинкой, обязательное блюдо на Чхусок.

[6] Судок или судки – приспособление для переноски кушаний в виде нескольких кастрюлек, поставленных одна на другую и скрепляющихся ручкой.

[7] Миёккук – суп из бурых водорослей (морской капусты).