Вот уже много лет люди с немалой долей иронии говорят: «Что, магия весны? Так это вам надо в Кимберли. Гляньте, как там готовятся к началу нового учебного года, и всё увидите».

К востоку от шумных улиц Галатеи, за двумя холмами, начинается так называемая Цветочная дорога, которая через километр упирается прямо во врата Школы магии Кимберли. Как нетрудно догадаться, весной её обочины пестрят цветами самых разных форм и размеров, а над головой покачиваются в дуновениях ветра сакуры, роняющие нежные розовые лепестки. Картина, как нельзя более подходящая, для того чтобы вдохнуть в первокурсников надежду на прекрасное светлое будущее.

Но пытливый ум сразу заподозрит подвох. Почему среди цветов нет ни одного завядшего или нераскрывшегося? Вдоль дороги их тысячи, не считая деревьев. Неужели они дружно сговорились распуститься?

Разумеется, нет. За такую красоту нужно благодарить учеников шестого курса. На одном из экзаменов — причём очень важном — преподаватели требуют от них любой ценой привести Цветочную дорогу в праздничный вид. Однако он сопровождается настолько странными для чужаков вещами, что в народе это событие зовут дурным шабашем и худшим выступлением комиков, а сами шестикурсники потом дружно проклинают его, нарекая самой ужасной традицией в истории.

— Ах… Даже Джек-голоцвет сегодня принарядился? — вздохнув полной грудью, удивился Оливер.

Он как раз поравнялся с могучей кряжистой сакурой — символом Цветочной дороги и настоящим долгожителем, разменявшим тысячу лет.

— Эй, ты! Рубашку заправь!

— У тебя кошачья шерсть на мантии! Живо отряхнись!

— Носовой платок взял? В туалет сходил? Не терпи! Если вдруг приспичит, не стесняйся и скажи старосте!

Шумные болтливые георгины вытягивались на стеблях и приставали к новеньким. Больше всего не повезло тем, кто шагал вдоль обочины — им некуда было деться от разумных растений, также именуемых гордыми.

Конечно, досталось и Оливеру.

— Ой-ёй-ёй! Ну надо же! — заохала одна из георгин с такой силой, что затрясся пестик. — Парниша, да ты никак весь на взводе!

— Правда?

Оливер бегло осмотрел себя. Тёмно-синие брюки и серая рубашка были чистыми, чёрная мантия нигде не помялась. На поясе аккуратно висели белая волшебная палочка и атам в ножнах. Прямые тёмные волосы — не слишком короткие, но и не чересчур длинные — тоже не растрепались. В общем, Оливер выглядел как типичный пятнадцатилетний мальчик полутора метров ростом.

«Вроде бы всё нормально. Самый обычный первокурсник».

— Правда-правда! Уж не знаю, чего ты боишься, но советую не напрягаться. Ты ж поступаешь в Кимберли, а такое бывает всего раз в жизни! Сегодня ты должен радоваться всему. Хотя бы сегодня, слышишь? А что до будущего… Каким бы мрачным оно ни оказалось, всё это будет когда-нибудь потом.

— Благодарю. Ах да, мадам, вам бы вернуться, пока стебель не порвался.

— О нет, только не это!

Заметив собственную оплошность, георгина поспешила обратно на клумбу. Оливер вздохнул и пошёл дальше.

— Не понимаю, они нас подбадривают или запугивают? Пусть выберут что-то одно, — пожаловался кто-то.

Оливер обернулся и увидел невысокую хрупкую девочку с чудесными воздушными кудрями. Она была в такой же форменной мантии и рубашке, но вместо брюк носила юбку. Будущая ведьма во плоти.

Нервно покосившись на Оливера, девочка негромко кашлянула, как бы намекая, что набралась храбрости обратиться к нему и теперь ждёт ответа. Парень улыбнулся и, постаравшись запомнить её — всё-таки первая собеседница в Кимберли, — дружелюбно сказал:

— И не говори… Тебе уже доводилось иметь дело с гордыми растениями?

С девочки мигом слетело всё волнение.

— Да, но не с такими болтливыми. У меня на родине они проще и милее.

Тут в их разговор вмешались:

— Ха, да не слушайте вы их! У нас дома на них внимания обращают не больше, чем на шум листвы, — произнёс шагающий сзади рослый короткостриженый парень и со знанием дела пояснил: — У этой маги-флоры характер здорово зависит от качества маги-частиц в почве. Слышал, местные особо вредные, и старшаки каждый год с ними парятся.

Оливер приметил у него на лице и руках тёмный загар и предположил, что парень из семьи волшебников-фермеров.

— После шестого курса и мы париться будем. Я слышал, оценки ставят, исходя из того, насколько расцветает Джек к церемонии поступления.

— А, ты про то самое худшее выступление комиков? Наслышана. Что ж, я вижу, Джек усыпан цветами до кончиков веток. Видимо, нынешние семикурсники потрудились на ура, — заметила девочка, и они втроём дружно посмотрели на древнюю сакуру.

На первый взгляд дерево казалось самым обычным, ничем не примечательным, но стоило немного присмотреться, и узор на коре складывался в морщинистое лицо дремлющего старца. Может, среди гордых растений Джек слыл аксакалом и тоже умел двигаться и разговаривать?

— Не хочу отрывать вас от старины Джека, особенно когда он так цветёт и пахнет, но вон там я вижу кое-что поинтереснее, — сказал парень, указал взглядом вперёд и, когда Оливер с девочкой обернулись, негромко добавил: — Ну, ваши мысли?

Его внимание привлекла девушка в наряде, выделяющемся среди учеников Кимберли. Она носила широкие штаны, которые также напоминали длинную юбку, и рубаху, такую же просторную, как и мантия, но запахнутую спереди и перевязанную тканевым поясом. Сбоку покачивался изогнутый меч.

Ни Оливер, ни его новые знакомые понятия не имели, как правильно называются предметы её гардероба, однако подумали об одном и том же.

— Самурай.

— Да, самурай. Причём девочка.

— Во-во. Значит, мне не показалось, — задумчиво протянул рослый парень, то и дело поднимаясь на цыпочки, чтобы лучше рассмотреть девушку. Возможно, он и окликнул бы её, да только она была слишком далеко. — Вот это диковинка так диковинка, не то что ваши болтливые георгины. Интересно, почему самурай из Эйзии поступила в Кимберли?

«Мне тоже любопытно», — согласился про себя Оливер.

Они все родились и выросли в Союзе — объединении нескольких крупных держав. Эйзия же находилась так далеко на востоке, что никаких отношений с тамошними странами практически не существовало. Жители Союза знали о них совсем немного и то благодаря рассказам малочисленных купцов, плавающих в те края на торговых судах, и любопытных путешественников. Остальное приходилось додумывать, давая полную волю воображению, из-за чего Индусия, Катай и Ямадо[1] смешивались в одну кучу.

---

[1] От Ямато, древнего названия Японии.

---

— Ну, раз она с нами, то тоже поступила, правильно?

— Тогда почему одета так странно? — возразил парень. — Да и катана у неё не шибко на атам похожа. Может, у них в Эйзии в таком в школу ходят?

— Хватит на неё пялиться! — возмутилась кудрявая девочка. — Уверена, она оделась так неспроста. Может, неожиданно переехала и не успела заказать мантию у портного.

Оливер кивнул.

— Кимберли ищет одарённых детей по всему миру, не только у нас в Йелглии. Видимо, перед нами один из таких зарубежных самородков, — сказал он и, скосив взгляд, добавил: — Прямо как ты.

Девочка сбилась с шага и округлила глаза.

— Ой… Ты так быстро раскусил меня? А я думала, что добилась идеального произношения.

— Не совсем. У тебя лёгкий акцент на «а» и «о». Ты, наверное, откуда-нибудь с севера Союза, да? Из Фаанляндии, например.

— Эх, оттуда, да. Хотела удивить, когда будем знакомиться, а ты… — пробурчала девочка и раздосадованно поджала губы.

Виновато улыбнувшись, Оливер осмотрелся.

— Тут собрались ребята со всего Союза… А вот из Эйзии больше никого. В принципе, логично. У них там магия почти не развита, так что таланты отыскать очень непросто.

— М-м… Интересно, как они там вообще живут без магии? Я даже представить такое не могу.

— Им хотя бы проще за растениями ухаживать, — заметила девочка, наблюдая за тем, с каким любопытством самурай разглядывает говорящие георгины.

Оливер усмехнулся, найдя подобный контраст весьма забавным.

Они прошли ещё немного, добрались до конца Цветочной дороги и миновали внушительные школьные врата. В тот же момент рослый парень воскликнул:

— Ого, зацените! Парад маги-фауны!

Оливер повернул голову и тоже обронил удивлённый возглас. По внутреннему двору ровными рядами шествовали стройные грациозные единороги, гордо раскинувшие крылья грифоны, фафниры, покрытые сверкающей золотой чешуёй, и другие создания. Некоторые были гораздо больше человека.

— Вот это я понимаю! — присвистнул парень. — Кимберли не разочаровывает: сперва растения необычные, потом животные. Класс!

Восхищался не он один, другие первокурсники тоже восторженно смотрели на торжественное шествие. Они даже остановились, чтобы ничего не пропустить. Парень, наверное, ещё долго расхваливал бы парад на все лады, однако обратил внимание, что кудрявая девочка хмурится и молчит.

— Эй, а ты чего не веселишься? Ты ж нигде больше такого не увидишь.

— Ага… Было бы чему веселиться, — ответила девочка и указала куда-то в сторону.

Оливер с рослым парнем обернулись и увидели грузно переставляющего ноги трёхметрового великана, одетого в грубые штаны и рубаху. Это был тролль, один из видов полулюдей.

— Вы только посмотрите! Мало того, что поставили тролля в ряд с маги-тварями, так ещё и заставляют вышагивать на потеху публике!

— М? А, ну да.

— И тебя это устраивает? — сердито спросила девочка.

Парень недоумённо склонил голову.

— А не должно? И вообще, в чём проблема-то? Дикие тролли — это ж настоящие вредители. Но при должной дрессировке из них выходят неплохие носильщики и тяжеловозы.

— Тебе не помешало бы подучиться, — разочарованно ответила девочка, качая головой, и с назидательным видом подняла указательный палец. — В общем, архимудрец Род Фаркер установил, что люди и полулюди имеют общего предка и разделились на эти две ветки всего лишь триста тысяч лет назад. Ты понимаешь, что это значит? Мы с ними — дальние родственники.

Парень невольно отступил на шаг, но девочка ещё не закончила.

— Вот ты знаешь, каким полулюдям дали права человека?

— Э-э… Ну, эльфам.

— Правильно. Это один вид, а ещё два?

— Дворфы и кентавры, — резко произнёс кто-то.

Парень с девочкой удивлённо посмотрели на низенького мальчика в очках — это он вмешался в их разговор. Мальчик недовольно взглянул на них в ответ.

— Тут даже в справочник лезть не надо, это и так все знают. И ещё. Если уж болтаете, можно на полтона тише? Читать мешаете.

Он и впрямь держал в руке толстую книгу.

— А? Ой, прости, пожалуйста, — извинилась девочка, хотя на самом деле не сделала ничего плохого.

Можно было бы пошутить — мол, кто вообще читает во время парада, — но никто не додумался.

— Это грифон?.. Нет, гиппогриф? Форма крыльев не такая, как на иллюстрациях. Вот лавочник!.. Подсунул мне какую-то низкопробную книжонку, — пробормотал мальчик, придирчиво сравнивая животных с их описаниями.

Девочка искоса взглянула на него, кашлянула и вернулась к прерванному разговору.

— Да, правильно. Полулюдей, как их называют в магической биологии, много. Это и кобольды, и сирены, и гоблины, и гарпии, и полурослики, и много кто ещё. Однако права человека получили только три вида. И то ещё каких-то двадцать лет назад с кентаврами обращались не лучше, чем с троллями. Использовали их в качестве носильщиков и тяглового скота.

Оливер слушал с неподдельным интересом.

— Но если обратиться к той же магической биологии и отследить их корни, то окажется, что тролли образовали отдельный вид позже кентавров. Это научный факт, доказанный множеством исследований. Несмотря на это, кентавры получили права, а к троллям мы по-прежнему относимся как к рабам. Хочешь сказать, это правильно?

Рослый парень скрестил руки на груди и немного подумал.

— Не, погоди. Я, конечно, во всём этом не шибко шарю, но давай-ка не будем сравнивать троллей с эльфами и кентаврами. Они ж не умеют ни читать, ни писать. Тупо груда мышц. И на людей они нападают. Предлагаешь мне считать их за своих?

— Ты прав, читать и писать они не умеют. Но в остальном я с тобой не соглашусь. Троллей начали считать жестокими, опасными существами после того, как маги подчинили их и заставили сражаться в войнах. Их просто загнали в неволю и сломили.

Оливер согласился с ней. Тролли действительно были сильными и выносливыми, не очень умными, но и не беспросветными болванами. Естественно, маги, недолго думая, приручили их и запрягли в работу.

— То есть, по-твоему, дикие тролли людей не трогают? Вот уж дудки! Только у меня дома каждый год по нескольку раз нападают.

— Они не нападают, а защищаются, когда люди нагло вторгаются на их территорию. Эльфы и кентавры делают то же самое. Всё дело в нарушении границ, — гордо ответила девочка, полагая, что одержала верх в споре.

Но парня это не убедило.

— Какие ещё границы? Людей становится всё больше и больше. Не будем срывать горы — не сможем распахивать новые поля и строить города. И кстати, раз уж речь зашла о границах. А как же наша новая школа? Насколько я знаю, раньше тут жили полулюди.

— У-у!.. Н-не бросайся в крайности! Я же не говорю отказаться от развития. Просто надо признать, что и мы, и они имеем право жить на собственной земле…

— А надо ли? Будь мы на их месте, думаешь, они стали бы с нами сюсюкаться? Не стали бы нападать, да? Мы же все «имеем право жить», ага.

— Э-э…

Девочка сникла, не найдя подходящий аргумент. Теперь она защищалась, а парень наступал.

— Я, конечно, деревенский, но сталкивался с троллями и имею, что сказать. Страшные они, блин, очень страшные! Поля наши постоянно разоряют, и из-за этого приходится устраивать засады, гнать взашей, а порой идти в горы и охотиться на них. Понятное дело, это работа для взрослых. Меня папа с мамой ни разу не пускали. Когда не знаешь, что да как, одна ошибка — и всё, поминай, как звали.

«Он тоже прав», — отметил Оливер и посмотрел на девочку. Та хмуро кусала губу. Нелегко было возражать человеку, обладающему личным опытом в чём-то. Наверное, стоило бы смириться с поражением, однако девочка вдруг опустила взгляд, насупилась и капризно, как ребёнок малый, ответила:

— Он не такой… Наш тролль, Патро, совсем не такой! Он сильный и заботливый, он ни разу не обижал меня. Когда я плакала, он всегда катал меня на плечах… Честное слово. Тролли очень добрые…

— Ого, надо же. Впервые слышу, чтобы троллям поручали нянчиться с детьми. Твои родители нехило его выдрессировали, — восхищённо сказал парень.

Естественно, он ничего плохого не имел в виду, но всё равно оговорился страшно. Оливер хлопнул ладонью по лбу в ожидании бури и не ошибся. Девочка вскинула голову, пылая праведным гневом.

— Выдрессировали?! Значит, ты считаешь, что договориться с ними нельзя, да? Вот из-за таких, как ты, они людей и боятся!

— Чего?! Это тебе розовые очки снять надо! Не видела, наверное, как дикие тролли мало того, что поля вытаптывают, так ещё и срут на них! И как срут — это ж натуральный холм говна! Приезжай как-нибудь, покажу. Сразу по-другому запоёшь!

Слово за слово — и культурный спор превратился в детскую перепалку. Уже и другие первокурсники начали оборачиваться. Мальчик в очках тоже оторвался от книги и сердито бросил:

— Сколько вам раз повторять? Ссорьтесь тише…

— Так, господа хорошие! Почему спокойствие нарушаем? — звучно спросил кто-то.

Ученики расступились, пропуская девушку, которая будто бы воплощала безукоризненность во всём, начиная с изящной ровной осанки и заканчивая чистенькой, идеально подогнанной по фигуре форменной одеждой. Кожа её была смуглой, кофейных тонов, что в Союзе встречалось редко, но куда больше внимания привлекали волосы, завитые в тугие локоны и отливающие чистейшим золотом.

— Считаете, что раз торжественная церемония ещё не началась, то и вести себя можно как угодно? Нет уж! Зарубите себе на носу: миновав врата, вы стали полноценными учениками Кимберли, древней и престижной школы магии. Будьте так любезны соответствовать новому положению. Не срамите себя перед окружающими.

Девушка с локонами и выглядела представительно, и разговаривала важно. Возникало ощущение, словно она на несколько лет старше других первокурсников.

Однако спорщики не собирались успокаиваться.

— О, как раз вовремя. Эй, скажи-ка…

— Что ты думаешь о том тролле?

Девушка с локонами невольно поддалась напору и отступила на шаг.

— П-прошу вас, не пугайте меня так… Тролль? Вы про этого гаснийца? — уточнила она, обернулась к параду и, прищурившись, окинула гиганта оценивающим взглядом. — Что ж, по моему мнению, великолепный породистый экземпляр. Ростом вышел, крепок, могуч… Полагаю, спокойно проработает ещё лет тридцать. Конечно, Кимберли держит только лучших фамильяров. За такого на рынке дадут по меньшей мере три миллиона берков.

Рослый парень и кудрявая девочка не ожидали услышать мнение, настолько далёкое от их собственного, и в изумлении уставились на неё. Девушка с локонами истолковала их удивление по-своему и скрестила руки на груди.

— Ах, вот оно что. Вы поспорили из-за его стоимости, да? Действительно, в таком случае обычно обращаются за помощью к более опытному магу. И, кажется, я знаю, что вас смутило. Он как будто слегка нервничает. Но я могу поклясться честью собственного рода, что это чистокровный гасниец. В его родословной нет ни агрессивных крандов, ни более слабых элнийцев, — мельком глянув на тролля, гордо сказала она. — Также добавлю, что, если вы ищете хорошего тролля, сперва нужно обратить внимание на родословную разводчика. Помню один случай: человек купил у подозрительного торговца буйного тролля, а потом у того выросли рога. Как оказалось, это был полутролль-полуогр…

Спорщики молчали, не имея возможности вставить хоть слово. Девушка с локонами так легко и свободно рассказывала о нюансах торговли троллями, что было ясно — с ней бесполезно спорить. Она жила в совершенно другом мире, среди иных культуры и ценностей.

— Что же вы? Вы же хотели узнать больше о тролле, — удивилась девушка.

Повисло неловкое молчание.

Оливер понял, что пора вмешаться, пока праздничное настроение не улетучилось окончательно. Немного подумав, он набрался решимости и кашлянул, привлекая к себе внимание.

— Послушайте, я, конечно, понимаю, что в споре рождается истина, но у нас же сегодня торжество. Не хотелось бы сидеть на пиру с кислой миной, правда? Надеюсь, мне удастся немного развеселить вас.

Он улыбнулся с самыми дружелюбными намерениями, взял волшебную палочку и, взмахнув ею, громко произнёс:

— Комалусал!

В то же мгновение на его голове выросла пышная грива.

— Ой!

— Ого!

«Отлично, получилось!» — обрадовался Оливер, довольный тем, что сумел отвлечь ребят от спора.

Кудрявая девочка подбежала к нему.

— Ничего себе! Это же заклинание трансфигурации, да? Оно ведь ужасно сложное!

— Вот-вот, — поддакнул рослый парень. — И как ты умудрился отрастить только гриву? Я как-то раз попробовал, так у меня всё ниже носа в кошачью морду превратилось. Думал, так навсегда и останусь.

Они с огромным интересом осматривали и ощупывали гриву. Немного удивлённый Оливер робко улыбнулся.

— М-м… Вам что, совсем не смешно?

— А? Ну, как тебе сказать…

— Оно больше впечатляет. Типа чистая работа.

Они ответили честно, однако Оливер надеялся услышать совсем другое, поэтому огорчённо ссутулился. Девушка с локонами подошла к нему.

— Весьма неплохо. Это твоя версия Ланалусала мистера Бриджа?

— О, ты знаешь о нём?

— Конечно. Кажется, у нас с тобой немало общего. Мне тоже нравятся магические комедии. Когда я впервые увидела этот номер, то целый час хохотала до упаду, — вспомнила девушка и усмехнулась.

Оливер, наоборот, приуныл ещё сильнее.

«Значит, над оригиналом смеялась, а над моим номером даже не улыбнулась?..»

— Прости. Пожалуйста, сделай вид, что ничего не было.

— Что? Почему? У тебя замечательно получилось! Мне очень понравилось! — горячо заверила девушка, но переубедить его не смогла.

Оливер расстроился так сильно, что опустился на корточки и спрятал лицо в ладонях. Даже роскошная грива, над которой он столько трудился, печально поникла, колыхаясь на ветру.

— Н-ну, ты это, выше нос, ага? Зато больше никто не ссорится, — попытался приободрить его рослый парень.

Наконец Оливер взял себя в руки, поднялся, убрал гриву другим заклинанием и повернулся к девушке с локонами.

— Ну, как-то так. Прости, пожалуйста, за все неприятности.

Девушка приятно улыбнулась ему и кивнула.

— Ничего страшного. Главное, что мы достигли взаимопонимания. Ах да, парад приближается к завершению, нам тоже скоро в путь. Будьте добры, соблюдайте порядок и больше не безобразничайте, — напомнила она напоследок и удалилась.

Оливер глянул ей вслед, а потом посмотрел вперёд.

— И впрямь зашевелились. Видимо, парад скоро пройдёт.

— Как пройдёт? Эй, ну хотя бы ещё немного! — взмолилась кудрявая девочка и даже вытянулась, чтобы лучше всё увидеть.

— Да, не хотелось бы уходить, конечно, но нам пора, — заметил рослый парень. — Не переживай, ещё успеешь на них насмотреться. Мы же в Кимберли.

— Знаю, но не могу же я бросить бедняжку! — возразила девочка, не отрываясь от тролля. — Смотрите, он и правда какой-то напряжённый.

По всей видимости, замечание девушки с локонами запало ей в душу. Парни дружно пожали плечами. В принципе, никто не заставлял их уходить прямо сейчас, можно было посмотреть на парад ещё немного.

Но стоило им отвернуться…

— Иас.

— Что?..

Девочка почувствовала странное покалывание в ногах, потом вдруг сорвалась с места и против своей воли побежала. Оливер с рослым парнем на мгновение опешили, но сразу опомнились и закричали:

— Эй, ты чего?!

— Куда?! Там же парад!

Но девочка не останавливалась. Кое-как вернув контроль над шеей, она отчаянно замотала головой и пронзительно завопила:

— Э... Это не я! Ноги не слушаются!

Дело явно было нечисто.

Оливер с новым знакомым рванули за ней, огибая ошеломлённых однокурсников, но, когда увидели, что творится на параде, в изумлении выпучили глаза.

— Мне кажется, или тролль идёт на нас?! — в замешательстве выпалил рослый парень.

Исполинский получеловек, из-за которого они только что поспорили, тяжело шагал навстречу веренице новеньких. Причём он был не один, а с компанией. Два варга отделились от процессии и преследовали тролля. Наделённые обострёнными инстинктами, они старались держать свою стаю в ежовых рукавицах, поэтому маги нередко использовали варгов так же, как простецы — пастушьих собак.

Вот и сейчас варги грозно лаяли, приказывая троллю вернуться на место. Но тот и не думал слушаться. Тогда один из маги-псов потерял терпение и, желая вразумить буяна, укусил его за лодыжку. Мощные челюсти сомкнулись на ноге с силой, способной легко перегрызть человеку шею. Однако тролль взмахнул огромным кулачищем и просто расплющил варга, превратив его в неаппетитное месиво из мяса и костей.

— Твою ж!..

— Ух!..

Рослый парень скривился. Оливер же вспомнил один примечательный факт.

Часто людей спрашивают: на счету каких маги-тварей больше всего человеческих жертв? Наивные волшебники сразу же назовут драконов или левиафанов и, естественно, ошибутся. Они, конечно, опасные, но обитают вдали от людских поселений. Правильный ответ разочарует и одновременно удивит, ведь эти существа у всех на слуху.

На первом месте невероятно плодовитые, сбивающиеся в огромные стаи кобольды. На третьем — коварные хобгоблины, известные любители засад. Поодиночке они не представляют угрозы, но, несмотря на это, каждый год по их вине погибает больше десяти тысяч людей. Чаще всего жертвами становятся простецы, но и неопытные маги порой попадаются.

На втором же месте создания, которые, может, размножаются не так активно и заметно уступают в агрессии, зато огромные, могучие и крепкие. Эдакие трёхметровые груды мышц с интеллектом семилетнего ребёнка. И если на простых зверей того же размера можно ставить ловушки, то эти сами не прочь устроить западню.

Речь, естественно, о троллях — сильных, но в то же время недалёких и необщительных соседях человека. Из-за этих качеств на них нередко охотятся, чтобы приручить. Как верно подметила кудрявая девочка, тролли не нападают на людей первыми, лишь защищаются. Отсюда и жертвы.

С оглушительным рычанием тролль схватил другого варга и смял в лепёшку. Парни вздрогнули, услышав жалобный предсмертный визг маги-пса.

— Вот же блин…

— Точно. Эта тварь обезумела!

Оливер выхватил из ножен на поясе атам — короткий меч, способный не только рубить и кромсать, но и замечательно проводить магическую энергию, а потому пригодный для колдовства. В отличие от волшебных палочек, атамами пользовались исключительно в бою. В современном обществе они прочно ассоциировались с магами.

А кудрявая девочка бежала и пока что не осознавала, какая опасность её поджидает впереди.

— Да что со мной?! Почему я?.. Ой!

Вдруг ноги встали как вкопанные. Девочка не удержалась, упала, не успев сгруппироваться, покатилась кубарем и затормозила, только воткнувшись носом в газон.

— Ох… Н-ну наконец-то!.. Уй-уй-уй!

Она вскрикнула из-за резкой боли в правой лодыжке. По всей видимости, вывихнула, пока кувыркалась по земле.

Стиснув зубы, девочка кое-как села…

— А…

… И только сейчас обратила внимание на приближающуюся зеленоватую гору мышц. Налитые кровью глаза смотрели прямо на неё. Тролля распирало от злости. Он ни капли не походил на того добряка, который жил у девочки дома.

— А… А-а…

— Беги! Спасайся, сейчас же! — закричал Оливер, наставив атам на тролля.

Однако девочка не шевелилась и даже не дышала. Её сковал необоримый страх.

Великан поднял толстую, массивную ногу, напоминающую слоновью, намереваясь безжалостно растоптать девочку.

— Чёрт, далеко!

Оливер не успевал прийти на помощь. Он вдохнул поглубже, собираясь выпустить несколько заклинаний — впрочем, без особой надежды на успех, — но ровно в этот момент…

— Сто-о-о-ой!

Кто-то заслонил собой кудрявую девочку и крикнул так громко, что вздрогнул воздух.

— ?!

Оливер не поверил своим глазам. Его однокашницу защитила девушка из Эйзии.

Тролль так растерялся, что ненадолго замер.

— Ну ни хрена ж себе! Самурай остановила его! — изумился рослый парень, тоже обнаживший атам.

Эйзиатка понятия не имела, какой фурор произвела. Не отрывая взгляда от тролля, она обратилась к кудрявой девочке:

— Миледи, вы в состоянии подняться и убежать?

Её речь была очень вежливой, но в то же время звучала непривычно — может, из-за того, какие слова использовались или как строились фразы.

Девочка опомнилась, попыталась встать, но не сумела. Ноги снова отказались повиноваться ей, но на этот раз из-за банального страха.

— Н-нет, я не могу! Забудь обо мне, беги! А то он нас обеих!..

— Хм, вот как, — спокойно ответила самурай. — Что же, тогда держитесь моей спины.

Она коснулась рукояти меча, слегка выдвинула его из ножен и плавным движением обнажила клинок.

— К-катану достала… Драться будет, что ли? — спросил кто-то, тяжело отдуваясь.

Оливер с удивлением обнаружил позади себя мальчика в очках. Следом за ним подбежала девушка с локонами — по всей видимости, снова почуяла неладное — и без колебаний ринулась ближе к троллю.

— С ума сошла?! Прекращай дурить! — крикнула она самураю и направила атам на великана. — Я его отвлеку, а вы убегайте скорее! Тонитрус!

Едва прозвучало заклинание, как меч в её руке вспыхнул и выпустил ослепительную молнию. Электрический разряд быстрее любой стрелы прошил воздух и впился троллю в грудь, разбросав сноп искр. Но это не помогло. Получеловек даже не покачнулся, лишь шумно фыркнул. Девушка поморщилась.

— Поразительно! Я попала прямо в него, а он даже не обернулся!

— Силёнок маловато! — ответил рослый парень. — Сейчас вдарим! Фламма!

— Ф-фламма!

Мальчик в очках тоже произнёс заклинание, и два огненных шара практически одновременно врезались в тролля, оставив маленькие подпалины. Один угодил в плечо, другой — в щёку. Но это произвело никакого эффекта. Тролль по-прежнему смотрел на эйзиатку.

— Да ладно! Прямо в лицо же! А ему хоть бы хны? — изумился мальчик.

— Эй, хорош стоять столбом! Помогай давай! — крикнул парень Оливеру, но тот, не опуская атам, покачал головой.

— Без толку! Мы знаем только базовые односоставные заклинания, а они ему — что слону дробина!

Неприятно признавать, но это было так.

«Что же делать?» — лихорадочно думал Оливер.

Самурай каким-то чудом удерживала тролля на одном месте, однако девочка у неё за спиной не могла подняться. Было ясно, что рано или поздно тролль потеряет терпение и раздавит их. Нужно было отвлечь его. Но чем? Заклинания не справлялись, а подходить ближе опасно — стоит чуток зазеваться, и мигом станешь лепёшкой.

Как вообще беспомощным первокурсникам выпутаться из такой передряги?

— Я подберусь ближе и ударю ему точно в глаз! Иного выхода нет! — решительно заявила девушка с локонами и сорвалась было с места, но Оливер в последний момент схватил её за плечо.

— Погоди, есть одна мысль, — сказал он и обернулся. — Вы все знаете заклинание ветра? — спросил он, ощущая, как колени дрогнули под грузом навалившейся ответственности.

Девушка недоумённо вскинула брови.

— Разумеется. Но как оно поможет?

— Само по себе — никак. Но если правильно собрать и настроить несколько заклинаний, может кое-что получиться, — пояснил Оливер, изо всех сил пряча неуверенность.

Их магия не пробивала прочную шкуру тролля, ближний бой тоже отпадал. Нужно было придумать решение, исходя из этих условий, и Оливер, кажется, отыскал одно.

— Создайте максимально тонкие потоки воздуха и по моему сигналу направьте их вон в ту точку, — произнёс он, указав в небо. — Я поймаю их и поверну на тролля.

— Хочешь попробовать заклинание фокусировки? Уверен, что справишься? Всё-таки надо будет связать вместе несколько потоков…

— Некогда объяснять, погибнут ведь! Просто сделайте так, как я прошу! Всего разочек! — с напором ответил Оливер и направил атам вверх.

Девушка пристально посмотрела на него, думая о чём-то своём, наконец уверенно кивнула и встала рядом.

— Вижу, ты настроен решительно. Что ж, будь по-твоему!

— Да вы гоните!

— Ой-ой-ой...

Остальным затея явно пришлась не по нраву, однако они не стали возражать и тоже подняли мечи. Убедившись, что все готовы, Оливер подал знак, рубанув клинком.

— Импетус! — хором воскликнули ребята.

Ветер, завывая, собрался в одной точке у них над головами. Пока что всё шло по плану.

— Отлично! А теперь удерживайте заклинание, что бы ни случилось! Тибия!

Воздух закрутился, образуя огромный рог, и через пару секунд окрестности накрыло пронзительными завываниями.

Оливер взмахнул атамом, манипулируя потоками и настраивая невидимый инструмент по своему усмотрению. Очень скоро его звучание поменялось — из неприятного визга оно превратилось в могучий бас, от которого вибрировало всё внутри.

— Какого?..

— ?!

В глубине души зародился необъяснимый ужас, и лишь девушка с локонами поняла, в чём дело.

— Это… Драконий рык?!

— Просто имитация! Заклинание сигнального рога! — пояснил Оливер, перекрикивая гул. Львиная доля его сил уходила на то, чтобы удерживать нужную тональность. — Но против природы не попрёшь! Даже самая тупая тварь не осмелится проигнорировать того, кто стоит на вершине пищевой цепочки!

Он задумал не одолеть непрошибаемого тролля — для этого им банально не хватало сил, — а ошеломить. То есть обратиться к инстинктам, присущим всем полулюдям, и вызвать желание спасаться от дракона.

Великан попался на уловку, испуганно вздрогнул и повернулся к ребятам.

«Сработало!» — обрадовался Оливер и крикнул:

— Отвлёкся! Бегите, дальше я сам!

Он уже приготовился к игре в догонялки, но в этот момент произошло нечто совершенно неожиданное.

Самурай выдохнула, подскочила и, крутанувшись в воздухе, опустилась на колено тролля, вечно согнутое под весом могучего тела. Потом она оттолкнулась снова, запрыгнула на плечо и оттуда сиганула высоко в воздух.

Тролль, конечно, заметил её и взмахнул ручищей, однако зацепил лишь край одежды. Заклинание сигнального рога смутило его достаточно, чтобы девушка улучила момент и напала. Она занесла меч над головой, вложила в него всю силу, всю магическую энергию и с воинственным кличем обрушила на макушку получеловека.

Раздался гулкий звон, будто кто-то вмазал бревном по колоколу. Тролль содрогнулся всем телом, закатил глаза, медленно упал на колени, а затем и вовсе завалился навзничь.

Воцарилась тишина.

Первокурсники в изумлении таращились на поверженного гиганта. Самурай же спокойно приземлилась и повернулась к ним.

— А?.. — обронил Оливер.

У него перехватило дыхание.

Ещё недавно волосы самурая были иссиня-чёрными что вороново крыло, но теперь они сияли девственной белизной.

— Невинный цвет, — негромко проговорила девушка с локонами.

Оливер немного слышал об этом. Невинный цвет проявлялся только у волшебников, обладающих одновременно высокой циркуляцией внутренней энергии и кристаллической структурой волос, что позволяло маги-частицам свободно проходить сквозь них. Это был настолько редкий дар, что некоторые называли его благословением свыше.

После боя энергетические потоки самурая вернулись в норму, и волосы мгновенно потемнели. Вдруг катана выскользнула у неё из пальцев и со звоном упала на землю.

— Непостижимо! Сколь же твёрдый череп! Руки колет так, словно их молнией поразило, — с оттенком восхищения отметила девушка, осматривая онемевшие ладони, затем развернулась к кудрявой девочке и спросила: — Миледи, вы не ранены?

— А… Я…

— Хм, вы повредили ногу. Я бы отнесла вас на закорках, однако совершенно не чувствую рук. Боюсь, сейчас я не удержу даже маленький камушек. Будьте так добры, потерпите немного.

Самурай помахала руками, потом посмотрела на Оливера и его спутников и приветливо улыбнулась.

— А, добрые господа. Благодарю вас за помощь. Вы подарили мне идеальную возможность нанести удар. И ещё… Дозвольте полюбопытствовать. Кто из вас издал тот ужасающий рёв? — с большим интересом спросила она. — Неловко признаваться, но я едва не обмочилась с испугу прямо перед торжеством.

В остальном всё закончилось благополучно. После тролля другие животные по всей школе тоже попробовали взбунтоваться, но учителя и старшие ученики подавили их восстание в зародыше. Оливеру с ребятами единственным пришлось справляться самостоятельно. Можно сказать, им крупно не повезло в первый же день.

Кудрявую девочку проводили в медпункт. Остальных первокурсников, которые в страхе разбежались кто куда, преподаватели собрали, построили и отвели в школу, в большой зал. Так получилось, что Оливер оказался рядом с самураем. С другими товарищами ему пришлось ненадолго попрощаться.

— Когда же начало? — пожаловалась девушка среди нескончаемого гула однокашников. — Дорога чудо-цветов и дневное шествие сотни диковинных тварей разожгли моё любопытство, однако ожидание несколько его убивает. Вот досада! Вы согласны со мной, милорд?

Последние несколько минут она от скуки донимала Оливера разговорами, и тот, несмотря на лёгкое недоумение, отвечал ей.

— Вообще, церемония должна быть уже в самом разгаре, но из-за происшествия расписание немного сдвинули. Всё-таки надо позаботиться о пострадавших.

— О-о, было происшествие и кто-то пострадал? Я и не знала!

Оливер наморщил лоб.

— В смысле? Уже забыла, как вырубила тролля?

— М? Так то было происшествие? — изумилась девушка и, коснувшись подбородка, задумчиво проговорила: — Вот оно что… Я была уверена, что это испытание для новичков.

— Даже для Кимберли это перебор. Так почти все погибали бы ещё до того, как могли проявить себя.

— Хм, и впрямь. Если бы не вы, мне пришлось бы непросто, — признала девушка.

— Погоди-ка. Ты что, бросилась перед троллем просто так, по велению левой пятки? — уточнил Оливер.

— Пятки? Ха-ха! И то верно! Всё случилось столь быстро, что я не успела ничего обдумать. Едва в мою ладонь легла рукоять меча, в голове осталась всего одна мысль: как зарубить этого великана. Уязвимые места были слишком высоко, а ноги сечь я не отважилась — вдруг он повалится прямо на девочку и раздавит её. Что там, у моего нынешнего меча даже лезвия нет. Ох и трудную задачу мне подкинули!

С каждым её словом Оливер хмурился сильнее и сильнее. Тот бой чуть не стоил им жизни, а девушка говорила о нём и смеялась.

— Поэтому ты решила забраться по троллю и ударить его по голове? Знаешь, мне многое доводилось видеть, но такое безумство — впервые. Ты хоть понимаешь, что, если бы мы напортачили с заклинанием, ты бы погибла там?

— О, разумеется. И всё же я считаю, что разминуться со смертью в первый день — добрый знак, — ответила эйзиатка и, сложив руки на груди, покивала своим мыслями.

Оливер хлопнул ладонью по лбу.

«Да что с ней? Вроде бы говорим на одном языке, но совершенно друг друга не понимаем».

— Прошу тишины! Слово директору школы! — провозгласил один из преподавателей.

Первокурсники тотчас притихли.

На трибуне появилась женщина. Именно появилась — она не поднималась по боковой лестнице и вообще как будто возникла из воздуха.

— Меня зовут Эсмеральда, — представилась она. — Прежде всего приношу извинения за наш недосмотр во время шествия.

Ученики как по команде выпрямились.

Директор Кимберли была красивой — пугающе красивой. Длинное, в пол, платье, плавно переходящее из синего в чёрное, только подчёркивало её притягательность. Однако взгляд нефритово-зелёных глаз резал точно ножом, а суровый жёсткий голос был лишён любого намёка на тепло. Висящие за спиной парные клинки также не прибавляли желания приблизиться к ней.

— Как вам известно, во время парада несколько тварей взбесились и вырвались из-под нашего контроля. Был ранен один из учеников. Однако проблема решена. Твари схвачены и усмирены. Ученик также излечен и с завтрашнего дня будет посещать занятия вместе с вами. Я лично ручаюсь за компетентность нашего целителя.

Вероятно, директор хотела успокоить первокурсников, однако на самом деле ребята уже боялись её больше, чем тролля. Даже самурай сжала кулаки под давящим взглядом.

— От одного вида в дрожь бросает. Воистину мастер.

— Прошу, помолчи хотя бы немного, — взмолился Оливер.

Эта девушка и впрямь прибыла из далёких краёв — до сегодняшнего дня она, по всей видимости, ничего не знала об Эсмеральде, хотя ведьма из Кимберли прославилась не только на Йелглию. О ней так или иначе слышал каждый маг Союза.

— Время поджимает, поэтому я опущу приветственную часть. Добро пожаловать в Школу магии Кимберли. Вам предстоит провести здесь семь лет. Наши традиции зиждутся на двух столпах — свободе и результатах. Разумеется, ответственность за всё несёте вы и только вы. Говоря проще, жизнь и смерть находятся в ваших руках.

И без того подавленные дети нервно сглотнули. Не таких слов они ждали от учителя.

— Я говорю совершенно серьёзно, — спокойно продолжила директор. — В среднем до выпуска доживают лишь четыре из пяти учащихся. Вам, наверное, интересно, куда деваются остальные? Что ж, кого-то исключают за плохое поведение, некоторые уходят сами по неуспеваемости… Однако таких счастливчиков очень мало, большинству везёт куда меньше.

По спине Оливера побежали мурашки. Он прекрасно понимал, что Эсмеральда не пытается их запугать, а лишь говорит всё как есть.

— Кто-то неосторожно обращается с заклинаниями и навсегда остаётся инвалидом. Другие призывают нечто непонятное, уходят за ним — и поминай как звали. Бывает и такое, что молодые волшебники сходят с ума и пытаются устроить резню. Тогда их убивают однокурсники. У каждого своя судьба. Мы зовём таких поглощёнными эссенцией магии.

«Каждого пятого из вас ждёт та же участь», — намекала ведьма. Причём она даже не предостерегала, а просто ставила в известность.

Ребята вздрогнули. От праздничного настроения не осталось и следа. Некоторые так и вовсе расплакались.

Директор обвела зал бесстрастным взглядом.

— Так было, есть и будет. Поглощённые никогда не переведутся. Знаете почему? Потому что в этом и состоит изучение магии.

Она не сомневалась в своих словах и даже не задавалась вопросом, правильно это или нет. Таков был привычный уклад их общества.

— Труд волшебника неразрывно связан с эссенцией магии, её глубинной сутью. Мы приближаемся к ней, знакомимся, учимся понимать её и управлять ею. При этом постоянно есть опасность поглощения. Ни одно исследование не обходится без риска. Заложенная в глубокой древности дорога магической науки вымощена костьми бесчисленных жертв, и ей неважно, кто это будет — мужчины, женщины, старики или дети.

Такая жизнь ждала будущих колдунов и ведьм. Эсмеральда с самого начала напоминала об этом, чтобы они никогда не забывали истинный лик магии.

— Так что повторю ещё раз: жизнь и смерть в ваших руках. И всё же постарайтесь оставить после себя хоть какое-нибудь наследие. Я понимаю, что девяносто процентов из вас бестолочи, которые не принесут пользы магическому миру, поэтому надеюсь на оставшиеся десять процентов. Приложите все усилия, чтобы войти в эту немногочисленную группу. Умирая, тигр оставляет после себя шкуру. Так станьте тиграми. А иначе… от вас не останется и костей.

Директор закончила. В зале повисла гробовая тишина, не было слышно даже жидких аплодисментов. Почти все первокурсники боролись с наплывом эмоций. Инстинкты кричали бежать отсюда как можно скорее. Приходилось стискивать зубы и терпеть.

— У меня всё. После торжественной части преподаватели подробнее расскажут вам о местных порядках, но, если у вас возникли вопросы лично ко мне, задавайте.

Само собой, Эсмеральда прекрасно знала, что никто не осмелится обратиться к ней. В конце концов, так происходило каждый год. Она собралась было продолжать, но вдруг…

— Миледи директор, позвольте мне!

Оливер в ужасе застыл, услышав бодрый возглас прямо под боком, и скосил взгляд. Конечно, самурай тянула руку.

— Позволяю. Итак?

Поднявшись на цыпочки, девушка вытянулась изо всех сил и прижала средний палец костяшкой к виску.

— Когда у вас болит голова, делайте вот так! Помассируйте эту точку — и всё пройдёт!

В зале снова стало тихо — на сей раз от недоумения.

— Это вопрос?

— Нет, это совет. Вы, кажется, страдаете от головных болей, — с улыбкой ответила самурай.

К этому моменту замешательство переросло в потрясение.

Эсмеральда немного помолчала, глядя в предельно честные глаза гостьи из Эйзии, и отвернулась, притворившись, будто ничего не произошло.

— Если на этом всё, продолжим.

Девушка не настаивала. Она уже сказала всё, что хотела.

Оливер посмотрел на одну, потом на другую и наконец приложил ладонь ко лбу.

— Ты… совсем дура, что ли?

— Нет-нет, оно правда помогает! Вы сами можете попробовать, милорд.

— Точно дура! — повторил Оливер едва слышно, чтобы не получить замечание за разговоры.

Но директор больше не смотрела на них.

— На этом формальная часть закончена. Да начнётся пир! — чуть мягче обыкновенного сказала она и указала атамом вверх. — Зал прямо над вами. Занимайте места.

В то же мгновение первокурсники почувствовали себя будто в невесомости, а потом на самом деле воспарили.

— Ой!

— А-а-а!

Многие закричали, не понимая, что происходит.

Все приготовились к жёсткому столкновению, но в последний момент они затормозили, перевернулись и мягко опустились на стулья. Тут же отовсюду послышались голоса:

— Ну наконец-то дождались! Получите-распишитесь, первокурсники с пылу с жару! Ну что, добро пожаловать в Кимберли!

— Директриса просто жуть, да? Завещание написать не забыли? М-м?

— Хватит уже пугать их! Не переживайте, никто вас не тронет. Наоборот, будет весело!

Новенькие поняли, что попали в самый настоящий банкетный зал. Столы вокруг них ломились от блюд на любой вкус, а рядом выстроились ребята со старших курсов — все с приветливыми улыбками.

Осмотревшись, самурай подняла удивлённый взгляд.

— Вот же диво дивное! Только что были там, а теперь на потолке!

— Заклинание переворачивания. Там магический круг на весь зал, он ускоряет активацию, — пояснил Оливер. Отчасти он сказал это и самому себе тоже — сердце никак не хотело успокаиваться и колотилось где-то в районе горла.

Первокурсников приветствовали каждый раз по-новому, поэтому парень не смог разузнать, что их ждёт на этот раз. Он тоже посмотрел вверх и увидел в опустевшем зале директора вместе с несколькими профессорами.

Эсмеральда с неизменным спокойствием произнесла:

— По традиции отныне вам разрешается разговаривать. Ешьте, пейте, веселитесь и общайтесь с вашими новыми товарищами.

Шумный и свободный праздник начался.

Старшекурсники дружно взмахнули волшебными палочками, и кувшины с напитками принялись летать от стола к столу, наполняя стаканы.

— Ну же, угощайтесь, не стесняйтесь! Вот этот сок из белого винограда преступно хорош! Настоящий шедевр от школьных клуриконов[2]!

---

[2] Персонажи ирландского фольклора. Вечно пьяные и угрюмые. В некоторых сказках — духи мест хранения спиртного.

---

— Можете пока забыть, о чём говорила директриса. Она, конечно, не обманула вас, но здорово преувеличила. Минимум до четвёртого курса вас это не коснётся. Да и мы стараемся поддерживать порядок, чтобы все жили спокойно.

Старшие ребята изо всех сил пытались расшевелить новеньких, ещё не отошедших от пугающей речи, и у них получалось. Торжество быстро набирало обороты.

— О, вон они! Эй, сюда! — послышался знакомый голос.

Оливер обернулся и увидел рослого парня, который указывал пальцем на них с самураем. Девушка с локонами и мальчик в очках тоже услышали его и поспешили подойти. Их компания опять собралась вместе — за исключением, конечно, кудрявой девочки.

— Вот мы и встретились снова, — сказала девушка. — День полон потрясений, не правда ли?

— И вы тут?.. Спасибо вам всем за помощь. Один бы я точно не справился, — сердечно поблагодарил Оливер.

— Да не вопрос, — кивнул парень.

Мальчик в очках фыркнул и отвернулся, а девушка просто улыбнулась.

— Пожалуй, сейчас самое время познакомиться, раз уж госпожа директор сняла ограничения… Но у меня есть другое предложение. Если вы не возражаете, конечно.

— И какое же?

— Давайте навестим ту девочку. Я поспрашивала и узнала, что её уже вылечили. Будет несправедливо, если она единственная пропустит пир.

Затея была неплохой, но не без изъянов. Оливер задумался, как бы лучше объяснить, что этого делать не стоит, однако мальчик в очках его опередил.

— Оставь её в покое. Учебный год не успел начаться, а на неё уже любимый тролль напал. Ногу-то ей вылечат быстро, а вот шок пройдёт нескоро.

— Возможно. Но я считаю, что именно поэтому мы должны проведать её. От одиночества до депрессии один шаг. Может, она поговорит с кем-нибудь и воспрянет духом, — возразила девушка.

Они оба были правы, и Оливер слегка растерялся, не зная, что делать.

В этот момент самурай посмотрела вверх и вмешалась в спор:

— Похоже, решение пришло само.

Остальные тоже подняли взгляд и негромко охнули. В зале, где они совсем недавно слушали речь, появилась кудрявая девочка. Через некоторое время директор взмахнула атамом, и девочка мягко воспарила. С криком она подлетела к потолку, перевернулась и, съёжившись от страха, упала прямо в подставленные руки самурая.

— А вот и миледи! — сияя, провозгласила гостья из Эйзии.

— Ой, п-прости, пожалуйста! Я сейчас слезу!

Покрасневшая девочка поспешила спуститься на пол.

— Эй, ты как? — неуверенно спросил рослый парень. — Тебя, вроде, подлатали, но всё равно… Ну…

— А… Да, всё замечательно. Целитель сказала, что мне лучше пойти на пир и развеяться, — ответила девочка, постаравшись звучать как можно бодрее, и, пока никто не успел отметить, насколько вымученной получилась её улыбка, добавила: — И ещё… Я вот что хотела сказать. Спасибо вам. Вы спасли мне жизнь.

— Да ну, брось. Это вон они почти всё сделали, а мы так, сбоку припёка, — усмехнулся рослый парень и мотнул подбородком.

— Не стоит, миледи. Я же воин, — откликнулась самурай и, гордо выпрямившись, скрестила руки на груди.

Оливер же скромно улыбнулся и покачал головой.

— Тебе просто не повезло… Но хотя бы всё закончилось благополучно.

Каждый принял благодарность по-своему.

Девочка почувствовала, что они всерьёз переживали за неё, и ещё раз извинилась, однако Оливер поспешил её заверить, что это совершенно лишнее.

Разговор застопорился. Наконец девушка с локонами сказала:

— Что ж, а вот теперь, полагаю, можно и познакомиться. Начну с себя, если вы не против, — предложила она и, не услышав возражений, с достоинством представилась: — Итак, я Мишелла Макфарлейн, старшая дочь благородного и древнего семейства Макфарлейнов из южной Йелглии. Для родных и друзей просто Шелла, а я чувствую, что мы с вами всенепременно подружимся.

— Ага, всё-таки Макфарлейн? Я как твою причёску увидел, сразу о вас подумал. Слушай, всегда хотел спросить — а чего у вас в семье все с завитушками ходят? Это проклятие какое-то?

— Проклятие? Да как ты смеешь! Изящная, но в то же время дерзкая причёска — это символ нашей семьи! Тебе бы стоило лишиться чувств в благоговейном трепете перед её красотой! — Шелла крутанулась, позволяя новым знакомым оценить золотые локоны по достоинству.

Кудрявая девочка зачарованно наблюдала за ней. Потом она заметила, что все смотрят на неё, и опомнилась.

— Ой! А я… Я Кати Аалто. Как вы уже догадались, приехала с севера Союза, из Фаанляндии. Люблю маги-фауну… да и вообще животных. И раз уж мы будем дружить, мне будет очень приятно, если вы будете звать меня просто Кати, — сказала она и тепло улыбнулась.

Возникла небольшая пауза. Никто не решался быть следующим.

— Ладно, давайте теперь я, — подал голос рослый парень. — Гай Гринвуд. Вряд ли вы слышали о моей семье, но, вообще, мы фермеры уже не в одном поколении. Я с малолетства копался в земле, так что с растениями на «ты». Если вдруг кому захочется свежих овощей, только с грядки, дайте знать. Мигом обеспечу, — пообещал он и хлопнул себя по груди.

Затем настал черёд мальчика в очках, который стоял рядом с ним.

— И надо вам это?.. Ну хорошо. Звать Пит Рестон. Родители не маги, родословной нет. Полгода назад сдал экзамен. Два месяца назад получил письмо, что набрал нужный балл, поэтому решил поступить.

— То есть ты прошёл по квоте на простецов? Там нешуточная конкуренция. Видно, ты не из ленивых, — одобрительно отозвалась Шелла.

— Оставь свою лесть при себе. Я с вами дружить не собираюсь.

— Да ты прямо душка.

— Я пришёл учиться магии, а вы меня будете только отвлекать. Имена ваши я, так и быть, запомню, однако попрошу ко мне со всякими глупостями не лезть, — холодно отчеканил мальчик и отвернулся, но потом наткнулся на взгляд Оливера и настороженно отодвинулся от него. — Чего уставился?

— Хорошая книга у тебя. «Введение в магию для выходцев из немагических семей» за авторством Альфреда Вернера, я прав? — ответил Оливер и указал на толстый томик у него под мышкой.

Пит от неожиданности округлил глаза.

— Ты слышал о ней?

— Не просто слышал, а ещё и перечитал несколько раз. Это же шедевр! Мистер Вернер — настоящий мастер аналогий. Он так ловко разъясняет тонкие моменты, о которые часто спотыкаются выходцы из немагических семей, что прямо диву даёшься! Также у него много практических советов, и короткие рассказики между главами один смешнее другого.

— Да! Вот прямо с языка снял! Мне особенно понравился спор с судьёй-волшебником после третьей главы!.. — подхватил Пит, но потом заметил, как на него все поглядывают, и резко прервался. — Ладно, зубы-то мне не заговаривай. Мы тут, вообще-то, знакомимся. Ты следующий!

— Угу, хорошо. Я Оливер Хорн, маг в третьем поколении. Из-за семейных обстоятельств с детства живу у родственников, Шервудов. У меня тут на старших курсах учатся кузен с кузиной, поэтому я много слышал от них о Кимберли. Что ещё… Ах да! Сильными заклинаниями не владею, зато с остальными обращаюсь весьма свободно и легко подстраиваю их при необходимости, — закончил Оливер, немного смутившись.

Шелла кивнула.

— Я уже догадалась. Ни разу не видела, чтобы Тибией имитировали драконий рык, особенно при помощи комбинированной магии — она ведь очень сложная в управлении. А если учесть, что мы никогда раньше не работали вместе, то тем более. И это я ещё не говорю о том, что ты придумал всё на ходу. Оливер, в моих глазах ты отличный волшебник.

— О, ты поразила меня куда сильнее. Признаюсь честно, я не надеялся, что нам хватит сил на полноценный рык. Не зря Макфарлейны так гордятся тобой.

— У меня чуть сердце из груди не выскочило, — призналась Кати. — И я даже немного описалась…

— М? Ты что-то сказала? — переспросил Гай.

— Ничего! Отстань! — порозовев, прикрикнула Кати.

Шелла улыбнулась, довольная тем, как свободно общаются её новые знакомые, и обратилась к Оливеру:

— Кстати, а почему ты ничего не сказал про магическую комедию? Видно же, что долго тренировался.

— Ух!.. П-просто не могу похвастать успехами в ней. С первого же раза облажался. Пожалуйста, притворись, будто ничего не видела, — попросил Оливер, вспомнив недавнее фиаско, и понуро опустил плечи.

Шелла усмехнулась и посмотрела на самую необычную девушку в их компании.

— Итак, я, Кати, Гай, Пит и Оливер представились. Осталась только ты.

Остальные тоже с интересом взглянули на неё, и самурай с готовностью выпалила:

— Так и есть! Я буду Хибия Нанао, дочь воинов из Торикуэйсэн, что в Ямадо! Или, по-вашему, Нанао Хибия! Около полугода назад попала в отряд, который прикрывал отход основной армии после поражения в бою, и чуть не погибла, однако меня спас лорд Макфарлейн. Он как раз проходил мимо и увидел, что мне нужна помощь. После этого он пригласил меня в Кимберли, и вот я здесь!

Шелла на мгновение замерла и с прежней любезной улыбкой уточнила:

— Прошу прощения, как ты сказала? Макфарлейн?

— Именно так. У вас одинаковые фамилии… И, к слову, причёски тоже! Вот так совпадение!

Нанао ещё раз внимательно осмотрела Шеллу, подмечая всё новые и новые сходства между ней и магом, который спас её жизнь. Девушка вздохнула и приложила ладонь ко лбу.

— Это не совпадение. Скорее всего, ты встретила моего папу. Он работает в Кимберли на полставки и частенько пользуется положением, чтобы странствовать. В этот раз он, значит, отправился далеко на восток, в Эйзию? Ну даёт… — сокрушённо проговорила она и задумалась.

Судя по всему, у них с отцом были не самые простые отношения, однако никто не осмелился копать глубже.

— Я так понимаю… твои родители не маги, да? Ты тоже сдавала экзамен? — поинтересовался Пит.

— М-м? Нет, мне не довелось проходить испытание мудрости. Все эти месяцы я усердно изучала ваш язык под строгим надзором частного наставника, которого нанял лорд Макфарлейн.

— То есть тебя приняли просто так?

— Не совсем. Каждый профессор может дать одному, максимум двум ученикам особую рекомендацию, и тогда его возьмут вне конкурса. Видимо, так папа протащил Нанао, — пояснила Шелла.

Поступивший по всем правилам Пит нахмурился и что-то пробубнил себе под нос. Кати почувствовала, что пора спасать положение, и срочно вмешалась:

— Нанао… ты очень необычно одета. Не успела оставить заказ у портного?

— Угу. Прошлым вечером лорд Макфарлейн сказал мне, что совершенно запамятовал об этом, потому я решила явиться в торжественном наряде моей родины. Мне его пошили на ритуал совершеннолетия, и он мне очень нравится! — гордо улыбнулась Нанао и выпятила грудь.

Кати с нескрываемым интересом придвинулась ближе.

— Никогда такой не видела. И так красиво окрашен… Можно потрогать?

— Прошу, не стесняйся. Но тогда позволь и мне прикоснуться к твоим волосам. Они такие мягкие и воздушные. Чем нужно питаться, чтобы выросли такие же?

Они принялись осыпать друг друга комплиментами.

Шелла тоже тряхнула локонами.

— Хо-хо, тогда можешь и мои волосы потрогать.

— Быть может, в другой раз, когда при мне будут толстые перчатки.

— Оу, ясно… Подожди, они же не острые!

Начался культурный обмен.

Гай упёр руки в бока.

— Ну, вот и познакомились. А теперь давайте пировать. У меня от всех этих ароматов аж живот подводит.

— И то верно! Я воистину голодна. Полагаю, это моя порция?

— Нанао, стой! Уж не знаю, почему ты так решила, но этот ростбиф минимум на двадцатерых!

— Что? Будет тебе! Я и одна с ним управлюсь, — недоумённо ответила Нанао, бросая алчные взгляды на огромный кусок мяса.

Оливер почувствовал, как у него начинает болеть голова, и подошёл к девушке.

— Ясно, как за столом себя вести, ты не знаешь. Что ж, будем учиться. Во-первых, сядь сюда. Во-вторых, повяжи салфетку и возьми вилку и нож. В-третьих, ешь только то, что у тебя на тарелке. Поухаживаю за тобой, пока не запомнишь.

Усадив Нанао за стол, Оливер всучил ей приборы и принялся кормить. Сперва он поставил перед девушкой тарелку с овощами и мясом, потом другую — с фруктами. Нанао же смотрела и восхищалась:

— Поразительно! И слова молвить не надо, еда сама идёт ко мне! Я словно принцесса!

Она сложила руки в молитвенном жесте, пожелала приятного аппетита и приступила к трапезе. Ножом и вилкой она работала неуклюже, но это ничуть не сказывалось на том наслаждении, с которым девушка жевала каждый кусочек. Кати то и дело поглядывала на неё.

— Неужели так вкусно? Оливер, принеси мне тоже что-нибудь!

— Эй, Оливер, а принцесс-то уже две.

— И ты, Кати? За что?! Я надеялся, ты поможешь мне учить Нанао! — простонал Оливер, носясь между столами.

Не прошло и пары минут, как тарелки Нанао уже сияли чистотой.

— Просто объеденье! Добавки! — потребовала она.

Оливеру пришлось носить уже по три тарелки в руке, точно заправскому официанту.

Пит хмуро взглянул на них.

— Сколько шума из ничего… Можно немного потише?

— Пирог есть, оладьи, кексы и пудинг тоже, — проговорил Оливер. — Теперь… Так, Пит, у тебя одно мясо. Испортить себе желудок хочешь? Вот, держи, — добавил он и, проходя мимо мальчика, подкинул ему на тарелку овощей.

— Эй, куда?! Я не просил!.. — возмутился было Пит, как вдруг на стул рядом с ним плюхнулся Гай.

— Это кто тут не уважает овощи? Ешь давай, а я пока расскажу тебе, какие они замечательные.

— Чего?!

— Ах, что за приятная бойкая компания! — довольно отметила Шелла. — Нанао, позволь украсть минутку твоего внимания. Сейчас я покажу тебе, как нужно вести себя за столом.

Она элегантно нарезала мясо и овощи, а после даже почистила грушу и апельсин. Нанао и Кати заворожённо наблюдали за ней.

Пит и Гай увлечённо спорили, нужно ли использовать зелья в сельском хозяйстве.

В какой-то момент Нанао насытилась и отодвинула тарелку, и Оливер наконец-то смог занять место за столом.