Страх, зависть, любопытство и брезгливость окружали Офелию с самого поступления в Кимберли.

— Эй, смотри.

— Ага, та самая…

— Ух, ну и запах… Я как будто тону в нём…

— Ты ж не подходи к ней! Заберёт — и глазом не успеешь моргнуть.

— А это правда, что она рожает от кого угодно?

— Ага, запросто. Даже с маги-тварями спит.

В то время ещё находились отчаянные головы, осмеливающиеся сплетничать прямо у неё на виду. Офелии не нравилось слушать всё это, однако она относилась к перешёптываниям как к фоновому шуму. Безликая серая масса, обделённая умом и родословной, не стоила её внимания.

— П-прости, Сальвадори…

— Чего тебе?

А если даже к ней кто-то обращался напрямую, Офелия отвечала максимально грубо и презрительно. Зачастую одного взгляда хватало, чтобы бедолага бежал прочь. Так что первые полгода в школе её единственным собеседником оставался Карлос. Он поступил в Кимберли на год раньше, поэтому учился по другому расписанию, но всё равно каждую свободную минуту проводил с подругой.

В один из будних дней он нашёл Офелию в пустом классе. Она терпеть не могла шумную и людную школьную кафе-столовую, поэтому предпочитала есть в более уединённых местах.

— Что ж ты, Лия, всё никак друзей не заведёшь?

— Тебя забыла спросить, — сварливо откликнулась Офелия.

— Я понимаю, что одно упоминание фамилии Сальвадори нагоняет робость, но и ты чересчур сильно отталкиваешь людей. Может, попробуешь быть чуточку вежливее? Я более чем уверен, что найдутся чудаки, которым плевать на репутацию твоей семьи.

— Обойдусь без друзей. Парни сами ко мне лезут, пальцем только помани, а большего мне не надо, — сказала девушка и откусила немного от сырного кекса.

Дома она немного надеялась, что в Кимберли сумеет начать новую жизнь, но полгода в школе расставили всё по местам, и Офелия решительно отказалась от общения со сверстниками.

Карлос обречённо покачал головой.

— Это тебе не надо, а мне надо. С самой первой встречи я мечтаю увидеть тебя весёлой и смеющейся в кругу друзей.

— Будь добр, избавь меня от своих мерзких мечтаний… А, впрочем, плевать. Я не буду заводить друзей.

Она швырнула надкусанный кекс в корзинку и, надувшись, отвернулась. Глядя на подругу, Карлос задумался.

— Ладно, пускай. А что насчёт моих друзей? Можно я хотя бы представлю их?

— Как тебе будет угодно. Всё равно я даже смотреть на них не стану, — не оборачиваясь, холодно ответила Офелия.

Карлос же улыбнулся с таким видом, словно взял с неё какое-то важное обещание, и вышел в коридор, оставив Офелию недоумевать. Очень скоро он вернулся в сопровождении какого-то парня.

— Вот и он. Эл, это Офелия. Будь добр, представься.

— Ага.

Парень вышел вперёд. Высокий, широкоплечий, с жёсткими прямыми чёрными волосами и тёмными глазами, он, казалось, всем своим естеством источал незримое давление. Спустя пару мгновений Офелия с удивлением обнаружила, что поневоле поддалась ему и даже слегка выгнулась назад, не выдержав прямого пристального взгляда.

— Здравствуй, Офелия, — произнёс парень. — Меня зовут Элвин Годфри, я учусь на втором курсе. Слышал, ты не любишь, когда к тебе обращаются по фамилии, поэтому не сочти за грубость, если я буду звать тебя по имени, — невероятно вежливо и серьёзно добавил он, потом вдруг дружелюбно улыбнулся и протянул руку.

Офелия уставилась на неё так, будто увидела диковинного зверя.

— Карлос много рассказывал о тебе. Я всего на год старше, но ты всегда можешь смело обращаться за советом, если будут какие-то проблемы в школе… Оу?

Неожиданно Годфри прервался, немного помолчал, затем развернулся, достал волшебную палочку и направил её себе на промежность.

— Долор!

После чего он с мучительным воплем упал.

— А?.. Что?! Э-эй, ты чего?!

Ошеломлённая Офелия подскочила со стула. Распластавшийся на полу Годфри стиснул зубы, опёрся на руки и, роняя капли пота, сел.

— Извини. Во мне пробудилось непристойное чувство, но я уже нейтрализовал его болью от пинка в промежность. Ещё раз прошу прощения.

Офелия застыла с открытым ртом.

«Он что, дурак? За что извинять-то? Его же никто не просил вредить себе…»

Кое-как поднявшись на ноги, Годфри сделал несколько глубоких вдохов. По всей видимости, боль постепенно отступала.

— Ну что? Уникум, правда? — прошептал Карлос на ухо подруге.

«Не то слово», — искренне согласилась Офелия.

Годфри и впрямь был в какой-то степени исключительной личностью. Скорее всего, в магическом мире не нашлось бы второго такого идиота, который по собственной воле наложил бы на себя проклятие боли.

Наконец Элвин глубоко выдохнул и снова повернулся к Офелии.

— Не думал, что будет так сильно… Я про парфюм. Но силой воли его побороть можно, — уверенно сказал он, гордясь победой в первом раунде против манящего аромата, и беззаботно, будто ничего не произошло, протянул руку. — Будем знакомы, Офелия.

Забывшись, девушка посмотрела на него и впервые в жизни допустила грубую оплошность — прыснула со смеху.

Сперва Офелия думала, что Элвин Годфри — просто дурак, каких свет не видывал. Но она ошибалась. Друг Карлоса оказался дураком заоблачного масштаба.

— Утречка, Офелия! Не хочешь вместе позавтра… Долор!

— Доброго вечера, Офелия. Уже разобралась, как пользоваться библи… Долор!

— Офелия, смотри! Это же гнездо фей! Я и не думал, что они его здесь… Долор!

При каждой встрече Годфри проклинал себя и падал на колени, невзирая на публику.

Офелия понимала, что так он борется с вызванными парфюмом вспышками похоти, однако выбранный метод и ослиное упрямство поражали. Годфри знал, что их встречи будут сопряжены с ужасающей болью, но обязательно подходил раз в два дня.

«Может, он мазохист?» — порой задумывалась Офелия.

Его выходки постоянно сопровождались суматохой и привлекали ненужное внимание, чего она очень не любила. Но Годфри не сдавался. В какой-то момент девушке даже стало интересно, насколько хватит его идиотизма.

Так прошло два месяца.

Однажды на большой перемене Офелия отыскала в школьном дворе укромный уголок и устроилась пообедать на скамейке.

Годфри нашёл её и здесь.

— Привет, Офелия. Обедаешь?

— А, да…

Девушка внутренне приготовилась к очередному эпизоду клоунады — а в сумме их перевалило уже за тридцать. Но Элвин вдруг страшно расхохотался и с торжествующим видом вскинул кулаки.

— Да! Я поборол их! Мои инстинкты наконец-то уступили пинкам по яйцам!

Недоумённая Офелия округлила глаза.

«Не может быть… У этого придурка получилось?»

Годфри просто вырабатывал условный рефлекс: едва похоть поднимала голову, как на неё обрушивалось проклятие боли. Он повторял снова и снова, пока организм не запомнил, что желать Офелию себе дороже.

— Теперь я могу со спокойной душой давать тебе советы. Так что спрашивай о чём угодно, не стесняйся. В конце концов, отныне я не буду при каждой встрече с тобой хвататься за пах и кататься по земле. Я выше этого! Перед тобой новый Элвин Годфри!

В порыве чувств он схватил Офелию за руки и каждый свой возглас подкреплял энергичным встряхиванием.

— П-послушай… — пролепетала ошеломлённая девушка.

Наконец Годфри опомнился и поспешно отпустил её.

— Ох, извини, пожалуйста. На радостях немного занесло. Ну что, поедим вместе? Разумеется, если не хочешь, настаивать не буду.

Он с такой искренностью заботился о её чувствах, что Офелия поневоле затаила дыхание, а потом спросила о том, что уже очень долго терзало её:

— Почему?..

— М?

— Почему ты так упорно придерживаешься своих методов? Можно ведь гораздо проще.

Она в первую очередь считала Годфри дураком, потому что он разводил суету на пустом месте. С точки зрения здравого смысла, зелья и заклинания намного легче и быстрее повышали стойкость к парфюму. Кроме того, можно было просто терпеть позывы и притворяться спокойным. Если же Элвину не нравилась сама похоть, то в таком случае ему следовало держаться от неё подальше.

Как ни посмотри, он осознанно выбрал страдания.

Годфри скрестил руки на груди и задумчиво хмыкнул.

— Да, я понимаю, о чём ты. Мой способ далёк от совершенства. Все эти два месяца я трясся от одной мысли, что придётся увидеться с тобой. Будь на моём месте друг, я бы непременно остановил его, — признался он.

Офелия удивилась. Она не ожидала, что Элвин осознаёт, как глупо выглядел со стороны.

— Но моя боль за эти два коротких месяца не идёт ни в какое сравнение с теми страданиями, которые преследуют тебя с рождения из-за родовой особенности, — очень серьёзно продолжил парень.

— !

Его слова эхом отдались в груди.

Многие избегали Офелию из-за отвращения к парфюму. Никто не задумывался, что этот уникальный запах приносит ей столько же мучений. Никто — кроме Карлоса, а теперь и Элвина.

— Так что я готов к боли, лишь бы она позволила мне гордо сидеть рядом с тобой, — закончил Годфри и тепло улыбнулся.

Офелия ответила далеко не сразу.

— И зачем тебе понадобилось садиться рядом? Сам же видишь, от меня одни неприятности, — с хитринкой в глазах поинтересовалась она.

Годфри очень удивился.

— Неприятности? От тебя? Да ну брось! — воскликнул он и, хлопнув себя по колену, рассмеялся, но потом обратил внимание на недоуменный взгляд девушки, успокоился и пояснил: — Офелия, послушай. Те, кто по-настоящему приносит неприятности, даже не задумываются о таких вещах. Наоборот, они с улыбкой принимают тебя, а сами в это время держат руку с ножом за спиной. В конце прошлого года я трижды прошёл через это, причём два раза чуть не погиб. Блин, как вспомню, так сразу злость берёт!

Он неожиданно рассердился, причём не на шутку.

Офелии стало любопытно, что такого произошло, но Годфри уже взял себя в руки и снова посмотрел на неё.

— Если бы тебе было всё равно, стала бы ты беспокоиться обо мне? Вот уж не думаю. Ну, конечно, меня тоже хвалить не за что, но я по крайней мере пошёл на это сам. Ты ни в чём не виновата. Так что позволь спросить снова: ты разрешишь присоединиться к тебе?

Немного поколебавшись, Офелия всё-таки кивнула. Годфри просиял и потянулся за корзинкой с обедом, которую принёс с собой.

— Чего молчишь? Рассказывай давай. Как учёба? Биологичка — просто жуть, правда?

И он принялся болтать о всяких пустяках.

Удивительно, но в компании этого упрямого дурака перемена почему-то показалась очень короткой.

＊

Очень скоро Пит понял, что самостоятельно, без палочки и атама, из клетки не выберется и от старшекурсницы не убежит, поэтому решил заручиться помощью — так хоть какая-то надежда спастись была — и принялся трясти сокамерников.

— Эй, проснись! Эй!

Однако ничего не вышло. Ребята спали как убитые и не реагировали ни на хлёсткие пощёчины, ни на щипки внутренней стороны бедра. После десятой попытки Пит совсем отчаялся, но твёрдо приказал себе не сдаваться, перешёл к следующему узнику, с силой потянул его за щёки…

И случилось чудо.

Парень приоткрыл глаза и сонно промычал что-то нечленораздельное.

— А, очнулся?! Ну же, не спать, не спать! — закричал Пит.

Кажется, уговоры сработали, потому что взгляд пленника постепенно обрёл осмысленность и сфокусировался на нём.

— Я тебя помню… Ты ничтожество… Был с Оливером… Где я? — спросил парень.

Пит резко выдохнул, ощутив острый приступ тревоги. В темноте и спешке он не заметил, что будит Джозефа Орбрайта, соперника Оливера в турнире за титул лучшего первокурсника. Орбрайт уступил в бою, но не смог смириться с поражением и натравил на друзей стаю пчёл.

Приподнявшись на локте, Джозеф осмотрелся вокруг.

— В мастерской Сальвадори, что ли? Чёрт, не было печали! — в сердцах сказал он и быстро ощупал себя. — Ну конечно, ни атама, ни палочки. И что осталось?.. Уй!

Внезапно он вскрикнул и прижал руку к голове.

— Т-тебе больно?

Пит торопливо наклонился к нему, но Орбрайт лишь отмахнулся.

— Всё нормально, не ори. Просто слишком глубоко вдохнул этот чёртов парфюм. Им же тут всё пропитано. Хотя иммунитет к ядам и очарованию у меня выше среднего… — проговорил он, пытаясь отдышаться, а затем с подозрением уставился на Пита. — Погоди-ка, ничтожество, а ты почему не дрыхнешь?

— А?

— Чего непонятного? Оглядись. Видишь, все спят. И ты тоже должен. Парни не могут сопротивляться парфюму, поэтому я не проснулся бы, если бы не ты. Однако ты спокойно дышишь этими миазмами. Как-то подозрительно.

Пит смутился. Действительно, в клетке чем-то пахло, но его нисколько не тянуло в сон.

«А ведь правда, в чём дело? Почему я один очнулся?» — задумался Пит.

И тут его осенило.

— Ой!

Неосознанно он ощупал себя и, не обнаружив кое-чего, застыл. Пристально наблюдающий за ним Орбрайт обо всём догадался и прищурился.

— Ага, понятно. Ты не парень, так?

Пит перепугался не на шутку, но, когда волна паники отхлынула, он трезво рассудил, что сейчас не время для секретов, поэтому после недолгих колебаний рассказал о своей особенности.

— Реверси? — фыркнул Орбрайт. — И как только такое ничтожество, как ты, умудрилось оттяпать себе такое? Но теперь мне всё предельно ясно. Химера Сальвадори была уверена в том, что ты парень, и унесла тебя сюда, но во сне ты перекинулся в девчонку, а на них парфюм почти не действует, поэтому очнулся. Вот такие пироги.

— Т-тогда помоги мне отсюда выбраться! Вместе мы что-нибудь при!.. — затараторил Пит, как вдруг Орбрайт зажал ему рот.

— Да не ори ты. Ты сам не понимаешь, во что влип. Если она всё узнает, то прикончит тебя.

— М?!

— Сальвадори не могла предвидеть, что среди её пленников окажется реверси. Ей-то нужны только самцы, — бесстрастно уточнил Орбрайт.

Питу показалось, будто на него вылили ведро ледяной воды.

— Скорее всего, она давно тронулась умом, раз не задумывается о последствиях, а значит, можешь не рассчитывать на снисхождение из-за возраста или наличия редкого качества. Вон, глянь туда, и сам всё поймёшь.

Джозеф наконец-то убрал руку и указал взглядом на мясную решётку. Пит обернулся и вновь не сумел сдержать дрожь. Он уже заметил, что на стенах висят в позе распятия раздетые, обмотанные трубками из плоти ученики. Один из них совсем недавно сражался с Нанао и Шеллой на втором уровне.

— Уиллок…

— В отличие от тебя, он наполовину оборотень, то есть его жизненная энергия намного сильнее. Идеальная батарейка. Впрочем, мы тоже скоро окажемся на его месте, а когда перестанем быть нужными, от нас без лишних раздумий избавятся, — озвучил Орбрайт жестокую правду.

Пит сглотнул, но промолчал.

— Дошло наконец? Вот и чудно. Но мы можем воспользоваться фактором неожиданности и обратить ситуацию себе на пользу. Не забывай про наш джокер. Да-да, я про тебя. В конце концов, ты можешь спокойно ходить среди парфюма, а этого никто не ждал.

Поделившись своим мнением, Орбрайт принялся рассказывать, как выбраться из тупика. Обнадёженный Пит внимательно слушал, когда парень вдруг прервался и вонзил пальцы себе в живот.

— Т-ты чего?..

— Заткнись и смотри!

Покопавшись в ране, Джозеф вытащил четыре шарика и разложил их на ладони. Внутри прозрачного, покрытого каплями крови стекла покоились разноцветные скопления магической энергии.

— Подготовил на тот случай, если останусь без оружия. Это гранаты, что-то вроде закупоренных заклинаний. Срабатывают от небольшого импульса. Две из них создают небольшой, но мощный взрыв. Самое то, чтобы выбраться из клетки. Третья выпускает дымовую завесу, создавая возможность для побега. А последняя — сигнальная. Пронзительно орёт и выпускает энергетические волны, чтобы товарищи поблизости заметили тебя и прибежали на помощь, — пояснил он и сунул руку под нос ошеломлённому Питу. — Забирай. Я сейчас далеко не в той кондиции.

— Ой…

Пит рефлекторно подставил ладони и поймал три тёплых шарика. Они были лёгкими, но казалось, вместе с ними на плечи опустился незримый груз ответственности.

Тем временем Орбрайт продолжил инструктаж:

— Не торопись. Дождись, когда Сальвадори уйдёт как можно дальше, и только тогда действуй. Я более чем уверен, что по уровню рыщут старшекурсники из числа спасателей. Если они обнаружат мастерскую, считай, мы спасены.

В этом была их самая большая и, наверное, единственная надежда.

Вдруг Орбрайт вспомнил кое о чём.

— Ах да, тебя как звать? Должен же я знать, какому именно ничтожеству вверяю собственную жизнь.

— Пит Рестон, — твёрдо ответил Пит, и Орбрайт фыркнул.

— Пит, значит. Если выберемся из этой клоаки, я запомню твоё имя.

По лесу шла огромная химера. С каждым её шагом земля содрогалась, вековые стволы ломались и падали, точно спички.

Две девушки сжались за деревом в стороне от маршрута твари и, затаив дыхание, ждали, когда она пройдёт.

— Наконец-то… Фуф, ну и жуть! — проронила та, что была повыше и, судя по цветам форменной одежды, училась на старших курсах.

Её спутница молча поднялась с земли и быстро зашагала вперёд.

— Эй! Да куда ты всё несёшься? Они ж заметят нас, и тогда нам точно не поздоровится! — приглушённо воскликнула старшекурсница.

— Некогда копаться! Я должна как можно скорее спасти Фэя! — нетерпеливо отозвалась другая.

Это была Стейси Корнуоллис, соперница Шеллы в турнире первокурсников. Как и Оливер с друзьями, она тоже лишилась верного напарника. Порождение Сальвадори утащило полуоборотня Фэя Уиллока.

Догнав её, вторая девушка глубоко вздохнула.

— Снова ты за своё… Блин, не надо было брать тебя с собой, — поджав губы, раздражённо процедила она. — Купилась на вежливость. Ты ж обычно строишь из себя невесть кого, а тут вдруг упала в ноги и попросила об одолжении…

Линетт Корнуоллис была на три года старше Стейси.

— Какая, однако, верность. Неужели этот пёсик настолько дорог тебе? Вы ж его на улице, можно сказать, подобрали. Найди себе другого — и дело с концом…

Стейси резко обернулась, испепеляя сестру полным ярости взглядом, и Линетт тотчас вскинула руки.

— Или нет. Ладно-ладно, прости, молчу.

Они продолжили путь.

Казалось, это прекрасная возможность закончить разговор, но Линетт не поняла намёк.

— Странная ты. Мы же Корнуоллисы, только пальцем поманим — все парни сбегутся, а ты всё с ним носишься. Как бы ты его ни любила, всё равно ведь не сможешь ребёнка от него выносить, — хмыкнула она. — Может, папа тебя не жалует, но ты по-прежнему надежда нашего рода. Или же ты бросишь нас? Откажешься от фамилии Корнуоллис и станешь Макфарлейн? Ты ж за этим подлизываешься к дядюшке Теодору, не правда ли? Нет, ты, конечно, можешь попытаться, но я бы на твоём месте особо ни на что не рассчитывала. Наглость и дерзость не помогут тебе превзойти леди Мишеллу и заменить её.

Очевидно, она нарочно провоцировала сестру, однако та ни слова в ответ не сказала.

— Хватит игнорировать меня, ну! — вспылила Линетт и с досадой цокнула языком. — Вот почему ты такая? Я с тобой и дома постоянно заговорить пытаюсь, а ты отмалчиваешься.

Она вспомнила, как много лет назад Мишелла Макфарлейн, общепризнанный гений, нанесла им визит, и Стейси подарила ей собственноручно сплетённый венок. Мишелла тогда очень обрадовалась, а Стейси застеснялась.

«Они были совсем как близкие, дружные сёстры, не то что мы с ней…»

— Могла бы и мне сплести, — едва слышно проворчала Линетт.

— Что? — переспросила Стейси.

— Ничего, забудь, — бросила Линетт, отведя взгляд, и пожала плечами. — Идём уже.

Тем временем небольшой отряд под предводительством Миллиган приближался к переходу на третий уровень. Лес остался позади, его сменили постепенно редеющие заросли кустарника. Внезапно ребята словно бы пересекли невидимую границу и вышли на голую пустошь.

— Что ж, можно считать, второй уровень позади, — сказала ведьма.

— Как-то не нравится мне, что вся растительность пропала. И живности больше не видать, — нахмурившись, недоумённо заметила Шелла.

— Ага, странно. Хотя под ногами не камень, а вполне себе почва, — согласился Оливер. — Миллиган, можешь объяснить?

Змееокая остановилась.

— Да объяснить-то не проблема, но, как говорится, лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать, — ответила она.

Неожиданно земля слабо задрожала.

Удивлённый Оливер опустил взгляд, и тут у него из-под ног вырвалась костяная рука, и парень в спешке отскочил назад.

— Чего?!

Но всё только начиналось.

Пустошь будто бы ожила. Разрывая землю, на поверхность выбрались тысячи костяных солдат, облачённых в старомодные доспехи и вооружённых мечами и копьями.

— Спарты[1]?! — изумлённо выдохнула Шелла. — Откуда их столько?

---

[1] Персонажи древнегреческой мифологии, рождённые из зубов дракона. Не путать со спартанцами — жителями Спарты.

---

— Аж дух захватывает, правда? Вы, главное, не паникуйте. Это свои, — спокойно произнесла Миллиган.

Ребята не сразу поняли, что она имеет в виду, но ведьма наколдовала небольшое возвышение, забралась на него и посмотрела вдаль.

— Вон, там уже строятся. Я бы рекомендовала вам запомнить, какое у кого построение.

Поднявшись следом за Верой, Оливер с друзьями увидели, что на той стороне пустоши поднялась другая армия. Они тоже носили доспехи, но другого образца, и явно готовились воевать.

— Это боевое построение, — определила Нанао. — Будет сеча.

— В точку, Нанао. Перед вами последние врата второго уровня — так называемая Битва живых мертвецов, — весело сказала Миллиган и обернулась. — Давайте-ка я кратенько объясню вам правила. Есть две армии спартов, вам предстоит сразиться за одну из них. Задача предельно простая — победить. Если конкретнее, убить вражеского генерала и не дать погибнуть своему. А в награду получите свободный проход на третий уровень на ближайший год.

Оливер затаил дыхание.

«То есть нам надо примкнуть к мертвецам?!» — с содроганием подумал он.

Не обращая на него внимания, Миллиган продолжила:

— Сейчас врата на третий уровень перекрывает вражеская армия. Они откроются только после победы над ней. Ах да, чуть не забыла. Никаких полётов на метле. Это нарушение правил. После поражения следующую битву можно начать лишь через три часа. И на заметку: не советую пускать всё на самотёк. Расклад сил такой, что ваша армия должна неизбежно проиграть. Смысл игры как раз в том, чтобы изменить исход боя в свою пользу. Тщательно всё обдумайте, составьте план — и вперёд.

Она прошла мимо ошеломлённых ребят и остановилась метрах в двадцати, приготовившись наблюдать.

— Извините, но без меня. Я уже побеждала в начале года, больше мне участвовать нельзя.

Оливер напрягся. По всему выходило, что им придётся справляться своими силами.

— Если попадёте в переплёт, я, конечно, вступлюсь, но тогда придётся забыть о правилах и бежать. Разумеется, до того, как вражеские солдаты убьют вас, — беззаботно добавила ведьма.

В этот момент по пустоши разнёсся гул горна.

— А, задудели? Значит, осталось пять минут. Самое время устроить совещание, — сказала напоследок Миллиган и устранилась от дальнейших действий.

Её подопечные поняли, что сейчас на счету каждая секунда, и переглянулись.

— Если это игра в войну, то ключевые моменты должны быть теми же, что и в шахматах. Давайте проверим, какие у кого фигуры, — предложила Шелла.

— Правильно, — согласился Оливер. — Надо глянуть, кто есть у нас, кем располагает враг и где вообще будет происходить сражение.

Они кивнули друг другу, разбежались и, проведя быструю разведку, собрались снова.

— Я осмотрела поле брани. Это голая равнина без холмов и впадин, — доложила Нанао. — Также я заметила, что войска более-менее равны по силе, но у неприятеля больше всадников.

— А у нас вместо этого имеется особый отряд, — подхватила Шелла.

— Судя по размерам и строению скелета, это маги-звери. Скорее всего, меченосные носороги. Мне кажется, наш генерал хочет бросить их в лобовую атаку, чтобы прорвать строй врага и пустить в брешь пехоту. Не то чтобы я разбирался в принципах ведения войн у простецов, конечно, — не слишком решительно заключил Оливер.

Он много знал про бои между магами, но о масштабных сражениях имел лишь самое общее представление. Впрочем, Шелла поддержала его.

— Всадников у нашей армии, конечно, меньше, но я не понимаю, насколько сильно это ставит нас в невыгодное положение. Миллиган сказала, что мы проиграем, если пустим всё на самотёк. Нанао, как ты думаешь — почему?

Среди них Нанао единственная участвовала в настоящих войнах, поэтому наверняка могла подсказать что-нибудь стоящее.

Девушка скрестила руки на груди и задумалась. Друзья смотрели на неё, затаив дыхание, и наконец десять полных секунд спустя эйзиатка бодро ответила:

— Понятия не имею! Я же ни разу не была генералом!

Оливер разочарованно уронил плечи. Шелла тоже расстроилась, но быстро взяла себя в руки.

— Ладно, ничего страшного. В конце концов, от нас не требуют стратегического мышления. Нам поставили чёткую задачу — убить вражеского генерала.

Её слова помогли Оливеру собраться.

«Точно! Мы же маги, а не солдаты, поэтому должны мыслить соответствующе».

— Как я понял, генерала окружают элитные бойцы. По всей видимости, гвардия. У них лучше вооружение, мощнее внутренняя энергия. Если мы неосторожно сунемся к ним, запросто порежут на куски.

— Придётся ждать, когда армии столкнутся и возникнет свалка. Главное — подобраться на расстояние удара заклинанием. Тогда я прикончу его одним махом, — уверенно сказала Шелла.

Друзья согласились с ней, и в этот момент снова затрубил горн.

— Пора. Давайте следовать плану Шеллы. Держимся подальше от авангарда и ждём подходящую возможность прорваться в тыл, к генералу. Нанао, ты не против? — осведомился Оливер, и девушка кивнула.

К этому моменту в передних рядах войска наметилось движение.

— Началось!

Тяжело ступая по земле, костяные, но оттого не менее массивные носороги помчали на врага. За ними вздымались клубы пыли. Как Оливер и предполагал, их генерал решил разбить авангард противника.

Однако всё сразу пошло наперекосяк.

Спарты резво расступились, и маги-звери пробежали через строй, никого не задев.

— Вот это да! Просто взяли и прошили насквозь! — изумлённо воскликнула Шелла.

— Они были готовы к этому. Вестимо, против нас именитый генерал, — восхитилась Нанао.

Оливер по большей части разделял чувства Шеллы, но при этом что-то не давало ему покоя. Непонятно откуда взялась смутная тревога…

Тем временем в бой вступила конница. По числу всадников союзные войска уступали, поэтому никто не надеялся на победу, однако реальность оказалась ещё хуже. Волна кавалеристов разбилась о вражеские ряды, развернулась и побежала с поля боя.

— Наших бьют! Сейчас раздавят и всё!

— Так надо помочь им, а не смотреть! Фрагор!

Носороги исчезли вдали, фланги кавалерии были разбиты, в строю остались только пехотинцы. Прикрываясь круглыми щитами, они вышли вперёд, выставили перед собой копья и встретили натиск вражеской армии. Оливер с Шеллой помогли заклинаниями. Энергетические шары пронеслись по дуге над головами пехотинцев и взорвались среди неприятеля, разбив на куски несколько живых мертвецов. Но образовавшуюся дыру мигом заполнили подтянувшиеся резервы. Магия не сумела помешать продвижению противника.

— Не выходит! Наши заклинания слишком слабые, чтобы остановить целую армию! — в отчаянии закричал Оливер.

— Я могу присоединиться к авангарду… — непринуждённо предложила Нанао.

— Даже не думай! Я лучше возьму тебя и убегу, чем пущу туда! — грозно предупредила Шелла и для пущей убедительности вместе с Оливером схватила подругу за плечи.

Пока они топтались на месте, бой продолжался. Враг смял первые ряды и сунулся было дальше, но в этот момент вперёд выдвинулись тыловые части и мужественно приняли удар. Наступление захлебнулось.

— Погодите-ка. Они ещё не проиграли.

— Передние линии потерпели поражение, но задние выдержали. Видимо, туда поставили наиболее опытных солдат, — сказала Нанао.

Она не ошиблась. Свежие силы не просто удерживали позиции, а оттесняли противника назад.

— Какая доблесть! Сражение ещё не проиграно! — воодушевлённо воскликнула Шелла.

Оливер нахмурился. Неясная тревога не покидала его, а, наоборот, только крепла, и постепенно парень понял, что не давало ему покоя.

— Битва при Диарме, — негромко обронил он, и девушки тотчас обернулись.

— Что ты сказал?

— Битва при Диарме. Сражение, которое случилось очень давно, ещё в третьем веке до календарной эры, между двумя крупными странами — империей Люмор и портовой нацией Курутога — и положило конец долгой войне между ними. Пит рассказывал мне о нём, — пояснил Оливер, копаясь в памяти.

Он вспомнил об этом событии далеко не сразу, потому что никогда не изучал его целенаправленно. Просто как-то раз друг вскользь затронул его в беседе и провёл небольшой экскурс в историю.

— Я слышала об этих странах. Они исчезли со всех карт ещё до основания Союза.

— Ага. Это простецы увлекаются военной историей такого рода. Маги же мало что знают о ней, — кивнул Оливер, припоминая детали.

В древности, когда волшебников было намного меньше, в войнах между государствами участвовали в основном простецы. В битве при Диарме сошлись два знаменитых генерала — давние соперники.

— Наше сражение полностью повторяет то. Может, это не совпадение, а воспроизведение? — задумчиво проговорил Оливер и, прикрыв глаза, сосредоточился.

В голове зазвучал голос Пита, необычайно возбуждённого и говорливого в тот момент:

«В прошлой битве армию люморского генерала окружила и хорошенько потрепала вражеская конница, поэтому к нынешней он подготовился и переманил на свою сторону род кавалеристов из Курутоги. Когда генерал портовой нации узнал об этом, то поставил в авангард меченосных носорогов, но его соперник предвидел это и, когда битва началась, сразу приказал своим солдатам расступиться. Носороги тяжёлые и неповоротливые, поэтому они пробежали сквозь строй и умчались прочь, а поскольку их почти не дрессировали, вернулись лишь считанные единицы…»

Шелла и Нанао внимательно слушали пересказ тех событий.

«Однако курутогский генерал тоже был не лыком шит. Он сказал своим войскам отступить, чтобы избежать лобового столкновения с многочисленной кавалерией врага, и отвести её как можно дальше от места основного сражения…»

— Значит, то было намеренно, — с пониманием кивнула Нанао.

Их конница чуть ли не в бегство ударилась. Как оказалось, всадники не струсили, а выполняли приказ командования — выманивали неприятеля.

— В результате всё свелось к бою между пехотинцами, — продолжил Оливер. — Люморцам удалось прорвать передние ряды, состоящие из новичков, но более опытные курутогцы выстояли, и фронт вытянулся в длинную линию. Что мы сейчас и наблюдаем.

Обдумав его слова, Шелла сказала:

— Значит, мы воюем за Курутогу, а против нас Люмор. И что будет дальше?

Это было самое важное, о чём Оливер прекрасно понимал.

— Наши оттеснят люморцев почти до изначальных позиций, но к этому времени кавалерия противника разобьёт нашу, вернётся, ударит в тыл пехоте и сомнёт ряды. И наступит конец, — ответил он, покопавшись в памяти. — Вот что нас ждёт. Если мы не остановим всадников, то история повторится и Курутога проиграет.

Решение задачи оказалось очень простым.

Обернувшись, ребята увидели, как вдалеке союзную конницу постепенно перемалывает вражеская. Спарты храбро исполняли приказ и оттягивали внимание на себя, но их ряды постепенно сокращались. Им не суждено было долго продержаться.

— И что нам делать?

— Пока не знаю. Нанао, есть идеи?

— Что ж… Коли что и поможет нам втроём остановить кавалерию, то лишь волшебство, — ответила девушка, основываясь на собственном опыте.

Оливер сжал кулаки.

«Ну да, ситуация поганая. Тут, наверное, спасовал бы и опытный стратег. Но это не означает, что всё потеряно!»

— Так мы и есть волшебники. Справимся! — уверенно сказал он.

Естественно, Нанао и Шелла тоже не собирались сдаваться.

— Может, ты сотворишь такой же рык, как на параде?

— Увы, нам не хватит сил. А если бы и хватило, сомневаюсь, что сработало бы. У нежити нет инстинкта самосохранения.

— Моих двусоставных заклинаний тоже будет недостаточно, — добавила Шелла. — Значит, прямое вмешательство отпадает. Может, тогда как-нибудь изменим местность? Нам же не обязательно избавляться от них, хватит и просто задержать.

— Да, я думал об этом, но наколдованные стены слишком хрупкие. И мы не успеем сделать их достаточно длинными.

Хлипкую преграду враг проломит, короткую — обойдёт. Соорудить что-то вменяемое в сжатые сроки вообще сложно, а время поджимало. Силы курутогской кавалерии стремительно таяли с каждой секундой.

— Не знаю, поможет это или нет, но мой отец говаривал, что лишь круглый дурак станет биться с кавалерией в чистом поле. Умный же воин заманит её в лес, — произнесла Нанао, и Оливер резко вскинул голову.

— Лес… Точно, деревья!

Он полез в сумку, где лежали семена инструмендрева, и попутно посмотрел на Шеллу. Девушка с полувзгляда поняла его и тоже достала свои запасы.

— Шелла, ты знаешь, что делать, да?

— Да! Надо только точно выставить отсрочку!

— Ставь на сто секунд! Нанао, жди здесь и готовься!

Оливер с Шеллой разошлись в разные стороны, раскидали по земле семена и, обнажив атамы, воскликнули:

— Прогрессио!

Отбежать, бросить, зачаровать — они повторяли эти действия снова и снова, пока не удалились метров на пятьдесят от Нанао. Мельком оглянувшись, Оливер увидел, что от курутогцев уже никого не осталось, а люморцы скачут обратно сомкнутым строем.

«Где-то через десять секунд будут здесь!..»

— Только бы успеть! Прогрессио! — в последний раз выкрикнул Оливер.

Ровно в этот миг Шелла закончила со своим участком.

А через пару мгновений из-под земли одновременно вырвались десятки деревьев. Гибкие стволы загнулись дугами, перекрывающими друг друга, и на поле боя неожиданно возникла стометровая живая изгородь.

Всадники не успели ничего предпринять. На полной скорости передние линии врезались в импровизированное препятствие и вместе с лошадьми разлетелись на части. Остальные тоже не успели затормозить, запнулись о груду костей и разделили участь товарищей.

— В последний момент! — радостно закричала Шелла. — Оливер, у нас получилось!

Не сдержавшись, парень торжествующе вскинул кулак.

«Гай, ты в который раз выручаешь нас!»

Инструмендрево обладало замечательными свойствами — помимо универсальности оно также потребляло совсем немного магической энергии. Для роста семена брали питательные вещества напрямую из земли, так что волшебнику требовалось послать лишь небольшой импульс. При наличии плодородной почвы можно было создать забор, во много раз превышающий по прочности щитовые чары.

На первый взгляд казалось, что земля здесь бедная, но лишь из-за того, что сотни костяных солдат постоянно топтались по ней. На самом деле это никак не истощало её. Оливер давно отметил главную особенность второго уровня лабиринта — богатую почву — и догадался, что здешняя пустошь несёт в себе скрытый потенциал. Инструмендрево Гая тоже превосходно показало себя в схватке с химерой. Так что парень ничем не рисковал, а просчитал всё от и до.

— Отлично! Нанао, в атаку! Надо достать вражеского генерала, пока кавалерия занята!..

Оливер обернулся, но девушки уже и след простыл.

История изменилась.

Люморские всадники увязли в живой изгороди и не смогли ударить в тыл курутогцам, поэтому более сильная и опытная пехота портовой нации сумела оттеснить противника, и имперцам пришлось бросить в бой гвардию, чтобы хоть как-то удержать позиции. Однако они не справлялись. Организованное сражение давно превратилось в беспорядочную свалку. Линия фронта трещала по швам, и курутогцы могли в любой момент пробиться к ставке генерала, так что военачальник тоже готовился присоединиться к схватке. Он направился было к своим солдатам, как вдруг что-то почувствовал и, схватившись за меч, настороженно осмотрелся.

— Твоя голова будет моей! — внушительно объявил кто-то.

Один из гвардейцев рухнул, разрубленный пополам, и в брешь проскочила девушка. Генерал не успел опомниться, а его череп уже слетел с плеч, с клацаньем упал на землю, откатился к ногам девушки и уставился на неё пустыми глазницами.

Вдруг Нанао услышала незнакомый голос:

— Превосходно, юный герой. Если бы только нам довелось встретиться в ту пору, когда у меня было тело из плоти и крови…

В тот же момент все спарты замерли и рассыпались на отдельные кости. Живые мертвецы упокоились вечным сном — как и должно быть.

Шелла опустила атам.

— П-получилось? — нервно спросила она.

Оливер не ответил. Он тоже не ожидал, что всё пройдёт так просто, и ждал подвоха.

Убрав катану в ножны, Нанао подбежала к нему и первым же делом извинилась:

— Оливер, прости, пожалуйста. Просто я увидела брешь в обороне врага и не сдержалась.

Парень посмотрел на неё, немного подумал, затем молча поднял руки и ущипнул её за щёки. Нанао негромко охнула, но безропотно приняла наказание.

— Я не сомневаюсь в том, что ты увидела. Однако… — Оливер прервался. — Однако ты могла бы подождать нас. Скелеты никуда не делись бы, — произнёс он и, оттягав девушку за щёки, на этот раз до боли схватил её за плечи. — Нанао, я прошу тебя, хватит рисковать собой. Твоя безопасность в десятки и сотни тысяч раз важнее какой-то победы.

— Оливер… — прошептала Нанао, глядя ему в глаза.

К ним подбежала Шелла, а вскоре подошла и Миллиган, хлопая в ладоши.

— Поздравляю с прохождением второго уровня. Вы одни из немногих первокурсников, кто маленькой командой забирался так далеко. Настоящее достижение, между прочим.

Оливер отпустил Нанао, и они повернулись к ведьме. Шелла взглянула на груды костей.

— А всё-таки кем были эти спарты?

— Хороший вопрос. Увы, я не сильна в некромантии, поэтому не могу сказать ни кто они на самом деле, ни почему раз за разом возрождаются и бьются. Возможно, Ливермор что-то знает, — беззаботно ответила Миллиган и вдруг жутковато усмехнулась. — Но можно подключить воображение… И тогда вполне окажется, что генералы самые настоящие.

У Оливера по спине побежали мурашки.

Плоть давно сгнила, от тел остались одни кости, но древние военачальники по-прежнему стремились расквитаться друг с другом и посылали мёртвые армии в бой. Если Змееокая ведьма права, они сражаются на протяжении многих сотен лет и будут заниматься этим до скончания времён.

— Как вы? Устали, наверное, да? Всё-таки столько идём уже, — заботливо поинтересовалась Вера. — Потерпите немного, впереди как раз есть подходящее местечко для отдыха.

После её слов Оливер с некоторым удивлением обнаружил, что и впрямь страшно вымотался и не отказался бы от привала.

Смакуя послевкусие победы, ребята поспешили за ведьмой.

Местечком, о котором упоминала Миллиган, оказалась пещера между вторым и третьим уровнями. Юные волшебники разбили там настоящий лагерь: вырастили обеденный стол, соорудили в центре костёр, вскипятили воду, заварили чай. На ужин были неизменные пайки и фрукты, которые Вера собрала по пути. Из-за усталости ели молча, лишь изредка перебрасываясь короткими фразами, а после сразу отошли на боковую.

— Смотри-ка, вмиг вырубились. Они такие ангелочки, когда спят, правда? — улыбнулась Миллиган, глядя на Шеллу и Нанао.

Оливер сидел у костра напротив неё и молча наблюдал за пляшущими язычками пламени.

— Оливер, ты тоже ложись, — мягко посоветовала ведьма. — До сих пор мы шли прямо, но на третьем уровне придётся искать мастерскую Офелии. Тебе нужно отдохнуть, иначе завтра свалишься.

— Знаю. Но я хочу ещё немного посмотреть на огонь, — ответил парень.

Он понимал, что должен восстановить силы, но сна не было ни в одном глазу. Прошедший через смертельные испытания организм переполняла энергия.

— Перебудоражился? Что ж, бывает. Давай-ка я заварю тебе ещё чашечку травяного чая.

— Спасибо, — поблагодарил Оливер, не поднимая головы, и почувствовал укол совести из-за того, что обременяет Миллиган лишними хлопотами.

Ведьма достала из своих запасов успокаивающие растения, добавила чайных листьев и залила всё кипятком.

— Кстати, ты не против, если я задам один вопрос?

— Пожалуйста. А чего вдруг так вежливо?

— Потому что вопрос слишком прямой. Я правильно понимаю, что вы все познакомились уже в Кимберли? То есть Пита знаете всего ничего, так?

Оливер кивнул.

Глядя в чайник, на раскрывающиеся листья, Миллиган негромко продолжила:

— Поздновато, наверное, я спохватилась, но всё-таки… Почему вы рвёте жилы ради него? Конечно, я ни в коем случае не предлагаю вам бросить его, но ведь можно было остаться в школе и ждать, когда Годфри, его старосты и другие старшекурсники всех спасут. Не получилось бы — что ж, такова его судьба. Никто вас обвинять не стал бы. Реверси встречаются нечасто, спору нет, но всё равно не стоят того, чтобы рисковать жизнью. Почему вы так хотите спасти Пита?

«Росси спрашивал о том же», — улыбнулся Оливер.

— Миллиган, ты, конечно, помнишь, что случилось на параде?

— Ещё бы я не помнила. Это же мой подопытный тролль взбесился.

— С этого всё и началось. Когда Марко чуть не растоптал Кати, мы впятером бросились к ней.

— Хм…

— Среди нас Пит был единственным выходцем из семьи простецов. Он держал под мышкой пособие для начинающих волшебников и отчаянно сопротивлялся давлению незнакомой обстановки. Должно быть, он переживал сильнее всех. В конце концов, узнав о своём даре, он поступил не куда-нибудь, а в Кимберли, — говорил Оливер, и перед его глазами вставали картины из недалёкого прошлого.

Он не думал, что Пит поможет, ведь у него не было на то ни одной причины. Наоборот, казалось, он будет держаться как можно дальше от кучки шумных незнакомцев.

— Когда Марко взбесился, Пит перепугался, пожалуй, больше остальных, но не сбежал с другими первокурсниками, хотя его никто не стал бы ругать за это. Нет, он ринулся в бой вместе с нами.

Скорее всего, он действовал из благих побуждений. Воспитание не позволяло ему бросить человека в беде, а ведь у большинства магов первой выветривалась именно взаимовыручка.

— Я был безмерно счастлив тому, что обрёл такого друга в первый же день в серпентарии Кимберли. И остальные, думаю, тоже, — искренне сказал Оливер, не отрывая взгляд от огня.

Миллиган скрестила руки на груди.

— Потому и вы не можете сбежать, да? Какая прелесть.

— Издеваешься?

— Нет, я серьёзно. Просто оно как-то… странно. Такая дружба — это удел «внешнего мира», а в Кимберли это не более чем сказки. Но я не против. Приятно о таком слушать, — улыбнулась Миллиган и наклонилась к костру.

Пока они разговаривали, чай уже заварился.

— И раз уж речь зашла о странностях, давай поговорим о самом необычном. О тебе, — неожиданно сказала девушка.

— М? — недоумённо протянул Оливер.

— Ладно Шелла и Нанао, их выдающиеся навыки со скрипом, но можно оправдать. Тут и родословная необычная, и воспитание далеко не нормальное. Шутка ли, одна дочь Макфарлейнов, в жилах которой течёт кровь эльфов; другая самурай с острова далеко на востоке. Прости за каламбур, но в том, что они превосходят ожидания, ничего неожиданного нет. А что же ты? К сожалению, я ничего не знаю о твоём детстве… — Миллиган налила в кружку красный чай и взглянула на Оливера. — Однако по всем параметрам ты середнячок. И это я даже не сравниваю тебя с девочками. Запасы магической энергии, сила заклинаний — всё как у стандартного первокурсника. Ни в чём конкретно не блистаешь, типичный мастер всего и ничего. Уверена, десять из десяти человек со мной согласятся. И всё же ты каким-то чудесным образом сражаешься наравне с подругами, ни в чём им не уступая. Невероятно и непостижимо, не правда ли?

Оливер молча взял кружку, на которой поднимался пар. Миллиган спокойно продолжила:

— Разумеется, один дар ничего не решает. Его ещё нужно выковать, закалить в непростых испытаниях. Шелла и Нанао прошли через это и возвысились над остальными. В то же время их бесталанным ровесникам никогда не достичь того же уровня. Это попросту нереально, понимаешь? И вот же парадокс: ты здесь, рядом с ними! Волшебство, не иначе!

Парень сделал глоток чая, не желая что-либо отвечать.

— Ты мог бы сказать что-то вроде «я много занимался и брал упорством там, где не хватило таланта», но это же бред. Никакое упорство, никакой учитель, даже лучший из лучших, не помогут тебе так вырасти. Посвяти всю жизнь тренировкам — и всё равно будешь безнадёжно отставать от девочек. Ни один метод — по крайней мере, из тех, что я знаю, — не поднимет тебя так высоко.

Миллиган вновь окинула Оливера пристальным взглядом. За чёлкой сверкнуло око василиска.

— Должно быть, ты пережил нечто такое, на фоне чего мой глаз будет выглядеть невинной шалостью.

Не выдержав давления, Оливер раздражённо посмотрел на ведьму, но та нисколько не смутилась и с улыбкой подняла руки.

— Не переживай, выпытывать ничего не стану. У каждого мага есть целый шкаф скелетов. Просто я переживаю, ведь у тебя есть пагубные наклонности. Не того рода, что у Кати или Нанао, но тем не менее.

Таким откровением Вера застала Оливера врасплох. Парень опустил взгляд. Он до сих пор не научился определять, где у Миллиган заканчивается доброта и начинается холодный расчёт. Но нельзя было отрицать, что она в меру здравомыслящая и заботливая. К сожалению, это лишь усугубляло ситуацию. Оливер просто не имел права давать перед ней слабину.

— Засыпаешь уже? Прости, совсем заболтала тебя.

— Да, попробую прилечь, — ответил Оливер, убеждая себя в том, что должен отдохнуть, если не хочет завтра ползать сонной мухой, и допил чай.

Вдруг Миллиган задумалась о чём-то.

— Знаешь… Если всё-таки не спится, то, может, я помогу снять напряжение? — Она поднялась с камня, зашла Оливеру за спину, обняла его за плечи и прошептала на ухо: — Хочешь немного пошалить?

— !

Оливер тотчас вскочил на ноги, со стуком поставил на камень пустую кружку, обогнул костёр и улёгся прямо на землю, всем своим видом выражая несогласие.

Потирая ноющие руки, Миллиган невесело усмехнулась и всё так же мягко сказала:

— Не любишь такие шутки, да? Ладно уж, не сердись. Сам знаешь, мы, маги, всегда стремимся очаровать тех, кто нам приглянулся. Спокойной ночи, Оливер. Приятных сновидений.

Парень крепко зажмурился, изо всех сил пытаясь выкинуть из головы ведьму и уснуть.

После первой нормальной беседы общение начало потихоньку налаживаться.

Однажды вечером Офелия впервые за долгое время заглянула в кафе-столовую «В кругу друзей». Многие тут же с неприязнью уставились на неё, но девушка, не обращая на них внимания, подошла к столику, откуда её точно не прогнали бы.

— М-м…

— О, Офелия! Ты как раз вовремя! Присоединяйся! — радостно воскликнул Годфри, разводя ненужную суету.

Офелия робко опустилась на краешек стула.

— Позволь представить моих друзей. Может, они покажутся тебе малость хмурыми и неприветливыми, но на самом деле они классные.

Кроме Элвина и Карлоса, за столом сидели ещё двое: парень с первого курса и девушка со второго. Парень был невысоким, хрупким и, судя по всему, происходил откуда-то из Союза. Девушка же, напротив, обладала более экзотической внешностью. Тёмная, почти чёрная кожа, необычные черты лица, дреды — всё в ней выдавало уроженку другого континента. Её соотечественники, как и эйзиаты, редко поступали в Кимберли.

— Признаю, что мне приходится общаться с ней против воли. Но мы не друзья.

— Я тоже не припоминаю, чтобы речь шла о дружбе.

Парень с девушкой зло уставились друг на друга, и Офелия поневоле сжалась. Годфри поспешил вмешаться:

— Ну-ну, не пугайте Офелию. Успеете ещё поцапаться, а сейчас лучше представьтесь.

— Реседи Ингве со второго курса. Можешь звать хоть по имени, хоть по фамилии — мне всё равно, — бросила девушка, с неохотой отвернувшись от парня.

Тот тоже не особо горел желанием знакомиться.

— Тим Линтон, первый курс. Не утруждай себя запоминанием, — буркнул он.

Офелия тоже робко назвалась, но, к её удивлению, никто и бровью не повёл, когда прозвучала фамилия Сальвадори.

Годфри довольно кивнул.

— Мы с ребятами решили стать кем-то вроде стражей порядка в Кимберли. Знаю, громкое заявление для второкурсников, но я думаю, ты успела уже заметить, как опасно в школе. Вот мы и хотим по мере сил помогать тем, кто попал или только рискует попасть в беду. Ну, учить самообороне и всякое такое.

— Помогать… другим?.. — удивлённо повторила Офелия и задумалась.

Элвин грустно усмехнулся и пожал плечами. По всей видимости, он привык к такой реакции.

— Ага. Меня уже за сумасшедшего начинают принимать. Но понимаешь, все мы разные, у каждого свои увлечения. Кому-то нравится, там, зелья варить, а кому-то — помогать. Разумеется, ты тоже можешь рассчитывать на нашу поддержку, но я был бы очень благодарен, если бы ты присоединилась к нам, — прямо сказал он и посмотрел Офелии в глаза.

— Дело в том, что у нас прямо беда с пополнением, — вмешался Карлос. — Первокурсники, бывает, проникаются, приходят, но очень быстро забрасывают это дело.

— Эй, Карлос, а как же я? Я-то остался! — возразил Тим, вскинув руку.

Карлос поджал губы.

— Да, и я рад этому. Но проблема в том, что больше половины новеньких уходит как раз из-за тебя.

— Потому что я перфекционист! Либо пусть выкладываются на полную, либо скатертью дорога!

— О, это всё, конечно, замечательно… Ну а всё-таки?

— Потому что внимание Годфри принадлежит мне и только мне! А все остальные пусть сдохнут! — без капли стыда ответил Тим.

Реседи поморщилась и приложила ладонь ко лбу.

Офелия осмотрела всех и неуверенно проговорила:

— Вы думаете, я и правда смогу вам пригодиться?

Тим с Реседи удивлённо взглянули на неё. Наверное, подумали, что после увиденного балагана она не захочет иметь с ними дел.

— Всё зависит от того, что ты умеешь. Итак? — деловито спросила Реседи, выпрямив спину.

Офелия смущённо замялась. Она ещё никогда не участвовала в таких собраниях и не привыкла к подобным вопросам.

Карлос поспешил поддержать подругу.

— О, Лия — настоящая трудяжка. Она много чего умеет, — сказал он и широко улыбнулся.

Благодаря нему Офелия смогла немного успокоиться и поняла, что от неё хотят услышать.

— Ну… Я неплохо владею заклинанием исцеления и готовлю простые зелья…

В тот же момент Реседи хлопнула по столу и всем телом подалась вперёд.

— Простые ожоги лечишь?

— Угу…

— А химические? Яды выводишь?

— Т-тут надо смотреть отдельно, но в целом… — ответила Офелия, удивлённая тому, что ей ставят конкретные задачи.

Неожиданно Реседи вскочила со стула и схватила её за плечи.

— Ну всё, новенькая, я тебя никуда не пущу.

— А?..

— Поясняю. Видишь этих двух болванов? — Она раздражённо махнула рукой в сторону Элвина и Тима. — Один силу не контролирует и постоянно бьёт по своим, а другой — горе-отравитель, неспособный состряпать антидот к собственным ядам.

— Не-не-не, погоди! — поспешно воскликнул Годфри. — Это я раньше постоянно бил, а сейчас всего лишь через раз!

— Вот-вот! — поддержал его Тим. — Я тоже перестал делать аэрозоли. А ведь ты знаешь, как я их обожаю. Они ж кучу людей за раз прикончить могут!

— Заткнитесь, идиоты! Вы хоть знаете, сколько раз я чуть не сдохла из-за вас?!

Офелия ошеломлённо наблюдала за ссорой. Теперь она понимала, к чему были те вопросы про ожоги и отравления. Причина крылась внутри команды.

«Я, конечно, предполагала, что им непросто, но чтобы настолько…»

— И-извините…

— Прошу, выручай! Я не в ладах с исцелением, а Карлос не может разорваться! — упрашивала Реседи, схватив Офелию за руку.

Впервые кто-то так отчаянно молил её о помощи. Разумеется, Офелия не нашла в себе сил отказать.

Примкнувшая к стражам порядка Офелия быстро сблизилась с новыми товарищами и обнаружила у них немало заскоков. Но сильнее всего её поразила превзошедшая все мыслимые пределы неуклюжесть Элвина Годфри.

В один из самых обычных дней они заняли пустую классную комнату, чтобы поупражняться. Намереваясь продемонстрировать Офелии свои чародейские навыки, Годфри зачем-то снял мантию, закатал рукава рубашки и только потом взмахнул волшебной палочкой.

— Фламма!

Из кончика палочки вырвался ослепительно яркий огненный шар… И пламя перекинулось на руку Элвина.

— Ай!

— Г-годфри! — воскликнула Офелия и тотчас произнесла заклинание тушения.

Воняя на весь кабинет палёной кожей, парень тяжело вздохнул.

— Ничего страшного. Прости, что напугал.

Офелия изумлённо посмотрела на его руку, сильно обожжённую от локтя до кончиков пальцев.

«Так вот почему он разделся. Он знал…»

— У меня так с тех самых пор, как я выучил это заклинание. Не могу контролировать силу — и всё тут. Мощность скачет туда-сюда, и в конце концов огонь перекидывается на руку. Профессор Гилкрист говорит, что насколько велики мои запасы магической энергии, настолько же плохо я с ними обращаюсь. Хотя я понемногу прогрессирую, — горько признался Годфри. По всей видимости, ему больше докучали не ожоги, а собственная слабость. — До сих пор меня выручал Карлос, теперь будешь ты. Эх, позор мне. Если бы только я освоил исцеляющее заклинание, всё было бы намного проще.

Наконец Офелия взяла себя в руки.

— Н-не наговаривай на себя… — попросила она и направила волшебную палочку на руку Годфри.

Девушка сомневалась, что Элвин в ближайшее время исправится или научится магии исцеления — в конце концов, там требовался очень точный контроль энергии. Это означало только одно.

— Сколько бы ты ни обжигался… Я всегда буду рядом… и помогу, — твёрдо пообещала она и приступила к лечению.

＊

— Три года уже прошло. Как время летит… — негромко обронил Карлос, предаваясь воспоминаниям.

Они с Годфри пересекали мрачные топи. Под ногами хлюпала болотная жижа.

— Ты про то, когда Офелия ещё была с нами? — догадался Элвин. — А я был… Ну, в общем, энергии много, ума мало. Постоянно загорался чем-то новым, метался от одного к другому. Нет бы головой думать… Эх, даже вспоминать стыдно.

— Тем не менее именно энергия привлекала людей к тебе. Ты мне тогда очень нравился, — с улыбкой возразил Карлос, однако Годфри, наоборот, нахмурился.

— Но я облажался, и из-за этого Офелия отдалилась. Сам видишь, к чему это привело.

— Ты ни в чём не виноват, — покачал головой Карлос, но не смог переубедить друга.

Разумеется, Элвин никогда не занимался самолюбованием. Он и на младших курсах частенько сокрушался, что можно было бы иметь руки попрямее, а уж сейчас тем более понимал свои недостатки. И всё равно…

— Нет, я должен был сделать хоть что-то. Я же старше…

＊

Близился полдень.

Кати и Гай сидели в углу общей гостиной и, терпеливо дожидаясь друзей, переписывали для них конспекты. Одна умная помощница заметила, что Кати дошла до конца, и шустро перевернула страницу.

— Ой, ты хочешь помочь? Спасибо, Миллирученька! — поблагодарила Кати и погладила её по спине… точнее по тыльной стороне ладони.

Всё верно, она обращалась не к человеку, а к фамильяру Веры Миллиган — её собственной кисти, которую Нанао отрубила в бою, а сама ведьма потом, повинуясь неведомому порыву, наделила искусственной жизнью.

В этот момент мимо прошла небольшая группа учеников. Они лишь вскользь посмотрели на Миллиручку, но через пару секунд осознали, что увидели, резко развернулись и изумлённо уставились на живую кисть.

— Чего ты с ней нежничаешь? — недоумённо спросил Гай. — Это же рука Миллиган.

— Да, я знаю… Но она такая милая и так ко мне привязалась, — ответила Кати.

Миллиручка и впрямь ластилась к ней.

Похоже, при её создании Вера немало потрудилась, потому что фамильяр получился очень эмоциональным. Миллиручка даже умела делать разные выражения «лица», ловко двигая мышцами вокруг глаза на ладони.

Хмуро глядя на семенящую по столу кисть, Гай глубоко вздохнул.

— Интересно, как там Оливер?

— Я верю в него и жду. Он обещал, что все вернутся живыми, — уверенно сказала Кати, возвращаясь к конспектам.

Однако Гай покачал головой.

— Да оно-то понятно… Просто он же там один парень.

— Ну и что? — удивилась Кати, не понимая, о чём говорит друг.

— Эх… Ты забыла, что против них Офелия Сальвадори? Я не встречался с ней лично, но слышал, что она круглосуточно испускает мощный парфюм. И если долго дышать им, то… ну… возбуждаешься. Во всех смыслах, — с запинками пояснил Гай и отвёл взгляд.

Кати немного подумала, а потом вдруг выпучила глаза и вскочила на ноги.

— В смысле?! Ты на что намекаешь?!

— Ну как это на что… Типа… Боязно мне за него, ага…

— Оливер так никогда не поступит!

— Тебе легко говорить, ты ж девчонка. А вот нам как прижмёт, так ух… Тяжело, в общем, — буркнул Гай и подпёр голову руками.

Кати заметно переполошилась.

— Хотя с ним Шелла, она что-нибудь придумает. Да и Миллиган наверняка в курсе. В общем, разберутся.

— Что придумает Шелла? Как разберётся Миллиган?! Эй, отвечай! — закричала Кати и, вцепившись в плечи Гаю, принялась его трясти.

Тут рядом прошёл ученик, толкающий перед собой большую тележку.

— Школьная газета! Сегодня на первой полосе «Пикантные подробности жизни в Кимберли»!

— Дайте мне!

— И мне одну!

Гай и Кати выхватили у него газету и с необычайным вниманием прочитали сплетни, которым прежде не придавали никакого значения.

＊

На третьем уровне лабиринт вновь преобразился.

Душные джунгли уступили место коварным топям. Ноги то и дело увязали, любая лужа могла оказаться бездонной трясиной. Рукотворное солнце Пышного леса сюда не доставало, вокруг царил полумрак. Единственным источником света был люминесцентный мох на потолке. Среди кочек и в бочагах пряталось самое разное зверьё, поэтому стоило держаться настороже.

Но главная опасность таилась в другом.

— Х-х… Х-х…

— Уф…

Химера шумно рухнула в грязь.

Оливер, Нанао и Шелла, тяжело дыша, смотрели на поверженное чудище. Последние три часа они в основном занимались тем, что анализировали врагов, определяли слабые места и составляли план боя. Часто химер удавалось обнаружить заранее и спрятаться, пропуская мимо, но порой приходилось вступать в схватку.

— Это какая уже, четвёртая? — подсчитала Миллиган. — Впрочем, я догадывалась, что на третьем уровне их будет намного больше. Давайте-ка убираться отсюда, пока другие не набежали.

Оливер, конечно, не стал возражать. К нему подбежала Нанао. Она была намного бодрее, чем вчера в лесу. По всей видимости, замечательно выспалась. И зыбкая почва, похоже, ни капли не мешала ей.

— Оливер, мы отлично сработались! — воскликнула она и приобняла парня за плечо.

— Ага…

В другой ситуации Оливер порадовался бы за неё, но сейчас кое-что ему мешало. Немного помявшись, он проговорил:

— Нанао, пожалуйста, не липни ко мне.

— А?.. — ошеломлённо проронила Нанао, по инерции сделала несколько неуверенных шагов и обернулась к Шелле. В её глазах стояли слёзы. — Оливер меня невзлюбил…

— Вовсе нет!

Шелла тоже заметила, что Оливер уже некоторое время мучается из-за внутренних позывов, и решила внести ясность:

— Да, Нанао, тебе показалось. Просто парфюм стал сильнее тяготить его. Так ведь?

— Стыдно признавать, но да, — кивнул Оливер, смущённо отведя взгляд, и тяжело вздохнул. — Здесь его плотность растёт с каждым шагом. Конечно, контроль над собой я не потеряю… Но всё равно не хотелось бы отвлекаться.

Он уже давно поймал себя на мысли, что на третьем уровне спутницы стали казаться ему невероятно притягательными. Любой, даже самый непримечательный их жест с огромной силой манил взгляд. Очевидно, так действовали разлитые в воздухе пары парфюма.

Вообще, Оливер мог бороться с наваждением, но, когда девушки подходили слишком близко, мысли начинали путаться. Разум уделял чересчур много внимания физическому контакту, и парень боялся, что из-за этого пропустит неожиданное нападение.

— Тяготить? Как? — недоумённо спросила Нанао. Она не подозревала, что оказывает на Оливера самое сильное воздействие.

— Нанао, о таком не нужно…

— Да стоит у него, — вмешалась Миллиган. — Он же парень. Надышался парфюма — и вот.

Оливер поморщился, однако Нанао всё равно ничего не поняла и скрестила руки на груди.

— Стоит… Что стоит?

— Не забивай голову. Я подготовился. А ты, Миллиган, не лезь, — резко сказал Оливер и занялся дыхательной гимнастикой, чтобы успокоиться.

Ведьма внимательно посмотрела на него.

— Хм… Да, ты неплохо держишься. Но, если станет совсем худо, говори сразу. Нам ещё далеко идти. Ты просто не дотерпишь.

— Попросил же не лезть. Пока что справляюсь, — твёрдо ответил Оливер и зашагал дальше, всем своим видом показывая нежелание принимать её помощь.

Миллиган усмехнулась.

— Вот же упрямый какой. Видимо, я снова, как и ночью, наступила на больную мозоль.

— А что было ночью?

— Да так, предложила немного поразвлечься.

— Он же ещё на первом курсе! — возмутилась Шелла и принялась упрекать ведьму.

Тем временем Нанао приблизилась к Оливеру и, остановившись на расстоянии вытянутой руки, робко потянулась к нему, но затем быстро отстранилась.

— Оливер, а вот так можно?

— Да, можно. Прости, что оттолкнул.

— Сколь же это неприятно, — негромко проговорила Нанао, переживая из-за того, что не может прикоснуться к нему, как обычно.

— Бывает. Просто на заметку: ты и без того слишком уж… общительная.

— Всё-таки тебе неприятно?

— Я такого не говорил, — решительно возразил Оливер, и Нанао пошла рядом с ним.

Миллиган, вполуха слушая нотации недовольной Шеллы, прикрыла ладонью глаза.

— Они такие яркие, что смотреть больно.

— Вот и следи за языком. Они прекрасно обойдутся без твоих намёков, — строго сказала Шелла.

— Да я-то ладно, — усмехнулась Вера, искоса взглянув на неё. — А что насчёт тебя?

— В каком смысле? — спросила Шелла и поджала губы.

Однако при этом она с завистью и восхищением смотрела на шагающих впереди Оливера и Нанао. Казалось, там находилась черта, которую девушка не могла переступить.

— Ох, милые мои, всё-таки я просто обязана вернуть вас живыми, — пожала плечами Миллиган и хлопнула в ладоши, привлекая внимание. — Итак, давайте поговорим вот о чём. До сих пор мы шли туда, где парфюм гуще, но так мы мастерскую Офелии не найдём. Нужна какая-то зацепка.

Шелла скрестила руки и задумалась.

— Можно проследить за химерами… Впрочем, нет.

— Вот именно. Это было бы слишком легко. Скорее всего, Офелия списала большую часть химер в расход. И сборщики возвращаться не станут — они уже наловили достаточно народа.

Оливер задумчиво хмыкнул.

«Как мы и думали, третий уровень слишком большой, чтобы быстро найти одну мастерскую. А что если…»

— Давайте зайдём с другой стороны, — предложила Шелла. — Миллиган, вот ты какое место выбрала бы?

Вера задумчиво погладила подбородок.

— Прежде всего такое, чтобы мастерскую не нашли ни ученики, ни маги-твари. Ещё важно, чтобы вода была рядом, но здесь с ней проблем нет. Также хотелось бы обустроиться как можно ближе ко второму уровню, чтобы проще было собирать ингредиенты для зелий… — начала перечислять она, а потом неожиданно прервалась. — Нет, так поступила бы я, а мы говорим об Офелии. Ингредиенты есть и на четвёртом уровне, и ниже, причём немало. Просто там очень опасно, вот я и стараюсь лишний раз туда не заходить. Но я не удивлюсь, если Офелия собирает всё там… Знаете, теперь мне всё больше кажется, что она обосновалась где-то у перехода на четвёртый. И это совсем нехорошо.

Оливер вспомнил, как Вера упоминала, что Сальвадори сильнее неё. Наверное, Офелия разгуливала по болоту как у себя дома.

— А нехорошо это потому, что в таком случае нам придётся кое-что пересечь, — добавила ведьма и повела ребят дальше.

Минут через пять Оливер заметил, что ботинки уже не просто хлюпают по грязи, а шлёпают по лужам. Ещё немного — и они вышли на берег. Впереди, насколько хватало глаз, раскинулась обширная водная гладь. Противоположный край терялся за пеленой тумана.

Всматриваясь в мутную воду, Шелла сказала:

— Это болото. И очень большое.

— Ага, оно самое. Главная преграда третьего уровня — Ядовитое болото, — пояснила Миллиган.

Топи не зря получили такое название. Видимо, со дна поднимался токсичный газ, потому что при каждом вдохе воздух обжигал горло.

— Его можно пересечь двумя способами, — продолжила ведьма. — Или перелететь на метле, или переплыть на лодке. Но, поскольку со мной сейчас вы, остаётся только лодка.

— Да? Отчего же? — удивилась Нанао.

Логика подсказывала ей, что на метле будет быстрее.

Миллиган посмотрела вверх и указала на потолок метрах в десяти-двадцати над головой. По непонятной причине камень расплывался, словно окутанный маревом.

— Чем выше, тем сильнее концентрация испарений. Не рассчитаете, надышитесь и… В общем, плохо вам будет.

— Плохо, говоришь? А можно конкретнее?

— Пожалуйста. Раздражение по всему телу, прогрессирующее ухудшение зрения, затруднённость дыхания, помутнение сознания. Мётлы тоже пострадают. Они же питаются маги-частицами в воздухе. В конце концов вы все дружно упадаете в болото и пойдёте на корм рыбам.

Шелла нахмурилась. Не такой жестокости она ожидала.

— Конечно, можно принять кое-какие меры и несколько снизить воздействие, но всё равно придётся лететь низко. И там вас уже будут ждать, — сказала Миллиган и указала взглядом в сторону.

Обернувшись, ребята увидели над водой огромную — в несколько сотен особей — стаю тварей с продолговатым телом и крыльями, будто бы сотканными из кружев.

— Летучие рыбы…

— В точку. Живут в водоёмах и умеют летать на небольшой высоте. Поодиночке угрозы не представляют, но обычно сбиваются в косяки. Так они выслеживают добычу, прицепляются к ней и опрокидывают в воду. Чего греха таить, я сама однажды попалась им, — поделилась Миллиган.

Её подопечные всерьёз призадумались. Личный опыт всегда значил больше, чем описания из справочников и энциклопедий. Если ведьма говорила, что эти маги-рыбы опасные, то к ней стоило прислушаться.

— На лодке дольше, зато можно поджечь репеллент. Правда, тогда придётся остерегаться глубинных обитателей, а их тут много. Нам очень и очень сильно повезёт, если не нападёт ни одна тварь.

Оливер с девушками снова посмотрели на болото. Они не удивились, услышав о подводных жителях. В лабиринте любой путь был сопряжён с опасностями, порой смертельными. Приходилось взвешивать риски и выбирать те, которые представляли меньше угрозы.

— Впрочем, нас четверо, отбиться сможем. Короче говоря, плывём на лодке. Так мы и прикрывать друг друга сможем. А мётлами воспользуемся лишь в самом крайнем случае, если придётся прыгать за борт, — решила Миллиган.

«Разумно. И оспорить нечего», — кивнул Оливер.

— Поддерживаю. Конечно, хотелось бы побыстрее, но куда важнее перебраться на тот берег живыми.

— Согласна. Нанао, ты как?

— Я приму любое ваше решение.

Возражений ни у кого не было.

— Отлично. Тогда давайте строить лодку, — предложил Оливер. — У нас осталось ещё немного инструмендрева. Должно хватить.

— Да, не будем мешкать, — поддержала Миллиган. — Ох, как вернёмся, обязательно отблагодарю Гая.

— Только чтобы всё было чин по чину! — предупредила Шелла.

— Ха-ха! Не переживай, я ж не говорю, что мне невтерпёж, — отмахнулась ведьма и вместе со всеми принялась за работу.

Немного погодя Оливер внезапно ощутил волны магической энергии.

— Повелитель, у меня плохие вести, — произнесла Тереза Карсте, тайный разведчик.

— Что случилось?

— Я не смогу следовать за вами. У меня есть лодка, однако на воде мне будет негде укрыться, и Змееокая сразу увидит меня. Не гневайтесь, но мне кажется, нам лучше будет встретиться уже на противоположном берегу.

Оливер застыдился своего легкомыслия. Тереза так виртуозно выполняла возложенную задачу, что он совершенно забыл об особенностях болота.

«Но менять маршрут уже поздно…»

— Да, так и поступим, — произнёс Оливер после недолгих раздумий. — Я оставлю на том берегу метки. Иди по ним.

— Как вам будет угодно… И я умоляю, берегите себя. Третий уровень полон опасностей, — напоследок попросила Тереза и отключилась.

Оливер снова сосредоточился на лодке. Естественно, он и во время разговора не отвлекался от работы, поэтому девушки ничего не заподозрили.

Минут через пятнадцать они закончили.

— Угу, здорово! — довольно отметила Миллиган, скрестив руки.

У них вышло нечто среднее между плотом и лодкой. На палубе из переплетённых стволов инструмендрева было достаточно места для всех, в центре возвышалась мачта, на которой висел квадратный парус из зачарованной ткани.

Вчетвером они дотолкали импровизированный паром до кромки воды, и ведьма скомандовала:

— Забирайтесь!.. — Но потом она передумала. — А хотя нет, погодите. Самое время провести урок.

— Урок? Здесь? — удивилась Шелла.

— Да, именно здесь. Оливер, вы с Шеллой, конечно, слышали о технике Озёрной поступи из Ланоффской школы, да?

Миллиган загадочно улыбнулась и вдруг спрыгнула прямо в болото, однако не провалилась на дно, а пошла по воде.

Оливер ошеломлённо открыл рот, а Нанао и вовсе выпучила глаза так, что они чуть не вывалились из орбит.

— Ого! Ты можешь стоять на воде?!

— О да, обожаю изумлённые вздохи, — хмыкнула Вера. — Хождение по воде — это одно из наиболее важных умений для волшебников. Оно объединяет в себе всю базу пространственной магии, — сказала она и неспешно, но уверенно сделала несколько шагов. По глади пошла слабая рябь.

Оливер и Шелла во все глаза смотрели на ведьму и её практически совершенную Озёрную поступь.

— Обычно эту технику практикуют на втором курсе, поскольку тут нужно определённым образом оперировать магической энергией, но я более чем уверена, что вы сможете освоить её прямо сейчас. Ну-ка, попробуйте, — предложила Миллиган и поманила подопечных.

Ребята дружно посмотрели на воду.

— А если мы не справимся, то утонем, да?

— Ага. Чем не стимул? Если не хотите закончить жизнь в желудках рыб, постарайтесь не оплошать, — с улыбкой ответила Вера, намеревающаяся использовать риск в учебных целях.

Оливер и Шелла решились не сразу. Им потребовалось несколько секунд, чтобы собраться с духом. Нанао же действовала как всегда решительно.

— Хм… Тогда я первая.

Не успели друзья опомниться, как она попыталась повторить за ведьмой… и камнем пошла на дно.

— М-м-мргх!

— Вот это нырок! — расхохоталась Миллиган и помогла девушке выбраться обратно на сушу. — Не испугалась?

Промокшая до нитки Нанао недоумённо склонила голову набок.

— Я в замешательстве. Никак не возьму в толк, в чём фокус.

— Ничего-ничего. Главное — понять принцип, а там пойдёт как по маслу. Оливер, давай, теперь твоя очередь.

Оливер посмотрел на болото и глубоко вдохнул.

«Так, спокойно, — сказал он себе. — У меня всё получится. Я кучу раз практиковал техники земли. Это всего лишь одна из её вариаций».

Настроившись, он шагнул вперёд. Коснувшись воды, носок на мгновение провалился вниз, но тотчас поднялся обратно на поверхность, словно его что-то вытолкнуло наружу. Тогда Оливер опустил пятку и перенёс вторую ногу, прочно утвердившись на воде. При этом он гонял магическую энергию точно так же, как при Роковой поступи, и внимательно следил, чтобы вес распределялся равномерно.

— Ух ты!

— Ага, молодец. Я в тебе не сомневалась. Всё-таки ты блестяще владеешь техниками земли. Теперь пройдись, — повелела Миллиган.

Оливер уже не боялся. Он понял, что нужно делать, поэтому без проблем сделал несколько шагов, поднимая слабую рябь. Но, конечно, и уставал он при этом несравнимо сильнее — настолько, что минут через десять таких упражнений свалился бы без сил.

Шелла восхищённо наблюдала за другом, который во многом уступал Змееокой ведьме, но всё равно справлялся на отлично.

— Превосходно, Оливер. Правильно распределяя вес при ходьбе, ты позволяешь воде самой выталкивать тебя и тем самым экономишь энергию. Можешь гордиться собой — эту технику осваивают с первого раза далеко не все, — неожиданно мягко похвалила его Вера. — Кроме того, без понимания принципов Озёрной поступи нельзя переходить к изучению её более совершенной версии — Небесной поступи. Так что сегодня ты сделал значительный шаг на пути к тому, чтобы зваться настоящим волшебником и мастером магического фехтования.

В этот момент Оливер вспомнил небольшой эпизод из далёкого прошлого.

«Здорово, правда? Не переживай, Нолл, когда-нибудь и ты сможешь. Ты же всё-таки мой сын».

Как-то раз мама показала, что умеет ходить по воздуху, и маленького Оливера это так поразило, что он поклялся научиться так же. В тот момент он даже не подозревал, насколько высоко замахнулся, и что существует такая вещь, как талант.

«Сегодня я стал ближе к цели», — подумал он, на секунду прикрыв глаза, а потом обернулся, протянул руку и позвал:

— Нанао, иди сюда!

В его жесте не было какого-то скрытого смысла. Оливер просто верил, что подруга справится.

— Угу.

Естественно, Нанао не отказалась. Без малейших колебаний она вновь скакнула на воду, покачнулась… и устояла.

— Ох!.. Ого! Получилось! — радостно закричала она, схватив Оливера за руку.

— И правда… — ошеломлённо проговорила Миллиган. — Неужели ей хватило одного взгляда, чтобы всё понять? Или же их сердца бьются в унисон, и ей достаточно просто захотеть? — спросила она и, хитро прищурившись, искоса посмотрела на Шеллу, единственную из друзей оставшуюся на берегу.

Естественно, Шелла не хотела отставать. Она выкинула из головы посторонние мысли, сосредоточилась, подошла к кромке воды, смело сделала шаг, а сразу за ним и второй.

— Фуф… У меня тоже получилось!

— Теперь и вы с нами, леди Шелла!

— Я в тебе не сомневался.

Ребята взялись за руки и принялись наперебой поздравлять друг друга. Миллиган с довольной улыбкой кивнула.

— Да-да, вы все потрудились на славу. Теперь не утонете, даже если свалитесь в воду. А сейчас прошу на борт!

Когда все погрузились, ведьма направила волшебную палочку на парус и произнесла заклинание, вызывая попутный ветер, и лодка резво заскользила по болоту.

В пути Вера решила не сидеть без дела, а открыть подопечным некоторые особенности мореплавания у магов.

— Безусловно, яхты не так распространены, как мётлы, но передвигаться на них тоже удобно. Особенно если учесть, что нам не нужно постоянно править по ветру, как это делают простецы.

Она указала атамом на парус, покрытый сложным узором из геометрических фигур и волшебных символов. Именно они позволяли плыть без гребцов и вёсел. Оливер слышал о такой технике, но вживую видел её впервые.

— Достаточно приманить духов воздуха к парусам, и они сами поведут лодку. Естественно, тут имеются свои тонкости, но о них как-нибудь потом. А пока смотрите и запоминайте.

— Понятно… Весьма информативно, — проговорила Шелла, с огромным интересом слушающая лекцию.

Оливер скосил взгляд. Нанао сидела на корточках у борта и смотрела в мутную воду, где мелькал чей-то тёмный силуэт.

— Вижу большую рыбу.

— Ты только не подставляйся, ладно? Она ж и напасть может.

— Хорошо. Но я бы не прочь поймать её, пересыпать солью и зажарить. Чую, она премного вкусная, — поделилась Нанао.

Даже на третьем уровне опасного лабиринта под Кимберли она оставалась собой.

— Неужели ты успела проголодаться? — вздохнул Оливер, однако без недовольства. Он хотел кое-что добавить, но тут обратил внимание на одну любопытную деталь и осмотрелся.

Остальные тоже навострили уши.

— Слышите? Стало очень тихо.

— Да. Странно это, — согласилась Миллиган.

Под лодкой больше никто не плавал, исчезли и летучие рыбы, которые не приближались из-за репеллента, но неизменно держались в поле зрения. Вера особо подчёркивала, что на лодке им стоит ждать непрошеных гостей, однако до сих пор ни один здешний обитатель не покусился на лакомую добычу.

— На нас давно должны были напасть. И эта тишина… Неужели на глубине тоже что-то случилось? — пробормотала ведьма, оглядываясь по сторонам, и заметила, как на воде мелькнуло что-то белое.

Шелла в этот момент тоже смотрела в ту сторону.

— Вы видели? Что это? — спросила она, но Миллиган промолчала.

Снедаемый нехорошим предчувствием Оливер потянулся к атаму… Как вдруг лодку резко тряхнуло, и она стрелой ринулась по болоту.

— Ой!

Шелла едва успела опереться о мачту, чтобы не упасть.

— Миллиган, что ты творишь?! Предупредила бы хоть! — возмутилась она.

— Попали мы! Доставайте атамы! — резко крикнула Миллиган, и ребята тотчас обнажили оружие.

Внезапно болото за кормой вспучилось, и из-под воды с шумом и брызгами вырвался двадцатиметровый змей… точнее, его скелет. Начисто лишённый плоти, он казался выставочным образцом из музея, но гнался за лодкой совсем как живой.

— Что?!

— Хм, снова кости?

— Это морской змей! Тоже фамильяр, но не такой, каких использует Офелия! Держитесь крепче!

Оливер с девушками пригнулись, и Миллиган выпалила заклинанием в парус. Духи воздуха возбуждённо загомонили, и лодка помчалась вдвое быстрее.

Начались смертельные догонялки.

— Змей намного опаснее химер! От него только убегать! Я очень надеюсь, что мы сможем от него оторваться до суши!

— Вот именно — сможем ли? Выдержит ли лодка?

— Когда догонит, тогда и будем думать! А пока готовьте мётлы! — скомандовала Миллиган.

Оливер и Шелла кивнули друг другу и принялись швырять заклинания в костяного змея. Это не остановило его, но замедлило, и расстояние стало понемногу увеличиваться.

— Вот что значит построили лодку на совесть! Прорвёмся! — со смехом крикнула ведьма, однако через пару секунд от ликования не осталось и следа. — А вот теперь у нас точно проблемы.

— Что?

Оливер обернулся. Прямо по курсу на воде плавали кости самых разных форм и размеров. На первый взгляд могло показаться, что здесь пообедал подводный исполин, но всё было намного хуже.

— Конгреганта, — звучно произнёс кто-то, и кости зашевелились, стягиваясь друг к другу. Сперва они образовали позвоночник величиной с могучее дерево, затем гигантский череп, рёбра и плавники, и получился скелет морского змея, точная копия преследователя.

Змей свернулся кольцом и преградил путь лодке.

— А?!

— Чёрт!

Миллиган тотчас сориентировалась и всем телом налегла на руль. Корпус жалобно заскрипел, но выдержал, и лодка, поднимая увенчанную белым гребнем волну, проскочила в считанных метрах от костяной твари. Столкновения удалось избежать, но скорость серьёзно упала.

— Ох ты ж!.. Ливермор, где тебя здороваться учили? — воскликнула ведьма.

Из-за морского змея показался колдун, окутанный до того плотной аурой могущества и смерти, что кровь стыла в жилах. Он держался прямо, гордо, совсем как жрец языческого культа. Тёмные глаза скользнули по первокурсникам и остановились на Вере, обессиленно рухнувшей на колени.

— Видимо, там же, где тебя — наносить визиты. Змееокая, что ты здесь делаешь? Ведёшь на убой три куска свежего мяса? — спросил Сайрус Ливермор.

Столь же опасный, как и Офелия Сальвадори, он повелевал костями с помощью личных разработок в области магии смерти, и это проявлялось во всём. Даже на роль лодки он приспособил не дерево, а скелет большой черепахи.

— Их друг попался в лапки Офелии. Вот, идём спасать его, — спокойно ответила Миллиган.

Ливермор хохотнул.

— Как по мне, это больше смахивает на изощрённое групповое самоубийство.

— Да, ты прав, но нам всё-таки хотелось бы вернуться живыми, — возразила ведьма и пожала плечами.

— Неужели ты собираешься драться с Сальвадори сейчас? Я думал, ты немного умнее, — насмешливо фыркнул Сайрус, и Вера невесело усмехнулась.

— Я сама так думала.

Они немного помолчали, и тут неожиданно в разговор вмешалась Шелла:

— Прошу прощения… Ливермор, вы тоже ищете мастерскую Сальвадори?

— Шелла?! — изумился Оливер.

— С чего такой вывод, дочь Макфарлейнов? — поинтересовался Сайрус, внимательно посмотрев на девушку.

— Потому что сейчас не лучший момент для прогулок по третьему уровню, ведь Сальвадори поглощена эссенцией магии. В такое время большинство учеников будет держаться от неё подальше, а если кто и рискнёт сунуться, то по вполне очевидным причинам. Первая — желание спасти похищенного родственника или друга. В Кимберли много кто пострадал из-за химер Сальвадори, но я сомневаюсь, что вы относитесь к ним. Поэтому перейду сразу ко второй — интерес к области магии, которой занималась поглощённая, — твёрдо и уверенно пояснила Шелла.

Девушка как будто не боялась Ливермора, намного более опытного, сильного и опасного, чем она сама, но Оливер видел, как дрожат её крепко сжатые кулаки. Он тоже отчаянно сопротивлялся накатывающим волнам ужаса и паники. Примерно полгода назад они с Шеллой уже встречали этого волшебника в лабиринте и знали, на что он способен.

В плане мастерства Сайрус Ливермор ничуть не уступал Офелии Сальвадори и, возможно, даже превосходил её. Ему стоило лишь пожелать, и от них не осталось бы даже воспоминания.

Однако Шелла нашла возможность заручиться его поддержкой для спасения Пита и крепко ухватилась за неё.

— Мне кажется, вы здесь именно поэтому, — продолжила она. — Если конкретнее, вы хотите опередить конкурентов и заполучить результаты исследований Офелии Сальвадори, не так ли?

Оливер нервно сглотнул.

«Да, нам нужно не одно и то же. Мы идём за Питом, так что никакие труды Сальвадори трогать не станем».

— Тогда почему бы нам не объединиться? Пусть мы втроём всего лишь на первом курсе, но вполне можем постоять за себя. Как вы смотрите на то, чтобы обменяться сведениями и вместе взяться за поиски? Так мы найдём мастерскую намного быстрее, и вы от этого только выиграете, — закончила Шелла.

Никто не обещал, что, переправившись через Ядовитое болото, они сумеют обнаружить мастерскую Офелии, поэтому Шелла первым же делом показала колдуну, что ничего не замышляет против него, и предложила заключить сделку, надеясь вытянуть информацию.

Ливермор ответил далеко не сразу.

— Что ж, резонно… Хотел бы я сказать, но увы, ты промахнулась.

— Простите?

— Мне не нужны исследования Сальвадори. Мы занимаемся разными вещами, так что я вряд ли почерпну из них что-нибудь полезное, — сказал Сайрус. — Конечно, я заберу их, если они попадутся мне на глаза, но специально искать и уж тем более рисковать собой ради других не собираюсь.

Шелла не ожидала встретить отказ, однако не растерялась и всё равно попробовала выяснить, зачем Ливермор поднялся на третий уровень.

— Тогда что вы тут делаете? Зачем подвергать себя опасности, если не в поисках научных трудов?

— Зачем? Что ж, можно сказать, у меня есть на то причины, — ответил Ливермор, изобразив улыбку. Он не язвил, а будто бы не до конца верил, что находится здесь и занимается чем-то, связанным с Сальвадори и не сулящим никакой выгоды.

— Неужели ты к ней с последним визитом? — негромко спросила Миллиган.

— Я и с последним визитом? Не смеши меня, — фыркнул Ливермор. — Впрочем… Можешь считать меня кем-то вроде соболезнующего. В конце концов, слишком уж одиноко на похоронах, куда явились только покойник и его ближайшие родственники.

Колдун заговорил загадками, но, кажется, он и не искал понимания, а лишь озвучивал собственные мысли, мирясь с неизбежным.

— Мы с Сальвадори столько раз пытались убить друг друга — пальцев не хватит сосчитать. Так что я чувствую себя… в каком-то смысле обязанным ей. Такой ответ тебя устроит, дочь Макфарлейнов?

Шелла промолчала. Она шла на переговоры, готовая к любому результату, поэтому вовремя поняла, что с треском провалилась. Скорее всего, Ливермор решил отказать ещё в самом начале, когда услышал об интересах и соглашениях — то есть вещах совершенно обыденных, а потому никак с ним не связанных. Заведя об этом речь, девушка ясно показала, что понятия не имеет о собеседнике.

— Закончила молить о пощаде? Тогда продолжим, — сказал Ливермор, и морские змеи по его команде подняли головы.

Шелла с раздосадованным видом подняла атам.

— Видимо, сражения не избежать…

— Нет, ты большая молодец, — с широкой улыбкой возразила Миллиган и посмотрела на чародея. — Обязанным, значит… Да, Ливермор, понимаю. Забота о любимых подопечных — это прекрасно. Но знаешь… Тебе не кажется, что ты выбрал малость шумноватое местечко для погребения и соболезнующих речей?

Поражённый спокойствием ведьмы Оливер вдруг осознал, что ведьма всё это время стояла на коленях не просто так. Вдобавок она ещё в начале беседы как бы невзначай запахнула мантию так, чтобы спрятать от Ливермора руку с атамом. Сам меч при этом торчал в палубе и кончиком касался воды, служа очевидной цели — проводить магическую энергию.

Неожиданно лодка закачалась на волнах. С самого отправления на болоте царил мёртвый штиль, поэтому Оливер, Шелла и Нанао успели запомнить один важный нюанс — если появилось волнение, значит, на поверхность поднялся обитатель глубин.

Ливермор раздражённо цокнул языком. Он тоже раскусил замысел Миллиган, но было уже поздно. Из-под воды вырвалось несколько десятков щупальцев, и вся эта орава скопом кинулась на него. Морские змеи, конечно, защитили хозяина, но и сами оказались в плену, крепко оплетённые от головы до кончика хвоста.

Через несколько секунд из болота величественно вынырнули два громадных скользких создания, напоминающих одновременно осьминогов и каракатиц. Размерами они были с небольшой остров каждый, и ребята почувствовали себя на их фоне крохотными песчинками.

— Водяные химеры!

— Я знала, знала! Не зря Офелия написала тот труд — «О скачкообразном развитии гибридов кракенов и сцилл»! Она просто обязана была поселить кого-нибудь здесь! — ликовала Миллиган.

Вера понимала, что своими силами они костяных фамильяров будут бить очень долго, поэтому решила приманить существ того же калибра. Пока Шелла занимала Ливермора разговорами, она выпускала в воду магическую энергию, справедливо полагая, что химеры не потерпят чужаков на своей территории и нападут в первую очередь на тех, кого посчитают самыми опасными.

«И как она всё просчитала?!» — изумился Оливер.

— Так, ребятушки, пусть мальчики играются, а нам пора! Извини, Ливермор!

— Ах ты проныра чёртова! — беззлобно засмеялся Сайрус. Разумеется, даже он не мог проигнорировать химер.

Лодка сорвалась с места и помчалась вдаль, и вскоре битва гигантов осталась далеко позади.

— Едва вырвались! Ёлки, до сих пор не верится, что я выжила! — с чувством выдохнула Миллиган.

Наблюдающая за кормой Нанао обернулась к ней.

— Леди Миллиган, что такое последний визит?

Ведьма с лёгким удивлением взглянула на неё, и Оливер сразу догадался, что её обескуражило. В стенах Кимберли такой вопрос звучал крайне редко, потому что все знали ответ на него.

— А, понятно, ты ещё не в курсе. Это что-то вроде нашей традиции, — необычайно жёстко сказала Вера.

Среди магов эта тема считалась очень серьёзной, ведь всех их рано или поздно ждала одна и та же участь.

— Когда появляется поглощённый, кто-нибудь отправляется позаботиться о нём в последние минуты жизни. Порой даже с риском для себя. Это мы и называем последним визитом.