Спускаться в лабиринт рекомендуется группой в пять-шесть человек. Так спокойнее и безопаснее: оплошаешь в чём-то — товарищи выручат. Но минусов тоже хватает. Там, где отряду неизбежно придётся вступить в бой, юркий одиночка проскользнёт незамеченным. А если и обнаружат, у него больше шансов сбежать.

Также существует три важнейших требования, которые обязаны исполнять все одиночки: не контактировать с другими, не забредать слишком далеко, не пренебрегать отдыхом.

Оливер знал, что, следуя этим правилам, может без особой опаски спускаться до второго уровня.

Сейчас он стоял в одном из коридоров Тихих проулков и, слившись со стеной при помощи камуфляжного заклинания, ждал, когда мимо пройдёт несколько ребят со второго курса. Первый уровень был самым оживлённым — и, соответственно, самым конфликтным. Отводить глаза здесь приходилось не маги-тварям или злым духам, а собратьям-волшебникам. Против младших учеников хватало и простенькой маскировки, старшекурсники требовали более продуманного подхода. Впрочем, мудрее было не прятаться от них, а разворачиваться и уходить как можно скорее.

Когда группа отдалилась на безопасное расстояние, Оливер тихо выдохнул, развеял заклинание и продолжил путь. Немного погодя он добрался до неприметной стены и назвал пароль. Кирпичи разъехались, открывая один из многочисленных тайных проходов первого уровня, и парень без колебаний нырнул в него.

— Простите, немного опоздал… Ой!

Но не успел он войти, как попался в цепкую хватку девушки с бледно-золотыми волосами.

— Нолл, не шевелись, — с привычными паузами между словами попросила Шеннон Шервуд, двоюродная сестра Оливера, и крайне внимательно осмотрела его.

— К-кузина, ты чего? — удивился Оливер.

— Пускай, — ответил его двоюродный брат, Гуин. — Сам же знаешь, она не успокоится, пока всего тебя не обследует. А после Офелии тебе, скажем так, нездоровится, м?

Родственники впервые дали понять, что прекрасно знают о пагубном воздействии остатков парфюма, засевших внутри Оливера, и парень поневоле затаил дыхание.

— Что?.. — вдруг проговорила Шеннон. — Тебе… полегчало.

Её взгляд, казалось, просвечивал насквозь.

— Ты занимался этим… с кем-то?

— Ого, — заинтересованно протянул Гуин.

Не выдержав, Оливер попытался вырваться на свободу, однако брат осадил его:

— Не так быстро, Нолл. Всё равно ничего не скроешь. Шеннон, что там?

— Смятение… Самобичевание… Огромная ненависть к себе… Но и симпатия… Ненависти нет.

Оливер стиснул зубы. Как верно подметил Гуин, все его чувства были перед сестрой как на ладони.

— Кто-то из близких застал его врасплох? — предположил Гуин, скрестил руки на груди и, недолго думая, сузил круг подозреваемых: — Значит, это из его компании. — Затем он увидел, как понурился младший брат, и тепло улыбнулся. — Не переживай, Нолл. Просто я не думал, что ты откроешься кому-нибудь. Это сюрприз, безусловно, но приятный. Когда мы предлагали тебе помочь, ты наотрез отказался.

В этот момент Шеннон насупилась, отпустила Оливера, отошла от него и решительно отвернулась, всем своим видом выражая смертельную обиду.

— Ну вот, взял и расстроил Шеннон, — хмыкнул Гуин. — Извиняйся давай.

Естественно, Оливер и сам хотел попросить прощения, но, сделав несколько шагов к сестре, неожиданно обнаружил, что ему нечего сказать, и сумел лишь выдавить из себя:

— Кузина…

— Иди за стол… Я чай завариваю, — непреклонно ответила Шеннон.

Оливер уныло уронил плечи и упал на стул напротив Гуина.

— Надеюсь, вы предохранялись? — уточнил брат.

— До этого вообще не дошло.

— Хм… То есть вы просто заигрывали друг с другом, да?

Гуин допрашивал его, не стесняясь в выражениях, но в Кимберли вообще мало кто проявлял чуткость и деликатность, поэтому Оливер лишь нахмурился и ничего не сказал.

Ненадолго воцарилось неуютное молчание.

Внезапно раздался громкий стук. Оливер резко обернулся и с большим подозрением уставился в угол комнаты, где стоял большой деревянный ящик.

— Спокойно, всё нормально, — откликнулся Гуин. — Если любопытно, загляни.

Неуверенно подойдя к ящику, Оливер тихо приподнял крышку и с огромным удивлением обнаружил внутри девочку, которая лежала, свернувшись клубочком, и тихо посапывала во сне.

— Терезе там спокойно… Не трогай её, ладно? — попросила Шеннон.

Оливер охотно расспросил бы маленького шпиона, что она там делает, но не стал будить её, опустил крышку на место и на цыпочках вернулся за стол.

— Хотя ей уже пора просыпаться, — заметил Гуин. — Что бы поджарить?

Он подошёл к плите, взмахом палочки запалил огонь, поставил на него сковороду и, когда она нагрелась, заклинанием резко остудил дно. Затем взял с полки миску, что-то налил из неё, и комнату наполнил приятный аромат.

Оливер принюхался.

— Блинчики?

— Тоже хочешь? — осведомился Гуин.

Тут распахнулась крышка ящика, и наружу выглянула Тереза Карсте. По-кошачьи потянувшись, она первым же делом обратилась к Оливеру:

— Доброе утро, повелитель.

— Привет, Карсте.

Поздоровавшись, девочка присоединилась к нему за столом. Они с Оливером немного помолчали, и наконец парень не выдержал:

— Почему ты спишь в ящике?

— Мне комфортнее там, где темно и тесно.

— Спина потом не болит?

— Что вы. Я готова в бой хоть сейчас, — невозмутимо ответила Тереза.

Разговор застопорился. В этот момент подошёл Гуин с тарелкой, над которой поднимался пар, и небольшим горшочком.

— Вот, свеженькие. И про сироп не забывай.

Тереза преобразилась. Её глаза засверкали, а щёчки слегка порозовели от радостного предвкушения.

Шеннон подала чай и между делом шепнула младшему брату:

— Нолл, ты только не удивляйся.

— А?

Тем временем девочка обильно полила блинчики сиропом, затем неспешно, совершенно не боясь испачкаться, голыми руками взяла верхний и с аппетитом откусила.

— Чего?..

«Зачем руками-то? Она же не зверь», — удивился Оливер.

Перемазанная сиропом Тереза повернулась к нему.

— Повелитель, что-то не так?

— П-почему ты ешь руками?

— Потому что так быстрее всего.

— Испачкаешься ведь…

— Потом умоюсь, — озадаченно ответила Тереза, будто недоумевая, как владыка может не понимать настолько очевидных вещей.

Растерянный Оливер застыл с открытым ртом.

Стоящий позади девочки Гуин пожал плечами.

— Видимо, побочка воспитания. Мы с Шеннон тоже постоянно одёргиваем её, но всё без толку.

— Как же ты ешь в школе, Карсте?

— Не переживайте, на людях я не ем, — отозвалась Тереза и вернулась к блинам.

Судя по всему, она имела представление о правилах поведения в обществе, а здесь, в тайной комнате, позволяла себе расслабиться, потому что считала Гуина, Шеннон и, конечно, Оливера членами семьи.

Неожиданно Оливер обратил внимание на одну деталь и нахмурился.

«Секунду… Карсте сказала, что не ест на людях. Не в том смысле, что не ест руками, а не ест вообще. Нет, это уже ни в какие ворота!»

Немного подумав, он взглянул на Гуина.

— Кузен, поджаришь ещё парочку?

— Ага, сей момент.

Брат тут же раскусил его замысел и вернулся к плите. Оливер же обернулся к девочке.

— Карсте, прервись ненадолго.

Тереза положила недоеденный блин на тарелку и уточнила:

— Это приказ?

— Приказ. И ещё вымой руки, — сурово добавил Оливер.

Нужно было действовать решительно. Полумеры ни к чему не привели бы.

Поднявшись со стула, девочка скованно, немного напоминая автоматона подошла к раковине, умылась и вернулась за стол. Через несколько минут подошёл Гуин с двумя тарелками. Одну он поставил перед Оливером, другую — перед Терезой.

— Буду учить тебя, как надо вести себя за столом. Последний блин съешь так, как я тебе покажу.

— Но какой в этом смысл?

— Мой шпион должен уметь и не такое. А теперь хватит. Все вопросы потом.

Оливер взял в правую руку нож, в левую — вилку и ненароком улыбнулся, вспомнив, как год назад учил тому же Нанао.

— Восполнение питательных веществ наедине с самим собой и обед в компании — это две совершенно разные вещи. В одном случае достаточно насытиться, тогда как в другом важно взаимодействовать с людьми. Не нужно кидать в себя всё кусками и глотать не жуя. Лучше растянуть трапезу и скрасить время за приятным общением, а опрятность и вежливость помогут оставить о себе хорошее впечатление, — объяснял Оливер, нарезая блинчик на небольшие кусочки.

В отличие от Нанао, которая всего лишь не знала правил чужой страны, Тереза, по всей видимости, намеренно игнорировала их, оправдывая себя рациональным распределением времени. Правда, при этом она явно впала в крайность.

— Не всё в мире сводится к возложенным на тебя поручениям. Нужно уметь отвлекаться, и совместная трапеза как нельзя лучше подходит для этого. Да и жалко упускать такое. Всё-таки ты теперь школьница.

— До сих пор у меня не возникало никаких затруднений, — возразила Тереза.

— Уверена? — уточнил Оливер и, когда девочка помрачнела, вздохнул.

Похоже, он волновался не напрасно. Его маленькому шпиону так и не удалось найти общий язык с однокурсниками.

— Понимаю, тебя этому не учили, но тебе придётся изображать обычную школьницу — то есть слиться с окружающими. Именно поэтому я рассказываю тебе, как не выделяться. Таков долг повелителя и просто старшего товарища. Для начала давай вместе поедим, пока блинчики не остыли. Согласна?

— Как вам будет угодно, — кивнула Тереза и тоже взяла столовые приборы.

Оливер разъяснил суть приказа, чтобы девочка восприняла его слова всерьёз, а не относилась к ним как к мимолётному капризу, но из-за маски полного безразличия на её лице не мог понять, удалось или нет.

Искоса поглядывая, как Тереза работает вилкой, он добавил:

— У кузена не блинчики, а настоящий шедевр, правда? Ты любишь сладкое?

— Сахар быстрее всего преобразуется в энергию.

— Ты права, но тогда проще было бы просто засыпать в себя пару ложек сахара и всё. Я же немного о другом. К примеру… Что тебе напоминает этот цвет? — спросил парень, указав на румяный блинчик.

Тереза немного подумала.

— Лису.

— Да, лисью шкурку. Причём заметь, поверхность гладкая и однотонная, совсем без пятнышек. Для этого нужно равномерно прогреть сковороду. То есть кузен заморочился, чтобы тебе было вкуснее. — Оливер мельком глянул на Гуина. — И тесто у него тоже особенное. Мало смешать молоко и яйца с мукой из магазина, чтобы получилась такая вкуснотища. Думаю, кузен добавил меренги и, возможно, ещё какой-то секретный ингредиент, потому что блинчики буквально тают во рту. Я никогда не смогу повторить за ним, — признался парень. — Кроме того, кузен специально сделал так, чтобы блинчики были вкуснее нарезанными. Вот, попробуй сейчас и сравни с тем, когда ты ела руками.

Тереза наколола на вилку кусочек, положила его в рот, негромко застонала от удовольствия и жадно накинулась на остатки. Кажется, ей просто-напросто не говорили, что едой можно ещё и наслаждаться.

— Не забывай про чай. Он нужен не только для того, чтобы утолять жажду. Также он приглушит лишнюю сладость, вернёт свежесть во рту, и следующий кусочек будет ощущаться таким же вкусным, как и самый первый. Во всём есть свой смысл.

Девочка послушалась и в изумлении округлила глаза. Сами по себе блины были пресноватыми и быстро надоедали даже с сиропом, однако крепкий чай творил чудеса. Обычно люди узнавали об этом на собственном опыте, но, видимо, наставники внушили маленькому шпиону, что на еду нельзя тратить ни единой лишней секунды.

«С другой стороны, у них получился идеальный слуга», — горько подумал Оливер.

В этот момент Тереза повернулась к нему. Её глаза сверкали от чистейшего восторга — как и положено в её возрасте… нет, как у маленького ребёнка, совершившего открытие.

— Я могла бы есть их вечно!

— Именно так, — подтвердил Оливер, задвинув чувства на дальний план. Самобичевание могло подождать. — Ты обратила внимание, что кузина нарочно заварила чай покрепче? Это чтобы тебе не было слишком сладко. Если бы ты ела руками и умяла всё в один присест, то ничего бы не заметила. И правила приличия требуют от нас проявить должное уважение.

Парень улыбнулся, наблюдая за тем, как Тереза неуклюже управляется со столовыми приборами, и добавил:

— Ещё я сегодня узнал о тебе три вещи: ты подходишь ко всему рационально, любишь сладкое и перестаёшь притворяться, когда ешь то, что тебе нравится. Как по мне, неплохо для одного обеда. 

Тереза оцепенела, не донеся вилку до рта. Только сейчас она осознала, что поменялась местами с объектом наблюдения.

— У тебя крошка в уголке рта. Повернись-ка.

— Я… Я сама… — пролепетала Тереза и подняла руку к лицу.

— А вот рукавом не надо — это неприлично. Или мне приказать? — строго спросил Оливер, вынул носовой платок и бережно вытер покрасневшей, крепко зажмурившейся девочке щёки и губы. — Теперь порядок. Скажи, у тебя есть зеркальце?

— Нет. По работе не требовалось.

— Тогда возьми.

Оливер достал небольшое зеркало, которым сам постоянно пользовался, и вручил со словами:

— Помни: оно показывает, как ты выглядишь в глазах других. Носи его с собой.

Карсте машинально приняла подарок обеими руками и уставилась на своё отражение.

— Это большая честь, — наконец произнесла она, глубоко поклонилась и убрала зеркальце в нагрудный карман, после чего в мгновение ока проглотила остатки блинов и снова повернулась к Оливеру, почему-то избегая его взгляда. — Повелитель, мы закончили?

— Да, пока хватит. Если хочешь, как-нибудь повторим, — с улыбкой ответил парень.

Тереза кивнула, поднялась со стула и, проходя мимо, шепнула:

— Только кликните.

Оливер обернулся, но девочки уже нигде не было. Она словно сквозь землю провалилась, как и всегда.

— Куда она делась?

— На балки запрыгнула. Совсем засмущал бедняжку, — подсказал Гуин, ткнув пальцем в потолок. — Она прирождённый шпион. За другими следит превосходно, но к тому, что будут следить уже за ней, совершенно не привыкла. Как и рассказывать о себе.

Действительно, Тереза и раньше смущалась и терялась, когда речь заходила о ней.

«Вот, ещё немного знаний в копилочку», — отметил Оливер, попивая чай.

Сегодня он не торопился прощаться с родственниками, и тому была причина. Очень скоро в мастерскую начали подтягиваться ребята со старших курсов, и, когда все восемь стульев вокруг стола были заняты, Гуин сказал:

— Больше никого не будет. Нолл, можешь начинать.

Оливер кивнул, достал из кармана маску и надел её. В то же мгновение отличник-универсал исчез, уступив место безжалостному властителю лабиринта и предводителю мятежников.

— Прошёл год, приготовления практически завершены. Пора снова переходить к активным действиям. Нолл, веди нас! Укажи нам следующую цель! — попросил Гуин.

Никакого совещания, никаких споров и голосований. Оливер приказывал, а верноподданные слушались.

И монарх изрёк:

— В этом году мы устраним Энрико Форгьери.

Его слова гулко отдались в сердцах собравшихся.

Немного подумав, Гуин кивнул:

— Твоя воля — закон. Значит, вторым мы избавимся от безумного старика.

— По-повелитель, позвольте узнать, почему ваш выбор пал именно на него? — заикаясь, проговорил парень с шестого курса. — К-конечно, я не оспариваю ваше решение… П-просто он очень опасен, без жертв не обойдётся… Я… Я готов отдать жизнь за вас, н-не сомневайтесь! — горячо заверил он. — Н-но именно п-поэтому хотелось бы всё прояснить. П-понимаете, чтобы идти в бой с ясной головой.

«Разумно и справедливо», — рассудил Оливер и честно сказал:

— Во-первых, остаточный принцип. Учитывая наш потенциал и сильные стороны, на нынешнем этапе проще всего будет разобраться с Энрико Форгьери. Я не стану вдаваться в детали. Полагаю, вы и так понимаете почему.

Ответом ему послужило молчание.

Сегодня в мастерской Шервудов собрались ключевые члены организации. Естественно, они знали, кто из единомышленников на чём специализируется, и могли составить отряд, который эффективно победит преподавателя магического конструирования.

— Во-вторых, его положение. Директорское кресло занимает Эсмеральда, но самой Кимберли заведует именно Энрико Форгьери. Не зря же он зовёт её шкатулкой с секретами. Думаю, я не ошибусь, если назову его самым сведущим в устройстве Кимберли среди профессоров. Без него управление школой резко просядет, и нам с вами станет легче действовать в тенях.

Форгьери был всего лишь вторым в длинном списке целей, поэтому строить планы следовало с заделом на будущее.

Теперь слово взяла девушка с седьмого курса:

— Короче, надо избавиться от него как можно скорее. Это ясно. Тогда такой вопрос. Повелитель, вы точно уверены, что проще него никого нет? Мне вот кажется, что всё как раз-таки наоборот. Ещё и охотиться за ним в Кимберли… Вы же понимаете, что это значит? — требовательно спросила она, однако Оливер не дрогнул.

— Да, ваши сомнения мне понятны. Со стороны кажется, будто бы я ошибся в расчётах. Но это не так. Победить нам поможет чётко выверенная последовательность действий. Сейчас я объясню, как загнать Энрико Форгьери в угол и убить.

И Оливер рассказал подданным, что им предстоит сделать для устранения колдуна и какую роль в грядущей операции сыграет лично он.

Не только Оливер стремился к своей цели. Друзья тоже не отставали, несмотря на то, что с каждым годом ученики Кимберли всё больше приближались к эссенции магии.

— Ох…

— Да, правильно, вот так.

На хирургическом столе лежало тело кобольда. Кати склонилась над ним, заметно нервничая и не решаясь приступить к вскрытию. Сзади стояла Миллиган и подсказывала.

Змееокая ведьма добыла получеловека по своим каналам, причём её подопечная настояла, чтобы это была не жертва развлечений в лабиринте, а вредитель, разорявший земли простецов. Естественно, в таком случае нужно было получить официальное разрешение и пройти определённые бюрократические процедуры.

— Прости, — прошептала Кати, рассекла атамом рёбра и обнажила внутренние органы. Девушка страшно корила себя за такое кощунство, однако не останавливалась. Никто не принуждал её резать других существ, она сама вызвалась.

— До совершенства ещё далеко, но ты уже хотя бы не такая зажатая, — одобрила Миллиган. — Ну что, начала примерно понимать строение маги-тварей?

— Вроде бы. Но вопросов по-прежнему очень много, — ответила Кати, вытирая пот рукавом.

За последние несколько месяцев она провела далеко не одно вскрытие под руководством Веры. Начинала с мышариков, потом перешла к более сложным созданиям и сегодня наконец-то добралась до полулюдей.

— А оно так всегда поначалу. Ты же знаешь, чем маги-твари отличаются от обычных зверей, да? У них органы, нервные окончания и всё такое нередко расположены в абсолютно неожиданных местах. Но не хаотично, а в строгом соответствии с логикой.

— Угу…

— Кем бы ты ни собиралась стать, в магической биологии без анатомии никуда. Помни, что прочитать кучу учебников и научных трудов — это одно, прикоснуться ко всему самой — совсем другое. Тебе нужна практика. Особенно если хочешь в будущем лечить маги-тварей.

Кати кивнула. На самом деле она ещё при поступлении догадывалась, что придётся заниматься чем-то таким. Миллиган всего лишь побудила её отбросить сомнения и быстрее перейти к активным действиям.

Многие простецы уверены, что даже самые тяжёлые травмы и болезни можно вылечить лёгким взмахом волшебной палочки. Они правы и неправы одновременно. Исцеляющей магии действительно подвластно многое, однако сам этот раздел очень большой и включает в себя множество дисциплин от весьма незамысловатых до невероятно сложных.

Строение организма тоже необходимо учитывать. Скажем, людям совершенно не подойдут методы, применяемые на обычных животных и маги-тварях, а выписанный простецу рецепт зачастую не одолеет ту же хворь у волшебника и наоборот.

В Кимберли на уроках заклинаний младшекурсникам преподавали основы исцеления людей, поэтому Кати владела исключительно базовыми знаниями и, к примеру, не смогла бы вылечить Марко, если бы он серьёзно пострадал.

— Знаешь, ты выбрала очень тернистый путь. Для защиты прав полулюдей сертификат ветеринара не нужен. Скорее он только помешает, ведь противники вскрытия все как один ополчатся против тебя… Хотя какая разница, что они там вякать будут, правда?

— Правда, — согласилась Кати и тяжело вздохнула.

Потянувшись к шкафу с инструментами, она взяла у стоящей наготове Миллиручки хирургические щипцы и зажала края разреза. Если Вера Миллиган выступала врачом-наставником и по большей части наблюдала, ограничиваясь советами, то её кисть-фамильяр активно ассистировала.

— Но… Я хочу спасать всех: и зверей, и полулюдей, — продолжила девушка. — Думаю, лучше всего у меня получится лечить их болезни и раны.

В Кимберли голословные заявления об идеалах не стоили и ломаного гроша. Волшебников убеждали только по-настоящему веские аргументы, поэтому Кати спешила получить практические навыки, в том числе овладеть приёмами исцеления маги-тварей и полулюдей. Для этого ей требовалось досконально знать строение организма будущих пациентов. Литература помогала лишь до определённого момента. Видеть реальное тело, обследовать его, изучать — вот что было важнее всего. Именно этим Кати и занималась.

— Да, наверное, — сказала Миллиган. — Но учти, что большинство борцов увидит в этом вмешательство в чужую культуру. Они считают, что мы должны оставить полулюдей в покое и не вмешиваться в естественный ход вещей. Мол, пусть рождаются, живут по своим законам и умирают, когда приходит время. И на самом деле в чём-то они правы. Взять тех же кобольдов. Если мы возьмёмся массово лечить их, они начнут жить дольше и, соответственно, намного больше вредить простецам. Ты согласна?

— Я с самой Галатеи думаю обо всём этом и пытаюсь найти ответ, — призналась Кати. — Многие требуют вернуть всё, как было, позволить полулюдям вести прежнюю жизнь, но мне кажется, это уже нереально. Слишком уж сильно переплелись наши общества. Я не стану рассуждать, как мы дошли до такого, правильно это или неправильно, просто скажу, что сейчас перед нами стоит другая задача — найти путь к взаимопониманию и мирному сосуществованию.

— Тут я тебя поддерживаю. Я и троллей-то пыталась научить разговаривать главным образом для того, чтобы нам удобнее общаться было.

— Да, мне тоже хотелось бы свободно говорить с ними. Но я по-прежнему не одобряю твои методы, — отметила Кати, глядя в безжизненные глаза кобольда.

Даже борцы за права по-особенному относились к полулюдям, которые владели человеческой речью. С такими видами было проще работать, да и суды чаще вставали на их сторону и постанавливали брать под защиту. Остальных же причисляли к низшим расам и обращались с ними соответственно. Далеко за примером ходить не надо — взять тех же кобольдов.

Кати не разделяла взгляды большинства и резко оспаривала тезис, что способность разговаривать — это основной признак интеллекта. К сожалению, в современном антропоцентричном мире она почти не находила поддержки.

— Лёгкого решения нет. Оно запрятано так тщательно и глубоко, что мне, скажем так, придётся перевернуть каждый камушек, чтобы найти его. Потому-то я и взялась за вскрытия, хоть меня всю воротит от них, — продолжила девушка и сосредоточилась на работе.

Вдруг Миллиган обняла её.

— Ох, Кати… Какая же ты у меня хорошенькая.

— Ты меня сейчас даже не видишь.

— Меня вполне устраивают твои прелестные кудри. Не обращай внимания, продолжай.

«Ага, как же, не обращай, — хмуро подумала Кати, исследуя кобольда. — Если вдруг я когда-нибудь окажусь у неё на столе, винить в этом я смогу только себя».

— Как закончишь, давай сходим в лабиринт и проветримся. Денёк, конечно, получится насыщенным, но я ж тебя знаю. Ты не успокоишься, пока не свалишься без сил.

— С радостью, — откликнулась Кати.

Казалось, она никогда не устаёт.

В Пышном лесу по ветке ирминсуля, на котором Оливер, Нанао и Шелла впервые сразились насмерть с химерой Офелии Сальвадори, карабкались два парня. Один натужно пыхтел и с трудом переставлял руки и ноги, а другой, кажется, вовсе не устал и даже подбадривал спутника:

— Не сдавайся, Гай, совсем немного осталось!

Наконец они добрались до ровной площадки, и Кевин Уокер, семикурсник по прозвищу Выживший, решил сделать привал.

— Всё, молодец! Можно передохнуть маленько.

Гай мешком повалился на ветку.

— Кошмар… А ведь ребята мало того, что взобрались сюда, так ещё и химеру прикончили, и дальше пошли. Капец они крутые…

— Это да. На первом-втором курсах таких раз, два и обчёлся, — ответил Уокер, полез в карман и достал два каких-то фрукта. — Вот, подкрепись.

Гай поймал свой, почистил его атамом и вгрызся в жирную, сладковатую мякоть яркого алого цвета. Тело жаждало восполнить энергию.

— М-м, объедятина! Это, Уокер… Прости, что приходится со мной нянчиться.

— Чего? Да ну, брось, я просто помогаю одноклубнику. Кроме того, ты из тех немногих, кто тянется к знаниям, мне приятно тебя учить, — сказал Уокер и тоже откусил от фрукта.

Гай опустил голову.

— Спасибо… Не хочу больше оставаться не у дел.

Он говорил тихо, но решительно. Уокер скрестил руки на груди.

— Не сочти за бахвальство, но ты обратился по адресу. В Кимберли почти все неприятности случаются в лабиринте, и, чтобы разбираться с ними, надо уметь правильно ходить по нему. То есть…

— Чем больше я узнаю о лабиринте, тем шире будет мой арсенал?

— В точку. Лучше меня этому никто не научит. Конечно, я далеко не самый сильный, зато выживу там, где все остальные сто раз загнутся. Не просто ж так меня на второй год оставили, — уверенно улыбнулся Уокер.

Гай смотрел на него и каким-то шестым чувством ощущал, что рядом с Кевином ему действительно нечего бояться. Он хотел стать таким же, потому и пошёл на поклон к Выжившему.

— И ещё… Лабиринт ведь не только опасный, но и жутко интересный. Особенно в части еды. Так что особо никого не слушай и не заморачивайся. Давай к нам в клуб — будем вместе объедаться всякими вкусностями. Заодно научишься ходить по лабиринту как у себя дома. Это я тебе гарантирую.

— Агась! Всеми руками за!

Гай доел, поднялся и, готовый продолжать, с нетерпением повернулся к Уокеру. Вдруг Кевин вздохнул, глянул на расстилающийся внизу лес и негромко сказал:

— Я хотел показать и ей тоже, что здесь не только холод и тьма…

Он думал о девушке, покинувшей этот мир. На душе было тяжело и тоскливо.

— Ага, вижу Гая! И Уокера тоже! — воскликнула Кати, глядя в подзорную трубу.

— Ух… Гай цел? — спросил Марко, у которого она сидела на плече.

Кати с Миллиган решили пройтись по лабиринту и заодно взяли с собой тролля. Гуляя, они добрались до подножия ирминсуля, где решили ненадолго остановиться и осмотреть окрестности, и Кати обнаружила друга в сопровождении семикурсника.

— Ого! Так он учится у самого́ Выжившего? — поразилась ведьма. — Смотри-ка, не отстаёт от тебя.

— Ещё бы он отставал! Мы поклялись, что в следующий раз отправимся в приключение все вместе! — ответила Кати и приложилась к фляжке, смачивая горло.

Вера улыбнулась.

— Какие же вы всё-таки дружные. Кстати, я тут спросить хотела.

— М?

— Ты с кем первым переспишь?

Кати поперхнулась и вспыхнула.

— Ч-ч-чего?! Это ещё откуда?..

— Ой, ладно тебе, не смотри на меня так. Сама же знаешь — третий курс, первый раз, все дела. Обычно выбирают кого-нибудь из друзей или приятелей. Пит вряд ли подойдёт — слишком он чувствительный. А вот Оливер с Гаем будут в самый раз, — беспечно произнесла Миллиган.

— О… Оливер с Шеллой посоветовали мне не торопиться! — отвернувшись, ответила Кати. — Сказали, что нужно делать всё на трезвую голову и только с тем, кого я сама захочу!

— Они тебе что, папа с мамой?

— Нет, но они искренне переживают за нас! Всё, закрыли тему!

Кати хлопнула Марко по плечу, и тролль направился дальше, раздвигая густые заросли.

Миллиган шагала следом, обдумывая услышанное.

— Значит, с кем сама захочешь? Эх, вот бы мне в своё время кто-нибудь так сказал. Как же я тебе всё-таки завидую.

«Повезло тебе с друзьями», — невесело усмехнулась она и пожала плечами.

На следующий день в одиннадцатом часу утра второкурсники собрались в кабинете на первом этаже, где у них проходило магическое конструирование.

— Никак не привыкну ни к этому уроку, ни к старикану, — пробурчал Гай.

Шелла украдкой осмотрелась.

— Нас стало меньше. Процентов десять отказались от предмета.

«Неудивительно», — подумал сидящий впереди Оливер.

Профессор Форгьери не ограничивался разборкой магических ловушек. К каждому занятию он подходил с фантазией, вот только любая ошибка при выполнении заданий обязательно приводила к травмам. Так что те, кто перестал ходить на конструирование, не отлынивали, а скорее берегли себя и своё здоровье.

Впрочем, остальные тоже сидели как на иголках. Кто-то затравленно озирался по сторонам, как будто ожидая внезапного нападения. Пит же, наоборот, вцепился в штаны мёртвой хваткой и смотрел в точку перед собой, до сих пор не проронив ни слова. Страх пожирал его с первого занятия у Энрико, однако парень мужественно боролся, не пропуская ни одного урока.

— Пит, ты как?

— Нормально. Что бы он ни задал, сделаю всё, что смогу.

Оливер кивнул… И ровно в этот момент пол ушёл у них из-под ног.

— А?!

— Ой!

— А-а-а!

Второкурсники провалились вниз и покатились по крутой горке куда-то во тьму. Некоторые пытались за что-нибудь ухватиться или затормозить с помощью атама, однако на гладкой поверхности, напоминающей застывшее желе, не было ни одного стыка, а клинки её не брали.

Примерно через минуту ребята вывалились на открытое пространство и наконец-то остановились. Оливер тотчас вскочил на ноги и с мечом наперевес приготовился отбиваться, но сражаться было не с кем. Они очутились в квадратном зале, который был раз в десять больше обычных аудиторий. На полу лежали три непонятных образования, формируя равносторонний треугольник, а в его центре стоял старик. Он держал три леденца на палочке: один в левой руке и два в правой.

— Добро пожаловать, дети! Сегодня проведём занятие здесь! — провозгласил Энрико Форгьери и расхохотался. Эхо подхватило его визгливый, режущий уши смех и отразило от стен, многократно усилив.

Ученики поёжились от страха. Они уже научились определять степень опасности по количеству леденцов у профессора. Один — можно более-менее расслабиться; два — надо быть начеку; ну а больше…

— В обычной аудитории вам будет тесновато, поэтому я взял на себя смелость и переместил всех в лабиринт. Ах да, как вы, наверное, уже заметили, у нас будет общий урок для всего второго курса!

В стенах зала действительно зияли другие дыры помимо той, из которой выкатились Оливер с классом. Через них прибыли ещё две группы учеников. Все они насторожённо озирались по сторонам, не понимая, что происходит. Очевидно, профессор и их застал врасплох.

— Итак, тема занятия — наблюдение за големами и их разборка. Разумеется, никаких муляжей, всё будет по-настоящему. Вот, взгляните.

Форгьери указал на странные объекты вокруг себя: идеально круглый белый шар, ромб с шестью суставчатыми ногами и лужу угольно-чёрного геля, по поверхности которого шла рябь. Каждый достигал пяти метров в длину.

Пит звучно сглотнул.

— Это же…

— Среди всех творений магического конструирования нет ничего нагляднее големов. Перед вами настоящие произведения искусства! Шедевры, достойные внимания любого волшебника! Я лично собирал их! — похвастался профессор. — Прошу, не стесняйтесь! Подойдите, потрогайте их!

Впрочем, это никого не успокоило.

— Простецы часто путают их с фамильярами, марионетками и автоматонами, — продолжил Форгьери. — Согласен, принцип производства тот же, однако суть кардинально иная. Но в чём же разница? Может, вы нам скажете, мисс Корнуоллис? — неожиданно спросил он.

Стейси Корнуоллис, единокровная сестра Шеллы, даже не вздрогнула и без запинки ответила:

— Разница в концепте. В отличие от фамильяров и кукол, големы в своей сущности — это передвижные здания. Их даже изучает магическая архитектура, ветвь магического конструирования.

— Блестяще! Отлично с плюсом! Вы заслужили поощрение!

Старик взмахнул волшебной палочкой, из его кармана вылетел небольшой леденец и прыгнул прямо в руки Стейси. Девушка хмуро осмотрела его, но профессор не заметил этого. Он уже отвернулся и вновь обращался ко всему классу:

— Всё правильно. Големы — это не фамильяры, не куклы, а здания, поэтому они могут быть не только гуманоидными, а круглыми, квадратными или треугольными, совсем махонькими или же, наоборот, здоровенными. В общем, какими угодно. Существуют даже исполины ультра-класса, которых легко спутать с замками. От одной мысли мурашки по коже, правда? — Энрико воодушевлённо лизнул конфету и раскинул руки в стороны. — Эти големы, конечно, не такие большие, зато начинка вас совершенно точно не разочарует. Ваше задание будет состоять в том, чтобы осмотреть их, разобрать на составные части, проанализировать и понять, как они устроены. У вас есть всё для этого.

На словах звучало просто, однако второкурсники понимали, что где-то притаился подвох. Профессор никогда не поставил бы перед ними настолько лёгкую задачу.

Старик неспешно поднял над головой волшебную палочку.

— Итак, начнём же! Сатуссурсум! — провозгласил он, и големы зашевелились.

«Ну, разумеется», — обречённо подумали ребята.

— Сегодня вам придётся пострадать немного больше обычного, но не бойтесь. Я запрограммировал их так, чтобы не трогать головы и сердца. А теперь покажите мне, чему научились за последний год! — с предвкушением сказал профессор.

Голем-многоножка тронулся с места.

— Ой!

— Врассыпную! Пока не задавил!

Ближайшие ученики торопливо попятились. Ромбовидный голем напоминал причудливое насекомое, однако его ноги благодаря множеству суставов двигались намного плавнее, как у моллюсков.

Сделав несколько шагов, голем замахнулся передними конечностями и с силой ударил ими по полу. Заострённые концы легко пробили камень.

В этот момент раздался низкий гул — как будто катилось что-то твёрдое и крупное. Очевидно, это был круглый голем.

— О-он едет прямо на нас?!

— Не стойте столбом! Бегите!

Ученики опомнились и отпрыгнули в разные стороны. Шар прокатился мимо, у стены сбросил скорость, развернулся и снова ускорился. Кто-то попробовал заколдовать его, однако лучи заклинаний отскочили от ровной гладкой поверхности и даже не замедлили голема.

— Разбегайтесь! Вместе мы лёгкая мишень! — крикнула Шелла.

В битвах против крупных врагов учебники советовали держаться плотным строем, но сейчас это работало во вред. Сбившись в кучу, ребята утратили бы мобильность и быстро полегли под мощными и точными атаками големов.

Оливер с друзьями бросились следом за Шеллой и рассредоточились по залу так, чтобы слышать друг друга. Остальные второкурсники последовали их примеру.

— Односоставными их бить бесполезно! Всё отлетает! — сказал Гай.

Второкурсники осыпали големов десятками заклинаний, но те как будто ничего не чувствовали. Профессор потрудился на славу, укрепляя их оболочку.

«Может, определиться со стихией и сосредоточить огонь в одной точке? — задумался Оливер. — Или же сперва посмотреть, как они себя ведут, отыскать уязвимое место и ударить по нему?..»

— Б-берегись! — неожиданно воскликнула Кати.

На её глазах шар резко сменил направление и покатился к группе учеников, которые пытались убежать от него. Не успела девушка ничего предпринять, как голем, не сбавляя темпа, переехал бедолаг и расплющил им ноги. Зал наполнили душераздирающие вопли.

— О нет! Какой ужас! — пролепетала Кати и ринулась было на помощь, однако Оливер остановил её:

— Кати, назад! Тоже к ним захотела? Надо сперва разобраться с големами!

Как бы жестоко это ни прозвучало, но раненые могли подождать.

Оливер взглянул на перемазанный алой кровью шар. В принципе, он уже набросал кое-какой план, оставалось только поделиться им с остальными…

— Э, ничтожества, а ну-ка ша! — послышался чей-то гулкий бас, перекрывая шум.

Лучи из нескольких атамов ударили в пол рядом с круглым големом ровно в тот момент, когда он в очередной раз замедлился. Пол вспучился и поймал механизм в ловушку.

— Главное — не давать ему разгоняться, и тогда он будет не опаснее простого шарика. Видите, что голем подъехал к стене и затормозил — бейте по нему преграждающим заклинанием, чтобы никуда не укатился! — вещал высокий парень, Джозеф Орбрайт. Его усиленный рупорной магией голос разносился по всему залу.

Оливер на мгновение остолбенел, а потом усмехнулся, потому что хотел предложить то же самое.

— Шестиногого тоже не бойтесь. Ему нужны минимум три ноги, чтобы держать биланча. А из трёх оставшихся достаточно следить за ближайшей! — беспечно добавили с другой стороны.

Обернувшись, Оливер увидел, как Туллио Росси стоит под ромбовидным големом и чуть ли не танцевальными па уходит от яростных атак.

Затем раздался дружный крик:

— Фламма!

Огненные шары поджарили ближайший к телу сустав.

Оливер посмотрел, откуда они прилетели, и снова заметил хорошо знакомые лица среди второкурсников.

— Суставы у них явно слабее. Цельтесь в те, которые расположены у самого туловища, — они меньше двигаются. Бейте огнём и в одну точку, — говорила Стейси Корнуоллис своей команде.

— И не лезьте на рожон, — подхватил её напарник, полуоборотень Фэй Уиллок. — Если вам вдруг что-нибудь прилетит в голову, храбрость ничем не поможет.

Пока Росси отвлекал внимание, они наносили удары по уязвимым местам.

Скоро голем сменил тактику. По всему телу распахнулись люки, и изнутри посыпались десятки миниатюрных копий шестиногого. Но не успели они приземлиться…

— Импетус!

…Как попали в ужасающий шквал, который создал, воздев атам к потолку, длинноволосый парень.

— Давите их, пока не расползлись! — зычно крикнул однокурсникам Ричард Эндрюс.

Росси растоптал маленького голема, беспомощно сучившего ножками, затем для надёжности проткнул его мечом и рассмеялся.

— Во, веселуха пошла! Так держать, амико!

— Фэй, добивай их!

— Ага!

Туллио, Стейси и все остальные быстро истребили врагов. Их появление стало неприятным сюрпризом, но также это означало, что ребята идут верным путём.

Убедившись, что им помощь не нужна, Оливер снова взглянул на белый шар. Тот не стоял на месте и вовсю дырявил стену конусообразными бурами. Видимо, профессор Форгьери и его снабдил несколькими хитрыми приспособлениями.

— Хватит трепыхаться! — высокомерно бросил Орбрайт. — Эй, ничтожества, повторяйте за мной! Лютумлимус!

Заклинания ударили в пол под големом, и камень расползся вязкой жижей. Выбравшийся на свободу шар скакнул вперёд и тут же увяз в топи.

— Всё поняли? Дальше сами, — сказал Орбрайт, и они с Оливером развернулись. — А вот теперь придётся попотеть, да?

К ним медленно ползла чёрная, отливающая металлом масса. Внешне третий голем напоминал монстра-слизь и заметно отличался от других творений профессора Форгьери.

— Гай, Кати, Пит, держитесь от него подальше! — предупредила Шелла и вместе с дюжиной более опытных ребят направилась к необычному конструкту, остановившись метрах в двадцати от него.

— Это жидкий голем, — определил Оливер.

В этот момент голем вытянул нечто вроде длинного тонкого щупа, замахнулся им, и Оливер, инстинктивно ощутив угрозу, закричал:

— Прыгаем!

Внизу промелькнул смазанный силуэт. Шелла, Нанао и ещё кое-кто успел отреагировать и подскочил, но восьми ученикам повезло куда меньше. Они повалились на пол и, обливаясь кровью, заорали от боли:

— А-а-а!

— Ноги! Мои ноги!..

Им начисто срезало всё ниже колен.

Оливер стиснул зубы.

«Он куда быстрее, чем я думал!»

Голем создал своеобразный кнут и резко щёлкнул им. Благодаря воздействию центробежной силы кончик разогнался до огромной скорости. В таком состоянии разрубить плоть и кости ничего не стоило. И увернуться от такого удара было непросто — требовалось заранее заметить замах.

— Да завалитесь вы! Ползите назад! — рявкнул Орбрайт. — Значит так, остаются только те, кто видит его атаки. Все остальные, не путайтесь под ногами и займитесь чем-нибудь более полезным!

Несколько второкурсников нехотя отступили, и их место заняли Стейси, Фэй, Ричард и Туллио.

Росси осмотрелся и сверкнул белозубой улыбкой.

— Ба, знакомые всё лица! Почему-то я так и думал!

— Росси, отставить болтовню. Не время играть во встречу однокурсников.

— Лучше скажите, вы знаете что-нибудь о нём? Может, когда-то уже имели дело с таким? — обратился к товарищам Эндрюс.

Ребята переглянулись.

— Нет, не приходилось, — ответил Орбрайт. — Вижу, у него есть что-то вроде твёрдого ядра. Скорее всего, центр управления движениями. Хорн, есть что добавить?

«Надо же, по фамилии зовёт. И даже без былого презрения», — с теплотой отметил Оливер и вслух сказал:

— К сожалению, я знаю не больше твоего. Главное, постарайтесь не трогать его. Я слышал, жидких големов часто напитывают коррозийным ядом…

— Это же чёрный лидий! — воскликнули сзади.

Не отводя взгляд от голема, Оливер удивлённо спросил через плечо:

— Пит, тебе что-то известно?

— Для создания жидких големов используются три вида материалов: посеребрённый мьярки, кажа-дверговый сплав и чёрный лидий. Среди них чёрный только лидий. При давлении в одну атмосферу его температура плавления — минус девяносто градусов, кипения — три тысячи двести восемьдесят восемь! — протараторил Пит.

Орбрайт фыркнул.

— Минус девяносто, говоришь? Тогда можно просто подойти ближе и заморозить. Спасибо, Пит Рестон, ты очень помог нам.

Пит смутился от неожиданной похвалы.

Тем временем Оливер быстро составил план и поделился им с товарищами:

— Значит, подходим, замораживаем весь жидкий металл, затем режем его атамами, добираемся до ядра и уничтожаем. Согласны?

Возражений не последовало. По всей видимости, они представляли, кто на что способен, и понимали, что справятся без проблем.

«Не зря мы всё-таки провели турнир. Пусть и оборвали его на середине», — подумал Оливер и скомандовал:

— За дело!

Операция началась.

Голем тут же взмахнул импровизированным кнутом, на этот раз метя в пояс. Однако ребята были наготове и вовремя пригнулись. Тогда голем отрастил ещё пару хлыстов и принялся размахивать ими.

— Чем ближе подходим, тем сильнее сопротивляется! Как будто это ему поможет! — задорно выкрикнула Шелла, ловко перескакивая из стороны в сторону. Нанао отражала удары мечом, другие тоже не зевали.

Они продвигались шаг за шагом, и, когда осталось всего метров пять, Росси решил рискнуть. Приглушив шаги и крутя головой на все триста шестьдесят градусов, он подобрался к голему вплотную и почти выпалил заклинание…

— Воу!

…Но в этот момент творение Энрико совершенно внезапно преобразилось и укололо его.

Благодаря врождённому чутью Туллио в последнюю секунду изогнулся, и металлический шип лишь едва зацепил бок. Зажав рану, парень поспешно отступил.

— Мерда! Че каццо?! Как он меня увидел? У него ж нет глаз! На слух ориентируется, не?

Оливер тоже растерялся. Росси ступал очень тихо, поэтому голем, по идее, не должен был засечь его и ударить так метко. Ориентирование на слух вообще во многом уступало зрению.

«Я думал, он колотит всюду отростками как раз для того, чтобы компенсировать точность…»

Однако голем умудрился удивить в очередной раз. Теперь от колющих ударов страдали и Шелла со Стейси и Джозефом. В отличие от кнутов, шипы били точечно и практически не требовали подготовки. Вовремя заметить их было крайне непросто.

— Почему он вдруг стал действовать иначе? — пожаловалась Корнуоллис, с огромным трудом избегая тычков.

— Стей, спрячься за мной! Не лезь вперёд!

— У него тоже есть вторая стадия? Чёрт, а ведь почти достали! — в сердцах воскликнул Орбрайт и раздражённо цокнул языком.

Не только круглый и шестиногий големы меняли подход, встречая сопротивление. Их жидкий собрат обладал тем же функционалом.

Нанао нахмурилась и нарочито открыто скакнула вбок. Голем тотчас атаковал её, но девушка недрогнувшей рукой отразила выпад и негромко проговорила:

— Хм… Он просчитывает меня. Я как будто сражаюсь с человеком.

— С человеком? — переспросил Оливер.

Почему-то эти слова засели у него в голове. Мозг заработал на полную мощность.

Действительно, голем как будто руководствовался не заложенной программой, а живым разумом — причём именно человеческим. Более того, он превосходно разбирался в боевых искусствах. Неужели прославившийся на весь магический мир безумный конструктор наделил своё детище такими возможностями?

«Да, такое возможно, — рассуждал Оливер, прыжками уходя от ударов. — Но тогда возникает вопрос. Я стою в тех же пяти метрах, что и Нанао, однако голем ни разу не попытался уколоть меня. Почему он только машет кнутами? Вдруг это неспроста? Может, ему что-то мешает?»

Парень ещё немного поразмыслил.

«Скорее всего, дело в позиции. Я стою в слепой зоне голема. Тогда где его глаза? И почему они меня в упор не замечают? Предположим, они такие же, как у нас, — то есть видят отражённый свет. В таком случае голем не видит меня, потому что меня что-то заслоняет. Нечто очень большое, массивное… Ну конечно же! Он сам меня и загораживает! А его глаза — это!..»

— Кати, Гай, Пит, закройте глаза профессору! — крикнул Оливер.

Друзья, которые стояли по ту сторону голема, недоумённо переглянулись.

— П-профессору?

— Идём!

— Ага!

Они не поняли, зачем Оливер попросил об этом, но без лишних разговоров развернулись и побежали к Энрико Форигьери — старику, который устроил всё это безобразие под названием урок.

— Так-так, дети, и что же вам от меня нужно? Не забывайте, занятие в самом разгаре. Спросить что-то хотите? — с широкой улыбкой поинтересовался профессор.

Пит с Гаем растерялись, не решаясь нападать. Им всё равно не хватило бы сил одолеть преподавателя.

— И что будем делать? — прошептал Гай.

Естественно, Кати тоже разделяла его нервозность, однако тут же отбросила колебания, зачехлила атам, широким шагом подошла к Форгьери…

— Простите, пожалуйста, сэр!

…И ладонями закрыла ему глаза.

— Ой-ой-ой!

Пит на мгновение выпучил глаза, но потом присоединился к подруге. Широкоплечий Гай тоже встал позади них, перекрывая Энрико обзор. И это сработало. Жидкий голем сразу же растерял всю прыть и принялся слепо колотить кнутами вокруг себя.

— Так и знал! У него дистанционный контроль! — торжествующе воскликнул Оливер и вспомнил:

«Точно, старик же сам дал подсказку».

В начале урока Форгьери упоминал, что големов создают по тем же технологиям, что и марионеток с автоматонами. Иначе говоря, они далеко не всегда действовали самостоятельно, иногда управление брал на себя оператор. Сейчас как раз был такой случай. Во второй фазе все движения голема контролировал профессор.

Окружённый конструкт ощетинился шипами в тщетной попытке защититься, однако ребята просчитали этот его ход. Ненадолго отступив, они дождались, когда толстые острые иглы втянутся обратно, и дружно ринулись в бой.

— Давайте! Фригус!

— Фригус!

Под воздействием холода жидкий лидий начал быстро затвердевать. Голем хотел смести второкурсников, но замороженные части больше его не слушались. Как он замахнулся кнутами, так и застыл.

— Не расслабляемся! — предупредила Шелла и позвала остальных: — Все сюда! Помогайте! Нельзя, чтобы он оттаял!

Ученики бросились на выручку. Потоки стужи обрушились на голема, и тот заледенел окончательно. Убедившись, что он больше не вырвется на свободу, Оливер поднял меч.

— Вот так и держите! Нанао, режем!

— Принято!

Девушка присоединилась к нему, и они вдвоём начали прорубать путь к ядру. Замороженный металл был твёрже стали, однако наполненные магической энергией атамы резали его так же легко, как простую глину. Через пару минут в боку голема образовалась большая дыра. Оливер залез внутрь и ненадолго прервался.

— Отлично! Мы уже близко к центру! Сейчас главное — не праздновать победу преждевременно…

— Т-тут ловушка! Внутри голема волшебная ловушка! — закричал один из тех, кто разбирал белый шар.

Парень резко обернулся.

— У нас тоже! — откликнулся второкурсник у шестиногого голема. — Чёрт! Она настроена так, чтобы взрываться при малейшей ошибке!

Его копошащиеся внутри товарищи выглянули наружу с бледными от страха лицами.

— Оливер! — тревожно воскликнула Шелла.

Оливер кивнул в ответ и, сглотнув от резко навалившегося напряжения, снова принялся копать. Минуты через две показалось ядро, отвечающее за все действия голема, а рядом с ним покоилась окутанная жуткой энергией шкатулка-ловушка. Создатель даже заботливо снабдил её наглядным таймером.

— И у меня, — сквозь сжатые зубы проговорил парень.

В этот момент профессор Форгьери умудрился протиснуть голову между Кати, Гаем и Питом и пронзительно расхохотался.

— Вижу, вы усмирили големов. Молодцы! Блестящая работа! — похвалил он. — Но это далеко не конец. Осталось самое сладкое, самое весёлое — финальный раунд вашей битвы! Помните, что я говорил в самом начале? По своей сути големы — это здания. Дома, склады, замки и всё в таком духе. А для чего они нужны? Правильно. Чтобы содержать в себе людей или какие-нибудь вещи. Так и големы! Внутри них почти всегда есть отсек, где что-нибудь спрятано!

Оливер ощутил вспышку гнева, однако скрепя сердце признал правоту профессора. Энрико Форгьери, конечно, придерживался радикальных методик обучения, но вместе с тем прививал подопечным понимание сути своего предмета. Кроме того, конструирование появилось в расписании не месяц назад и даже не два, поэтому можно было догадаться, что без последнего испытания не обойдётся.

— Сегодня я поместил внутрь големов ваши любимые магические ловушки! Надёжные! Проверенные! Да-да, таймерные, они самые! — воодушевлённо продолжил профессор. — Замешкаетесь или ошибётесь — и всем в радиусе десяти метров резко станет плохо! Ха-ха! Вот она — истинная кульминация!

В возбуждении он сунул в рот сразу два леденца.

Искоса взглянув на безумного старика, Орбрайт отвёл атам от голема и развернулся.

— Ничтожества сами не справятся. Я займусь ловушкой в шаре.

— Тогда мы — в ромбовидном. А вы тут, Шелла, ладно? — попросила Стейси и, захватив Фэя, побежала к шестиногому голему.

Росси глянул им вслед и пожал плечами.

— В обезвреживании я не ассо, так что без меня. Лучше буду поддерживать холод.

— К сожалению, мои познания в механизмах также оставляют желать лучшего, — горько добавила Нанао.

Оливер с Шеллой переглянулись.

— Ясно. Тогда давай с тобой.

— Да, по-другому никак.

Они уже хотели приступить к работе, как вдруг послышался крик: «Подождите!» — и к ребятам подбежал Пит.

— Дайте я с вами. Я много читал о големах, скорее всего, больше всех в классе, поэтому точно смогу помочь.

— Пит? Но ведь… — начал Оливер и вдруг вспомнил давние слова друга:

«Хватит уже строить из себя няньку! Неужели ты думаешь, что мы пошли с вами для того, чтобы путаться под ногами?!»

Нерешительный, пугающийся каждого шороха новичок остался в прошлом. Жестокие условия Кимберли закалили Пита, превратили в настоящего мага. Нельзя было забывать об этом.

— Хорошо. Тогда прошу к нам.

— Ага!

Пит втиснулся между друзьями, и они вместе начали обезвреживать ловушку. Остальные же нервно наблюдали и обливались холодным потом.

Ещё недавно в огромном зале кипел жаркий бой, но сейчас его наполняло гнетущее молчание. Малейшая ошибка — и могли пострадать не только те, кто деактивировал ловушки, но и все вокруг них. Давление было колоссальным.

Наконец команды Джозефа и Стейси отчитались:

— Мы всё!

— Мы тоже! Блин, чуть ли не в последний момент!

Второкурсники радостно загомонили, но затем примолкли и обернулись к последнему голему.

— Осталось две минуты. Думаю, пора заканчивать с изучением и переходить к самому́ обезвреживанию, — сказал Оливер, глядя на механизм с обнажёнными внутренностями, и опустил волшебную палочку.

Шелла и Пит взглянули на него.

— Обсуждать всё некогда. Пора решить, кому довериться.

— Эй, ты сейчас это серьёзно?! — закричал Росси. Они с однокурсниками поддерживали заморозку, сменяя друг друга.

Стрелки часов на таймере неумолимо отсчитывали последние минуты.

Немного помолчав, Оливер добавил:

— Лично я… предлагаю Пита.

— А?!

— Именно Пит лучше нас с Шеллой разобрался в устройстве механизма ловушки. Кроме того, он проштудировал горы литературы и знает о магическом конструировании намного больше нас. Думаю, этого достаточно.

Оливер спокойно объяснил свой выбор, доказывая, что руководствуется не фаворитизмом, а исключительно здравым смыслом.

— Поддерживаю, — кивнула Шелла. — К своему стыду, я действительно уступаю.

Пит оцепенел и даже, кажется, перестал дышать. Оливер развернулся к нему и скосил взгляд на таймер. 

— Ты всё слышал. Осталась минута. Если согласен — дерзай.

Трусить времени не было, поэтому Пит, несмотря на робость и неунимающуюся дрожь, стиснул волшебную палочку и шагнул к ловушке.

Он знал нужную последовательность, однако не мог воплотить её на практике. Руки словно заледенели, с застывших губ срывалось тяжёлое дыхание, сердце колотилось так, что отдавало в уши.

«Если я не справлюсь, то пострадаю не один. Заденет всех… — зачем-то напомнил он себе. — В первую очередь Оливера и Шеллу. А ведь они доверились мне…»

Вот что пугало больше всего. Он переживал не за себя — за друзей.

— Ол…

— М?

— Оливер, коснись меня… Где угодно, — попросил Пит, ища моральную поддержку.

Оливер мгновение помедлил, потом подошёл к нему и обнял со спины. Крепко — чтобы своим теплом изгнать холод страха. И в то же время бережно.

— Я видел, как ты стараешься, поэтому не сомневаюсь в тебе. Пит, у тебя всё получится. Ты сделаешь всё как надо, — негромко сказал он, постаравшись вложить в эти слова все свои чувства.

И произошло чудо. Леденящий душу мороз отступил.

Пит уверенно принялся за дело. Ещё раз окинув взглядом внутренний механизм, он достал крошечные семена инструмендрева, разложил их в нужных местах и капнул на каждое питательной смесью из флакончика, после чего направил на них волшебную палочку.

— Прогрессио.

Проклюнувшиеся корешки проникли внутрь управляющей схемы и втянули духов, энергия которых питала ловушку. Магическая связь между отдельными элементами пропала, что-то щёлкнуло, и таймер остановился. Стрелка застыла на отметке в две секунды.

Никто не проронил ни слова, в зале воцарилась мёртвая тишина.

Наконец раздались негромкие аплодисменты.

— Все ловушки разряжены. Поздравляю, вы молодцы, — произнёс Энрико Форгьери без намёка на извечный маниакальный смех. Затем профессор взмахнул палочкой, и из его кармана выпорхнуло пять леденцов. — Во-первых, мистер Орбрайт, мистер Росси, мисс Корнуоллис, мистер Уиллок и мистер Эндрюс. Вы не только справились с заданием, но также верно оценили способности големов и нейтрализовали их. Если бы не вы, раненых было бы намного больше. Примите заслуженную награду.

Дальше Форгьери повернулся к жидкому голему и повёл палочкой, призывая новые конфеты.

— Во-вторых, мистер Хорн, мисс Хибия и мисс Макфарлейн. Вы отважно выступили против жидкого голема и одержали над ним победу. Кроме того, мистер Хорн, отдельно хочу выделить вашу наблюдательность. Совершенно верно, я дистанционно контролировал этого голема. Полагаю, вам подсказал богатый боевой опыт?

Он с любопытством взглянул на Оливера, и парню пришлось призвать всю свою выдержку, чтобы притвориться безучастным. Так и не дождавшись ответа, профессор взглянул на Пита и опять махнул палочкой. На этот раз в воздух поднялась целая дюжина леденцов, перевязанных ленточкой. Она описала красивую параболу и опустилась прямо в руки.

— И наконец мистер Рестон. Вы сражались поистине доблестно. Примите мои поздравления.

— Ой!..

Пит рефлекторно поймал подарок.

— Вы очень удивили меня, когда перечислили материалы, из которых делают жидких големов, и их свойства, — продолжил Форгьери, направившись к нему. — Судя по всему, вы перелопатили гору специализированной литературы. Неужели вы весь последний год не вылезали из библиотеки? — усмехнулся он. — Также вы продемонстрировали блистательные аналитические способности. Не стану скрывать, в жидком големе была наиболее сложная ловушка. Однако вы разобрались в её устройстве и успешно разрядили её, то есть вы не отлыниваете в учёбе.

К этому моменту Энрико уже стоял напротив Пита. Оливер, который по-прежнему обнимал его, неосознанно прижал друга к себе, однако профессор, не обращая на это ровно никакого внимания, наклонился ближе и чуть ли не коснулся парня носом.

— Вы молодец. У вас… есть потенциал.

Пит с шумом втянул воздух. От страха по спине побежали мурашки, но вместе с тем в груди разлилось приятное тепло. До сих пор многие при любом удобном случае тыкали Пита носом в его родословную, однако Энрико Форгьери, ужасающий чародей, смотрел в первую очередь на достижения, поэтому оценил ученика по достоинству. Чем не повод для радости?

— Скажите, мистер Рестон, вы не хотели бы как-нибудь посетить мою лабораторию?

Пит закивал, словно болванчик.

Оливер понимал, что не имеет права указывать другу, но всё равно крепче обнял его и со злостью подумал:

«Я должен убить этого безумца прежде, чем он сломает Пита».

После магического конструирования, на большой перемене, Оливер, Нанао и Шелла заглянули в кафе-столовую пообедать. Остальные не пошли с ними. В последнее время они налегли на внеурочную деятельность.

— Кати, Гай, Пит… Их прямо не узнать, — с улыбкой отметила Шелла, покачивая чашкой чая в руке.

— И не говори, — согласился Оливер. — У них и раньше глаза горели, но сейчас они наконец-то перестали бояться рисковать. Порой они, конечно, перегибают и берут больше, чем могут вынести, но такова уж природа магов. — Он отрезал кусочек пирога с мясом.

— Да, год в Кимберли многое меняет. Достаточно сравнить первый и второй курсы. Они совершенно разные. Вот, взгляните, это же мы с вами в прошлом году.

Шелла указала взглядом куда-то за спину, и Оливер обернулся.

По шумной столовой неуверенно пробирались знакомые первокурсники во главе с высокой Ритой Эплтон.

— Тереза! — звала она. — Тереза, ты куда подевалась?

— Да оставь ты её. Ясно же, что она не хочет с нами водиться, — пробурчал Дин.

— Н-но ведь она сегодня впервые пообедала с нами. Это уже большой шаг вперёд, — возразил Питер.

Оливер сразу догадался, что случилось. Как он и повелел, Тереза перестала избегать однокурсников, но, по всей видимости, исчезла сразу после еды.

«Лучше так не делать. Надо было заострить на этом внимание», — вздохнул парень и выразил впечатление, которое Шелла, по всей видимости, разделяла:

— Они прямо как новорождённые оленята.

Шелла усмехнулась и вдруг посмотрела через стол на подругу.

— Но ты, Нанао, наоборот, меняешь всех вокруг себя.

— М-м? — промычала Нанао, подняв голову от куриной ножки. Она вела себя как обычно и, очевидно, ни о чём не переживала, однако Шелла всё равно спросила:

— Завтра у тебя первая игра в старшей лиге, первый бой против ветеранов со старших курсов. Готова?

— Угу, на все сто. Я уже вся пылаю от предвкушения! — с жаром ответила Нанао, потом положила куриную ножку, выпрямилась и повернулась к Оливеру. — Однако я думаю… Нет, я всецело уверена, что эта небесная сеча будет куда яростнее былых. И собьют меня тоже эффектно. Оливер… я могу на тебя рассчитывать?

— Ну как я могу отказать тебе? Я же твой ловец, — откликнулся парень, оторвавшись от обеда. — Только заклинаю: не безумствуй. Пообещай, что станешь гнаться в первую очередь не за победой, а за тем, чтобы вернуться на землю живой и на своих двоих.

Он просил об этом далеко не в первый раз, однако Нанао не стала отмахиваться, а с крайне серьёзным видом кивнула. Шелла довольно улыбнулась.

— Ни одному ездоку не обойтись без толкового ловца. Надеюсь, вы покажете класс!

На следующее утро, к десяти часам, на трибунах уже было не продохнуть. В небе кружили игроки, а над стадионом гремел усиленный голос комментатора:

— Приветствую! Приветствую, уважаемая публика! Наконец-то этот день настал! Сегодня в шестнадцатой игре старшей лиги сойдутся «Дикие гуси» и «Синяя ласточка»! А также дебютирует Нанао Хибия, ярчайшая звезда, стремительным всполохом взошедшая на наш небосвод!

Зрители разразились бурными овациями и криками поддержки. Матч ещё не начался, а напряжение давно достигло апогея. Все с огромным нетерпением ждали этого поединка.

— Ах да, чуть не забыл! Сегодня радовать вас буду не только я, но и мой особый гость — преподаватель полётов на метле Дастин Хеджес! Профессор Хеджес, чего, по вашему мнению, нам стоит ждать?

— Полёта мисс Хибии и её крещения в старшей лиге. Думаю, для многих это будет настоящий сюрприз.

— То есть никакого расслабона, как это было у юниоров?

— Разумеется, нет. «Ласточки» не настолько добрые, чтобы позволить новичку резвиться, — ответил Хеджес и, откинувшись на стул, посмотрел на «Диких гусей», которые собрались на последнее обсуждение стратегии матча.

Тем временем капитан «гусей» тоже глянул на трибуны. Он уже раздал все необходимые указания и вместе с командой ждал сигнала к началу игры.

— Сегодня присутствует профессор Хеджес? Тогда нам точно нельзя ударить в грязь лицом.

— Позвольте ещё раз уточнить, — подняв руку, сказала Нанао. — То есть мне летать, как я привыкла?

— Ага. Втянись, попробуй на вкус старшую лигу, а уж потом возьмёмся с тобой за командную работу, — улыбнулся капитан и обернулся к соперникам. — Конечно… Если у тебя получится.

А игроки «Синей ласточки» в свою очередь изучали Нанао и перекидывались колкими комментариями.

— О, гляньте-ка, а вон и та многообещающая салага.

— Ну что, Эшбери, как нам приласкать её?

Сильнейший игрок «ласточек», Диана Эшбери коротко ответила:

— Займите её чем-нибудь в начале. Но не роняйте.

— Лады. А потом?

— Потом я сама её собью, — ответила Диана, погладив клюшку. — Да так, чтобы она ещё месяц дрожала от одного вида метлы.

Товарищи присвистнули от удивления.

Наконец загудел сигнальный рог.

— Началось!

— Вперёд, Нанао!

Конечно, Кати, Гай, Пит и Шелла болели за подругу, стараясь не уступать фанатам другой команды. Однако ей приходилось несладко. Не успело гулкое эхо стихнуть, как за Нанао метнулись преследователи.

— Вы видели? Втроём на неё накинулись! Позор! — возмутился Гай.

— Они не столько накинулись…

— Ну привет, Хибия.

— Добро пожаловать в старшую лигу.

— У нас для тебя подарок. Получи и распишись!

За спиной кричали соперники. Нанао не привыкла играть сразу против троих, однако не растерялась. Потянув рукоять метлы на себя, она резко набрала высоту, описала круг и пропустила преследователей вперёд.

— О-о, красивая мёртвая петля!

— Не стала убегать, а зашла сзади? Неплохо! Ты мне нравишься!

— Ага, хорошо, что мы решили зайти снизу!

«Ласточки» улыбались. Через мгновение они тоже взвились вверх и застыли, словно плывущие по ветру перья.

— М?!

Нанао мигом смекнула, что потеряет равновесие, если попытается повторить этот трюк, поэтому полетела дальше. А «ласточки» по инерции пошли вниз и снова легли на курс, возобновив погоню.

— Что, не ожидала? Это называется падающее перо!

— В старшей лиге скорость не панацея! Учись зависать!

Среди юниоров Нанао с таким не сталкивалась. Впрочем, это не помешало ей оценить приём по достоинству. Замедление и дестабилизация оставляли игрока чрезмерно уязвимым. Малейшая ошибка могла привести к падению. Но в умелых руках эта техника превращалась в грозное оружие, что ей сейчас и продемонстрировали.

Надеясь стряхнуть старшекурсников, девушка без особых раздумий ускорилась. Она уступала соперникам в тактическом плане, так что решила разорвать дистанцию, сохранить инициативу и потом напасть в лоб. Естественно, опытные «ласточки» сразу раскусили её.

— С места в карьер? Разумно.

— Да, в скорости с легендарной метлой нам, конечно, не потягаться.

— Но лишь в скорости.

Они переглянулись, кивнули друг другу, свернули влево и, к тому моменту, когда Нанао долетела до конца поля и развернулась, опять оказались позади неё.

— И снова они на хвосте! — воскликнул комментатор. — «Ласточки» упорно не хотят отпускать Хибию!

— Они читают мисс Хибию как раскрытую книгу. У неё слишком уж бесхитростные манёвры, — добавил Хеджес.

Как он и предполагал, даровитый новичок Нанао Хибия первым делом столкнулась именно с этой трудностью.

— Обычные полёты без ограничений — одно, но воздушные игры — совершенно другое. Чтобы не покинуть поле, приходится поворачивать, а это уже можно просчитать. Опытные игроки умеют хитрить, однако мисс Хибии до сих пор не приходилось сталкиваться с достойными противниками. Огромный талант обернулся против неё.

— Иными словами, полагаясь на чрезмерную силу, она совсем упустила из виду тактику и сейчас оказалась самой слабой! Иронично! — подхватил комментатор, с трудом удерживаясь от того, чтобы вскочить на ноги из-за обуревающего его возбуждения. — И что же мы видим? «Ласточки» по-прежнему висят у Хибии на хвосте! Они как будто метку на неё повесили!

— Да какую метку, — фыркнул Хеджес. — Они просто приветствуют её, учат по доброте душевной… Показывают салаге, где её место.

Шелла, Кати и Гай с Питом тоже не отрывали взгляд от Нанао и даже не решались лишний раз вдохнуть, чтобы ничего не пропустить. До сих пор подруга ни разу не попадала под такой прессинг.

— Нанао быстрее, а оторваться не может!

— Вот она — разница в опыте! «Ласточки» видят Нанао насквозь!

— И всё равно трое на одного нечестно! Почему свои ничего не делают? — возмутилась Кати и посмотрела на «гусей», которые как будто вовсе не собирались помогать.

На самом деле некоторые хотели выручить Нанао.

— Надо ж, прицепились как репей. Эй, кэп, вмешиваться не будем?

Обычно «Серые гуси» не бросали товарищей на произвол судьбы, однако сегодня был особый случай, поэтому капитан покачал головой.

— Да можно, конечно, но лучше не надо. Я что-то подобное и предполагал. Кроме того, не всё же Нанао удивляться, — ответил он и с хитрой улыбкой глянул на эйзиатку. — Не переживай, они скоро сами поймут, что жертва не так проста, как кажется.

А воздушный бой продолжался. «Ласточки» то и дело догоняли Нанао и старались зацепить её клюшкой. Приходилось отмахиваться, причём из очень неудобного положения.

— Что, нелегко, когда на тебя нападают сзади, да ещё и слева?

— На будущее, Хибия. Правши стараются разворачиваться по часовой стрелке, чтобы, если вдруг кто нападёт, отбиваться ведущей рукой.

Опытные старшекурсники перемежали удары полезными советами. Конечно, они не столько хотели научить, сколько рассчитывали на психологическую атаку, но Нанао держалась стойко, как скала.

— Надо же, до сих пор не сломалась.

— Просто она слишком резвая, никак не достать нормально. Зайду-ка я ей в лоб.

— Что, уже? Смотри, сбросишь её сейчас, потом получишь от Эшбери.

— Да плевать на Эшбери! Сколько гоняемся за салагой, а всё без толку! Лучше бы команде помогли!

Девушка, одна из преследователей, потеряла терпение и замедлилась с таким расчётом, чтобы Нанао, развернувшись, вышла прямо на неё.

— Хм…

Двое других крикнули:

— Извини, салага!

— Было весело, но на сегодня хватит!

Очевидно, готовились клещи. Нанао должна была столкнуться со старшекурсницей, зашататься и затормозить, после чего остальные «ласточки» догнали бы её и добили, устроив эффектный финал крещения. Численное преимущество срабатывало почти всегда.

Но не сегодня.

— А?

Клюшки стукнулись, и равновесие потеряла «ласточка». Она не упала с метлы, но накренилась и полетела к земле.

— Эй!

— Ты что?!

— П-простите!.. — запинаясь, прокричала девушка. У неё всё кружилось перед глазами. — А что?.. Что произошло?

Она временно выбыла из погони.

Изумлённые товарищи переглянулись.

— Мне это не нравится. Давай-ка подловим Хибию на следующем повороте и скинем. Чтобы наверняка.

— Вдвоём на салагу? Не много ли чести?..

— Давай! Если упустим её, Эшбери потом нам головы открутит!

Теперь напряглись уже они. Несмотря на талант, Нанао училась лишь на втором курсе и только-только перешла в старшую лигу. Опытные игроки «Синей ласточки» не могли запятнать себя позорным поражением от руки зелёного новичка.

Они напали, когда Нанао в очередной раз развернулась у кромки поля. Один спикировал сверху, готовясь врезать девушке по голове; другой, наоборот, зашёл снизу, чтобы подстраховать товарища и в случае чего добить эйзиатку метким ударом по корпусу. Они отрабатывали эту комбинацию несчётное число раз.

— Всё, салага, ты долеталась!

Клюшки синхронно рассекли воздух. Но за мгновение до этого Нанао вдруг прибавила ходу.

— А?

— Чё?..

От неожиданности «ласточки» зазевались и на полной скорости врезались друг в друга. Нанао тотчас возникла перед ними, рубанула клюшкой, и один из игроков, свалившись с метлы, устремился к земле.

— Вот это да-а-а-а! — во всю мощь лёгких завопил комментатор. — Хибия прорывает окружение и выбивает одного из преследователей!

— Поспешили они, — отметил Хеджес. — Забыли, что мисс Хибия может летать намного быстрее, и упустили подходящий момент. Вот что бывает, когда недооцениваешь новичка.

— Профессор, скажите, как Хибии удалось провернуть это?

— Вы же сами видели. Она ловчее управляется с клюшкой, чем этот олух. Только и всего, — ответил Дастин и, не отдавая себе отчёта, едва заметно улыбнулся.

«Индивидуальности — они такие», — говорил его многозначительный взгляд.

— Кто бы мог вообразить, что наука конных боёв из школы Хибии пригодится мне в небесах, — негромко проговорила Нанао. Ладони слегка гудели после мощного удара.

Девушка осмотрелась, ища соперников, и только сейчас к ней подлетели капитан вместе с другими «гусями».

— Молодец. Достойно ответила на приветствие.

— Благодарю. Старшая лига не разочаровывает. Невозможно расслабиться ни на секунду! — весело ответила Нанао.

— Сдаётся мне, ты удивила их намного больше, чем они тебя. Хотели скинуть салагу с метлы, а вместо этого сами грохнулись, — широко улыбнулся капитан и посмотрел на игроков «Синей ласточки».

Соперники перестраивались, готовясь атаковать в полную силу. Блистательная контратака Нанао заставила их пересмотреть взгляды и выписать девушку из неоперившихся птенцов. Отныне она могла не рассчитывать на послабления.

«Что, выкусили?» — хмыкнул капитан «Диких гусей» и снова повернулся к эйзиатке.

— Разрешаю оторваться на всю катушку. Только не забывай, что и они теперь насядут на тебя всерьёз.

— Другого я и не прошу! — кивнула Нанао и сорвалась с места.

Настала её очередь атаковать.

Тем временем Кати на трибунах не находила себе места от радостного возбуждения.

— Поразительно! Великолепно! — взахлёб тараторила она. — Нанао ни в чём не уступает старшекурсникам!

Шелла тоже ликовала, но про себя. Великосветское воспитание не располагало к проявлениям буйного восторга.

— Какие отточенные движения. Вероятно, дома Нанао училась сражаться верхом, и теперь эти навыки пригодились ей с клюшкой.

— Причём где пригодились — в старшей лиге! Как думаете, сколько ещё она скинет? — простодушно спросил Гай.

— Ах, если бы это было так просто, — ответила Шелла, качая головой. Как и всегда, она рассуждала трезво. — До сих пор соперники недооценивали её, однако теперь они знают, что Нанао — далеко не обычный новичок, и будут относиться к ней соответствующе. Настоящая схватка только начинается.

Она посмотрела на самого грозного игрока «Синей ласточки». В то время как Нанао сбросила с метлы одного противника, эта ведьма разделалась с тремя.

— И что важнее всего… У них тоже есть ас.

— Эшбери, прости… — извинился один из недавних преследователей Нанао, вернувшись к своим. Они с товарищами крупно оплошали: мало того, что упустили новичка, так ещё и без потерь не обошлись.

— Пади, умри — и снова в битву… — отчеканила Диана и вдруг улыбнулась — Хотела бы я сказать, но да ладно.

Сейчас её мысли занимало совсем другое.

— Девчонка-то не промах. Эй, лузеры, матч на вас, а я пока немного разомнусь.

Эшбери сорвалась с места, бросив команду. Она явно играла на публику, но никто не жаловался. Лучшая «ласточка» любила покрасоваться.

Несколько секунд — и девушка поравнялась с Нанао.

— Здравствуй, Хибия. Веселишься?

— Леди Эшбери?

— Спасибо, что вправила мозги моим придуркам. Я хочу лично поблагодарить тебя за это, — сказала Диана и подняла клюшку.

Она осознанно летела справа от Нанао, несмотря на то, что и для неё эта сторона была ведущей.

— Дам тебе небольшую фору. Не бойся, мои мешать не станут.

— О, так вы предлагаете поединок верхом? В таком случае я принимаю вызов! — с готовностью откликнулась Нанао, и между ними завязался бой.

— Хибия отвечает на провокацию! — закричал комментатор. — Поразительно! Восходящая звезда нисколько не боится лучшего игрока школы!

— Да они и не могли разойтись мирно, это не в их характере. Эх, девочки, у нас тут вообще-то не индивидуальные выступления, — вздохнул Хеджес, убрал волшебную палочку от горла, снимая усиливающее заклинание, и негромко добавил: — Жаль, очень жаль. Я бы хотел ещё немного посмотреть на мисс Хибию.

Комментатор услышал его и тоже отнял палочку.

— Профессор, что вы имеете в виду?

— По таланту они примерно равны. Чего нельзя сказать об опыте и, что намного важнее, отношении к игре, — ответил Дастин. Он видел аса «Синей ласточки» в деле уже много лет, поэтому понимал, что исход поединка предрешён с самого начала. — Диана Эшбери была рождена для того, чтобы стать быстрее и сильнее всех в небе. В этом цель её жизни. Мисс Хибии предстоит прочувствовать это в полной мере.

Тем временем Нанао обрушивала на Диану удар за ударом, и все они были предельно яростными, хоть девушка находилась и не на земле, в привычной стихии. Кости скрипели от перегрузки, клюшки с глухим стуком отскакивали друг от друга. Однако Эшбери улыбалась.

— Неплохо! Впервые вижу такой стиль! Покажи ещё!

Несмотря на неудобную позицию, первая среди «ласточек» без малейшего труда отражала все атаки. Сражалась только Нанао, Эшбери же развлекалась.

— Не думала, что ты столько продержишься! Даже не хочется просто скидывать тебя!

Неожиданно она ускорилась, потянула метлу на себя и пошла на вертикальный взлёт. Нанао ринулась следом. Чувствуя её за спиной, Диана крикнула:

— Давай за мной! Покажу настоящую магию!

Сто метров, пятьсот, тысяча… Зрительно давно превратились в крохотных муравьишек, остальные игроки тоже казались едва заметными разноцветными пятнами, а девушки не останавливались. Очень скоро Эшбери пронзила облака и полетела дальше.

На четырёх километрах Нанао ощутила, что метла потихоньку перестаёт слушаться. Чем выше они поднимались, тем более разреженной становилась атмосфера. Концентрация маги-частиц упала вполовину, и метла восполняла недостаток за счёт резервов наездника, чтобы сохранить скорость. Образно говоря, у неё повысился расход топлива.

Изо рта вырывались белые облачка пара. Температура воздуха давно упала ниже нуля. Даже маги чувствовали себя в таких условиях крайне дискомфортно. Дальнейший подъём сулил нешуточную угрозу жизни. Интуиция требовала поворачивать обратно.

Однако Эшбери мчалась и мчалась, и Нанао следовала за ней. Эйзиатка не столько упрямилась, сколько понимала, что, направившись к земле, подставит под удар беззащитную спину, и соперница не преминет воспользоваться этим. Сейчас же они соревновались в выносливости. Как бы превосходно Диана ни летала, она оставалась человеком с присущими ему ограничениями и слабостями. Рано или поздно она поднимется на предельную высоту, причём сделает это первой, и будет вынуждена развернуться. Нанао останется только не упустить момент, рвануть вперёд и ударить в бок изо всех сил. После тяжелого восхождения Эшбери тоже устала. Вряд ли она смогла бы толком защититься.

Это была единственная возможность одолеть аса.

— Фуф…

Однако Диана тоже знала об этом, поэтому совершила нечто абсолютно неожиданное.

— Лети, — сказала ведьма, вынула ноги из стремян и на высоте более восьми километров — там, куда не поднимались даже птицы — отпустила метлу. Пролетев по инерции ещё немного, она перевернулась вниз головой и посмотрела прямо в выпученные от изумления глаза Нанао.

А получившая свободу метла выстрелила, словно выпущенная из лука стрела, на остаточном заряде энергии набрала неописуемую скорость и, описав красивую дугу, понеслась к владелице, которая ровно в эту секунду начала падать.

— Нанао Хибия, узри магию Эшбери…

Метла скользнула ровно между ног Дианы, ступни будто бы сами собой прыгнули в стремена. Два силуэта снова слились в один — и они уже мчались на максимальной скорости, невозможной при обычном развороте. Ведьма обрела полное преимущество над Нанао.

Этот приём, небесный кошмар для всех соперников, назывался Разворот Эшбери. За всю историю воздушных игр ещё никому не удалось превзойти его.

— …И пади.

Диана подняла клюшку для решающего удара. Несмотря на предательскую дрожь, Нанао тоже взмахнула оружием... И через очень долгое мгновение зрители на земле увидели, чем закончился напряжённый поединок.

— А-а! — Кати прижала руки ко рту.

— Нанао! — не сдержавшись, закричала Шелла.

Гай и Пит так и вовсе онемели от ужаса.

Они вчетвером беспомощно смотрели, как с огромной высоты, пронзив облака, падает дорогая подруга…

— М-м…

Нанао медленно приходила в себя после минутного обморока. Казалось, ещё мгновение назад она летела через ледяной воздух, а сейчас лежит на чём-то тёплом и мягком. Открыв глаза, девушка увидела над собой знакомое лицо.

— Оливер… — невнятно пробормотала она, и парень ласково улыбнулся.

— Ты молодец. Что-нибудь болит? Как голова? Не тошнит?

Нанао прислушалась к себе и вскоре покачала головой. Закоченевшие руки и ноги отогрелись и вновь начали слушаться её, и Оливер, заметив это, осторожно поставил девушку.

— Тогда тебе пора. Сегодня ты проиграла, — сказал он и положил руку ей на плечо.

После долгого молчания эйзиатка посмотрела на небо, где ещё недавно сражалась, и кивнула.

— Увы, это так. Она истинный мастер.

В этот момент комментатор снова ожил и заголосил на весь стадион:

— А-а-а-а! Хибия на земле! Это её первое поражение с самого дебюта в лиге юниоров! Ловец Хорн, который аккуратно подхватил Хибию и не позволил разбиться, провожает её со стадиона! Ужасающая Диана Эшбери и её именной Разворот в очередной раз одерживают верх! Неужели никто, даже невероятно талантливый новичок, не сумеет превзойти их?

— Ну хватит, хватит, совсем уже захвалил. Разворот-то замечательный, вот только мы его не увидели, — спокойно возразил Хеджес, взглянул на Диану, которая только сейчас вернулась с огромной высоты, и фыркнул. — В каком-то смысле мисс Эшбери проявила уважение. Она ведь могла победить мисс Хибию и так, но под впечатлением от её полёта решила сбросить с метлы по-особому. Я считаю, это более чем достойно для дебюта в старшей лиге.

— Я совершенно с вами согласен, профессор! Любезная публика, игра пока не закончилась, но я всё равно прошу вас наградить Хибию аплодисментами! А ты, Хибия, сделай правильные выводы и вернись на поле ещё сильнее, чем прежде!

Комментатор был прав. Конечно, поединок Нанао и Дианы оставался самым ярким эпизодом, однако остальные игроки тоже не отсиживались в стороне. Команды упорно боролись, и в конце концов «Синяя ласточка» победила с перевесом в одно очко.

После финального горна «Дикие гуси» вернулись в раздевалку.

— Эх, проиграли!

— Блин! Всего-то одного не хватило скинуть!

Нанао уже ждала их на скамье вместе с Оливером. Услышав полные досады восклицания, она опустила голову.

— Прошу прощения… Ближе к окончанию матча я выбыла и ничем вам не помогла.

— М? В смысле? Ты же одного сбила.

— А потом и вовсе устроила дуэль с Эшбери. Как по мне, твой первый матч в старшей лиге удался на славу.

Однако товарищи, наоборот, похвалили её, и девушка удивлённо уставилась на них.

— Нанао, ты же не на войне, — сказал капитан, подойдя к ней. — Победа, безусловно, важна, но и о красивой игре тоже помнить надо. Публика должна радоваться.

— Командир…

— И в этом отношении ты выложилась на все сто. Не унывай. А что до Разворота Эшбери… Открою тебе небольшой секрет. Многие летуны почтут за честь проиграть ему, — улыбнулся капитан.

Оливер добавил:

— Конечно, Эшбери — нелёгкий соперник, но я считаю, что матч можно было выиграть. В следующий раз дайте Нанао сыграть в команде, отработайте с ней несколько комбинаций. Также надо будет посоветоваться по поводу стратегии…

«Гуси» тотчас принялись над ним подшучивать:

— Ха, Хорн прямо-таки загорелся!

— Ещё бы он не загорелся. Шутка ли — жену с метлы скинули.

— Вроде бы он и поймал её особенно бережно.

— Само собой, бережно. Жену-то.

— А можно немного посерьёзнее? — с оттенком раздражения попросил Оливер.

Капитан засмеялся, хлопнул его по плечу и вернулся к остальной команде. Проигрыш проигрышем, но и о делах забывать не стоило.

— Так-то Хорн прав. Нанао поняла, что из себя представляет старшая лига, поэтому пора вводить её в команду. Ну а сейчас устроим разбор полётов. Начнём с общей картины. На этот раз мы слегка увлеклись нападением…

Тем временем в раздевалке «Синей ласточки» парень с девушкой забились в угол, не решаясь даже присесть, и дрожали от страха, будто преступники перед зачитыванием приговора.

— Чего они там трясутся?

— Наверное, ждут наказания от Эшбери. Хибия сбила одного и чуть не сбила другую.

Товарищи с пониманием и сочувствием посмотрели на бедняг. Тут в раздевалку ворвался ещё один игрок их команды.

— Можете выдохнуть, Эшбери уже ушла.

— А?

— Что?

— Не осталась на разбор, даже не переоделась, — хмыкнул он и пожал плечами. — Запрыгнула на метлу и с улыбкой до ушей улетела. Видать, салага приглянулась ей. Да так, что она напрочь позабыла о вас.

Парень с девушкой в ту же секунду рухнули на пол.

— Спасены!

— Спасибо, Хибия! Спасибо!..

— Кто ж перед соперниками в благодарностях рассыпается?.. Хотя я вас понимаю.

Товарищи усмехнулись. Результаты игр заботили их не так сильно, как настроение аса команды. Так уж повелось у «Синей ласточки».

Не успели Оливер и Нанао выйти из раздевалки, как друзья окружили их и принялись наперебой поздравлять:

— Вы молодцы! Отличная игра!

— Эх, сбросили бы с метлы ещё одного, перешли бы в овертайм!

Нанао улыбнулась.

— Противник был силён, а мне не хватило выучки. В следующий раз наверстаю.

— Отличный настрой! Уверена, ты ещё покажешь класс! — одобрила Шелла и положила руку ей на плечо.

— Мы сейчас как? Все вместе? — спросил Оливер. — Если да, можете занять наш столик в кафе? Мы с Нанао переоденемся и тоже подойдём.

— Только не слишком долго, ладно? — ответил Пит и ушёл первым. Остальные потянулись за ним.

Глядя вслед друзьям, Нанао негромко сказала:

— Все так добры ко мне, хотя я не принесла ничего, кроме поражения…

Оливер промолчал, и когда девушка опустила голову, сжав кулаки.

— Я проиграла… Ничего не смогла сделать…

Впервые с самого поступления она так сильно горевала о чём-то. Тогда Оливер не выдержал. Повернувшись, он схватил Нанао за плечи и произнёс слова, которые держал в себе уже очень давно:

— Какая разница, победила ты или проиграла? Ты цела — и это главное. Ты не стала выделывать никаких безумных трюков, рвать жилы и рисковать жизнью, а просто упала ко мне. Одного этого мне более чем достаточно, чтобы поставить тебе высший балл, — горячо заверил он и как ловец, и как друг.

Нанао посмотрела Оливеру в глаза.

Повисло долгое молчание.

— В таком случае… — наконец сказала она.

— М?

— Высший балл заслуживает награды, не так ли?

Немного подумав, Оливер смущённо кашлянул, решился и заключил Нанао в крепкие объятия. Остатки парфюма давно выветрились из организма, однако сердце всё равно пустилось в пляс. Усмирить его стоило больших трудов.

— Пойдёт?

Вместо ответа Нанао счастливо засмеялась и тоже обняла его.

Так они и стояли, наслаждаясь приятным теплом и не желая отпускать друг друга…

— Ещё немного.

— Угу…

…И опомнились лишь минут десять спустя.

Праздничный ужин затянулся допоздна, и ребята разошлись по своим комнатам уже глубокой ночью.

Оливер уложил на кровать Пита, который задремал прямо за книгой, и накрыл его одеялом.

— Спокойной ночи, — прошептал он, погладив друга по голове, убедился, что тот крепко спит, бесшумно скользнул за дверь и под покровом тьмы вернулся в школу.

Вторжение давно началось, граница между замком и лабиринтом расплылась, поэтому Оливер без труда нашёл нужный портал и спустился на первый уровень.

— Опаздываю… Надо бы ускориться, — пробормотал он, сверившись со временем, сунул часы обратно в карман и ненароком нащупал маску.

«Хотел надеть уже после того, как приду, но, наверное, лучше сейчас. Вдруг меня кто-нибудь увидит», — рассудил парень, осмотрелся и обнаружил неподалёку тёмный уголок.

— Самое то.

Спрятавшись, он уже потянул было маску за уголок, и тут кто-то сонно спросил:

— Оливер, ты, что ли?

От неожиданности сердце чуть не выскочило из груди. Резко обернувшись, Оливер увидел позади себя простенький маскирующий барьер, а внутри — рослого парня в спальном мешке.

— Гай?! Что ты здесь делаешь?

— Смотри-ка, и правда ты… Кевин посоветовал привыкнуть к тому, чтобы ночевать в лабиринте, — пояснил Гай, потирая слипающиеся глаза. — А ты чего там прячешь?

Похоже, он заметил, как друг шарит в кармане. Чтобы ничем не выдать себя, Оливер отпустил маску и вытащил вместо неё печенье.

— Перекусить хотел. Будешь?

— А-а… Не, спасибо. Я спать, — помотал головой Гай и снова улёгся, но сделал это до того скованно, что Оливер сразу заподозрил неладное и присел рядом.

— Стоять. Покажи-ка спину.

— М-м?

Не дожидаясь разрешения, Оливер расстегнул спальный мешок, спустил его, затем стянул с Гая рубашку и сразу же увидел целую россыпь свежих ссадин и порезов.

— Где тебя так угораздило?! И ведь даже не заколдовал, только мазью намазал!..

— Как по-другому-то? Магией исцеления я пока не владею, — пробурчал Гай. — И спокойно ходить по второму уровню тоже не могу.

— Так и не ходи тогда в одиночку! Всё, замри. Буду лечить тебя, — рассерженно сказал Оливер, вынул волшебную палочку и тяжело вздохнул. — Вы с Питом как будто с цепи сорвались. Про Кати я вообще молчу… Конечно, я рад, что вы больше не боитесь ни Кимберли, ни лабиринта, но перегибать тоже не надо. Сегодня тебе повезло…

— А когда не повезёт, будет уже поздно, — парировал Гай. — Оливер, я должен учиться, иначе в решающий момент снова останусь не у дел. Вот сейчас я сам по себе спустился на второй уровень и понял, какие вы с Нанао и Шеллой крутые. Не просто прошли через него, а ещё и вернулись целые и невредимые. Я же… Я до смешного слаб.

— Гай…

— Буду отлынивать — никогда вас не догоню. Ты ж знаешь поговорку «что не убивает — закаляет», да? Вот и дай мне позакаляться, чтобы в следующий раз… — Гай одной рукой обнял Оливера за шею и притянул к себе. — В следующий раз отправиться на приключения всем вместе. Уж теперь-то мы вас одних не отпустим ни за какие коврижки!

Вот что сейчас двигало им.

Тронутый, Оливер улыбнулся.

— От тебя по́том несёт.

— Да и хрен бы с ним! Мы с тобой оба мужики, для нас такое в порядке вещей!

— И то верно. Я ж не сказал, что мне неприятно, — кивнул Оливер, мягко высвободился из хватки и встал. — Прости, что разбудил, больше не буду мешать. Ах да, один момент. Сигнальную формацию лучше ставить чуть дальше от себя. И не проспи уроки.

— Лады. Хотя перерисовывать всё — та ещё морока… — вздохнул Гай и принялся заново чертить на полу магический круг.

Оливер же отправился дальше.

«Соберись! — приказал он себе, стиснув зубы. — Нельзя так подставляться! Одна ошибка — и всё может закончиться плачевно».

Где-то через час парень добрался до места встречи — небольшой комнатки-углубления в стене коридора. Там его уже ждали Гуин, Шеннон, Тереза и ещё трое единомышленников.

— О, вот и ваше вашество изволили пожаловать, — хмыкнула девушка с седьмого курса, которая на прошлом собрании усомнилась в решении Оливера, и, нисколько не смущаясь, осмотрела своего владыку с ног до головы. — Что-то вы неважно выглядите. Нездоровится? Смотрите, мы ж наверняка задержимся до утра, а вы только на втором курсе. Выдержите ли?

Она даже не думала скрывать презрение пополам с заботой, однако Оливер ничего не сказал ей по этому поводу, лишь покачал головой. Он знал, что большинство старших подданных относятся к нему в лучшем случае со снисхождением. Выбить непокорность можно было лишь демонстрацией превосходства.

— Нолл… — встревоженно проговорила Шеннон.

Оливер даже не повернулся к ней.

«Сейчас мы не брат с сестрой, а король и его слуга», — в очередной раз напомнил он себе, надел маску и повелел:

— Идёмте. Пора выбрать, где мы будем сражаться.

Небольшой отряд во главе с Оливером растворился во мраке лабиринта.

Никто не колебался. Каждый был готов идти до конца, их не пугала даже перспектива найти последнее пристанище в окружающей тьме.