Прошло две недели с момента драки в классе. Было чуть больше восьми вечера, и дневные занятия уже закончились, но Оливер и его друзья остались в здании академии, зная, что вторжение лабиринта уже началось.

— О, вы пришли.

— Позвольте показать вам путь. Ваши мечи готовы?

Двое незнакомых второкурсников ожидали их в классе на третьем этаже, как было указано в письме от Эндрюса.

Оливер покачал головой.

— Нет, дайте нам немного времени. Ребята, приготовьте свои Атамы.

Он дал указание своим друзьям, повернувшись к ним. Все кивнули, вытаскивая своих постоянных спутников из ножен.

— Теперь, как я вас учил, — Acutus.

— — Acutus. (Острый)

Следуя его примеру, все пятеро произнесли заклинание. Мгновенно их мечи засветились голубым светом. Сталь пульсировала и сжималась — их мечи, словно вспоминая своё происхождение как оружие, превратились из тупого металла в шесть острых клинков.

— Слушайте. Если вы почувствуете опасность, не колеблясь защищайтесь, — предупредил Оливер, с суровым выражением на лице. Пятёрка кивнула. Обычно студентам разрешалось носить только притупленные Атамы, за исключением случаев, когда они входили в лабиринт. Исследование его глубин было гораздо опаснее, чем прогулки по территории академии, и им нужно было защищаться от любых возможных угроз.

Оливер дал знак готовности двум второкурсникам. Они повернулись к огромной масляной картине на стене и быстро прыгнули в неё. Поверхность картины заколыхалась, поглощая их.

Нанао выдохнула в изумлении. Это был лишь один из многих входов в лабиринт из академии.

— Я поведу. Чела, можешь занять тыл? — спросил Оливер.

— Доверься мне. Пойдём, — согласилась Чела и переместилась в конец их группы. Оливер затем прыгнул сквозь картину. После тревожного момента, который ощущался как прохождение через липкую жидкость, он посмотрел вперёд и увидел бесконечный зал окутанный тенями.

— Держитесь, первокурсники.

— Если потеряетесь, сами будете виноваты.

Второкурсники дали свои неприятные предупреждения и начали идти.

Как только Чела, замыкающая группу прошла, Оливера и остальные поспешила догнать их. Шаги эхом разносились в огромном пространстве.

— Интересно, куда мы идем. Ты знаешь, Оливер?

— Трудно сказать. Если бы он хотел просто дуэли, мы провели бы её где угодно за пределами лабиринта.

Оливер не мог сказать наверняка. Письмо Эндрюса говорило только о том, что их дуэль состоится на первом уровне лабиринта, без указания конкретного места.

— Ты не думаешь, что эта дуэль — ловушка?

— Вряд ли. Особенно когда всё так накалилось, — сказал Оливер, успокаивая страхи Пита. Это не было шуткой, когда маг из знатного дома предлагал дуэль и сам готовил арену. Засады и неожиданные атаки были бессмысленны. Эндрюс стремился к победе и чести, которых он не добьётся, используя нечестные методы. По сравнению с возможностью быть зажатым между Сальвадори и Ривермуром, Оливер был гораздо менее склонен потерять свою жизнь в этой дуэли.

Они шли около двадцати минут, делая множество поворотов, прежде чем прибыли в конец зала. Там стояли огромные ворота, и второкурсники остановились перед ними.

— Мы здесь закончили. Два дуэлянта могут идти прямо. Остальные же пусть идут по боковым путям к местам для зрителей.

— А? Места... для зрителей? — наклонил голову Гай.

Второкурсники произнесли заклинание. Должно быть, это был ключ к открытию дверей — вскоре тяжелые двери начали открываться. Все шестеро застыли, увидев, что скрывалось за ними.

— Колизей, да? — пробормотал Оливер. И действительно, перед ними была большая арена, покрытая белым песком, окруженная многочисленными местами, расположенными высоко над сценой. Колизей мог вместить в общей сложности триста человек, и сейчас он был заполнен примерно на 80 процентов. По сравнению с подобными аренами, он был намного меньше. Но если учесть, что это была лишь одна из многих таких арен внутри лабиринта, её масштабы были впечатляющими.

Челюсть Кэти отвисла.

— Что за черт...? Так много людей...

— Более ста первокурсников и второкурсников, хотя я не вижу старшекурсников... Мистер Эндрюс явно серьезен, — сказала Чела, быстро осматривая территорию. Сзади второкурсники подгоняли их войти внутрь. Чела кивнула и повернулась к Оливеру и Нанао.

— Мы четверо будем на трибунах. Но если что-то случится...

Если будут проблемы, я сразу приду на помощь, — вот что она хотела сказать, но Оливер покачал головой.

— Нет. Чела, я хочу, чтобы ты позаботилась об остальных. Мы справимся сами.

— Оливер? Но...

— Троице, под твоим присмотром — будет опаснее, если ты будешь отвлекаться.

Осознавая риски, Оливер все же настаивал на том, чтобы они придерживались своих ролей.

Чела подумала несколько секунд, затем кивнула.

— Хорошо. Удачи вам двоим.

И, взяв за руку встревоженную Кэти, она повела её, Гая и Пита на трибуны. Оливер наблюдал, как они уходят, затем повернул взгляд к Нанао. Они кивнули друг другу и сделали шаг на арену, когда второкурсники окликнули их сзади.

— Оставайтесь сзади. Сначала показывают шоу.

— Шоу? — нахмурился Оливер, озадаченный.

В этот момент огромные двери на противоположном конце открылись, обнаружив знакомого длинноволосого мальчика — организатора этого мероприятия, мистера Эндрюса. Зрители взорвались аплодисментами, и он поднял кулак в ответ. Дойдя до центра, мальчик поднял свой Атам правой рукой, подавая кому-то знак. В следующий момент железные прутья в стенах арены, прямо под зрителями, поднялись. Фигура выпрыгнула из темноты.

— ГРАА!

Его конечности были похожи на человеческие, но пальцы заканчивались острыми когтями, а тело было покрыто жесткой шерстью. Но больше всего выделялась голова собаки. Это был кобольд, тип получеловека. Поднялись другие прутья, выпуская еще двух кобольдов. Все трое оскалились и напали на Эндрюса с трех сторон.

— Impetus! (Ветер)

О спокойно произнес заклинание. Лезвие ветра вырвалось из Атама Эндрюса, отрезав передние лапы ведущего кобольда. В тот же момент он повернулся и снова произнес заклинание, легко обезвредив второго кобольда.

— ГРАААХ!

Третий кобольд, однако, уже был у него перед носом. Было слишком поздно произносить заклинание. Кобольд опустил когти, чтобы разорвать свою жертву, но Эндрюс, нисколько не беспокоясь, нанес ответный удар Атамом, который держал в правой руке.

— ХААФ!

Он уклонился, избегая щелкающих челюстей кобольда, затем резанул его торс, когда пробегал мимо него. Кровь брызнула из раны, и кобольд рухнул. Зрители ликовали. Нанао повернулась к Оливеру, когда странный пыл охватил Колизей.

— Оливер, что это? — спросила она, с напряженным выражением лица.

— Охота на кобольдов. Это традиционный спорт среди магов. Однако после того, как движение за гражданские права набрало обороты, в последние годы от этого в основном отказались, — объяснил Оливер, когда неприятное чувство охватило его сердце.

Закончив своё шоу, Эндрюс быстро подошел к ним.

— Итак, вы пришли, мистер Хорн, мисс Хибия. Нужно ли мне объяснять суть соревнований?

— Сначала лучше вам пояснить свои намеренья. Что тут происходит? Я думал, вы вызвали нас на дуэль, — немедленно спросил Оливер, отказываясь следовать за мальчиком.

Эндрюс фыркнул.

— Не слишком зазнавайтесь. Не было бы чести для меня в победе над вами в обычной дуэли. Очевидно, я должен дать вам хоть какой-то шанс.

Он жестом указал на арену. Оливер скривился — так это действительно был его план.

— Таким образом, это будет два против одного. Будем по очереди проводить охоту на кобольдов. Кто убьёт больше, тот и победил, великодушно ведь? — хвастался Эндрюс, подчеркивая свое превосходство над ними.

Оливер сомневался, что это вся история. Два против одного звучало как преимущество, но было ясно, что Эндрюс опытный охотник. Оливер, с другой стороны, знал только общие правила, а Нанао наверняка впервые видит кобольдов.

Разница в опыте оставалась не единственной проблемой. В охоте на кобольдов главным в этом спорте оставалась элегантность убийства. Из-за чего охотники должны были оставаться невредимыми. В момент получения травмы, ты проиграл. Это ставило Нанао в невыгодное положение. Поскольку она еще не выучила никаких атакующих заклинаний, ей пришлось бы сражаться в ближнем бою. Не было никакого способа для неё отразить орду кобольдов, атакующих со всех сторон, не получив повреждений.

— Так вот в чём дело?

Оливер понял, что именно это было планом Эндрюса. Притворившись справедливым — он дал возможность сразится двое против одного, но правда заключалась в том, что шанс на проигрыш Эндрюса очень мал. Оливер знал с самого начала, что шансы не в их пользу, так как противник сам выбрал арену, но это было даже хитрее, чем он ожидал.

Тем не менее, Оливер подумал, что, возможно, все же лучше согласиться. Ситуация не была настолько простой, чтобы победа решила все, поэтому, возможно, если Эндрюс выйдет победителем, Оливер мог бы использовать это для улучшения их отношений. В отличие от предыдущего раза, когда он случайно выдал свою нежелание сражаться, он мог бы сделать поражение вполне естественным в этой ситуации.

Как только он был близок к принятию решения, он взглянул на Нанао, стоящую рядом с ним. Один из второкурсников проводил еще одно "шоу", чтобы разогреть толпу до начала дуэли — Нанао молча смотрела на них, не моргая.

— Эй, добыча в угол убегает!

— Ах, мои извинения. Это случается с более трусливыми.

Студент-зритель пожаловался, и второкурсник, выступающий на арене, направился к кобольду, который цеплялся за закрытые прутья и плакал. Он полностью потерял свою храбрость, увидев, как убивают его собратьев вблизи.

— Эй, псина, перестань ныть и возвращайся в бой! Dolor! (Боль)

Студент небрежно наложил заклинание боли, заставив кобольда кататься по земле с воем. Он снова поднял палочку, и кобольд подпрыгнул, прежде чем мальчик смог дать вторую дозу. Без шансов на побег тот неуверенно побежал обратно на арену.

— Вот и поговорили. Всё же, ты должен приручить их, прежде чем дать им шанс на побег.

— Заткнись. Лучше дрессируй этих проклятых собак, — раздраженно ответил другой второкурсник, затем повернул свой Атам на кобольда, идущего в его сторону. Прежде чем заряженное существо смогло достичь его, он отрезал одну из ног существа заклинанием, заставив его споткнуться. Однако...

— Ого!

...кобольд использовал свой импульс, чтобы прыгнуть вперед, скрипя зубами. Студент едва успел уклониться, и кобольд щелкнул челюстями там, где только что были его ноги. Это было далеко не изящное зрелище, и аудитория разразилась смехом.

— Ха-ха-ха! Близко было, да?

— Эй, у тебя две ноги — будь добр и оставь одну собаке!

Из толпы донеслись грубые насмешки. Это не было неожиданностью, поскольку они собрались здесь не для того, чтобы просто посмотреть на потрясающее произведение искусства. Всем хотелось увидеть ужасные происшествия и неожиданные неприятности — по сути, чем больше проливалось крови, тем больше они радовались.

— …

— В чем дело, Нанао?

Она все больше нервничала. Не обращая внимания на беспокойство Оливера, Нанао молча сделала несколько шагов вперед, глубоко вздохнула и…

— Достаточно!!

...как удар молнии, она закричала. Взрывные звуковые волны оставили каждое человеческое ухо в Колизее звенящим.

— Все вы! Что такого веселого в этом?

Во внезапной тишине Нанао обратилась к зрителям. Ее голос не был особенно громким, но слова таинственным образом достигли ушей толпы без проблем. Как на поле боя давным давно, ее голос пробивался через все посторонние звуки с авторитетом.

— Чего же здесь весёлого, уважаемые? Силой выгоняете на поле боя существ, без воли к сражению, мучаете их и хвалитесь числом убитых! А в довершение — почти все собравшиеся лишь праздные зеваки! Вы что, даже не в силах понять насколько презренно выглядите со стороны!!

В это время она присматривалась к зрителям. Даже если они были из разных стран, как соратники, владеющие мечом, у них должен быть один кодекс чести.

— Н-Нанао злится... — заикалась Кэти с угла притихших трибун. С тех пор, как началось "Шоу" Эндрюса, она была яростно против охоты на кобольдов. Теперь же она замерла и уставилась на зрелище перед собой. Гай, Пит и Чела присоединились к ней в этом.

— Я никогда не видела ее такой.

— Да, и в такой крайне враждебной среде...

Чела огляделась вокруг.

Толпа, ошеломленная внезапным выговором, медленно приходила в себя. Они начали хмуриться, расстроенные и становясь враждебными.

— Кто она такая, чтобы говорить такое?

— Ха-ха, посмотрите на первокурсницу, которая считает себя важной.

— Заткнись! Если не собираешься драться, иди домой!

— Да, да! Мы пришли сюда за зрелищем пришли!

Они кричали в ответ, как будто пытаясь скрыть любое чувство вины, и временная тишина была нарушена.

Нанао стояла непоколебимо среди ливня оскорблений. Казалось, что сколько бы она ни ждала, всё, чем они могли ответить ей — это слова. Толпа с трибун обрушила на девушку все оскорбления, которые знали, но никто не осмелился спуститься на арену, чтобы заставить замолчать нахалку. Даже после того, как она поставила под сомнение их честь — они оставались лишь наблюдателями. Прошло более чем достаточно времени, чтобы она подтвердила это, и в конце концов Нанао повернулась на каблуках.

— Мы уходим, Оливер.

— Нанао...

— Здесь нет той битвы, которая достойна наших с тобой клинков, и не будет.

И с этими словами она начала покидать Колизей. В глазах Оливера она казалась более одинокой, чем когда-либо прежде. Он не мог сказать ни слова. Сзади него раздался растерянный голос:

— Стой мисс Хибия!! Ты хоть понимаешь скольких трудов мне стоило всё организовать?!

Эндрюс поспешно подбежал, когда она собиралась уйти. Оливер прижал руку ко лбу. Если бы он был на месте Эндрюса, то поступил бы также. Но после того, как он увидел ее речь, понимал, что никакие уговоры в мире не заставили бы ее участвовать в охоте на кобольдов. Ему нужно было найти компромисс, прежде чем все усложнилось.

— Мистер Эндрюс, я знаю, что вы многое сделали, но, честно говоря, я не заинтересован в охоте на кобольдов. Не согласитесь ли вы провести обычную дуэль? В таком случае Нанао будет согласна.

— Не смейте меня оскорблять!!

Слюна брызнула с краев губ Эндрюса, когда он бушевал. Оливер понимал, что вся вина лежит именно на Эндрюсе, так как он не согласовался с другой стороной, но можно в какой-то степени сочувствовать человеку, который ни оставил себе иного выбора. Толпа была слишком большой и возбужденной, чтобы принять что-либо, кроме зрелища. Их разочарование было бы социальным самоубийством.

В то же время, Эндрюс не был одинок в желании избежать этого. Орда знакомых первокурсников образовалась перед девушкой, которая пыталась покинуть арену.

— Эй! Дуй назад, самурай.

— Не наглей. Лучше молча делай, что говорят.

— Мы ни за что не позволим тебе уйти.

— Или ты хочешь, чтобы мы сначала тебя избили?

Банда студентов злобно уставилась на Нанао. Большинство из них были теми же, кто издевался над Кэти несколько недель назад — вероятно, они также подтолкнули Эндрюса к действию.

Нанао улыбнулась этой угрозе.

— Да, схватка с вами, мне будет, гораздо больше по душе, — сказала она тихо, с ноткой ироничного облегчения в голосе. Нанао схватилась за рукоять своего меча, и напряжение пробежало по банде. В отличие от занятий, Атамы обоих сторон были заточены. Если они будут биться, то прольётся кровь.

— Ты собираешься сражаться?

— Ну давай!

— Эй? Подождите, мы действительно сделаем это?

— Может, ты не готов, но она готова! 88

Они глупо предположили, что девушка отступит, если они нападут на нее группой. Студенты заметно отпрянули от ее настойчивости в битве.

Оливер вздохнул. Наивные глупцы. Если бы захотела, Нанао могла бы уже пройти через них.

— Они действительно готовы перегрызть друг другу глотки, да?

— Мне все равно. Но как долго нам придется ещё торчать здесь?

Второкурсники, развлекавшие толпу, начали шушукаться. Аудитория скоро начнёт требовать новое шоу.

— Эй, следующие не выходят из своих клеток! — пожаловался какой-то зритель.

— Опять? Ладно, сейчас. — один из второкурсников услышал это.

Управление кобольдами было самой трудоемкой частью работы, поэтому нередко их вызывали снова и снова. Тем не менее, если это происходило слишком часто, то возбуждение толпы угасало.

Вооружившись Атамом, студент заглянул в клетку. В темном углу он увидел пять кобольдов, которые сбились в кучу и дрожали. Он покачал головой. Они подмешали стимуляторы в еду кобольдов раньше, чтобы предотвратить это, но сегодняшняя группа, казалось, была особенно робкой.

— Эй, выходите уже! Хотите, чтобы вас избили?

В тот момент, когда он пригрозил им мечом, пара светящихся глаз появилась в темноте напротив дрожащих кобольдов.

— А?

Удивленный, он размахнул мечом в их сторону. В клетке должно было остаться только пятеро, подумал он рассеянно. К тому времени, как он почувствовал порыв ветра и приближающееся присутствие, было уже слишком поздно. В следующий момент его тело летело по воздуху над ареной. 88

— Что..?

Второкурсник скользнул по земле, кровь сочилась из его губ, и больше он не двигался. Другой студент на арене побледнел, увидев, что произошло дальше.

— Крр...

Один магический зверь зарычал и появился из темноты клетки. Это был не кобольд — при свете он мог видеть, что это нечто было более семи футов ростом*. Гибкие мышцы покрывали его длинные конечности и тело, напоминающее человеческое — было нетрудно представить, насколько сильным было это существо. Его когти были острыми, а клюв указывал, что это хищная птица. Перья, когда-то покрывавшие его тело, в основном выпали, вместе с кусками кожи, на которых они держались.

---

2 метра. П.п: я тоже своего рода Гаруда..

---

— Подожди, что это, черт возьми? Эй, судья...

Столкнувшись с неожиданной угрозой, он посмотрел на судью, чтобы тот разобрался с этим — роковая ошибка. Сосредоточившись на своей следующей добыче, зверь ринулся вперед. Его скорость намного превосходила все, что студент мог себе представить, и в результате он был пойман почти полностью врасплох.

— Гх!

Мальчик попытался атаковать мечом, но когти существа проскользнули под его панической выпадом и глубоко вонзились в его живот. Прежде чем тот успел почувствовать какую-либо боль, зверь отдернул ногу назад, все еще крепко сжимая четыре когтя.

— Ваааах

Из горла мальчика вырвался крик. За несколько секунд до того, как потерять сознание от боли, он увидел, как его собственные внутренности вырываются из его тела.

— Эй, это плохо!

— Схватите это существо!

Осознав, что что-то не так, остальные второкурсники-судьи прыгнули на арену с Атамами на готове. Они выпустили множество заклинаний, направленных на зверя в центре арены, на место, где раньше стоял мальчик.

— КИИИ!

Его крик был оглушительным. Яростный вихрь, созданный зверем, пронесся по арене, сбивая все входящие заклинания. Второкурсники застыли в страхе. Зверь уставился на них, а его глаза блестели.

— Черт возьми!

— Оно идет! Готовьтесь!

Маги перешли к защите, осознав аномальную силу зверя. Заклинания хаотично летали в воздухе, но зверь не останавливался ни на секунду. С каждым взмахом его когтей кровь брызгала вверх огромным красным фонтаном. Началась бойня, знаменующая конец охоты.

— Оливер, что это?

Нанао повернулась и спросила.

— Гаруда...* — рассеянно пробормотал Оливер. Он даже не пытался скрыть дрожь в своем голосе. Каждую проходящую секунду еще один второкурсник падал под когтями зверя.

---

Гаруда — мифический царь птиц в индуистской и в буддийской традиции, получеловек и полуптица

---

— Это гуманоидное магическое существо с головой птицы, которое живет на самых высоких горах Индусии. Они обладают крепкими телами и высоким сопротивлением к магии, и говорят, что их крылья способны управлять элементами ветра и огня... Я никогда раньше не видел такого.

Оливер огляделся арену во время своего объяснения, и резко посмотрел на стоящего рядом ошеломленного мальчика.

— Это тоже твоих рук дело, мистер Эндрюс?

— К-кто знает? Мне никто не говорил об этом монстре!

Он энергично покачал головой.

Оливер стиснул зубы. Это было намного хуже, чем если бы все это оказалось ловушкой.

— Значит, никто не контролирует это существо? Ты, наверное, шутишь.

Тем временем, демоническая птица Индусии бушевала в поисках следующей жертвы. Более половины из двадцати ответственных второкурсников теперь тонули в море крови. В бешенстве Гаруда выбил некоторые железные прутья арены, выпуская напуганных кобольдов, которые в панике забирались на трибуны, чтобы убежать от неизбежной смерти.

— Черт возьми! Держитесь подальше, твари! Возвращайтесь!

— Хотите, чтобы я сжег вас магией?!

— А-а-а!

Кобольды не останавливались, даже когда на них были направлены палочки. Они бросились на трибуны, предпочитая столкнуться с полчками, чем оставаться внизу. В первых рядах началась паника. Среди магических существ кобольды были слабыми, но стая, спасающаяся бегством, была слишком сильной для большинства первокурсников.

Но даже эта хаотичная сцена была идиллической по сравнению с трагедией, разворачивающейся в центре арены.

Оливер выхватил свой меч в страхе.

— Кобольды и тролли — ничто по сравнению с этим существом! — закричал он. — Это божественный зверь! Первокурсники и второкурсники не могут справиться с монстром такого уровня!

Внезапно он почувствовал присутствие над своей головой и посмотрел вверх — у него перехватило дыхание. На крыше Колизея появилось сообщение кроваво-красными буквами на языке Елгии.

Вам нравится роль тех, на кого ведётся охота?

Это сообщение ударило его, как удар молнии, и Оливер всё понял. С другой стороны, студенты, которые раньше пытались остановить Нанао, полностью поддались ужасу и взвалились на ворота.

— Ворота! Они не открываются!

— Ты шутишь! Кто-нибудь! Пожалуйста, откройте их!

Некоторые второкурсники подбежали и быстро произнесли пароль. Но ворота не сдвинулись с места. Лица студентов исказились в отчаянии.

— Бесполезно. Их заперли другим заклинанием!

— Я даже не могу понять эту формулу. Наши заклинания вскрытия не помогут...

Они стояли ошеломленные магией, которая была сложной даже для них, в то время как первокурсники пытались еще усерднее открыть ворота. Внезапно сзади них раздался звук чего-то мокрого. Испуганно они обернулись — и то, что казалось внутренностями недавно побежденного второкурсника, было брошено к их ногам.

— Вааа!

— Сделайте что-нибудь! Быстрее! Быстрее!

— Можем ли мы разбить дверь магией?!

— Это лабиринт! Двери не такие слабые!

— Тогда что нам делать?

— Мы умрём! Если не поторопимся, это существо убьёт всех нас!

Раздался хор криков и воплей. Пока студенты паниковали, когти птицы вспороли ещё одного второкурсника, который рухнул на землю. Единственный момент, когда Гаруда останавливался, было добивание своих жертв. Его взгляд скользнул по Колизею, в конце концов сосредоточившись на группе, собравшейся перед дверьми. Он приметил следующую цель.

— РА-А-А-А...

В резком контрасте с предыдущим поведением, Гаруда медленно приближался. Было невозможно сказать, сохранял ли он свою энергию или же просто не видела смысла спешить против таких слабаков. Песок хрустел под его ногами, как тикающие часы, отсчитывающие время до их смерти.

— А... Угх...

Эндрюс стоял неподвижно, пока тот приближался. Он даже не мог принять базовую стойку, и кончик клинка в его правой руке сильно дрожал. Оливер заметил это.

— Не поддавайся страху, мистер Эндрюс! — закричал он. — Она охотится сначала на самых испуганных!

— У-у-ухх...

Осознав, что боя избежать не удастся, Оливер поднял свой меч в полустойку и встал против демонической птицы. Чувствуя его волю к бою, Гаруда остановился. Его глаза, похожие на глаза хищной птицы, перемещались между двумя мальчиками, оценивая их, пока один из них не поддался давлению.

— И-ик! У-уаааа!

— Эндрюс!

Мальчик повернулся спиной к демонической птице и побежал. Почти в тот же момент Гаруда бросился вперёд. Его когти, способные раздробить позвоночник и вырывать внутренности, устремились прямо к спине Эндрюса. Оливеру не успеть вовремя.

— Стой!

Но в момент, когда должен был брызнуть новый фонтан крови, вмешался клинок одной девушки. Удар, дробящий кости, отозвался в её запястьях, плечах и бёдрах, спускаясь к ногам, упирающимся в землю, как глубокие корни гигантского дерева.

— Бесчестно нападать на убегающего противника, — прошептала девушка, пока её клинок боролся с когтями Гаруды, едва отталкивая их. В её глазах не было страха или даже злобы. Она приветствовала столь опасного противника с радостью воина. — Твой противник прямо здесь, сразимся же — о Чудо-птица Гаруда!

— КУУ...

Полупрозрачная поток протекал через её волосы, делая их белыми. После долгой борьбы демоническая птица отдернула свою ногу и отпрыгнула назад. Нанао снова подняла свой меч в высокую стойку, и в воздухе повисла тишина. Ни слова не было сказано, но между ними, казалось, возникло какое-то взаимопонимание.

— Начнём же!

— КИ-И-И-И!

Почти в идеальной синхронности они бросились друг на друга.

— Ха!

— КИ-И!

Стальная нога мгновенно вылетела вперёд, растопырив когти, способные забрать жизнь одним ударом. Удар Гаруды легко разорвал бы хрупкое человеческое тело, но Нанао отбивалась лишь своим мечом. Гаруда выпустил удар ногой в форме полумесяца, который та мгновенно отбила. Затем он опустил свои когти в удар топором, который она поймала и позволила соскользнуть с края её клинка, и в этот момент появилась щель, в которую она нанесла резкий контратакующий удар.

— Хия!

— КИ-И-И!

Даже для магов, наблюдавших за этим, эта сцена напоминала сказку. Это было так не похоже на битвы, которые они знали. Охота на кобольдов славилась своей элегантностью, но здесь такого не было. Перед ними существовал непостижимо чистый и простой пользователь меча, как некий вид чуда.

— КИ-И-И!

Но Гаруда был магическим зверем. Он бросал вызов всей логике, полагаясь не только на физические атаки. В ответ на призыв зверя, ветер вокруг заревел. Гаруда оттолкнулся от земли и расправил свои крылья, поднимаясь с помощью мощного ветра.

— КИ-И!

— М-м?!

Взлетев, он выпустил удар в воздухе. Но в отличие от наземного боя, где ему нужно было держать одну ногу на земле, в воздухе он мог атаковать сразу двумя наборами когтей, способность, невозможная для человеческого тела. Даже Нанао, которая отбивала яростные атаки лишь своим мечом, не могла полностью отбить эту новую атаку.

— Extol deitor! (Экструдитор)

Прямо перед ударом некая сила оттолкнула её тело из под когтей. Оливер обратил вспять заклинание притяжения, которое он использовал в своём комическом скетче, тем самым спасая её жизнь. На Гаруду это не подействовало, но заклинание выполнило свою цель.

— КИ-И-И!

— Он идет!

Гаруда приземлился и переместил свой взгляд на Оливера. Узнав кто вмешался, Гаруда со всей скорости устремился к мальчику, и тому пришлось силой подавить инстинкт наложить заклинание. Он уже знал, что большинство заклинаний бесполезны против её ветряного барьера.

— Ха!

Зная это, Оливер сам бросился навстречу приближающемуся Гаруде. Прямо перед столкновением он активировал пространственное заклинание — земля под его ногами наклонилась на восемьдесят градусов, и Оливер опустился в позу низкого старта. Это техника школы Ланоффа, типа земли — Роковой шаг. Манипулируя землёй, он смог мгновенно изменить своё положение. Гаруда попытался ударить Оливера в живот, но когти прошли над его головой. Внезапно он оказался рядом к Гарудой. Оливер упёрся левой рукой в землю, чтобы не упасть вперёд, затем ударил по опорной ноге демонической птицы.

— КИ-И?!

— Хаа!

Он целился в то, что было бы бедром у человека, избегая участков, покрытой жёсткой чешуёй. В момент, когда его меч коснулся плоти, Гаруда прыгнул прочь одной нагой, всё ещё в стойке для удара.

— Гух...?!

Оливер был застигнут врасплох ощущением клинка, рассекающего только воздух. Ускользнув, Гаруда сделал сальто, удерживая себя потоком воздуха, и грациозно приземлился на приличном расстоянии. Капля крови сочилась из царапины на ноге зверя. Неожиданная атака мальчика, к сожалению, не достигла своей цели.

— Всё ещё медленно...

— Оливер!

Встав на ноги, Нанао подбежала к Оливеру и встала рядом с ним, а её меч был в средней стойке. Оливер тоже принял среднюю стойку, и они вместе встали напротив демонической птицы.

— Не бросайся без плана! — строго сказал он. — Я же говорил, что Гаруде служат элементали ветра и огня!

Они не могли судить о её способностях только по тому, что видели — это было железное правило боя с высокоуровневым магическим зверем. В случае с Гарудой, даже если он напоминал человека с двумя руками и ногами, с помощью ветра его движения легко бросали вызов логике. Его предупреждение оказалось реальным, и Нанао кивнула.

— Мм, я почувствовала это... Сие создание и взаправду является демоном.

Тем временем Чела и другие наблюдали за смертельной битвой с хаотичных трибун.

— Она вступила в бой с Гарудой лицом к лицу... Нанао, ты полна сюрпризов...! — пробормотала Чела, её выражение было смесью благоговения и страха.

Гай еле как держался, чтобы не быть унесённым паникующими студентами, а его глаза были устремлены на арену.

— Эй, мы должны помочь! — закричал он. — Все второкурсники повержены!

— Точно! Подождите, вы двое! Я иду...

Гай и Кэти собрались прыгнуть, но Чела резко вытянула руку. Стоя прямо перед ними, она закричала с немыслимым гневом.

— Помочь? Ты думаешь, что сможешь помочь в этом бою? Не смеши меня.

— Ч-что? Мы можем помочь им магией!

— Это не сработает. Ты видел, как она перебила второкурсников, не так ли?

Чела сказала, уставившись на море крови, разливающееся по всей арене. В своём уме она могла увидеть своих друзей, лежащих в море крови.

— Если вы подойдёте ближе, то просто станете такими же. Нет, на самом деле, Оливер и Нанао попытаются защитить вас... Мне не нужно объяснять, что произойдёт дальше, не так ли?

Они ничего не могли сказать. Чела говорила, что они больше помешают, чем помогут. Кэти не могла отрицать этого, но всё же не хотела сдаваться.

— Но... Но что насчёт тебя, Чела?! Даже если мы не можем ничего сделать, может быть, ты...

— Tonitrus! (Молния)

Заклинание прервало её. Электричество вырвалось из Атама Челы и попало в кобольда, собиравшегося накинуться на Кэти. Получеловек рухнул в конвульсиях. Её друзья уставились на труп, а Чела прикусила губу.

— Если бы только я могла. Но, пожалуйста, постарайся успокоиться. Если я оставлю вас здесь, кто сможет вас защитить? — спросила она, жестикулируя вокруг. Более десяти обезумевших кобольдов подкрадывались ближе, выискивая лучшую возможность вцепиться зубами в студентов. Среди них был даже варг. Должно быть, он сбежал из другой клетки или был выпущен тем-же, кто и устроил этот хаос. В любом случае, это был ещё один враг, которого им нужно было отогнать.

— Ну же, поднимите Атамы. Сосредоточьтесь на защите себя и верьте в друзей. Это единственное, что сейчас нам под силу! — сказала она решительно. Она обещала Оливеру, что будет защищать Кэти, Гая и Пита любой ценой. Удерживая кобольдов на расстоянии, Чела краем глава следила за происходящим на арене.

— Я доверяю тебе, Оливер...! — прошептала она.

Когти демонической птицы подняли пыль, когда вонзились в землю. Как-то Оливеру удалось увернуться, и, готовясь к следующей атаке, он отчаянно искал выход.

— Пф... Пф...!

Сражался с помощью меча и магии, он анализировал движения врага. Разница в сырой силе была очевидна — пока они сражались на дистанции ударов противника, не было ни одной атаки, от которой они могли бы полностью защититься. Также, любое выпущенное им заклинание блокировалось ветровым барьером зверя. Даже его неожиданная атака с использованием искусства меча едва не нанесла смертельного удара.

Единственным благом в этой ужасной ситуации было то, что Гаруда был достаточно ослаблен, чтобы подчиняться магу, который привёл его сюда. Жестоко выщипанные участки перьев были тому доказательством. В результате Гаруда не мог использовать другой элемент, которым славился — огонь. Если бы не это, его и Нанао давно бы уже убили.

— Хаааа!

— КИ-И-И!

Нанао ударила Гаруду, заняв место Оливера на передней линии. Её единственными вариантами были либо уклоняться от атак, либо каким-то образом парировать их, поэтому тот факт, что она бросилась вперёд, был самой глупой вещью, которую когда-либо видел Оливер. Он предположил, что бессознательный поток магии внутри неё позволял ей это, но когда он подумал о ужасной цене, которую это накладывало на её маленькое тело, он задавался вопросом, как долго она сможет это продолжать.

— ...!

Надежды на помощь от других студентов не было. Даже несомненно опытные второкурсники были сражены в начале битвы. Первокурсники, которые сейчас мочились в штаны от страха, не стоили внимания. На что он мог надеяться от людей, бегающих по трибунам и дрожащих перед выходом?

Его единственный надежный союзник, Чела, была занята защитой их друзей от кобольдов. Он согласился с этим решением. Оставляла ли она Кэти, Гая и Пита позади или приводила их сюда, он не видел будущего, в котором кто-то из них не оказался бы мёртвым. Для первокурсников, у которых не было боевого опыта, арена была настоящей бойней. Единственные, кто здесь мог отогнать Гаруду, были он и Нанао. И из этого анализа в его уме сформировался конкретный план. Однако он не мог отрицать, что шансы этого плана на успех были менее пятидесяти процентов.

— Гух...!

Ему не удалось должным образом увернуться от удара, и когти Гаруды вспороли его бок. Острая боль пронзила его тело. Нанао быстро подбежала на помощь и каким-то образом предотвратила вторую атаку, которая могла бы его убить.

Оливер цыкнул языком, отступая. Рана была слишком глубокой, чтобы её игнорировать. Он мог игнорировать боль, но тогда его внутренности выпадут наружу. У него не было времени полностью вылечить её, но он мог хотя бы восстановить поверхность кожи. Приняв решение, он направил свой Атам на рану — и краем глаза заметил знакомого мальчика на земле. Глаза Оливера расширились.

— Мистер Эндрюс?! Вы всё ещё здесь?! Скорее, спрячьтесь где-нибудь!

— ...А... Уг...

Мальчик едва мог выговорить слова. Оливер неохотно прижал руку к своей ране и подбежал к нему. Он беспокоился меньше о его безопасности, а больше о том, что он мог отвлечь Нанао. Держа один глаз на ней, пока она продолжала сражаться, он потянул Эндрюса за руку и прыгнул в пустые клетки Колизея.

— Гух...!

Как только они оказались внутри, он опустился на колени и быстро возобновил наложение лечебного заклинания. Эндрюс тупо смотрел на него, стиснув челюсть от боли.

— В-вам что.. не страшно...? — спросил он, голос дрожал.

— Что?!

Вопрос был настолько глупым, что на секунду заставил его забыть о боли. Какой первокурсник не боялся бы этой демонической птицы? Оливер хотел накричать на Эндрюса, но остановил себя. Его глаза сосредоточились на девушке, продолжавшей сражаться вдалеке от них.

— Нет... Я сомневаюсь, что она испугана.

Нанао обменивалась ударами с Гарудой, не робея и не отступая ни на шаг. Это напомнило ему тот вечер, когда она попыталась вмешаться в драку между двумя старшекурсниками, но это было немного иначе. Нанао больше не искала смерти. Она была идеальным воином, с сильным врагом, которого нужно было победить, и людьми, которых нужно защитить позади себя. И это приносило ей радость.

— Нанао предпочла бы сразиться с разъярённым магическим зверем один на один, чем убивать десятки трусливых кобольдов. Это её путь меча, мистер Эндрюс.

— ...!

— Глупо, правда? Я тоже так думаю... Даже сейчас я до смерти перепуган. Когда я думаю о возвращении на эту арену, я начинаю желать, чтобы мои раны не затягивались. У неё характер героя, куда уж мне, простому смертному.

Оливер не мог остановить слова, пока ждал, когда его рана залечится хотя бы немного. Он не думал глубоко. Слова просто выливались из его рта.

— Но именно поэтому я не могу её оставить. Это Кимберли, а не внешний мир. Нужно научить ее хоть немножко держаться как обычный человек, а то герои быстро погибают. И поэтому я не могу оставаться напуганным навсегда.

Он усмехнулся. Краем глаза он увидел, как Эндрюс молча опустил голову. Внезапно Оливер вспомнил что-то.

— Нанао ведь, хотела взглянуть и на твой путь меча, — добавил он.

— ...!

— Она так ждала этой дуэли. Вы должны были видеть её прошлым вечером, скачущую вокруг, как маленький ребёнок в канун Рождества — ей определенно было неважно, что я чувствую... Вот почему охота на кобольдов была не лучшей идеей. Речь никогда не шла о победе или поражении. Она пришла сюда специально, чтобы почувствовать удар вашего меча.

Если бы дуэль произошла так, как хотела Нанао, возможно, они могли бы прийти к некоторому взаимопониманию. Осознав, насколько он всё ещё наивен, Оливер горько улыбнулся. Он был бессилен. Насколько сильно эта девушка на него повлияла?

— Ты и я, ты и она — мы всё время как-то упускаем друг друга... хотя все хотим узнать друг друга лучше, — грустно пробормотал он.

Рана на его боку теперь затянулась, Оливер глубоко вдохнул и встал на ноги. Была залечена только кожа, поэтому боль всё ещё была интенсивной, но она не помешала бы ему сделать необходимое.

— Но не всё идёт так, как мы хотим, не так ли, мистер Эндрюс? — спросил он, затем повернулся и выбежал из клетки.

— Сюда, демоническая птица Индусии!

— КИ-И-И!

Оливер побежал обратно на арену и прыгнул прямо между Нанао и Гарудой. Его встретила нарастающая волна ударов — Оливер сделал финт, глядя в одну сторону, но двигаясь в другую, едва успев увернуться от града ударов. У него не было желания стать выпотрошенным снова. Даже если он не мог встретить монстра лоб в лоб, как Нанао, у него было пару трюков в запасе.

— Fragor! (Взрыв/рокот)

Сразу после прыжка в сторону, чтобы увернуться от удара, он выпустил взрывное заклинание в лицо врага. Прямо перед тем, как оно могло быть отброшено защитными ветрами Гаруды, он поджёг его.

— КИ-И-И-И?!

Вспышка взорвалась перед лицом птицы с ужасным шумом. Яркий свет обжёг глаза Гаруды, на мгновение остановив существо. Оливер воспользовался этим, чтобы отступить и снова поровнятся с Нанао, что казалось было далеко не в первый раз.

— Надолго у нас сил не хватит. Давай закончим это следующим ударом, Нанао.

— Понятно. У тебя есть план?

— Я заставлю его открыться, а ты лови момент и нанеси решающий удар.

Это было слишком поспешным, чтобы называть планом. Не было времени объяснять подробно, но Оливер всё равно был готов к тому, что она будет возражать. И всё же Нанао кивнула без колебаний.

— Действительно просто. Ударить изо всех сил, говоришь?

— Я рад, что ты согласна, но обычно это то место, где ты должна сказать, что я сошёл с ума.

— Разве? Твой Елгийский иногда бывает довольно сложным, Оливер.

Она нахмурились в недоумении. Оливер неловко улыбнулся — это, должно быть, было одним из её талантов. Он не мог поверить, что чувствует себя расслабленно прямо сейчас, из всех возможных моментов.

— Я просто скажу, что ты сама неплохо владеешь Елгийским. Готова? Поехали!

— Хорошо!

Они дали друг другу знак о готовности закончить это. С глазами, устремлёнными на демоническую птицу, стоящую у них на пути, они ринулись вперёд.

— Ха!

Нанао издала крик воина, когда бежала. Гаруда выпустила удар, который она заблокировала своим клинком уже в шестой раз. Вложив все свои силы и волю она наконец-то одолела ноги зверя.

Гаруда отдернул ногу и отпрыгнул. Когда Нанао перешла к следующей атаке, он оттолкнулся обеими ногами и взлетел.

— КИ-И-И!

Враг расправил свои крылья, и ветер завыл. Взлетев на порыве ветра, он повторил двойной удар когтями в воздухе, который застал их врасплох в начале битвы — именно так, как рассчитал Оливер.

— Impetus! (Ветер)

Он выпустил заклинание ветра в место у спины демонической птицы, где сосредоточились яростные порывы. Он представил загадочные гигантские горы далеко на востоке и сухие, ледяные ветра, дующие через скалистые, безжизненные нагорья. Его видение дало ему понимание — Гаруда не контролировал ветра, которые защищали его. Это был ответ элементалей, чувствующих, что зверь в опасности.

Ничего не было известно наверняка об элементалях, которые существовали где-то между магическими частицами и реальным миром. Магическая биология рассматривала случаи, когда элементали жили в живом существу в течение многих лет, как примеры симбиотических отношений. В обмен на предоставление Гаруде защиты, эти элементали процветали за счёт маны своего хозяина, по сути создавая экологию взаимопомощи. Однако, несмотря на тесное переплетение, они определенно не были одним и тем же существом.

Как общеизвестно, элементали имели тенденцию сбиваться вместе с похожими элементалями. Можно сказать, что это был их инстинкт — становиться больше и сильнее, чтобы стабилизировать своё существование. Таким образом, возникает вопрос: что, если элементали, защищающие Гаруду, случайно встретят своих собратьев?

— КИ-И?!

Был только один ответ: они сольются. Тонкий контроль Оливера позволил ему магически настроить ветер, чтобы тот походил на элементалей, заставляя защитников Гаруды покинуть хозяина и попытаться слиться с его заклинанием. Это был высокоуровневый приём, известный как магия нарушения. Ветер, способный обмануть элементалей, мог быть вызван только в последний возможный момент, после того как Оливер проанализировал всю их битву до сих пор.

— УО-О!

Гаруда, лишившийся поддержки ветра, споткнулся в воздухе и начал падать. Оливер предвидел это. Но в следующий момент ужасное чувство в его животе оказалось точным.

— КИ-И!

Два яростных ветра снова вспыхнули за спиной демонической птицы. Пока элементали, обманутые Оливером, были лишь частью, было естественно, что они быстро искали укрытие среди другой группы. Ужасающей частью было то, насколько быстро это произошло. Он быстро понял, что Гаруда восстановит равновесие прежде, чем Нанао сможет нанести удар.

— Не позволю!

Не было времени думать. Он бросился в то место, куда Гаруда намеревался нанести удар. Он, вероятно, примет удар, но при их ограниченной выносливости это был последний шанс. Если он не будет убит мгновенно, то с радостью отдаст часть своего тела — даже одну из конечностей или часть своих внутренностей, — если только Нанао сможет нанести смертельный удар.

Оливер бросился вперёд, готовясь умереть. Но в следующий момент масса воздуха пронеслась мимо его глаз. Демоническая птица упала, застигнутая врасплох боковым ударом ветра.

— ...?!

Это был не какой-то мелкий трюк вроде магии нарушения. Сила этого магического ветра разогнала элементалей и сбила Гаруду с ног прямо перед тем, как он смог приземлиться. Эта разрушительная мощь была настолько сильной, что Оливер посчитал это галлюцинацией. Но как раз в этот момент, краем глаза увидел ответственного, который появивился позади Гаруды, на небольшом расстоянии от их смертельной битвы.

Там стоял мальчик, собирая всё своё мужество с Атамом в руке, изо всех сил стараясь не развалиться от дрожи. Оливер, шокированный и изумлённый, закричал знакомое имя:

— Мистер Эндрюс!

— ХИ-И!

Гаруда упал на землю, и на этот раз Нанао смогла ринуться вперёд. Зверь отчаянно размахивал своими когтями, но она даже не моргнула. Ей даже не пришло в голову попытать счастье и увернуться в последний момент. Когти изрезали её плоть, как мандолина — окутанная вихрем крови, девушка приблизилась к Гаруде. Её кровь стала последним подношением противнику.

Сталь сверкнула, рассекая плоть и кости монстра. Восходящий удар девушки из средней стойки навсегда отделил голову от тела птицы, прежде чем та успела почувствовать боль. Голова демонической птицы упала и покатилась по земле. В нескольких секундах от того, как жизнь покинет его тело и свет померкнет в его глазах, последний образ, запечатлённый на сетчатке чудо-птицы, было внушающее благоговение обликом девушки, которая погубила его.

Не дожидаясь тело Гаруды последовало за ней и рухнуло вперёд в песок. Элементали ветра, потерявшие своего хозяина, начали успокаиваться. И зрители, которые пытались сбежать, и кобольды, которые нападали на них, одинаково уставились на сцену. Тишина победы наполнила обширный Колизей.

— Она... Она сделала это? — неуверенно спросил Эндрюс, слишком оцепеневший, чтобы даже опустить меч. Оливер повернулся к их совершенно неожиданному союзнику и кивнул.

— Да, она сделала... С твоей помощью, мистер Эндрюс, — ответил он без колебаний. После того опыта сражения с Гарудой Оливер знал, сколько мужества и сосредоточенности потребовалось, чтобы наложить такое точное заклинание в тот самый момент.

— Понятно. Так тот последний порыв ветра был твоим творением? Такой порыв чуть не сбил меня с ног, — сказала Нанао, вкладывая меч в ножны и приближаясь к ним. Шаги её были твёрдыми, но форма была разорвана в клочья и испачкана кровью. Два мальчика синхронно сглотнули. Последствия, которые она могла бы потерпеть после схватки с той демонической птицей, были бы гораздо хуже.

— Н-но конечно. Я же Эндрюс. Я не позволю себе быть превзойдённым, когда дело доходит до контроля над ветром...

Он пытался выглядеть круто, но не мог остановить дрожь, которая накатила на него после прыжка в бой не на жизнь, а на смерть. Он отчаянно сжал своё плечо, пытаясь удержать руку на месте, но Оливер покачал головой. В этом не было необходимости. Ни он, ни Нанао не собирались смеяться над ним.

— Благодаря тебе, я сохранил все свои внутренности внутри. Позволь мне выразить свою благодарность.

— ...Т-ты сказал, что хотел увидеть моё мастерство владения мечом, так что...

Мальчик с запинкой ответил.

Оливер сохранял лёгкий тон, стараясь успокоить неустойчивое психическое состояние Эндрюса. В то же время он оглядел Колизей. Второкурсники, увидев, что Гаруда мертв, один за другим прыгали на арену, чтобы помочь пострадавшим. Он облегчённо вздохнул, когда они накладывали лечебную магию на массу тяжело раненых студентов.

— Смерть не была тем... чего я боялся.

— ?

Пока Оливер шел в сторону Нанао, чтобы вылечить её раны, из губ Эндрюса вырвался шёпот. Его руки дрожали, он с трудом вкладывал меч в ножны, продолжая.

— Ну... нет, я боялся и этого. Но я мог это принять. Смерть всегда рядом с магом, который хочет чего-то добиться. Я принял это — я готов столкнуться с этим. Но...

Он стиснул зубы. То, чего он действительно боялся, что было темнее и холоднее самой смерти, жестоко сверкало в глубине его глаз.

— Но я не мог вынести разочарования и жалости, которые мог получить, если бы проиграл. Люди могли бы назвать меня неудачником, позором семьи Эндрюс, и это единственное, чего я не мог...

Он едва мог вынести это признание. Рождённый в знатной семье магов наравне с Макфарлейнами и постоянно сравниваемый с их дочерью всю свою жизнь, он нёс эмоциональные шрамы, которые всё ещё причиняли ему боль.

— Как вы оба можете игнорировать всё это? Как вы можете стоять перед превосходящим вас противником? Как вы смогли без раздумий бросится в бой, когда не имеете ни малейшего понятия, каковы шансы на победу? Как...?

Эндрюс искренне задумался, открывшись им. Возможно, для него это требовало больше мужества, чем присоединение к бою против Гаруды.

Нанао подумала немного, затем устремила на него взгляд, отвечая:

— Не следует знать исход боя до того, как мечи столкнутся. В это я верю всем сердцем, — сказала она без колебаний, как истинный воин. Она с гордостью поделилась этими чувствами, которые выковала в жаркой битве. — Книги об искусстве войны скажут прямо противоположное, но те — всего лишь писания военного командира. Воин на поле боя не может выбирать своего противника. Мы можем только принять свою судьбу и скрестить мечи с теми, кто стоит перед нами. Будь противник сильнее, слабее или даже совершенно нечеловечен, у нас нет роскоши выбора.

Принимая свою судьбу с храбростью и самообладанием, она говорила как азийкий монах, прошедший годы тренировок. Её воля была непоколебима, оставляя Эндрюса без слов.

— Если позволите добавить — мой первый бой закончился полным и безоговорочным поражением. У меня нет опыта начинать бой с уверенностью, что выйду победителем. Победа и поражение подобны блюдам, разложенным на столе — как только вы берёте палочки для еды, вы не должны быть привередливы и брать с обоих. Мой отец, который погиб в таком бою, часто говорил мне это.

Пока Нанао говорила о прошлых воспоминаниях, её глаза на мгновение затуманились тоской по дому. Эндрюс стоял неподвижно, охваченный эмоциями.

Оливер шагнул вперёд — с одной стороны у него был воин, не боящийся даже смерти, а с другой — маг, боящийся позора. Их жизни не могли быть более разными, но он всё же стремился преодолеть разрыв.

— Лично я не согласен с Нанао. Нет ничего постыдного в том, чтобы убегать от врага, которого не можешь победить. Чтобы защитить своих друзей или даже спасти свою жизнь — есть много ситуаций, где отступление — правильное решение.

— Оливер...

— И это больше не поле боя, Нанао... Ты не можешь сказать, что у тебя не будет выбора в каждом бою в будущем. Врываться в бой, не учитывая детали каждой ситуации, — это не мужество, а просто безумство. Тебе нужно научиться отступать, если ситуация того требует. Конечно, только если твой план — остаться с нами.

Он упрекнул её, похлопав по плечу. Нанао счастливо кивнула.

Судьба будет держать нас вместе долгое время... Оливер мог практически чувствовать это в костях. Он повернул взгляд обратно к Эндрюсу.

— Однако, когда-то настанет бой, которого ты не сможешь избежать. Пока ты стремишься к высочайшим высотам волшебства, это практически судьба. И когда настанет это время, я надеюсь, что ты не струсишь только потому, что исход не предопределён.

Оливер говорил с убеждением. Он лучше, чем кто-либо, знал, что, несмотря на то, насколько талантливым может быть человек, путь мага — это бездна, и он не настолько добр, чтобы раздавать только лёгкие бои.

— Мы всё ещё только первокурсники. Как бы мы ни старались избегать такого, но будем окружены теми, кто сильнее и умнее нас. Мы можем спорить друг с другом сколько угодно, но это чувство превосходства не продлится долго. В конце концов, мы столкнёмся с монстрами из других измерений, тайнами, которые бросают вызов человеческому пониманию, и неизменными истинами. Тогда будет проверена наша истинная ценность как магов. Рядом с этим критика общества — сущий пустяк.

В это время Оливер думал: "Нельзя сказать, какой магический путь он выберет. Но это не значит, что я не должен его поддерживать."

— Оставим это, позвольте мне сказать одно — в самом конце того боя, который мы только что пережили, ты встал против Гаруды. Пока все остальные теряли голову и пытались сбежать, ты держал голову высоко и сражался. Я никогда не забуду этого. И никогда не забуду доблести и достоинства, которые ты проявил здесь сегодня, Ричард Эндрюс.

— ...

Эндрюс принял искренний комплимент, забыв о высокомерии. Как будто в ответ на слова Оливера, Нанао вытащила свой меч и держала его перед глазами обеими руками. Она направила лезвие от себя, и его рябой стальной фасад отразил лицо Эндрюса, как зеркало.

— Пусть твой путь будет благословлен светом, и пусть боги наслаждаются судьбой, которую ты прокладываешь. И если судьба будет благоприятствовать, пусть будущее моего товарища по оружию будет таким же гордым, как взмах меча.

Её молитва была неотшлифованной и неискушённой, но также прямой и чистой. Это казалось каким-то ритуалом из её родной страны.

— Ах...

Безмолвный вздох вырвался из горла Эндрюса. Его зрение быстро затуманилось, когда он почувствовал определённую убеждённость, поднявшуюся внутри него: "Что бы ни случилось со мной в будущем, какие бы жестокие судьбы ни ожидали меня впереди, когда я оставлю человечество позади, чтобы изучать магию, я никогда не забуду слов, которые эти двое только что сказали мне. Я никогда не забуду вспышку гордости, которую почувствовал, когда меня назвали их товарищем. Я не забуду этого до дня своей смерти."

— Я видел, как голова Гаруды улетела! Оливер, Нанао, вы целы!

— Мы убили варга, и кобольды, кажется, успокоились. Вы двое в порядке?!

Подбежали их друзья. Наконец, Оливер почувствовал, как напряжение покинуло его тело, и он глубоко выдохнул.

— Да, мы в порядке... Просто немного не хватает крови и маны. Извините, но не могли бы вы нас вылечить?

— Ого, вы совсем не в порядке! — воскликнул Гай. — Не говори — просто сядь! Быстрее!

— Ч-что нам делать?! Я ещё не знаю никаких лечебных заклинаний...

— Я знаю! Давай, Нанао, садись рядом с Оливером!

Кэти потянула Нанао и посадила её рядом с Оливером на землю. Пока она накладывала на них лечебную магию, Чела обратила взгляд на своего старого знакомого, стоящего в стороне.

— Я видела, как ты пришёл им на помощь.

Эндрюс не знал, что сказать. "Я просто сделал удачный выстрел в конце", — хотел сказать он, но девушка с локонами улыбнулась и перебила его.

— Спасибо, Рик. Прошло некоторое время с тех пор, как я видела, какой ты замечательный.

Эти слова вернули так много воспоминаний.

Чела улыбалась, практически сияя, как будто показывая, как долго она ждала, чтобы снова назвать своего друга детства этим именем. По мере того как его застенчивость росла, всё, что он мог сделать, — это отвести взгляд.