После событий Колизея Оливер и Нанао провели выходные, восстанавливаясь. После утренних занятий на следующий день они посетили Братство*, где, как и во всех их предыдущих классах, внимание каждого студента мгновенно сосредоточилось на них.

---

П.п: Братство — название одной из трёх существующих столовых Кимберли (Гл. 2, п. 62)

---

— Ох...

— П-пойдем.

Группа первокурсников неловко поднялась и поспешно ушла. Это были те же люди, которые насмехались над Кэти в лицо. Гай наблюдал, как они крадутся прочь, и фыркнул.

— Кажется, они наконец-то успокоились.

— Да. По крайней мере, похоже, они перестали досаждать Кэти и Нанао, — спокойно согласился Пит.

Рядом с ним Чела удовлетворенно кивнула.

— Они стали свидетелями самого безумного сражения в своей жизни. Нужно быть полным идиотом, чтобы продолжать издевательства, — сказала она, пока летающий чайник наливал ей чашку черного чая. Она осторожно сделала глоток, прежде чем продолжить. — У них есть свои мысли о том, что произошло, и Рик.. мистер Эндрюс с тех пор не общался с ними. Пока что мы можем сказать, что две из наших самых больших проблем решены.

Все заняли свои места и Оливер посмотрел на лица всех своих друзей.

— Все же, трудно сказать, улучшилась ли наша ситуация, — отметил он. — Кто-то натравил Гаруду на нас в Колизее. И если взять сообщение, появившееся на потолке, за чистую монету, то это было нападение на консерваторов, которые выступают против прав полулюдей.

— Да, именно. Самое страшное из всего — это то, что такие конфликты являются совершенно обычной частью жизни в Кимберли, — пробормотала Чела с вздохом.

Глаза Гая расширились.

— О-обычной? Ты говоришь мне, что серьезные инциденты происходят постоянно?

— Я не буду отрицать, что это было довольно сенсационно, но в конце концов, никто не умер. Более того, то собрание в лабиринте было неофициальным мероприятием, поэтому было бы беспрецедентно сообщать об этом преподавателю, пока что люди "только" серьезно ранены. В конце концов, почти все не смертельные раны можно вылечить с помощью магии.

Пит и Кэти были ошеломлены тем, что, казалось, было обычной практикой в Кимберли.

Оливер кивнул.

— Конечно, преподаватели, вероятно, знают, что происходило, но информация об инциденте не заставит их искать виновника, — сказал он. — Нападение Тролля было на виду у общественности, но это произошло в лабиринте. Они скажут, что это всего лишь несколько студентов, которые немного переусердствовали.

— ...Я знаю, мы все уже это знаем, но... черт, эта школа жуткая... — сказал Гай.

— ...Значит, мы были всего лишь сопутствующим ущербом в этом инциденте? — Спросил Пит, немного подумав.

Чела скрестила руки, на ее лице было беспокойное выражение.

— Трудно сказать. Я чувствую некоторое сходство в методах, использованных как в нападении тролля, так и в появлении Гаруды, но мотивы за ними совершенно противоположны. Первое мы можем рассматривать как нападение на сторону, выступающую за права, а второе — как нападение на консервативную сторону.

— Появление Гаруды могло быть своего рода ответом со стороны борцов за права за инцидент с троллем. Если это так, то мы можем предположить, что консерваторы попытаются совершить свою собственную контратаку. Однако... если так и произойдет, то мы оказались в самой гуще политического конфликта. Как бы ни были известны родители Кэти своими убеждениями, я сомневаюсь, что кто-то специально нацелится на их ребенка из-за них.

Оливера нахмурился, пока анализировал ситуацию.

Гай поднял руки, как будто желая положить конец бесконечному кругу предположений.

— ...Я не знаю, что происходит, но одно ясно: я не собираюсь ступать в лабиринт снова в ближайшее время.

— Это лучшее решение. Нам повезло, что все вышли живыми в этот раз, но нет гарантии, что это всегда будет заканчиваться так. Я бы предпочел избегать таких опасных сражений на данный момент, — пробормотал Оливер, затем глубоко вздохнул. Он был так уверен, что умрет, сражаясь с Гарудой, что одно воспоминание об этом заставляло его волосы встать дыбом.

— Я полностью согласна, — сказала Чела, кивнув. — Однако, Нанао получила что-то значительное из всего этого.

Она перевела взгляд во главу стола. Там сидела Нанао, полностью окруженная толпой студентов.

— Эй, эй, каково это, сражаться с Гарудой?

— Ты действительно сражалась только катаной? Как? Покажи нам!

— Почему бы тебе не зайти в наш дуэльный клуб? Мой друг умолял меня спросить тебя.

— Хочешь поужинать со мной сегодня вечером? Какая твоя любимая еда? Дай угадаю, рис?

Студенты забрасывали ее вопросами и предложениями.

Чела рассмеялась, глядя на них и на Нанао, которая была полностью в замешательстве.

— Как видите, она сейчас очень популярна.

Она продолжала наблюдать, пока наконец Нанао не бросила на нее встревоженный взгляд.

— Леди Чела...

— Если хочешь, то можешь принять их предложения. Однако, господа и дамы, Нанао на данный момент обещала пообедать с нами. Пожалуйста, постарайтесь понять и отпустите ее обратно к нам, — резко сказала им Чела.

Нанао переместилась за стол, чтобы не мешать разговору своих друзей, и начала по очереди отвечать на вопросы толпы студентов. Никто не мог ожидать такой сцены неделей ранее.

— Ты не шутила насчет популярности, — произнес Гай в изумлении. — Я ожидал бы такого от всех, кто действительно видел, как она сражалась, но к ней подходят даже те, кого там не было. Я видел, как некоторые старшекурсники пришли, чтобы взглянуть на нее.

— Пусть наслаждается вниманием. Она заслужила его. Но заодно... — Кэти слегка повысила голос и посмотрела на Оливера. Он ожидал этого и, с неловкой улыбкой, покачал головой.

— ...Пожалуйста, не говори больше, Кэти. Мое сердце не из стали, знаешь ли.

— Но...! Это просто не имеет смысла! Почему никто не подходит поговорить с тобой? Ты сражался так же усердно, как и Нанао! — настаивала она, ее глаза метались по кафетерию. Всё было именно так, как она сказала: в отличие от Нанао, которая теперь была настолько популярна, что ей было трудно справляться с поклонниками, никто не осмеливался подойти к Оливеру.

Чела неоднократно кивала.

— ...Действительно. Я понимаю, Кэти. Я сама видела, как сражался Оливер. О, как бы я хотела потратить час на его анализ! — восторгалась она.

Гай приложил руку к уху Пита.

— Она сделала именно это, — прошептал он. — Вчера. Говорила без умолку целый час.

— Тссс! Кажется, она еще не наговорилась.

Мальчик в очках приложил указательный палец к губам, как будто говоря: "Не заводи ее!"

Чела печально опустила взгляд.

— Но, я полагаю, это и ожидаемо... Стиль боя Оливера нравится знатокам.

— Ургх!

Оливер схватил себя за грудь и испустил мучительный стон. Чела бросила на него жалостливый взгляд, продолжая свое объяснение.

— Для непосвященных может показаться, что Оливер поставил Нанао на переднюю линию и лишь поддерживал ее. Конечно, правда далека от этого. Прежде всего, мы должны признать, что Нанао уникальна в своей способности противостоять Гаруде в лоб — но если бы не действия Оливера, она не продержалась бы и минуты. В тот момент, когда она была в опасности, появлялось идеальное заклинание, чтобы защитить ее. Та битва была насыщена использованием искусств меча. А затем, в самом конце, магия нарушения, позволившая нанести финальный удар — так много по-настоящему достойных похвалы техник. К сожалению, только студенты третьего курса и старше смогли бы это признать.

Пит кивнул в знак понимания горькой правды.

— Да, метод сражения Нанао был эффектным и легким для понимания. Неудивительно, что никто не помнит всего, что сделал Оливер. Так точно, но так скучно.

— Уррргх!

— Эй, Пит! Ты пытаешься мучить Оливера? — упрекнул его Гай, хватая друга за шиворот.

Оливер дрожал, как будто у него был сердечный приступ. Несмотря на его усилия притвориться, что все в порядке, резкое различие во внимании, которое они получали, оказывало на него тихое, но разрушительное воздействие.

Чела глубоко вздохнула, затем огляделась.

— Действительно. Хотя, похоже, это не относится к некоторым более грубым персонажам.

Она не пропустила острых взглядов, исходящих из различных точек в кафетерия. Многие из первокурсников и второкурсников, которые не были там, чтобы увидеть Гаруду, были уверены в своих навыках. Для тех более сильных студентов, скрывающихся в тени, Нанао не была единственной, за кем нужно следить.

Взгляды, которые они бросали, были разнообразны. Некоторые были более дружелюбными, в то время как другие откровенно жаждали драки. Но Чела знала, что упоминание о них только увеличит боль Оливера, поэтому молча предупредила наблюдателей, сохраняя при этом бесстрастное выражение лица.

— Не говоря уже о том, что это немного раздражает, даже если никто не виноват. Конечно, один устраивает больше шоу, чем другой. Но к ним не следует относиться по-разному. Что случилось с вознаграждением за добрые дела? Раз уж дошло до этого...

Чела встала со своего места и решительно подошла к Оливеру. Она наклонилась к нему сбоку, и он подозрительно повернулся.

— ...Подожди. Что ты делаешь, Чела?

— Почему, я собиралась дать тебе поздравительный поцелуй. Боюсь, это не так уж и много, но это все, что я могу придумать в такой короткий срок.

— Что?! — взвизгнула Кэти, более удивленная, чем даже сам Оливер. С явной паникой на лице Оливер схватил Челу за плечи, чтобы остановить ее.

— Я ценю твою заботу, но, пожалуйста, вернись, прежде чем ты вызовешь больше проблем. Он попытался выкрутиться из этой ситуации, пока ее губы приближались все ближе. Их борьба, казалось, длилась вечность, когда вдруг Нанао подбежала обратно к их столу.

— Фу, наконец-то сбежала... О? Что здесь происходит?

Нанао наклонила голову с любопытством, увидев, как двое ее друзей практически борются.

— Ты стала такой популярной, а Оливер почти ничего не получил, — объяснил Гай с улыбкой. — Поскольку он так усердно работал, Чела сказала, что он заслужил поцелуй в качестве награды.

Внезапно, для Нанао все встало на свои места. Она кивнула.

— Понятно, — пробормотала Нанао про себя. — Поцелуй в качестве награды, да? Хмм... в таком случае...

Затем она подошла к Оливеру, наклонилась напротив Челы и — прежде чем он успел среагировать — поцеловала его в щеку. На мгновение воцарилось молчание.

Затем лицо Оливера взорвалось в замешательстве.

— ?!?!?!?!

— Ч-что...? Нанао?!

— Я взяла на себя смелость наградить тебя. Ха-ха... это довольно неловко.

Кэти уставилась, как азийская девушка почесала щеку пальцем. Затем она снова наклонилась, на этот раз подставив мальчику свою правую щеку.

— Давай, Оливер. Теперь твоя очередь.

— ...?!

— Если ты заслуживаешь награду, то и я тоже. Давай же, — потребовала Нанао, как будто это было совершенно очевидно. Оливер приложил руку к груди, его сердце билось в бешеном ритме.

Чела, казалось, осталась невозмутимой.

— ...Что ж, продолжайте. В конце концов, она права. Работа, которую она проделала, заслуживает, по крайней мере, одного-двух поцелуев”.

— Хм, это имеет смысл.

— Будет справедливо отплатить за услугу, верно?

— П-подождите секунду! К чему это ведет?!

Гай и Пит подзадоривали Оливера, в то время как глаза Кэти метались между ним и Нанао в лихорадочном темпе.

Оливер, поняв, что его путь к отступлению отрезан, попытался оправдаться.

— П-послушай, я никогда...

— Оливер, я жду-у-у, — настаивала Нанао, теряя терпение. Глаза Челы, Гая и Пита впивались в него — он мог практически слышать, как они называют его неблагодарным трусом. Только Кэти, казалось, была против, но она не могла даже связать больше пары слов. Наконец, Оливер сдался.

— ...Х-хорошо, если ты настаиваешь, — пробормотал он в поражении и уставился на профиль Нанао. Ее милая, открыто предложенная щека и розовая кожа, полная жизни, с нетерпением ждали его приближения.

— ...

'Успокойся. Поцелуй в щеку — это обычное приветствие. Здесь нечего смущаться', — сказал он себе, нервно приближая губы к её коже, а её глаза были закрыты.

— Нолл? (П.п: X_x, моё табло в 3 утра)

Как раз перед тем, как его губы смогли коснуться ее, до его ушей донесся нежный голос.

Он замер.

— ...Сестра, — сказал он, обращаясь к говорящей, и повернулся в ее сторону. Там стояла старшекурсница с бледно-золотыми волосами, тихо улыбающаяся ему.

— Да. Мы наконец встретились... в кампусе, да? — сказала она, как будто не привыкшая говорить. На этом этапе она заметила взгляды одноклассников Оливера и, осознав свою ошибку, ахнула и приложила руку к рту. — Ох... я... мешаю вам? Извини. Я просто... так рада... видеть тебя, я...

— Нет, я никогда не думал, что ты мне мешаешь, — ответил Оливер без секунды колебаний. Тем не менее, девушка виновато отступила, глядя на лица студентов вокруг него.

— У тебя так... много друзей. Это замечательно..., — прошептала она, прикладывая руку к груди в искреннем облегчении. Этого жеста было достаточно, чтобы показать, как глубоко она заботилась о нем.

— Я должна... идти. Но прежде...

— О...

Она подплыла к нему, обхватила его плечи бледными пальцами и крепко прижала к себе. В то же время она нежно поцеловала его в щеку.

— Увидимся... Нолл. Береги своих... друзей.

С этими словами она отпустила его, помахала рукой и повернулась. Все смотрели в молчании, как она уходила. Чела первой пришла в себя.

— О! Как неосторожно с моей стороны забыть представиться старшекурснице. Оливер, кто это была?

— ...Это моя кузина. Я упоминал об этом раньше, не так ли? Ее семья взяла меня к себе. Они всегда были добры ко мне, — объяснил Оливер, пытаясь унять свое дыхание, не успевая за всем, что происходило вокруг него. Глаза Кэти сузились.

— Хмм... "Добры", говоришь? Хм...

Лицо Оливера напряглось — Кэти, эм, мне кажется, или ты меня подозреваешь?..

— Должно быть, тебе кажется. Я совершенно не думаю, что ты, кажется, привык к тому, что она тебя целует, или что-то в этом роде.

— Эрк...

Оливер схватил себя за грудь и споткнулся вперед. Ледяной взгляд Кэти был прямо-таки арктический. Он отчаянно пытался объясниться.

— Подожди, Кэти. Это был просто ее способ сказать привет...

— У нее даже есть для тебя прозвище — Нолл. Звучит мило. Жаль, что мы не можем его использовать.

— Уррргххх!

На этот раз смертельный удар пронзил его сердце.

Оливер упал на колени и оставался неподвижным. Кэти бросила на него взгляд и, с поднятым носом, встала со своего места.

— Пойдем, Нанао. Я куплю тебе много закусок в качестве награды.

— Мм? Но Оливер еще не...

— Для Оливера поцелуй — это не что иное, как приветствие. Что-то настолько незначительное не может быть достойно называться наградой, — сказала она с тяжелой дозой сарказма. С этим прощальным выстрелом она схватила Нанао за руку и вытащила ее из кафетерия.

Оливер сидел там, опустошенный, ему даже не позволили извиниться.

— ...Где я ошибся...?

— ...Мм. Ну, взбодрись, Оливер, — сказал Гай, хлопая друга по плечу, сдерживая смех. Гай выглядел абсолютно восхищенным — стычки, подобные этой, были более похожи на его представлении о школьной жизни, а не битвы с магическими монстрами. Пит фыркнул с насмешкой, а Чела неловко улыбнулась. Вместе трое из них попытались дать Оливеру немного жизненного совета.

Их первый урок алхимии начался в тот же день. Их инструктором был Дариус Гренвиль, с которым у них ранее был конфликт, поэтому шесть друзей сделали все возможное, чтобы собраться в одном классе.

— Некоторые люди все еще думают, что этот класс посвящен измельчению трав и их кипячению в котле, — начал Дариус, когда студенты столкнулись с котлами и ингредиентами на своих партах, — но алхимия изначально была изучением трансмутации золота. Это стремление взять элементы низшего класса и превратить их во что-то ценное. Создание магических зелий, которое люди считают основной целью алхимии, является не чем иным, как практическим применением техник, воспитанных этим процессом.

Внутренне Оливер согласился. В своей основе это определенно было алхимией. Превращение свинца в золото, грязи в людей, ничего во что-то — стремление к трансформации, столь важное для концепции магии, лежало в алхимии.

— Вы не просто будете смешивать ингредиенты в этом классе. Материалы, с которыми вы будете работать, часто будут подвергаться внезапным трансформациям. Словами, которые даже ваши мозги могут понять, — они очень опасны. Расплавленные котлы и руки — это наименьшее, о чем вам стоит беспокоиться.

Презрительный, насмешливый тон инструктора был обычной частью его занятий, и студенты не беспокоились о том, чтобы реагировать на каждую оскорбление. Медленно, но верно, все привыкали к обычаям академии.

— Как вы знаете, нет ничего, что я ненавидел бы больше, чем необходимость убирать после неудач. Держите это в уме, когда будете пытаться выполнить рецепт, который я собираюсь вам преподать, — предупредил Дариус, а затем изложил рецепт смягчающего зелья.

Оливер инстинктивно знал, что это будет не просто. Это был сложный рецепт с множеством подводных камней для того, кто пытался его выполнить впервые. И, конечно же, даже в Кимберли не было способа, чтобы каждый студент пришел на занятие полностью подготовленным.

— Ладно, давайте сделаем это, — сказал Гай.

— Гай, я проверю каждый шаг твоего зелья, так что не торопись, — строго предупредил своего друга Оливер, который беззаботно начал нагревать свой растворитель. Тем временем Чела переместилась, чтобы помочь не менее тревожной Нанао. Это был лучший предмет Кэти, так что им не приходилось беспокоиться о ней. Единственной оставшейся проблемой был Пит...

— Не тратьте время, помогая мне. Я практиковался до совершенства.

— Х-хорошо...

Пит отмахнулся от Оливера, прежде чем тот успел что-то сказать. Оливер тайно подготовился к худшему — ему придется смириться с уборкой после беспорядка, который Пит наверняка устроит.

Никто не произнес ни слова, пока они стояли перед своими котлами. Первые двадцать минут прошли без происшествий. Те, кто уже видел результаты, как Оливер, погрузились во вторую половину процесса. Однако он не осмеливался терять бдительность. На самом деле это была самая опасная часть, когда все находились на разных стадиях.

— Ого?!

Как и ожидалось, раздался крик со стола позади него. Зеленая жидкость извергалась из котла одного мальчика, как вулкан. Оливер сразу понял, где студент допустил ошибку, затем прервал то, что делал, и бросился туда. Мальчик добавил слишком много пузырьковой травы на этапе кипячения.

— Извините, я сам разберусь с этим! — сказал он, отодвигая испуганного студента в сторону и становясь перед котлом. Он начал с того, что погасил огонь, затем бросил в смесь горсть известкового порошка, который действовал как нейтрализатор. Жидкость, которая увеличилась в десятки раз по сравнению с первоначальным размером, чудесным образом отступила.

— С-спасибо...

— Аа-а-а-а!

Оливер не успел даже выразить благодарность мальчику, как из-за соседнего стола выскочило еще одно несчастье. Девочка вскрикнула и закрыла глаза руками, когда из ее котелка повалил ярко-красный пар. Оливер снова бросился к ней. Разве она не подождала пять секунд после того, как положила корень цветка вампира, прежде чем снять крышку?

— Пусть она промоет глаза! Используйте оливковое масло, не воду! Все, отойдите от котла! — Он отдавал приказы и предупреждения на бегу. Осторожно избегая пара, он пригнулся и накрыл котелок крышкой. Вместо того чтобы потушить огонь, он уменьшил его до очень слабого пламени. Если температура упадет слишком сильно, это начнет производить еще более худшие побочные эффекты.

— Хорошо, все в порядке! Держите огонь на этом уровне в течение пяти минут! — прокричал он, затем быстро развернулся. Ему нужно было вернуться, чтобы проверить свой собственный котелок. Глядя на свой стол, его глаза расширились, когда он увидел, как Пит высыпает ложку мелкого порошка в свой собственный котел.

— Пит, ложись! Ты должен разбавить это в десятой части воды из столовой ложки!

— А?

— Inversum! (Обратить/наоборот)

Свет его заклинания обращения попал прямо в котел Пита, отправляя его вместе с подставкой вверх тормашками. Оливер бросился на перевернутый котел, используя стол как крышку.

— Гх!

Он поморщился от жара дна котла, но держался за стол обеими руками и положил на него весь свой вес. Внезапно тело Оливера поднялось в воздух со звуком приглушенного взрыва из-за ошибки с порошком. Хаос наполнил классную комнату, так как продолжали возникать новые инциденты.

— Ну и ну.

Дариус, который все это время оставался на своей кафедре, наконец показал первое подобие реакции. Он закрыл гримуар, который читал, положил его на стол и подошел к Оливеру с глубоким любопытством.

— Какие подходящие ответы. Как тебя зовут?

Он смотрел на мальчика с внушающим благоговение и блеском в глазах.

Оливер ловко потушил огонь на своем собственном котле, прежде чем ответить.

— ...Оливер Хорн, сэр.

— Хорн... Я не слышал это имя. Должно быть, новая семья.

Инструктор неожиданно был полон комплиментов. Он принял ошеломленное молчание Оливера за страх и рассмеялся.

— Я запомню твои имя и лицо, мистер Хорн. Однако, совет: выбирай друзей более мудро, — добавил он в конце, переводя взгляд с Кэти на Пита и Гая. Оливеру потребовалось больше усилий, чем когда-либо прежде, чтобы сдержать язык.

— Это было великолепно, Оливер! Наконец-то люди увидели твой талант! — сказала Чела, почти обнимая его в своем волнении. Она видела, как его благодарили в холле после урока студенты, которых он спас, и теперь она была полна удовлетворения. Гай засмеялся.

— Так похоже на тебя — бросаться на помощь всем, — добавил он. — Я удивлен, что у тебя не было дел по горло с собственным котлом.

— ...Я не настолько впечатляю”, — настаивал Оливер. — Единственная причина, по которой я знал, как справляться с такими вещами, заключалась в том, что я совершил массу собственных ошибок. Мне стыдно даже вспоминать о своих прошлых неудачах — Оливер пытался скрыть свое смущение, но на самом деле он был более или менее честен. Все три ошибки, которые они видели сегодня, были тем, что он уже совершил сам. Он просто опередил их.

— Если ты так хорошо научился на своих прошлых ошибках, то это еще больше повод для гордости! Убери эту скромность и держи голову высоко! Честь друга — моя честь, и ты знаешь, что это не дается легко! — радостно наваливала похвалы Чела.

Рядом с ней их друг в очках выглядел подавленным.

— Я ненавижу это признавать, но ты действительно спас меня. Я благодарен за это... И мне жаль. Ты обжегся из-за меня, — неуклюже извинился Пит.

Оливер неловко улыбнулся и покачал головой. Ожог на его руке был в основном результатом его собственной невнимательности. Униформа Кимберли была высококачественной магической тканью, поэтому горячее дно котла не обожгло бы кожу через нее. Это была его собственная вина за то, что он касался горячего металла голой кожей, удерживая его, и кроме того, рана уже была залечена.

Кэти, стоявшая напротив него, хмыкнула и пошла рядом с Нанао..

— Так даже ты ошибаешься, да...? Мое будущее, должно быть, обязательно будет полно ошибок, тогда...

— Все в порядке. Иди и делай все ошибки, какие хочешь! За каждый большой успех есть десять неудач — по крайней мере, так я это вижу, — поощряла Чела, когда Кэти погружалась в неуверенность. Внезапно голос сзади прервал их разговор.

— Мистер Хорн.

Оливер удивленно повернулся на звук знакомого голоса. Через секунду остальные пятеро тоже повернулись и нервно застыли. Там стоял Эндрюс.

— Мистер Эндрюс. Чем я могу помочь...? — вежливо спросил Оливер, осторожно, чтобы не спровоцировать драку. Мальчик сделал паузу, затем открыл рот.

— Возможно, ты найдешь этот совет бесполезным, но позволь сказать: тебе лучше быть осторожным с этим инструктором. О нем ходят ужасные слухи.

Глаза Оливера расширились от неожиданного предупреждения.

— Что ты имеешь в виду под слухами? — спросил он мрачно.

— Ему нравится выискивать талантливых студентов и загонять их в ловушку в качестве своих помощников. Он крадет результаты исследований у более умных студентов и представляет их как свои собственные теории... Ладно, последнее в основном подозрения. Но он настолько темный тип.

Мальчик недовольно фыркнул. Оливер едва мог поверить своим глазам — он был так непохож на прежнего себя. Эндрюс больше не был постоянно на грани, а разговаривал с ним как его естественное "я". То напряжение в его взгляде, как у бомбы, готовой взорваться, исчезло.

— ...Я обязательно запомню это. Спасибо за предупреждение, мистер Эндрюс.

— Мне не нужны твои благодарности. Я просто болтал. До свидания, — резко сказал он и развернулся. Эндрюс быстро зашагал прочь, но остановился после нескольких шагов.

— Нет, я забыл ещё одну вещь.

— ?

— То, что я сказал ранее о том, что универсалы никогда не становятся успешными… Лично я считаю, что это полная чушь... Вот и все, — сказал он, ни разу не обернувшись, прежде чем уйти на этот раз окончательно. После того как он свернул за угол и исчез в коридоре, Гай воскликнул в изумлении.

— Это было... дружеское предупреждение, верно?

— Д-да... Я так думаю... Вау?!

Кэти начала соглашаться, когда вдруг заметила слезы, льющиеся по лицу Челы, и взвизгнула.

Девушка с локонами достала платок, чтобы промокнуть глаза.

— Простите. Я просто так тронута... Рик, из всех людей, проявляющий уважение к бывшему врагу и дающий совет...!

Она была самой впечатленной изменением в её давно отчужденном друге детства, и была рада от всего сердца.

Рядом с ней Пит вспомнил их предыдущий разговор.

— Универсалы никогда не становятся успешными, да? — пробормотал он. — Интересно, в чем же правда.

—Возможно, это и есть тенденция, конечно. Но это не решит твоего будущего. Маги - это нечто большее. Я не намерен довольствоваться ролью мастера на все руки, — ответил Оливер. Он знал, что ни один его талант не выделяется среди остальных, и сказать, что это его не беспокоит, было бы ложью. . Однако ему никогда не приходило в голову прекращать попытки прогрессировать.

— Я собираюсь верить в себя. Не хотел бы разочаровывать мистера Эндрюса после всего этого.

Прежде всего, у него теперь была поддержка еще одного человека. Оливер уставился в коридор, в котором исчез его товарищ, с теплотой вспоминая этот факт.

Теперь, когда ее жизни не угрожали так сильно, как раньше, Кэти все больше и больше стремилась общаться с троллем. Она посещала его клетку в среднем дважды в день, практически каждое утро, на обеденном перерыве или хотя бы после занятий. Это держало ее крайне занятой, но она ни разу не думала пропустить.

— И затем, клянусь, Нанао сказала самое смешное...

Она болтала без умолку троллю. Конечно, она никогда не получала ответа, но это не было для нее проблемой. Важно было то, что тролль видел, что она приходит, и наслаждался.

— ... И вправду, некоторые изменения начали проявляться. — Сначала тролль оставался свернутым в углу своей клетки, но теперь он сидел прямо перед решеткой, отделяющей его от Кэти. Постепенно он начал есть овсяную кашу, которую она оставляла для него. Кэти больше не требовалась компания Милиган, и она определенно чувствовала, что расстояние между ней и троллем сокращается.

— О, извини, я все время говорю. Знаешь что? Почему бы нам не спеть вместе сегодня?

— ...

Изо рта Кэти донесся звук, похожий на звук флейты из большой раковины. После паузы тролль запел в том же тоне. Вместе они были хором из двух человек.

— Да! Хорошо! Я бы сказала, что ты так же хорош, как и Патро!

Девушка аплодировала. Тролль пристально смотрел на нее, и она дала смущенную улыбку.

— Если бы ты только мог говорить... Эй, о чем ты думаешь сейчас? Наверное, что-то вроде "Та странная девушка снова здесь", да?

Она спросила, зная, что это бесполезно. Было невозможно идеально угадать мысли другого, особенно когда эти мысли принадлежали совершенно другому существу. Но это делало общение стоящим попытки. Однако тот факт, что они были лишь отдаленно связаны, делал вещи немного разочаровывающими.

— Когда я была поменьше, то спрашивала Патро о том же и заставляла его чувствовать себя неловко... О, Патро — это тролль, с которым я выросла дома. Я рассказывала тебе о нем раньше, верно? Я хотела рассказать ему все новые слова, которые я узнала, и поболтать с моим лучшим другом — но он не мог отвечать. В конце концов, я разрыдалась и заставила Патро волноваться.

Сердце Кэти болело, вспоминая это, но она покачала головой.

— Но так я узнала, что я не могу навязывать другим то, что хочу я. Вместо этого важно искать то, что вы можете делать вместе. Нет смысла пытаться заставить что-то произойти раньше времени... Ты просто должен быть с человеком, которого хочешь узнать, — мягко сказала Кэти, как будто упрекая себя. Однако она не могла избавиться от желания получить результаты быстро. Если она не сделает этого, неизвестно, когда этого тролля могут казнить. Она хотела хотя бы установить отношения, которые могла бы использовать как доказательство того, что он никогда больше не нападет на людей.

Тем не менее, она не могла торопиться. Завоевание доверия существа, презираемого людьми, требовало огромное количество времени, в отличие от одного момента, необходимого для разрушения этого доверия. Это было верно не только для полулюдей и других зверей, но и для людей.

Девушка напоминала себе оставаться сильной, когда вдруг до ее ушей донеслись невероятно дрожащие слова.

— ...Перестань приходить.

— А?

Смущенная, она огляделась. Она должна была быть там одна. После того как она обыскала каждый угол, она была уверена, что одна здесь.

— ...?

У меня что, галлюцинации? Подозрительная, Кэти пришла в себя и повернулась обратно к существу в клетке.

— Она... плохой... Ты... держись подальше.

И тогда она поняла, что произошло. Впервые за недели с тех пор, как она начала приходить, гигантский получеловек говорил на человеческом языке.

***

— Flamma! (Пламя)

Голос девушки эхом разнесся в пустой классной комнате. Огонь обвился вокруг кончика ее клинка, образуя шар пламени, а затем вырвался вперед — только чтобы взорваться и разбросать искры на несколько дюймов вперед.

— М-мг, у меня вообще не получается... — пробормотала Нанао.

— Эй, ты стала намного лучше, чем раньше. Твое владение Атамом и произношение для нынешнего этапа сносны. Теперь все, что осталось отработать, это твою фантазию и эффективное управление маной, — сказал Оливер, наблюдая за тренировкой Нанао. Он помогал ей практиковать основы магии с тех пор, как у них был первый урок теории заклинаний.

— Заклинание — это мост, который соединяет воображение мага и реальность. Огонь из твоего Атама должен сначала существовать внутри тебя. Представь его в своем уме — внимательно, терпеливо. Тепло, цвет, даже мерцание воздуха.

Под его руководством Нанао неоднократно пыталась применить заклинание огненного шара, которое они изучили в первый день занятий. Она улучшилась на голову по сравнению с тем временем, когда не могла даже заставить появиться искру. Однако она просто не могла избавиться от нервозности, которая возникала при изучении незнакомой техники. Оливер скрестил руки и задумался.

— ...Это так странно. Твоя внутренняя концентрация эссенции намного лучше, чем у большинства наших однокурсников. Ты так хороша в этом, что можешь бессознательно усиливать свои физические способности и даже контролировать массу. Для среднего мага это на порядок сложнее.

— Меня учили управлять энергией, протекающей внутри меня, во время тренировок с мечом. Однако мне все еще трудно понять, как контролировать эту энергию, когда она покинула мое тело. Оливер, как ты это делаешь? — спросила Нанао, прервав свои взмахи мечом.

Он подумал об этом немного.

— Самое важное в практике пространственной магии — это... разрушить барьеры между собой и внешним миром. Сделай все возможное, чтобы слить свой разум с царством, простирающимся за пределами твоей кожи. Как только ты почувствуешь это, заклинания больше не будут "выпускаться" из тебя.

— Уничтожить барьеры между собой и внешним миром. Другими словами... распаться? — спросила она, ссылаясь на слово, не существующее в Елгийском. К счастью, Оливер понял, что она имела в виду.

— Секрет азийской техники угасания себя и слияния с миром, да? ...Это любопытная концепция, но также критически отличающаяся, несмотря на их сходство. Цель мага, пытающегося соединиться с миром, в конечном итоге — расширить себя. В своей основе это агрессивный способ контроля и доминирования над миром в целом. Я не знаю много о технике, которую ты упомянула, но она более скромна по своей природе, не так ли?

— Мм, это правда. Наши учения происходят из стремления сдерживать свою эгоистичность.

Девушка нахмурилась в задумчивости.

Оливер присоединился к ней и приложил руку к подбородку, пытаясь придумать способ направить ее в правильное русло.

— Но, возможно, начальная точка достаточно похожа. Ты освобождаешь себя от идеи, что "ты" ограничена тем, что внутри твоей кожи, и освобождаешь свой разум от оков, известных как твое тело. Что касается магической тренировки, это определенно первый шаг. Да... Если ты можешь придумать метод тренировки своего разума в этом направлении, то вперед и попробуй. Это не идеально — сразу отклоняться от традиционного пути, но ощущение расширения себя действительно варьируется от человека к человеку.

Это было лучшее, что он мог предложить после долгих размышлений. Он должен был помнить, что эта девушка выросла в далекой земле Ази́и, где она никогда не сталкивалась с магией. Ей нужно было учиться с нуля, соединяя два мира, прежде чем попытаться освоить более сложные концепции. В настоящее время Нанао едва ли имела представление о магии.

Нанао возобновила свою тренировку, размышляя над его советом, а Оливер добросовестно наблюдал за ней. Внезапно они больше не были одни в классной комнате — Чела заглянула в дверной проем.

— О, вот вы где.

— Чела? Что случилось? Что-то произошло?

Оливер повернулся и увидел, что Гай и Пит тоже с ней. Трое вошли в классную комнату с недоумением на лицах.

— Я не совсем уверена. Кэти только что прибежала и сказала нам собрать всех у клетки тролля.

— Кэти сделала...? Что еще она сказала?

— Она говорила слишком быстро, чтобы я могла разобрать большую часть. Сказав это, она ушла искать мисс Милиган. Однако... я услышала что-то о том, что тролль заговорил.

Глаза Оливера расширились от совершенно неожиданных слов.

— Он заговорил? Тот тролль заговорил? ...На человеческом языке? — спросил он приглушенно после долгой паузы.

— ...Это один из способов сказать, да. Подожди...

Прежде чем она смогла закончить, Оливер уже был на полпути к двери.

— Давайте найдем Кэти прямо сейчас. Чела, ты знаешь, где она?!

— Н-нет, только то, что она пошла за мисс Милиган. Нам потребовалось время, чтобы найти вас двоих. Прошло почти десять минут с тех пор, — сказала Чела, удивленная внезапным изменением в его отношении. Губы мальчика искривились в гримасе.

— Тогда она у клетки тролля...!

Они бежали так быстро, как только могли, вниз по лестнице и вырвались из здания, не останавливаясь, чтобы перевести дыхание, в конце концов прибыв в комплекс магических зверей.

— Кэти! Кэти, где ты? — закричал Оливер, как только подошел к клетке, но никто не ответил. Гай догнал и попытался смягчить сердитый взгляд на лице Оливера.

— Успокойся, Оливер, — сказал Гай. — Она пошла за Милиган. Она, вероятно, все еще в академии.

— Нет, она могла уже быть здесь, — ответил Оливер и осмотрелся в поисках улик. Его глаза упали на клетку, и он подошел к железным прутьям.

— Если ты что-то видел, скажи мне! Была ли Кэти здесь только что?!

— Э-эй...

— Я же говорил тебе, успокойся! Тот тролль не собирается отвечать тебе!

Пит не мог быть более смущен, в то время как Гай схватил друга за плечо, чтобы попытаться успокоить его. Терпя взгляды друзей, Оливер продолжал смотреть в клетку. Внезапно они услышали голос:

— ...Унесли, — прозвучал прерывистый ответ.

Гай и Пит застыли в унисон.

— Э-эй, он только что...?

— ...Да. Он определенно заговорил.

— Не может быть...

Цвет сошел с лица Челы, когда та подошла к прутьям.

Оливер продолжил свои расспросы.

— Ты знаешь, куда ее унесли?

— ...Не знаю. Но... Место, куда меня унесли раньше, должно быть. Темное, глубокое место.

Оливер повернулся к Челе, гримасничая.

— Чела, ты понимаешь, что это значит, не так ли?

Ей не потребовалось много времени, чтобы сложить два и два. Когда понимание расцвело в ее глазах, девушка с локонами развернулась на каблуках.

— Обратно в академию, сейчас же! — закричала она. — Все, разделитесь и ищите Кэти!

Ее внезапные приказы шокировали Гая и Пита. Чела собралась отправиться сразу же, но Оливер схватил ее.

— Подожди! Слишком опасно действовать в одиночку. Чела, ты возьмешь Гая и Пита и обыщешь западную сторону академии. Нанао и я обыщем восточную!

— Поняла! Отправь фамильяра, чтобы дать мне знать, как только ты ее нашел!

Распределив группы, они отправились в разные стороны. Нанао последовала за Оливером на восток.

— Оливер, что происходит?! — спросила она.

— Я объясню по дороге! Мы должны вернуться в академию как можно быстрее!

Они ворвались в двери академии, прервав разговор двух первокурсников. Оливер сразу же начал их допрашивать.

— А? Аалто и Милиган?

— О, я видел их раньше. Думаю, они поднялись по той лестнице...

В тот момент, когда он это услышал, Оливер снова бросился бежать. Студенты уставились, как он брал ступеньки по две за раз — одновременно он начал объяснять ситуацию Нанао.

— Мы все еще не знаем личность человека, стоящего за нападением тролля во время церемонии открытия. Однако я всегда задавался вопросом, был ли тот тролль действительно под контролем тогда.

— Что ты имеешь в виду?

— Мисс Маккли, та, кто с помощью заклинания заставила Кэти бежать на параде, не имела никакого отношения к действиям тролля. Она сделала то, что сделала, потому что была зла после комментариев Кэти о полулюдях. Если бы другой студент сказал то же самое, она, вероятно, нацелилась бы на них вместо этого. В этом случае мы можем рассматривать очарование Кэти на параде как совпадение.

На третьем этаже они достигли тупика, с путями, расходящимися влево и вправо. После допроса другого студента они повернули налево. Пока они мчались по коридору навстречу движению, десятки людей бросали на них странные взгляды.

— Это означает, что действия тролля преследовали другую цель. Кэти просто оказалась не в том месте не в то время. Так что же пытался достичь тролль? Почему он вдруг бросился вперед во время приветственного парада?

Говоря это, Оливер достал свою белую палочку и поднял ее. Она отреагировала на остаточную ману в атмосфере — частицы духов, впитанных в мантию Кэти, — и начала слегка светиться.

— Возможно, он пытался сбежать отсюда — так я думаю. Попробуй вспомнить тот момент. Когда тролль бросился на Кэти, что было позади нас?

Оливер следовал по свету через коридоры. Для них воспоминания о церемонии открытия были еще свежи. Нанао не пришлось долго искать ответ в уме.

— ...Ворота академии.

— Верно. Более конкретно, широко открытые главные ворота, которые позволяли студентам позади нас войти на территорию кампуса. Если бы ты и Кэти не остановили его, траектория того тролля привела бы его прямо туда. Если его целью был побег, это соответствовало бы его действиям.

Нанао кивнула в знак понимания. Коридоры становились все менее и менее многолюдными, когда они продвигались глубже в здание.

— И вот где я застрял на долгое время, — продолжил Оливер. — Я не мог понять, почему тролль захотел бы сбежать. Конечно, он мог быть несчастлив своей жизнью здесь. Тролли ценятся как вьючные животные и с ними не обращаются так плохо, как с кобольдами, но это не меняет того факта, что их заставляют служить для удобства человека. Некоторые тролли, безусловно, испытывали бы глубокую враждебность.

— Сказав это, ни один тролль никогда не пытался сбежать из плена. Они достаточно умны, чтобы знать, что если они попытаются, их убьют. Помнишь наш первый урок магической биологии? Инструктор курирует всех магических зверей на территории кампуса. Все они, вплоть до последнего кобольда, знают, насколько она может быть ужасна.

Идя по следу, они прыгнули в классную комнату. В углу было древнее зеркало в полный рост, и когда они подошли, свечение палочки Оливера усилилось. Он и Нанао обменялись взглядами и кивнули друг другу, затем достали свои Атамы и применили заклинание заточки. Затем, с мечами в руках, вдвоём прыгнули в зеркало. Они открыли глаза по ту сторону в мрачном участке лабиринта. Осторожно Оливер осмотрел окрестности, следуя за светом своего Атама.

— Но предположим, тролль решил сбежать, несмотря на риски — единственная причина, которую я могу придумать для этого, заключается в том, что он испытал нечто, чего не испытывал ни один другой тролль. Некую муку, более невыносимую, чем перевозка грузов. Нечто настолько плохое, что стоило позволило ему поставить жизнь на кон. Нечто, что он, вероятно, терпел ежедневно. В противном случае просто не имело бы смысла рисковать своей жизнью.

— Боль, которая сделала бы смерть предпочтительнее... Что это могло быть? — спросила Нанао напряженно. После нескольких моментов молчания Оливер медленно ответил.

— ...Не так давно фракция группы за гражданские права проводила исследования способов "интеллектуализации" полулюдей.

— Интеллектуализации?

— Именно так, это была попытка повысить базовый интеллект полулюдей до магического биологического стандарта. Эльфы, гномы и кентавры получили гражданские права, потому что они интеллектуально похожи на людей. Некоторые активисты считали, что если бы они могли выполнить те же требования, другие полулюди были бы легко приняты как равные людям, — сказал Оливер, в его выражении поднималась горечь. В истории магического мира было много моментов, которые могли бы вызвать головокружение у любого, кто о них узнал. Это был один из них.

— Один из самых заметных экспериментов включал попытку научить троллей человеческому языку. Однако я никогда не слышал, чтобы это удалось. Прежде чем они смогли провести достаточное количество испытаний, чтобы получить результаты, критика со стороны остальной части фракции борцов за гражданские права против интеллектуализации полулюдей убила проект. Их причина... Ну, я сомневаюсь, что мне нужно это объяснять.

Оливер опустил последнюю часть, и Нанао быстро кивнула. О чем он говорил, так это об экспериментах, которые стремились исказить жизни полулюдей, чтобы соответствовать человеческим чувствам. Это не могло быть дальше от предоставления им прав.

С тех пор исследования интеллектуализации полулюдей застопорились. Но документы никогда не были уничтожены. Его бы нисколько не удивило узнать, что где-то там, маг собрал их и до сих пор продолжает эти эксперименты по сей день. Особенно в таком темном месте, как Кимберли.

— ...

— После всего, что мы видели, я теперь уверен — кто-то возился с мозгом того тролля. Так что тролль не мог больше терпеть и решил сбежать, несмотря на опасность.

Свет его Атама становился ярче по мере того, как он говорил. Его горло пересохло от нервозности, Оливер осторожно продвигался вперед.

— Однако не так много магов достаточно квалифицированы, чтобы добиться результатов, даже если взялись за это дело. Единственный пример, который я могу придумать, — это кто-то, кто годами исследовал полулюдей и знает каждую мелочь об их биологии.

В тот момент, когда он сказал это, кончик его Атама засветился ярче, чем когда-либо прежде. Глотая, Оливер поднял взгляд. Перед ними возвышалась толстая стена, отрезающая часть лабиринта.

— След продолжается за этой стеной... Давай вернемся в академию, Нанао.

— Мм? Но Кэти на другой стороне, не так ли?

— Это выходит за рамки наших возможностей сейчас. Наш лучший шанс помочь Кэти — это уведомить старшего студента, такого как Годфри или Уитроу.

Их голоса приглушились, и они повернулись — а стена позади них рухнула.

— ...?!

— Нгх!

Пустота, оставшаяся от стены лабиринта, засосала их, прежде чем они успели среагировать.

После нескольких секунд парения в воздухе, всасывание ослабло, и они упали на пол. К счастью, Оливер и Нанао сумели приземлиться мастерски и встали.

— Ха-ха! Я приветствую гостей, но только тех, кого вы упомянули. Мои исследования все еще в процессе завершения. Я бы предпочла, чтобы пламя чистилища сожгло меня до хруста гораздо позже в будущем.

Они оба мгновенно подняли свои Атамы и приготовились к бою, когда голос раздался из темноты. Свет маленькой кристальной лампы осветил кровать. На ней лежала Кэти, ее глаза были закрыты, а над ней нависал знакомый старшекурсник.

— Добро пожаловать в мою мастерскую, мистер Хорн, мисс Хибия. Я рада, что вы смогли прийти.

— Мисс Милиган...

Ее мягкая, гостеприимная улыбка была такой же, как всегда. Но именно это так беспокоило Оливера.

— Какой сюрприз. То, что вы нашли это место, означает, что вы должны были поместить на нее что-то. В отличие от меня, я не могла пропустить зелье слежения или фамильяра, — сказала Милиган, наклоняя голову.

Оливер был рад, что разбавил эффекты духов настолько, чтобы только он мог следовать по их следу. Это также означало, что они быстро исчезли, не оставив ему времени на поиск помощи.

— ...Что ты сделала с Кэти?

— О, пока ничего. Я просто заставила ее заснуть на время, — ответила ведьма, как о чем-то само собой разумеющемся. Она посмотрела на них по очереди, затем с удовольствием скривила губы. — Все же, какой прекрасный урожай в этом году среди новых студентов. Я не могу поверить, что вам троим удалось убить Гаруду, которого я тренировала. Это было тяжело, знаете ли. Но он умер в тот же день, когда я представила его миру. Не могу сказать, что это входило в мои планы.

Ведьма усмехнулась, как будто говоря: "Вы поймали меня!" Глаза Оливера расширились.

— Ты стояла за нападением на Колизее...?

— Да. Мои извинения за то, что втянула вас в это. Я не ожидала, что вы все придете на что-то столь отвратительное, как охота на кобольдов. Узнав подробности позже, я чувствовала себя так ужасно из-за этого. Мне стоило быть более усердной при подготовке к рейду.

Милиган скрестила руки в жесте сожаления. Однако это длилось всего несколько секунд, прежде чем она снова начала весело болтать.

— Ну, слушайте меня. Гаруда была огромной потерей после всей работы, которую я вложила в него, но это ничто по сравнению с радостью, которую я чувствую сегодня. Наконец-то — наконец-то, тролль заговорил на человеческом языке! Прошло более ста лет с тех пор, как мой дед начал это исследование, и оно наконец-то принесло плоды!

Ее улыбка сверкнула в темноте. Ее лицо, покрытое с одной стороны длинной челкой, было переполнено волнением.

— Так долго я не могла понять последний шаг. Я была уверена, что идеально настроила их мозги. Это исследование меньше похоже на основное магическое направление спиритологии и ближе к нейронауке немагов — возможно, нам не стоит так сильно презирать их. Невозможно воспроизвести функцию речи, не поняв сначала, как работает мозг. Это было первое, что я стремилась освоить. Несмотря на все это, они отказывались говорить со мной.

Девушка вздохнула, вспоминая свои дни неудач. Она подошла к кровати, на которой лежала Кэти, и продолжила.

— Так что, если с их мозгами все было в порядке, то, может быть, мои методы обучения были неправильными? Я всегда задавалась этим вопросом. Но как бы я ни корректировала свои методы, ничего не работало. Лучшее, что они могли сделать, — это повторять звуки, которые я издавала, никогда не достигая человекообразного разговора. После многих лет я была в тупике — и тогда у меня случилось озарение. Кто бы мог подумать, что ключом будет мой выбор собеседника?

Она нежно погладила щеку Кэти, как будто девушка была драгоценным камнем, который она нашла после долгих бесплодных поисков.

— Это, без сомнения, великая работа Аалто выманила способность тролля говорить. Я могу только предположить, что ее ежедневные попытки общения разблокировали его скрытые способности. Что было так эффективно, интересно? Интонация ее слов? Ее отношение при взаимодействии с ним? Магия в ее голосе? Нет, нет, нет смысла спешить с догадками. Я узнаю наверняка достаточно скоро, — сказала Милиган, пытаясь успокоиться. Она достала свою палочку и взмахнула ею, напевая заклинание. Внезапно инструменты, разбросанные по комнате, полетели к ней.

В панике Оливер бросился вперед.

— Что ты собираешься делать?! — закричал он.

— Ха-ха! Не волнуйтесь. Я не собираюсь причинять ей вред. Было бы такой тратой повредить спасителя моего исследования. Я просто хочу осмотреть ее тело — ее мозг, если быть точнее, — чтобы проанализировать ее талант, — заявила Милиган прямо.

Оливер вспомнил, что видел многие из ее инструментов в лазарете, и, соединив это с тем, что она говорила, он быстро побледнел.

— Не говори мне, что ты собираешься провести трепанацию* черепа...?!

---

П.п: Трепанация черепа — хирургическая операция образования отверстия в костной ткани черепа с целью доступа к подлежащей полости. (Лоботомия..?)

---

— Конечно. Разве ты не помнишь? Я сказала, что одной из моих специализаций является нейронаука. Мозг гораздо легче обрабатывать, чем душу, так как он имеет реальную физическую форму. Более того, можно увидеть характерные тенденции у более талантливых людей при наблюдении. Хи-хи! Я уверена, что ее мозг хранит много замечательных секретов.

Ее тонкие пальцы с волнением погладили волосы Кэти. Ведьма говорила, что собирается разрезать череп девушки и осмотреть содержимое. Выражение Оливера заострилось в мгновение ока.

— О, не волнуйтесь. Это не процедура, которую может провести любитель. Я не позволю ей почувствовать никакой боли, и, конечно, не будет никаких шрамов. Когда она проснется, то даже не узнает, что я смотрела на ее мозг. Так что просто расслабьтесь и позвольте мне этим заняться. Как вы видите, я эксперт в этом!

Милиган взмахнула своей палочкой и пропела заклинание. Бесчисленные огоньки болотного газа танцевали на потолке, освещая темную комнату своим сине-белым пламенем.

— Ч-что...?

— ...

Вид оставил Оливера и Нанао безмолвными.

Цвет плоти влажно блестел в колеблющемся свете. Тела всех форм и размеров молча заполняли огромное пространство. У одного был разрезан живот, у другого удалена верхняя левая щека, еще одно плавало в бледно-зеленой консервирующей жидкости внутри стеклянного контейнера. Различные операции находились на разных стадиях завершения, но они, без сомнения, все были телами полулюдей.

Трупы, насколько хватало глаз. Большинство видов полулюдей, известных Оливеру, были собраны там, за исключением трех, которым были предоставлены права человека. Мертвые тела молчали, одинаково разрезанные и расчлененные — остатки многолетнего труда одинокой ведьмы. Тошнота поднималась в горло Оливера.

— Как... Сколько полулюдей ты замучила здесь...? — спросил он, его голос дрожал.

— О, так много, — похвасталась Милиган. — Если бы количество было легко отслеживать, я бы не стала экспертом, которого вы видите сегодня. Видите ли, в этой области наибольшим доказательством мастерства является количество тел, которые ты расчленил. Ты не можешь называть себя магическим биологом, если лично не дотянулся до грудной клетки и не коснулся бьющегося сердца.

Ее полное отсутствие стыда во время объяснения было отличительной чертой настоящего мага. Непоколебимое высокомерие позволяло ей попирать человечность во всех ее формах в погоне за своими исследованиями. Ничего в расчленении полулюдей, проповедуя их спасение, не казалось ей обратным.

Оливер был в растерянности. Рядом с ним Нанао сделала шаг вперед.

— Верни нам Кэти, — потребовала она.

— О, я верну. Конечно, после того, как я взгляну на ее мозг, — быстро ответила ведьма. Как будто намекая, что она никогда не пойдет на компромисс по этому вопросу, она бросила взгляд на угол комнаты, освещенной огоньками.

— Однако процедура займет некоторое время. Выпейте чаю за тем столом, пока ждете меня.

Она указала на большой стол, который, казалось, часто использовала. Действительно, на нем был разложен чайный сервиз. Но рядом со столом находился маленький трупик, похожий на гоблина, с вывалившимися внутренностями. Оливер стиснул челюсть и застонал. Была ли это идея ведьмы о каком-то извращенном развлечении во время чаепитии?

Решимость закрепилась в глазах Нанао. Она уже поняла, что нет смысла пытаться изменить решение ведьмы.

— ...Оливер, кажется, разговаривать с ней — пустая трата времени, — прошептала она.

— ...! Подожди, Нанао!

Азийская девушка бросилась к кровати, на которой спала Кэти. Милиган не попыталась защититься, ее палочка свободно лежала в правой руке. В следующий момент ужасная дрожь пробежала по всему телу Нанао.

— М-м?!

— Contrav!

Заклинание Оливера попало Нанао в спину, освободив ее, чтобы она снова могла двигаться. Она мгновенно отступила на несколько шагов.

Ведьма фыркнула, наблюдая за ними.

— Хм, быстрая реакция. Было бы намного проще, если бы на этом все закончилось. Даже не скажешь, что ты первогодка — тихо сказала она.

Ее правый глаз. Оливер сглотнул при виде глаза, который она так долго скрывала под челкой. Радужка была смесью красного и зеленого, а ее зрачок был длинным и разделенным вертикально. Очевидно, что это был не человеческий глаз.

— Проклятый глаз Василиска... — прошептал Оливер, дрожа от осознания того, с чем имеет дело.

Милиган рассмеялась и приложила к нему руку.

— Мои любящие родители подарили его мне в детстве. К сожалению, у него есть своя воля. Он отверг моих пятерых старших братьев и сестер до меня, убив их, прежде чем, наконец, поселился во мне. Любовь родителей — это действительно тяжелая вещь.

Оливер слышал об этом раньше. Не было необычным для магов владеть глазами существ с уникальными свойствами, более известными как проклятые глаза. Однако, глаз василиска был известен как чрезвычайно опасный во время процесса трансплантации. Его можно было имплантировать только маленькому ребенку, когда было меньше шансов на отторжение, но даже тогда шансы на успех были менее 10 процентов. Те, кому не так повезло, каменели изнутри, задыхаясь до смерти.

— ...

Внезапно, как удар молнии, Оливер понял. Для Милиган было совершенно логично проводить эксперименты на полулюдях, которых она якобы любила, разрезая их и расчленяя. Ведь так ее воспитывали. Ее родители трансплантировали ей проклятый глаз, зная, что с вероятностью 90 процентов она умрет, и она все равно называла это "любовью". Таким образом, она проявляла свою любовь к полулюдям таким же образом. Веря, что результаты ее исследований в конечном итоге спасут их, она не моргнув глазом готова пойти на бесчисленные жертвы.

Нанао осторожно сжала свой меч, но ужас охватил Оливера, когда он держал свой Атам наготове.

Ведьма неторопливо убрала свою палочку, затем достала свой меч.

— Ну, вы видели мое лицо, так что позвольте мне официально представиться. Я — Вера Милиган, четверокурсница Кимберли. Моя специальность — магическая биология, в частности, исследование полулюдей. Они страдали на протяжении поколений от рук людей, и как активистка за гражданские права, мое самое большое желание — повысить их статус. Те, кто знает об этом глазе, все называют меня Змеиное око Милиган.

Над ними огоньки болотного газа танцевали в исступлении. Конец ее представления был сигналом к началу битвы.

— Не позволяй ее глазу оставаться на тебе слишком долго вблизи, Нанао!

— Поняла!

Оливер и Нанао бросились вперед, Оливер противостоял левому глазу ведьмы с расстояния, в то время как Нанао напала на ее нормальный правый бок. Никто из них не предлагал этого заранее — это было просто естественное построение, которое они приняли. Электричество вырвалось из кончика Атама Оливера, на что Милиган улыбнулась и ответила тем же.

— Tonitrus!

Молнии с обеих сторон столкнулись в воздухе. Заклинание Оливера было легко рассеяно заклинанием Милиган, которое продолжило движение к нему без потери мощности. Он стиснул зубы и прыгнул в сторону. Разница в силе была невообразимой.

— Хи-и-и-я!

В тот момент, когда Нанао вошла в зону ближнего боя, она яростно разрядила рассекающий удар. Милиган заблокировала его своим мечом, скользя назад почти на два дюйма от удара.

— Вижу. Да, очень впечатляюще. Теперь я понимаю, как тебе удалось сразиться с Гарудой лицом к лицу, — пробормотала она с восхищением. Очевидно, даже для нее фехтование Нанао было впечатляющим. Продолжая кружить вокруг слепого пятна глаза василиска, Нанао снова и снова наносила удары. Милиган с удовольствием блокировала их.

— О, какое захватывающее будущее тебя ждет. И все же, ты кажешься немного безрассудной для своих текущих навыков.

Участок пола поднялся. Это была техника школы Ланнофа, типа земли — Надгробие. В тот момент, когда Нанао сделала шаг, ее нога была заблокирована, и она упала вперед.

— Нгх!

— Flamma!

За секунду до того, как Милиган успела контратаковать, заклинание Оливера заставило ее отпрыгнуть назад. Ведьма кивнула в знак понимания.

— Такие точные вмешательства. Так что ты прикрываешь ее неспособность защищаться, да?

Ее выражение было за пределами простой уверенности, когда она улыбалась двум младшим студентам, сражавшимся изо всех сил. Для нее они были как очаровательные младенцы. Однако мальчик шагнул вперед, готовясь заставить ее пожалеть о ее излишней уверенности.

— Clypeus!

— Нгх...

Прямо перед тем, как он мог войти в дистанцию одного шага, одного заклинания, серая стена выросла между ними. Обычно это было защитное заклинание, чтобы защитить пользователя от заклинаний. Но на этом расстоянии оно было эффективно как способ заблокировать направление взгляда противника. Милиган быстро отступила, чтобы заметить его из-за укрытия, как он и ожидал

— Impetus!

Заклинание ветра разорвало стену, застав ее врасплох.

— Ха-ах!

Ей едва удалось уклониться влево, отбив остатки стены своим Атамом. Это было идеальное, мгновенное реагирование на внезапную атаку. Оливер стоял за своей рушащейся стеной, с мечом в руке, в то время как ведьма бросила на него одобрительный взгляд.

— Это был сюрприз. Так что ты призвал хрупкую защиту, чтобы...

Нанао снова вмешалась, не дожидаясь, пока она закончит, но Милиган легко заблокировала ее, продолжая.

— ...заставить меня отпрыгнуть назад, затем атаковать с её помощью? Играя на стандартной реакции на защитное заклинание, ты попытался совершить внезапную атаку. Какая мерзкая стратегия. Кто научил тебя этому?

Осознав, что она не оказывает на Милиган почти никакого давления, Нанао увеличила ярость своих атак. Она обрушила удары, как ураган, что вызвало кривую улыбку у Милиган.

— О, моя девочка, очень впечатляюще. Ты стала острее по сравнению с тем, что было раньше, — сказала она, снова применив Надгробие к ногам Нанао. Но она не была той, кого можно обмануть дважды одним и тем же трюком, Нанао изменила направление и избежала ловушки. И нанесла удар горизонтально, что Милиган снова заблокировала.

— О-о-о-х! — воскликнула Милиган в шоке. — Я впечатлена, что ты уже научилась справляться с этим. Настоящая дуэль с тобой доставила бы мне настоящие проблемы. Возможно, мне следует применить более магический подход!

Ее проклятый глаз вновь зафиксировался на Нанао, пока ты атаковала, заставив ее отступить. Это дало Милиган несколько секунд, которые она использовала, чтобы зафиксировать их обоих в своем поле зрения и произнести заклинание.

— Ну, давайте потанцуем! Tonitrus!

Стратегия Милиган мгновенно изменилась. В отличие от того, что было ранее, когда играла с ними, ведьма отпрыгнула назад, сохраняя дистанцию между ними, произнося заклинание за заклинанием.

— Что, нет контратаки? Не привыкла к битвам заклинаний, да?

Нанао прыгала от укрытия к укрытию, пытаясь приблизиться, в то время как Милиган продолжала удерживать ее на расстоянии заклинаниями. Оливер стиснул зубы. Ему было трудно ответить тем же, постоянно отдаляясь от Нанао, но заклинания ведьмы продолжали толкать их друг к другу. Раздражающее позиционирование говорило о богатстве опыта их противника в битве.

— Fragor!

В битве на расстоянии Оливер не был уверен, что сможет превзойти опытного старшекурсника. Вот почему он притворился, что целится прямо в Милиган, затем изменил направление прямо перед тем, как заклинание появилось. Взрывное заклинание взорвалось прямо рядом с ведьмой, над верстаком, покрытым колбами с различными растворами.

— М-м...

Колбы разбились, и чрезвычайно опасное содержимое брызнуло в направлении Милиган. Ты развернулась, быстро прикрыв свое тело мантией. Раствор шипел, стекая на пол и разъедая его. Ведьма улыбнулась.

— Ты никогда не позволяешь мне расслабиться, да? Почему бы тебе не ударить честно для разнообразия?

Она похвалила его саркастически, и Оливер стиснул зубы. Она была намного искуснее него. Все его внезапные атаки не могли даже остановить ее болтливый рот, не говоря уже о том, чтобы ранить.

— ...

Не останавливайся. Думай усерднее! Будь умнее! Будь хитрее! Что я могу использовать, чтобы убедиться, что мои заклинания попадают? Если я использую каждый трюк в книге, сможет ли меч Нанао пробить её?

— ...М-м?!

Пока Оливер пытался придумать новый план, он неожиданно услышал, как Нанао вскрикнула. Выходя из своих мыслей, Оливер повернулся и увидел, как девушку засасывает в то, что выглядело как ловушка муравьиного льва.

— Осторожно, скользко же. Flamma! — саркастически предупредила её Милиган, затем безжалостно выпустила заклинание. Она, должно быть, изменила пол с помощью магии, нацеливаясь на этот момент. Огонь охватил тело девушки, прежде чем Оливер успел даже попытаться помочь.

— Нанао!

Он повернул свой меч, чтобы произнести защитное заклинание, но прежде чем сделать это, фигура выпрыгнула из огненного ада.

— ...М-м?!

Девушка бросилась вперед, покрытая пламенем. Милиган, застигнутая врасплох, развернула свой меч, чтобы встретить нападающего. Ее униформа была опалена в некоторых местах, а тело обожжено повсюду, но это было удивительно мягко для того, чтобы принять на себя всю силу огненного заклинания. Ведьма скривила голову.

— Странно. Я могла бы поклясться, что это был прямой удар. Как ты все еще стоишь?

— Хи-и-и-я!

Вместо ответа Нанао взмахнула своим клинком. Милиган легко уклонилась, отпрыгнув назад, но ее противник не отступал, поэтому она произнесла другое заклинание.

— Impetus!

Она выпустила заклинание ветра с близкого расстояния. Резаки ветра неглубоко врезалось в конечности Нанао, разбрызгивая кровь повсюду. Прямой удар отрезал бы обе ее ноги, но Нанао направила кончик своего меча вперед.

— Ха! — и закрутила его, как закручивают ложку, когда зачерпывают мед, направляя ветер, чтобы он пронесся мимо нее. Полная сила врезалась в верстак, разрезая его пополам. Милиган, увидев это, уставилась в шоке.

— Я видела это, но все же... — пробормотала ведьма. Выражение ее лица было далеко не благоговейным, а скорее ошарашенным. Оливер мог понять это чувство слишком хорошо. На самом деле, он был в равной степени ошарашен.

— И все же, я все еще не понимаю. Боже... как ты это сделала? — спросила Милиган у Нанао, пытаясь перевести дыхание.

Оливер инстинктивно понял, что означало молчание Нанао — скорее всего, она сама не знала, что сделала.

— Ты не отменил мое заклинание с помощью противоположного элемента. Нет, скорее всего, это было что-то вроде плавного удара в стиле Кутца. Но я никогда не слышал о технике, способной отразить прямое попадание.

Оливер согласился с анализом ведьмы. Это был логический вывод. Добавление энергии к совместимому элементу преображало магию. Это было похоже на магию нарушения, которую он использовал против гаруды. Элементали и обычная магия могли быть легко манипулированы с использованием соответствующего вида энергии.

— ...

И все же, Оливеру нужно было наблюдать элементали гаруды в течение долгого времени, прежде чем он смог добиться этих результатов. Вот насколько сложно было синхронизироваться с магическими явлениями, производимыми другим существом. В случае с гарудой элементали постоянно окружали его, поэтому было достаточно возможностей для их наблюдения. Но если бы Оливеру нужно было сделать то же самое с заклинанием сразу после его произнесения, он бы сказал, что это невозможно. Отмена атаки противоположной магией была бы гораздо более реалистичной. Но Нанао сделала невозможное возможным. Скорее всего, в момент, когда ее меч коснулся магии противника, она инстинктивно подстроила свою элементальную совместимость и вмешалась в заклинание. Такая вещь не должна быть возможна, но это было единственное объяснение.

Оливер уставился на Нанао, забыв даже моргнуть. Наоборот, Нанао, не ведая о его шоке, улыбнулась с легким смущением.

— Мое тело все еще не может произвести даже искру... Но если заклинание вступает в контакт с моим мечом, я чувствую эту энергию внутри себя.

Пазлы быстро встали на свои места для Оливера. Да, это было именно так, как говорила Нанао — она была тщательно обучена контролировать энергию, протекающую через ее собственное тело. Так что именно это она и сделала. Используя свой меч, который был практически продолжением ее тела, она заблокировала заклинание противника и почувствовала его энергию. Затем она мгновенно адаптировалась к этой энергии и отправила ее в сторону, вероятно, бессознательно.

Дрожь пробежала по позвоночнику Оливера, когда его разум сложил все вместе. Какой невероятный талант — быть способной столкнуться с неизвестным заклинанием противника и подстроится под него!

Милиган, очевидно пришедшая к такому же выводу, повернулась к Нанао и медленно подняла свой меч.

— Мне любопытно увидеть, как далеко ты сможешь зайти. Как насчет этого? Fortis... (Могучее...)

В момент, когда он понял, что она произносит двойное заклинание, Оливер очнулся от своего оцепенения и бросился вперед, как пушечное ядро. О чем я размышляю? Судя по ожогам и порезам по всему телу Нанао, было ясно, что она еще не совершенствовала свою собственную технику. Он не мог сидеть сложа руки и позволять ей продолжать повторять это!

— Одолжи мне свой огонь! — резко крикнул он, встав плечом к плечу с Нанао. Он поднял свой меч, и она поняла.

— ...Flamma! — заревла Милиган. (...Пламя)

Двойное заклинание огненного шара устремилось к ним, его жар был достаточно силен, чтобы огоньки болотного газа над ними поблекли. Оно было намного сильнее, чем любое базовое заклинание

— Flamma!

— Flamma!

И все же, пламя, вырывающееся из их Атамов, сопротивлялось ему. Заклинание Нанао взорвалось в момент, когда покинуло кончик меча, и заклинание Оливера поглотило его, заставляя его усилиться. Вместе они изо всех сил отталкивали часть огненного ада ведьмы. Жар и пламя пронеслись мимо них — когда все закончилось, только Оливер, Нанао и небольшой участок земли вокруг них остались не обожженными.

— ...Преодолеть это с помощью конвергентной магии? Да ты шутишь! — воскликнула Милиган в радостном недоверии. Кто бы мог предсказать, что не так давно после начала обучения в академии двое первокурсников загонят ветерана, подобного ей, так далеко? — Пожалуйста, не возбуждай меня так. Я собиралась использовать вас двоих в качестве закуски перед тем, как начать с Аалто, но теперь я начинаю хотеть расчленить вас до последнего дюйма!

Холодная улыбка расползлась по лицу ведьмы. Ее правый глаз, наполненный любопытством ученого, сверкал еще более опасно, чем ее глаз василиска. Один этот взгляд был достаточен для Оливера, чтобы представить, что она сделала бы с ними, если бы их выносливость иссякла. Он произнес глушащий барьер с кончика своего клинка и прошептал в ухо своей спутнице.

— ...Нанао, ты, вероятно, уже поняла это, но...

— Действительно, она далеко за пределами нашей лиги.

Милиган играла с ними все это время. Они должны были быть слепыми, чтобы не заметить этого. В магических битвах, чем сильнее соперник, тем меньше времени у любой из сторон на что-либо, кроме как на произнесение заклинаний. И все же, перед ними Вера Милиган, болтающая без умолку. Она даже не показала им 20 процентов своей силы.

— Как бы мы ни старались, она просто будет продолжать играть с нами, пока ей не надоест. И мы находимся в ее мастерской, так что не можем рассчитывать на чью-либо помощь. Мы должны закончить это, пока еще можем сражаться.

— У тебя есть план? — спросила Нанао с надеждой.

Оливер быстро объяснил процесс.

— ...И на этом всё. Поняла?

— Идеально. Это будет захатывающе.

Так же, как и во время боя с Гарудой, Нанао смело согласилась.

Уголки рта Оливера изогнулись. Они были в такой отчаянной ситуации, но она никогда не менялась. Это было величайшим утешением.

— Если ты так говоришь, то мы не можем проиграть. Поехали!

— Хорошо!

Оливер дал сигнал, и Нанао повела, бросившись вперед. Позади нее он держал свой Атам на готове. Милиган, распознав их построение, заняла твердую стойку и приготовилась к контратаке.

— Хоп!

Но в тот момент, когда Нанао подошла к верстаку, ведьма осознала свою ошибку. Нанао прыгнула на стол и взлетела в воздух.

— Ох...?!

Атака с воздуха стала сюрпризом после того, как долго они сражались на земле. Оливер тайно наложил заклинание эластичности на стол, похожее на заклинание, которое Милиган использовала, чтобы смягчить землю. Нанао легко перелетела через голову ведьмы, приземлившись твердо позади нее.

— Flamma! Impetus! Tonitrus! (Пламя, ветер, молния)

В то же время Оливер выпустил серию различных заклинаний по разным траекториям: изгибающийся огненный шар, зигзагообразный клинок ветра и молнию, прямую как стрела. Милиган была ошеломлена. Сами заклинания не были особенно грозными, но разный угол и скорость каждого означали, что ей нужно было справляться с каждым по отдельности. Она не могла просто сдуть их все одним мощным заклинанием. Оливер был уверен, что это мат. На этом этапе разница в их магических способностях не имела значения. Один меч и два глаза — пока Милиган должна была играть по этим правилам, даже ведьма со змеиным глазом не могла бы заблокировать этот удар клещами.

— Ха-ха!

По крайней мере, так он думал.

Губы Милиган скривились в усмешке. В тот момент, когда он это увидел, по позвоночнику Оливера пробежала дрожь, предупреждая его, что его жизнь действительно в опасности. Этот план бросал на нее абсолютно все, что у них было. Но этот монстр воспринял это как должное, демонстрируя истинную улыбку мага.

Милиган подняла одну руку. Оба ее глаза и ее меч были направлены на Оливера, она протянула свою пустую левую руку к приближающейся Нанао. В этом движении не было смысла. Не могло быть. Даже величайший маг в мире не мог бы творить магию без палочки.

И как будто отрицая всю логику, ладонь ведьмы раскрылась, показывая глаз.

— А-а...

С того места, где он стоял, Оливер не мог видеть, что произошло. Но мог чувствовать это — он инстинктивно понял это. Видение невосполнимого поражения четко сформировалось в его уме. Как? Почему он не понял? Вспоминая первый раз, когда они встретились, у неё всегда был один глаз прикрыт, как будто говоря: "Здесь есть секрет". Если бы она пошла на все, чтобы скрыть свой глаз, то как маг, было естественно подозревать ее в обладании проклятым глазом. Вот почему он смог так быстро отреагировать, когда она впервые зафиксировала Нанао своим взглядом.

Любой мог бы это предсказать. Таким образом, это не могло быть козырем Веры Милиган. Истинный, ужасный секрет, который она хранила, должен был быть чем-то иным, а не левым глазом.

И Нанао мчалась прямо к нему, ничего не подозревая.

В ее левой руке был проклятый глаз — третий глаз, полностью выходящий за рамки человеческого понимания. И все же его существование имело такой совершенный смысл. Очевидно, что из одного тела василиска можно было извлечь два проклятых глаза. Если кому-то повезло выжить при трансплантации одного глаза, то не было причины, по которой их тело отвергло бы и второй. Тогда, конечно, мы поместим его в нее, должны были подумать ее родители. И все же, не было пользы в потере обоих человеческих глаз. Они все еще могли быть бесценны для их дочери в ее будущем как мага. В этом случае они имплантировали бы второй глаз василиска в другое место. Место, которое можно было бы скрыть от прохожих. Место, что которое можно прикрыть.

— Нгх...

Прямо перед тем, как войти в зону удара, Нанао поняла, что не доберется. Второй глаз василиска в левой руке Милиган зафиксировался на ней. В тот момент, когда она сделала еще один шаг, его проклятие сработало бы и превратило бы ее тело в камень.

Но она не могла и отступить. Она бросилась вперед с намерением закончить битву, и импульс был слишком велик, чтобы остановится на этом. Не было способа уклониться. Если она собиралась найти выход, то это должно случится с учетом всех этих фактов.

В таком случае, подумала Нанао, улыбаясь про себя, есть только один ответ — я должна заставить свой удар достичь ее.

Хватка на мече, расположенном у ее бока, ослабла. Она не могла быть жесткой, если хотела скорости. Нет — даже если бы она отпустила каждую последнюю йоту ненужного напряжения, ей все равно не хватило бы скорости. Ее враг — это демонический глаз, открывающийся на ладони Милиган, а также его невидимое проклятие. Если проклятие полагалось на свет для передачи, то можно было сказать, что оно двигалось со скоростью света.

Таким образом, решила Нанао, мой клинок должен стать быстрее, чем сам свет.

— Ху-у-у...

Она выпустила последний вздох, прежде чем шагнула в зону удара. Этот ритуал заточил ее внимание до максимума, и она стала единой со своим клинком. Как она могла взмахнуть своим мечом, чтобы победить свет? Нанао уже знала ответ. И она знала, как туда добраться, даже если не знала скорости света.

Она просто должна была разрезать то, что лежало перед ней, вернуть все препятствия эфиру.

И так она представила клинок, который мог разрезать бесформенное пространство, течение времени и все, что между ними. Ее видение было чрезвычайно наивным, но также безграничным. Законы природы запрещали это, но она даже не рассматривала это.

И родился новый клинок.

— Хм? — произнесла Милиган, чувствуя, что что-то не так. Азийская девушка была застывшей в поле зрения глаза ее левой руки, точно такая же, какой была после шага в зону удара. Конечно, так и было. Логика диктовала, что она не могла двигаться после того, как была поражена проклятием василиска на таком расстоянии.

И все же, что-то было не так. Это было просто чувство. Она не могла определить, что именно было не так, но что-то в этой сцене определенно было не так. Где-то появилось нечто, которое не должно было существовать. В момент, когда Милиган осознала это, она пришла к единственному, окончательному ответу.

Милиган предположила, что битва закончилась в тот момент, когда Нанао шагнула в зону удара. Видение из глаза ее руки подтверждало это. Но если это было правдой... Если то, о чём она думала, было реальностью...

Тогда почему ее удар завершен?

— Ах...

Часть её руки, от запястья и выше, упала на пол. В то же время, глаз в на этой руке больше не мог видеть, ,ведь он был отрезан. Глаз, отделенный от нервов, даже мистический, не может сказать мозгу ничего.

Неохотно она повернула голову и свои оставшиеся два глаза в сторону. Это оставило ее беззащитной против мальчика, но это больше не было проблемой для нее. Она просто хотела увидеть своими глазами последнюю сцену своей жизни — узреть образ успешного удара той девушки в свои глаза.

— Ты... что ты только что...

Милиган не смогла закончить свой вопрос.

Жар от крови, хлынувшей из ее шеи, и странное чувство удовольствия охватило ее, когда сознание погрузилось в темноту.

Нанао наблюдала, как тело Милиган рухнуло с глухим стуком, затем вложила свой меч в ножны и молча повернулась. Оливер, забыв опустить свой Атам, просто смотрел на нее в молчании.

— Победа за нами, Оливер! — невинно провозгласила Нанао и подбежала к нему, быстро оказавшись прямо перед ним. Каким-то образом это помогло запустить его мозг, но он едва смог выдавить ответ:

— ...Нанао, что ты только что...

— Мм? В чем дело? — спросила она, выглядя смущенной. Тогда Оливер осознал — снова, она не осознавала, что сделала. С другой стороны, Оливер понял полностью. Он понял настолько хорошо, что перешел от дрожи в восхищении к сомнению в своей собственной вменяемости.

Вопрос был в том, как эта девушка обеспечила победу перед козырем ведьмы, проклятым глазом в ее левой руке? Ответ: Она разрезала ведьму — вместе со временем и пространством. Все, что она воспринимала как препятствие между ней и ее врагом, даже концепцию расстояния, она разрезала так быстро, что даже опередила свет. Конечно, Оливер не видел этого. Он мог только анализировать результаты и делать предположения на основе того, что имело смысл, и все это привело к этому выводу.

— ...

На самом деле, потребовалось бы немного времени, чтобы эффект проклятого глаза начал действовать. У всех была разная степень сопротивления, поэтому было несколько редких способов, которыми она могла бы разрезать его, шагнув в зону удара. Это было сильное оружие, безусловно, но оно определенно не делало пользователя неуязвимым.

Удар Нанао, с другой стороны, был другим. Пока ее цель находилась в пределах досягаемости меча, не существовало метода сопротивления ее удару. Даже использование искусства меча не помогло бы сильно. Как можно было бы надеяться бороться против техники, которая нанесла удар, как только вы оказывались в пределах досягаемости?

Абсолютная техника, завершающая бой, как только используется — в мире искусства меча это было известно как Разящий клинок. И техника, которую только что использовала Нанао, была, вне всякого сомнения, одной из них. И это не было ни одним из шести известных Разящих клинков.

Другими словами — седьмой Разящий клинок клинок.

Эта техника, все еще не имеющая названия, могла быть выполнена только одной девушкой.

— ...

Оливер не знал, как донести это до нее. Она только недавно стала магом. Как правильно это выразить? Ответ пришел к нему достаточно быстро: это не было чем-то, что он мог бы решить немедленно, и не было хорошей идеей решать это прямо здесь и сейчас. Он глубоко вздохнул, сделал паузу на мгновение и повернулся к Нанао.

— ...Нет, мы можем поговорить об этом позже. Давай просто вернем Кэти в академию.

— Согласна. Но что насчет нее? — спросила Нанао, ее глаза устремлены на Милиган, девушку, которую она только что сразила. Море крови лилось из ее шеи и отрезанной руки.

Оливер осторожно подошел к ведьме и осмотрел ее.

— ...Единственные порезы — на ее правой руке и на левой стороне шеи.

— Мм, я пощадила ее. Она не хотела убивать меня, в конце концов, — сказала Нанао почтительно.

Оливер кивнул. Он не хотел представлять ужасы, которые их могли ждать после поражения. Если подумать, он сомневался, что они бы умерли. Даже во время боя Милиган сохраняла свою позицию как их старшая. Она, возможно, хотела бы проанализировать их мозги после того, как увидела проявление их таланта, но никогда бы не подумала убить их.

С учетом этого, Оливер направил свой Атам на ведьму и произнес слабое лечебное заклинание, просто чтобы остановить кровотечение.

— ...С ней теперь все будет в порядке. Вероятно, проснется через несколько часов. Помнишь, как никто не умер от нападения Гаруды? Магов невероятно трудно убить.

Завершив заклинание, Оливер отошел от тела Милиган.

Нанао кивнула с удовлетворением, затем вдруг вспомнила что-то и повернулась к нему.

— О, Оливер!

— ...?

Он посмотрел на нее.

Усталость распространилась по ее лицу, Нанао нанесла свой последний удар:

— О, моя награда. Я ожидаю поцелуя на этот раз.

Когда Оливер вспоминал этот инцидент позже, то утверждал, что это было намного страшнее, чем битва со старшим.