Прошло шесть месяцев с начала учебного года, и, естественно, в каждом классе началось расслоение. Опытные ученики, конечно, опережали неопытных, но даже среди тех, кто начал учиться одновременно, стала появляться разница. Это было особенно заметно в тех предметах, где ученики вынуждены были напрямую конкурировать друг с другом.

— Хьях!

— Увах!

Энтузиазм двух учеников наполнил большую комнату. Их одноклассники образовали круг вокруг них и наблюдали, как Гай смело наносит удар по виску своему противнику. Гарланд, судья, поднял руку.

— Один балл. Матч окончен. Мистер Гринвуд, вы показываете некоторый талант, но, кажется, вы относитесь к мечу скорее как к дубине.

— Да, сэр. Извините, я вырос в суровых условиях.

— Нет, я аплодирую вашей быстрой решительности. Это намного лучше, чем постоянно держать хвост поджатым. Но если вы не усовершенствуете свою технику, боюсь, у вас никогда не будет шанса против старшеклассника. Не позволяйте этой победе удовлетворить вас. Я предлагаю вам поработать над своей техникой как можно скорее.

Гай кивнул. Затем Гарланд перевел свое внимание на соперника Гая.

— Если бы вы разгадали эту грубую технику, мистер Мартин, у вас был бы хороший шанс на победу. Играть в обороне — не плохая идея, но как только вы позволяете давлению одолеть вас, этот шанс исчезает. Наберитесь опыта — так вы обретете уверенность.

— Да, сэр...

Ученик по имени Мартин с раздражением посмотрел себе под ноги.

Учитель фехтования ободряюще улыбнулся, затем заговорил снова.

— Хорошо, следующий. Мистер Хьюз и мистер Рестон, шаг вперед.

— Да, сэр!

— Д-д-да, сэр!

Два ученика вышли вперед. Лицо мальчика в очках было напряжено от волнения. Оливер наблюдал за ним с трибун. Это менее чем идеально. У него есть прогресс, но он все еще немного слишком нервный.

— Начинайте!

Почти сразу после сигнала Гарланда Пит бросился вперед. О нет, подумал Оливер. Действия Пита слишком явно показывали его цель.

— Дьях!

Они столкнулись, и Пит парировал атаку соперника. Затем он перешел в атаку. Это была базовая комбинация фехтования. И благодаря усердной практике Пита, его движения были быстрыми и резкими.

— ...Увах?!

К сожалению, он был так сосредоточен на своей атаке, что не смотрел под ноги. Надгробие выросло под ногами Пита, и он упал вперед. Когда он встал, смущенный, Атам соперника уже был направлен на него.

— Один балл. Матч окончен. Я ценю вашу наступательную позицию, мистер Рестон, но, кажется, ваши усилия были скорее напрасны. Не торопитесь в бою. Расширьте свое видение.

Гарланд дал свой совет на основе результатов матча. После того как он закончил инструктировать Пита, он обратился к противоположному ученику.

— Отличная работа, мистер Хьюз, вы прочитали начальную агрессию вашего соперника и использовали Надгробие. Но помните: не смотрите на землю. Если бы мистер Рестон был более собранным, он бы заметил ваш трюк. Практикуйте свою пространственную магию так, чтобы вы могли активировать свою магию, не отводя взгляда.

— Да, сэр.

Мальчик по имени Хьюз кивнул и вышел с арены. Его друг хлопнул его по спине и сказал:

— Без проблем, да?

— Победой над заучкой из немагической семьи не стоит хвалиться — ответил Хьюз.

— ...! — Плечи Пита дернулись.

В отличие от тех, кто насмехался над Кэти, эти два ученика не имели в виду ничего плохого. Хьюз не пытался унизить своего соперника — он просто честно болтал с другом. Это сделало боль Пита ещё сильнее. Он даже не стоил того, чтобы над ним издевались — другими словами, он никогда не был на радаре своего соперника.

— Я хочу тренироваться больше!

Не в силах дождаться перерыва на обед, Пит собрал своих друзей и выпалил эти слова, как только закончился урок. Оливер и другие были ошеломлены, но Пит продолжал.

— Я пытался тренироваться самостоятельно, но разрыв между мной и остальными продолжает увеличиваться. Я знаю, что это несбыточная мечта — попытаться победить кого-то более опытного, но я не могу терпеть, когда надо мной насмехаются те, кто начал учиться в то же время, что и я.

Пит стиснул зубы. Оливер чувствовал, что это так. Пит всегда слушал инструкции Гарланда с наибольшей интенсивностью, и он никогда не ослаблял практику. И все же, казалось, что все остальные оставляют его в пыли. Неудивительно, что он был так разочарован.

— На следующем уроке мы наконец начнем включать заклинания в наши дуэли. Если я не могу победить даже с одним мечом, как я буду справляться тогда? Если я не сделаю что-нибудь сейчас, я останусь слабым навсегда.

Он посмотрел вниз, подавленный. Оливер и Чела кивнули в унисон.

— Я понял, что у тебя проблемы. Если ты хочешь повысить свои навыки, то, конечно, я помогу тебе.

— Действительно. Я рада, что ты обратился к нам за этим, Пит. Не волнуйся: я возьму на себя личное обучение тебя в отличного фехтовальщика в стиле Ризетт — пообещала Чела с решительным блеском в глазах.

Оливер нахмурился.

— Мм? Подожди минутку, Чела. Учитывая прошлые уроки, не должен ли Пит продолжать обучаться в стиле Ланофф?

— Но это же и вызывает у него проблемы, не так ли? Ему следует изучить другие стили на раннем этапе, чтобы увидеть, подходят ли они ему лучше.

— У тебя есть точка зрения... Но судя по сегодняшнему уроку, техника Пита не на том уровне, где мы можем определить, что ему подходит. Ему следует избегать любых легких путей. Если он изучит стиль Ризетт, не освоив основы, техники, которые он изучил до сих пор, только обернутся против него и запутают его.

— Я не согласна. На самом деле, я считаю, что текущая программа для новичков слишком предвзята к стилю Ланофф. И если я могу быть настолько смелой... эта политика обучения всех только стилю Ланофф, игнорируя их личные особенности, подобна умственному застою, смертному греху для магов.

Жаркие дебаты кружили между ними, оставляя Пита в середине. Кэти и Гай обменялись неловкими улыбками.

— Ну вот, опять... — простонала Кэти.

— Да — согласился Гай. — Смотри, Нанао. Это здесь классический спор, который можно услышать от магов. Это один из трех великих споров магического общества: какой из трех основных стилей лучший?

Нанао, уроженец Айзии, наклонилась вперед с увлечением после этого объяснения. Дебаты Оливера и Челы накалялись, и они не обращали внимания на то, что все смотрят на них.

— Ты не можешь сказать, что это безусловно верно, — возразил Оливер. — Для новичков самое важное — это крепко усвоить основы. Если они начнут с наступательно ориентированного стиля Ризетт — это просто приведет их к более агрессивному подходу. Это может привести к большему количеству побед на раннем этапе, но легко быть обманутым стилем, который полагается на азарт. Таким образом, вполне возможно упустить большие недостатки в своей технике.

— Это проблема учителя, а не стиля — возразила Чела. — Кроме того, разве Пит не ищет ощутимое чувство улучшения, а не крепкое обучение? Чем дольше он будет без победы, тем больше вероятность, что он выгорит, прежде чем даже освоит основы.

Они спорили с равной яростью, и конца не было видно. Пока они продолжали, азийская девушка пробормотала себе под нос:

— ...Возможно, если не удастся прийти к выводу, мы должны разделить разницу, и я научу Пита...

— Ни за что!

— Абсолютно нет!

Оливер и Чела отвергли ее в полном единодушии, как будто они не спорили всего несколько секунд назад. Не было никаких споров: фехтование Нанао не могло быть скопировано кем-либо еще.

— Я понимаю, что вы оба говорите. Так почему бы вам не поочередно давать уроки? — предложила Кэти.

— Чела может научить его нападению, а Оливер может научить его защите. Почему бы не разделить работу таким образом? — добавил Гай.

Ни один из них не мог стоять в стороне и наблюдать за этим больше. Оливер, осознав свою собственную незрелость, кашлянул.

— Если мы можем решить направление заранее, я не против. Я согласен, Чела — это чувство улучшения важно. В некотором смысле, это хорошее время, так как мы скоро начнем включать заклинания.

Чела молча кивнула в знак согласия. Оливер повернулся обратно к Питу.

— Пит. То, что я собираюсь научить тебя сейчас, это способ победить в магической дуэли, не полагаясь ни на один стиль фехтования.

— Хм...?

Не понимая, что говорит Оливер, Пит был явно смущен.

Оливер продолжил.

— Как победить победы в дуэли с мечом и заклинаниями?

Пит подумал минуту, затем дал свой лучший ответ.

— ...Превзойдя своего противника техниками фехтования?

— Да, это один из способов. Что-нибудь еще?

— ...Заклинаниями?

— Это второй способ. Что-нибудь еще?

Он повторил вопрос, но Пит не мог придумать ответ. Тогда Оливер приблизился к сути своей речи.

— Есть третий способ победить в магической дуэли, помимо двух, которые ты назвал. Достань свой Атам.

Оливер тоже достал свой и встал напротив Пита. Они были близко, на расстоянии около пяти футов друг от друга. Еще раз Оливер задал ему вопрос.

— Что бы ты сделал на таком расстоянии?

— ...Атаковать своим клинком.

Оливер кивнул на этот ответ, затем сделал шесть шагов назад.

— Тогда что насчет этого расстояния?

— Конечно, бросить заклинание, — мгновенно ответил Пит. Если его противник был вне досягаемости его меча, то как маг, это был естественный ответ.

Оливер снова кивнул, затем сделал несколько шагов вперед.

— А как насчет этого расстояния?

— ...!

На этот раз Пит не ответил так быстро. На первый взгляд, это было очень неудобное расстояние — оно было слишком широким, чтобы считаться в пределах одного шага, одного заклинания, которому их учили. И все же оно не было настолько широким, чтобы гарантировать попадание заклинания с одной интонацией. Любая атака встретит быстрый контратаку.

— Представь, что мы находимся в середине дуэли, и ты атакуешь меня с этой позиции. Будь серьёзным — проинструктировал Оливер.

После небольшого колебания Пит вытащил свой Атам с убежденностью.

— Tonitru...?!

Его заклинание было прервано на последнем слоге острием меча, направленным прямо ему в горло. Он не мог сказать больше. Оливер отошел от безмолвного мальчика и вложил свой меч в ножны.

— Понял, Пит? Только что ты не соревновался и не проиграл в технике фехтования. Твои заклинания также не оказались недостаточными. У тебя не было времени выполнить ни то, ни другое.

— .....

— Другими словами, это третий метод победы: сторона, которая понимает границы поля боя, является победителем. Ты можешь увидеть это довольно часто в реальных боях.

Расстояние в один шаг, одно заклинание было легкой фразой, но не было официального измерения для этого расстояния. Оно менялось в зависимости от скорости каждого человека, длины их рук и мечей, и даже от их поз. В этом случае скорость Оливера означала, что он был быстрее, чем способность Пита предсказать его следующий ход, благодаря его технике Ланофф.

— Во всех магических дуэлях можно сказать, что понимание дистанции является как базовым навыком, так и секретной техникой. В тот момент, когда ты ошибаетешься в расчете дистанции в один шаг, одно заклинание, даже эксперт становится уязвимым для смертельного удара. С другой стороны, если ты нацеливаешься и успешно читаешь эту дистанцию, то это будет твоим билетом к победе. Это та же логика, которая заставила Баддервелла, известного своим быстрым колдовством, проиграть.

— ...

— Я не прошу тебя идеально рассчитывать эту дистанцию каждый раз. Этот навык — вечная тема магических дуэлей, и, очевидно, я тоже не совершенен в этом. Но есть огромная разница между теми, кто осознает это, и теми, кто нет. Понял? Если столкнешься с кем-то, кого не способен победить в фехтовании или заклинаниях, стремление к этому открытию даст вам шанс на победу.

— ...!

Выражение Пита изменилось, как только части сложились в единое целое.

Оливер улыбнулся, затем продолжил.

— Именно этому я буду тебя учить. Некоторые люди называют это танцем на границе. Это будет нелегко, но если освоить его, я обещаю, что это будет мощным оружием. Тебя устраивает?

Пит мгновенно кивнул. Он умолял Оливера повторить, чтобы набрать как можно больше опыта до их следующего урока. Они вытащили свои мечи, когда их внимание привлек отстраненный голос.

— Что это? Еще больше окольных методов, а?

Испуганный, Пит обернулся. Его взгляд упал на вход в класс, где одинокий мальчик прислонился к двери. Не было никаких сомнений в его уникальном акценте и худощавом телосложении.

— Мистер Росси...?

Оливер обратился к новоприбывшему с подозрением.

Вместо того чтобы дать легкий знак в ответ, Росси заговорил снова.

— Я все слышал. Наш друг в очках хочет быть сильным, не так ли?

— ...

— Тогда я научу тебя. Мой способ намного быстрее. Не такой придирчивый. Хочешь учиться у меня?

Он поманил Пита рукой. Оливер и Чела быстро встали перед ним, блокируя путь.

— ...Вы прерываете наше занятие. Пожалуйста, оставьте свои приглашения при себе.

— Действительно. Я не одобряю подслушивание, мистер Росси.

Они оттолкнули Росси назад своими резкими взглядами и предупреждениями.

Росси просто рассмеялся.

— Какие хорошие у тебя друзья, всегда стоят на страже. Ну а чего хотите вы, мой друг?

— ...

— Чувствуется приятно, да? Защищенный как принцесса, оставляя всю опасность другим. Так повезло быть благословленным такими добрыми друзьями сразу после начала учебы в большой, страшной академии. Но ты действительно думаешь, что такой человек может когда-либо стать по-настоящему сильным?

Пит просто стоял там, потеряв дар речи.

Оливер, стоящий перед ним, понизил голос до рычания.

— Воздержитесь от своих провокаций. Или вы хотите, чтобы я забрал ваш медальон здесь и сейчас, мистер Росси?

Его слова были пропитаны ядом. Если бы они действительно дошли до драки, ему бы это не помешало. Кэти и другие напряглись, чувствуя, что вот-вот начнется драка. Но Росси поднял руки и отпустил это.

— Ха-ха! Спасибо, но нет. Я опоздаю на урок. Увидимся, мой друг в очках. Если ты когда-нибудь передумаешь, ты знаешь, где меня найти, да?

Он сказал это небрежно, прежде чем повернуться и уйти.

Тишина вернулась в пустую классную комнату, оставив друзей со своими мыслями.

Вторжение Росси сбило их с толку, но было правдой, что урок вот-вот начнется. Они выбежали из здания и направились к рабочему месту на открытом воздухе. Они собрались вокруг последнего оставшегося верстака, и несколько секунд спустя появился преподаватель магической биологии. В классе царило особое напряжение.

— Сегодня вы узнаете о феях. Ну, я говорю феи, но это очень широкий термин.

Ванесса Олдисс указала на прямоугольный барьер, установленный позади нее. Внутри стекловидной структуры были гуманоидные существа с полупрозрачными крыльями, жужжащими повсюду. Их было слишком много, чтобы сосчитать.

— С точки зрения видов, они так же разнообразны, как птицы. В эту категорию входят существа от воробьев до грифов. По размеру феи варьируются от едва видимых невооруженным глазом до почти двадцати дюймов.

Она постучала по барьеру тыльной стороной руки, говоря. Феи, казалось, не реагировали, что быстро дало Оливеру понять, какой это барьер. Скорее всего, это был односторонний барьер, построенный для того, чтобы люди могли наблюдать за плененными существами снаружи.

— Большинство фей также имеют гуманоидную форму. И все же, крошечные полулюди, известные как пигмеи, классифицируются иначе, несмотря на так много сходств между ними. Кто-нибудь может сказать мне, почему? Мисс Аалто, любительница полулюдей?

Ванесса выделила кудрявую девушку с очевидным насмешливым намерением.

Кэти ответила ей скованно.

— ...Это потому, что структура их тел совершенно другая. Самое большое отличие в том, что у фей нет "мозгов". Нейронная сеть, исходящая из их тела, действует как замена, но их когнитивные способности сильно отличаются от человеческих. Говорят, что их чувство "я" очень слабое, и они больше похожи на пчел или муравьев.

Она дала свой ответ без запинки, и преподаватель изобразил фальшивое удивление.

— Какой сюрприз! У вас достаточно смысла, чтобы отделить эмоции от реальности. В любом случае, она права. Они могут выглядеть как люди, но их внутренности и структура совершенно другие. Это совершенно очевидно, как только вы их препарируете.

Ванесса пожала плечами, затем повернулась обратно к ученикам.

— Каждый год я делаю точку в том, чтобы учить первокурсников о феях. Дать вам немного вкус страха. Все же, они чертовски милые, не так ли?

Ни один из учеников не принял это утверждение слепо. Всего за шесть коротких месяцев они быстро узнали, что этот преподаватель не любит живых существ вообще.

— Большинство фей привлекательны для глаза. Но это не совпадение. Милота — это законная тактика выживания. Она застает вас врасплох, заставляет заботиться о них безоговорочно — огромное эволюционное преимущество. Как защитный механизм против хищников, это иногда может быть даже более эффективно, чем яд или быстрые рефлексы.

Оливер кивнул в знак согласия. Было довольно много магических существ, которые использовали "милоту" как оружие. Более развитые могли наложить версию чар и даже подчинить других существ своей воле.

— Эти маленькие ребята эволюционировали в эти формы намеренно. Но одной милоты недостаточно. Если вам удается избежать того, чтобы быть съеденным, то вам нужно найти еду для себя. Другими словами, у них также есть хищная сторона. Это то, что вы увидите сегодня.

Ванесса оскалилась, обнажив клыки, и вытащила клетку из-под ближайшего верстака. Внутри был живой кролик. Она открыла клетку и силой схватила его за уши, затем бросила в барьер. Очевидно, это не был тот тип барьера, который предотвращал попадание вещей снаружи, поэтому кролик без труда упал в середину множества фей.

Рой, почувствовав присутствие нового существа, мгновенно начал меняться. Их пальцы на ногах и руках стали острыми — клыки проросли из их широких ртов — и биение их крыльев достигло лихорадочного пика. Их милый вид исчез мгновенно. Поддавшись инстинктам, феи напали на кролика.

— Впечатляющее изменение, да? Это то, что называется Грегариозной фазой. При правильных условиях и когда плотность населения их среды обитания превышает определенное значение, этот аспект проявляется. Они отказываются от своих милых внешностей в пользу хищных форм, специализированных для успешной охоты. В таком состоянии они нападут даже на человека.

---

Грегариозная фаза - фаза, в которой саранча переходит от одиночного образа жизни к объединению в большие группы (рои). 

---

Орда фей нарезала и чавкала беззащитного кролика. Ученики молча глотали, наблюдая его последние моменты. Это было слишком ужасное зрелище, чтобы называть его работой природы.

— Ничего шокирующего. Вы все такие же, не так ли? Вы чувствуете себя сильнее, чем есть на самом деле, в группах, и когда чувствуете угрозу, делаете все возможное, чтобы выжить. Это невероятно естественно для живых существ. Потому что...

Она остановила свою речь и развела руки перед барьером. Ученики напряглись, не зная, что она собирается сделать. В следующий момент ее руки начали трещать и трансформироваться. Ее кожа расширилась от давления, обнажая зловещую физическую форму. Из ее рук выросли длинные когти, сросшиеся с пальцами.

— ...!

Знакомое зрелище заставило все волосы Оливера встать дыбом. Мгновенно, быстрее, чем мог увидеть обычный первокурсник, Ванесса взмахнула руками — и с этим феи, роившиеся вокруг кролика, были изрублены на тысячи мясистых кусочков и разбросаны вокруг барьера.

— ...вы все должны понимать, что произойдет, если потерпите неудачу. Все работают в полную силу, потому что их жизни зависят от этого. Таким образом, миллионы существ накапливают множество различных методов выживания в своей генеалогии. А разгадывание этого является смыслом существования магической биологии.

Ванесса продолжила с того места, где остановилась, демонстрируя ученикам свои странные, окровавленные руки. Вонь крови и внутренностей придала ее словам жестокий реализм.

— Есть много милых существ. Но нет ни одного, которое было бы просто милым, без каких-либо условий. Не относитесь легкомысленно к этим существам, ребята. Если не хотите умереть, то вкладывайте все свои силы в их изучение. Для беспомощных детей, таких как вы, это то, для чего стоит жить сейчас.

Когда урок закончился, друзья направились в столовую. Гнев Кэти был безграничен.

— О боже! Что не так с этим преподавателем?! — закричала она, не заботясь о том, что все смотрят, и яростно впилась в свой пирог. Ни один из ее пяти друзей не пытался успокоить девочку. Было бы более тревожно, если бы она не впала в ярость.

— Давайте скажем, ради аргумента, что у нее была законная точка зрения под всей этой чепухой. Но зачем ей нужно было кормить фей живым кроликом и затем приступить к их резне?! Она могла бы просто все объяснить словами! Она просто хотела напугать нас!

— ...Это было интенсивно, да. Не очень хочется есть сейчас. Правильно, Нанао...?

— Мм?

Гай играл своей вилкой в воздухе, затем посмотрел на Нанао, чтобы увидеть ее щеки, набитые едой.

Он усмехнулся и покачал головой.

— ...Нет, не обращай внимания. Ты по-прежнему крепкий орешек, девчонка.

— У меня тоже есть аппетит! Гай, я беру это!

Увидев, что ее друг не чувствует голода, Кэти украла мясной рулет с его тарелки.

— Эй, куда! Мой мясной рулет...!

Осознав опасность, в которую он себя поставил, Гай снова начал есть.

Чела рассмеялась.

— Вы все стали намного сильнее со времён поступления. У вас есть планы на этот день? У нас есть время посетить некоторые клубы.

Группа обменялась взглядами.

— Я хочу увидеть метло-спорт своими глазами. Это был бы хороший шанс применить моего нового партнера.

— Тебя очень ждут там, Нанао. Я пойду вместе с тобой.

— Мм? Ты хорошо летаешь, Чела?

— Я уверена в своих навыках, но буду просто наблюдать. Мне не терпится увидеть, как изменится метло-спорт, когда ты вступишь в клуб.

Ее глаза сверкали в предвкушении.

Рядом с ней Пит тыкал в свой пудинг.

— ...Я буду искать клуб, связанный с алхимией, — сказал он. — Это поможет мне подготовиться к занятиям, и я слышал, что у них много студентов из немагических семей, так что они должны быть немного дружелюбнее.

— Хорошая идея, — сказал Оливер. — В алхимии усилия почти напрямую связаны с результатами. Я думаю, это идеально для тебя.

Он улыбнулся и кивнул Питу.

Гай откинулся на стуле и задумался.

— Я уже проверил клубы садоводства, так что тоже пойду смотреть на Нанао. Как насчет тебя, Кэти?

— У меня целый список. Сначала я проверю Общество Исследований Полулюдей, а затем, конечно, Клуб Магических Существ. О, и есть куча групп, связанных с гражданскими правами...

Кэти перечислила больше клубов, чем могла сосчитать на пальцах.

Гай покачал головой с досадой.

— Значит, ты тоже пойдешь одна. А ты, Оливер?

— Мм...

Оливер почувствовал, что взгляды всех присутствующих устремлены на него, и посмотрел на кого-то определённого. Как и ожидалось глаза Нанао полны надежды.

В конце концов, все, кроме Пита и Кэти, пошли проверить клуб Метло-спорта. На территории кампуса было четыре тренировочных поля — по одному для ежедневных тренировок каждой из четырех официальных академических команд. Компания решила посетить поле команды "Дикие Гуси".

— Оххх! Девушка-самурай, ты пришла!

Некоторые старшеклассники, мальчик и девочка, заметили группу с воздуха и приземлились с восторгом.

Азийская девушка вышла вперед, чтобы поблагодарить их за приветствие.

— Меня зовут Нанао Хибия. Могу ли я иметь честь наблюдать за вашей тренировкой?

— Мы бы не посмели тебе отказать! Пошли! Бери своих друзей!

Девушка обогнула группу и подтолкнула их к тренировочному полю. Усадив их на скамейку для наблюдений, она помахала своим товарищам по команде и дала им знак. Затем мальчик продолжил объяснять.

— Позвольте мне начать с краткого обзора. Любой спорт, который включает метлы, считается частью "Метло-спорта". В этой категории есть три основных типа игр, известных как Большая Тройка.

Мальчик говорил так, как будто делал это тысячу раз. Одновременно по всему полю начали подниматься большие кольца. Игроки также отправились в путь, кружа по эллиптическому полю на высокой скорости на своих длинных метлах.

— Первая - это групповая полоса препятствий! Плавающие кольца — это трасса, и вы должны пролететь через них в определённом порядке, иначе будете дисквалифицированы. Кроме того, чем быстрее, тем лучше!

За спиной рассказчика команда дала демонстрацию. Затем девушка толкнула его сзади и наклонилась вперед.

— Вторая - это дуэль один на один между двумя людьми, маневрирующими в форме восьмёрки! — сказала она. — В этой дуэли вы получите несколько грубых столкновений. Игроки используют специальные клюшки, чтобы сбить друг друга с ног, так что это кажется простым делом, но на самом деле это очень увлекательно!

Пока она объясняла, двое игроков отделились от группы, кружившей по полю. Они стояли друг против друга с противоположных концов, затем летели дугами навстречу друг другу, поднимаясь высоко. Они вытащили свое оружие из поясов, затем устремились к земле, едва избегая столкновения. Раздался тяжелый звук столкновения клюшек, и Нанао закричала.

— Ого! Они сражаются в воздухе?!

— Захватывающе, не так ли? Это настоящий Метло-спорт! — присоединилась к восторгам Чела.

Воодушевленная, старшая девушка возобновила свою речь.

— И наконец третье - звезда Метло-спорта и любимый всеми вид: командные бои!

Игроки разделились на две команды, собрали формации и встали друг против друга. Они пристально смотрели друг на друга несколько секунд, а затем столкнулись лоб в лоб. С клюшками в обеих руках игроки пытались сбить противоположную команду с метел. Казалось, что там происходит настоящая битва.

— Самое быстрое объяснение — это как второй тип, но с командами по тринадцать человек! — добавил мальчик. — Есть куча детальных правил, но главная точка — если вы сбиваете лидера врага, вы побеждаете. Бейтесь, бейтесь!

Он закричал и подбадривал, а девушка снова оттолкнула его.

— Жестокий, но красивый. Это девиз Метло-спорта. Здесь жестокость — это красота, а боевой дух — это все! Так что если вы готовы, я бы хотела...

— Уа-а?!

Как раз когда ее объяснение подходило к концу, кто-то сверху закричал. Один из игроков врезался в другого, сбив его с метлы. Они стремительно падали на землю, как будто стремились утонуть в ней...

— Elletardus!

Как раз когда они собирались приземлиться на траву, Оливер вскочил со скамейки и произнес заклинание, чтобы остановить их движение, мягко опуская их на землю. Поле затихло. Все еще держа свой жезл, Оливер почувствовал себя немного неловко.

— Извините. Просто казалось, что они падают слишком быстро...

Он не мог просто сидеть сложа руки и ничего не делать. Он попытался извиниться снова, но девушка хлопнула его по плечу.

— ...Не хочешь стать ловцом?

— А?

— У тебя хорошие глаза. Как ты сказал, то падение могло стать ужасным. Трава может удержать обычное падение, но ускоренное, как то, могло закончится тяжелыми травмами. Люди, которые предотвращают это, называются ловцами. Они ждут на земле и ловят падающих игроков.

Девушка указала на ученика, которого спас Оливер, чтобы подкрепить свою точку зрения. Оливер был в недоумении.

— Они отвечают за нашу безопасность и также известны как столпы нашего спорта. Они очень важны для спортивного полета. Ваши заклинания должны быть точными, конечно, но вы также должны уметь предсказывать движения игроков — именно так, как вы это сделали. Ни один из наших ловцов не отреагировал вовремя, но вы успели. У вас есть талант.

— ...Нет, я просто оказался в нужном месте...

— Или вы можете присоединиться к клубу в качестве игрока. Практикуйтесь изо всех сил и попробуйте стать стартовым игроком, или просто расслабьтесь и наслаждайтесь играми. Любое из этого подойдет! Единственное, что нам всегда нужны ловцы для обеих сторон. Было бы огромной помощью, если бы вы могли занять эту роль. Я была бы в вашем долгу!

— ...Я подумаю об этом.

Все, что Оливер мог сделать, это предложить это в ответ на ее страсть и настойчивость.

— Жду ответа "да"! — ответила девушка, затем повернулась и побежала на поле, чтобы проверить травмы упавшего ученика.

— Это может быть хорошей идеей, — пробормотала Чела.

— Чела?

— Вспоминая урок полета, я действительно думаю, что Нанао, вероятно, будет довольно безрассудна в своем полете. Я легко могу представить, как скоро она упадёт во время практики... Фактически, я знаю, что это случится. Но если бы ты был там, Оливер, я уверена, что ты можешь стать отличной поддержкой.

— О, воистину, я согласна! — Нанао хлопнула в ладоши при этой идее.

Оливер инстинктивно сжал лоб.

— ...Ты хочешь, чтобы я вступил в клуб и стал личным ловцом Нанао?

— Только если ты хочешь, конечно. Но у тебя так много таланта. Это, безусловно, было бы исполнением желаний.

Чела улыбнулась слабо, и Оливер вздохнул. Он не мог сразу отвергнуть это как глупую идею, что означало, что он уже проиграл половину битвы.

Члены, которые не стремились стать стартовыми игроками, могли свободно участвовать в клубе, как им заблагорассудится, и они могли выйти, когда захотят. Оливер обдумывал это в своей комнате в общежитии после долгого дня.

— ...

Правда заключалась в том, что он хотел подождать с решением о вступлении до тех пор, пока не посетит три другие команды. Но самое главное было то, должен ли он вступить вместе с Нанао или нет. Она тянула его то туда, то сюда с тех пор, как он поступил в Кимберли, к лучшему или худшему. Была ли это действительно хорошая идея — расширять эти отношения на клубы?

— ...Фактически, отложив Нанао в сторону, действительно ли я хочу практиковать полет вне класса? Это займет дополнительное время, — пробормотал себе под нос Оливер, сидя на своей кровати.

Пит, который учился за своим столом, взглянул на него.

— ...Если ты хочешь это сделать, то тебе следует, я думаю.

— Пит?

— Я не пытаюсь вмешаться в твой выбор, но ты, кажется, постоянно ищешь отговорки, чтобы не делать то, что ты на самом деле хочешь сделать.

Оливер застыл в удивлении от неожиданного комментария своего соседа по комнате. Мальчик в очках повернулся обратно к своему столу, как будто пытаясь избежать его взгляда. Оливер изучал спину Пита, когда мальчик возобновил учебу.

— ...Постоянно ищу отговорки, да?

Повторив это вслух, он понял, что в этих словах было ужасно много правды. Оливер усмехнулся и встал с кровати.

— Спасибо. Я подумаю об этом несколько дней. В любом случае, мне лучше идти.

— О...

Оливер направился к двери, и Пит издавал звук, как будто пытался что-то сказать. Оливер посмотрел на него, и мальчик в очках засуетился, чтобы найти слова.

— ...Это ничто. Береги себя.

— Хорошо. Спасибо.

Оливер принял добрые пожелания друга и вышел из комнаты. Он вышел из общежития и шел один под звездами к академии.

Сегодняшний вход в лабиринт был гигантским бассейном в углу третьего этажа. Как картины и зеркала, водоемы часто были связаны с другими измерениями. И все же, поскольку место, с которым они соединялись, менялось в зависимости от дня, студентам приходилось запоминать их узор, чтобы перемещаться между академией и лабиринтом.

— ...!

Момент, когда он прибыл в темный коридор, тяжелое давление легло на его плечи. Даже после шести месяцев в Кимберли, вход в лабиринт в одиночку все еще наполнял его ужасом. Это было похоже на то, что расстояние между ним и смертью только что значительно сократилось. Привыкнет ли он когда-нибудь к этому чувству?

— ...Соберись. Если ты не сможешь ходить здесь в одиночку, ты никогда не сможешь ничего сделать.

Оливер слегка шлепнул себя по щекам и успокоил свои нервы, прежде чем осветить кончик своего Атама и осторожно двинутся в лабиринт. Через несколько минут он почувствовал людей, и после третьего поворота он наткнулся на двух старшеклассников.

— Ого, парень. Мы не твои враги.

— Ты первокурсник? Ты слишком молод, чтобы бродить здесь в одиночку. Не заходи слишком далеко.

К счастью, они не задерживались и оставили его только с предупреждением. Оливер вздохнул с облегчением, затем снова обратил взгляд на темный коридор.

— ...Они правы. Нельзя терять бдительность.

Но, несмотря на его предосторожности, следующая встреча развеяла все его убеждения. Такие происшествия были слишком обычными в Кимберли.

— Хм? Разве ты не...?

После примерно часа блужданий Оливер наткнулся на нее. В углу зала сидела потрясающе красивая ведьма, сидя на камне и выглядя скучающей. Как и при их предыдущей встрече, воздух вокруг нее был густым от крадущего сердце парфюма.

— ...Мисс... Сальвадори?

Он произнес ее имя, напряженный, как будто только что столкнулся с монстром.

Ведьма, Офелия Сальвадори, усмехнулась саркастически.

— Да, это я. Успокойся, я не собираюсь ничего делать с тобой прямо сейчас. У меня нет настроения. Разве ты не видишь?

Ведьма качнула своими свисающими ногами с ее насеста на камне.

Оливер нахмурился. Он, конечно, не чувствовал никакой опасности, как при их предыдущей встрече.

— Ты стал устойчивым к моему парфюму, не так ли? Хорошо. Мне бы пригодился компаньон. Я не прошу тебя быть моим другом или чем-то в этом роде. Мне просто нужен кто-то, кто угодно, чтобы поговорить.

Было трудно сказать, шутила она или говорила серьезно. Офелия указала на камень, на котором сидела, приглашая его присоединиться к ней. Оливер подумал о том, чтобы повернуться и броситься в противоположном направлении, но, возможно, не было бы хорошей идеей разозлить ее в этом месте бесконечной темноты.

Он подумал еще несколько мгновений, затем сел немного на расстоянии от ведьмы. Он знал, что она не желает ему вреда прямо сейчас, и стремился избежать того, чтобы потревожить осиное гнездо.

— ...Ты жила в лабиринте все это время? — спросил он.

— О, я возвращалась в академию. У меня возникает желание попробовать тыквенный пирог из столовой, знаешь ли? Тебе нравится их пирог?

— ...Я, пожалуй, предпочитаю тарты.

Оливер колебался, но решил ответить честно. Было бы легко просто постоянно соглашаться с ней, но это казалось слишком фальшивым. Если она действительно хотела просто поболтать с младшекурсником, то это, вероятно, был лучший план действий.

Офелия улыбнулась. Оливер был рад, что выбрал правильный ответ.

— Да, они мне тоже нравятся. Я слышала слухи о вас, ребята, что вы действительно прославились. Как ты себя чувствовал, сражаясь с Гарудой?

— Правда в том, что я ошеломлен, что мы победили. И честно говоря, я бы предпочел никогда больше этого не делать.

Оливер ответил честно, и Офелия хихикнула.

— Годфри говорил что-то подобное однажды. Это всего лишь догадка, но я думаю, что он симпатизирует тебе и твоим друзьям.

— ...Что заставляет тебя так думать?

— Потому что вы так похожи. Особенно в той части, где первокурсники отправляются на приключения, которые им не по зубам. Карлос и я часто были его сообщниками.

Это был удивительный факт из их прошлого. Оливер устоял перед желанием сразу же задать ей вопрос. Вместо этого Офелия мягко задала свой собственный вопрос.

— ...Ты разговаривал с Карлосом? Ты помнишь этого претенциозного болвана, который был с Годфри, не так ли? Я думаю, что они теперь студсовет.

Оливер тщательно обдумал и этот ответ. Если он расскажет ей о встрече на днях, то выдаст секрет Пита. Поэтому он говорил обо всем, кроме той ночи.

— ...Карлос дал мне несколько советов о жизни в Кимберли, и мы несколько раз поболтали. Он кажется заботливым человеком, как и Годфри.

— Заботливым? Нет, у Карлоса просто есть свои маленькие причуды. Если ты не будешь осторожен, то станешь его следующим питомцем. Карлос любит младших детей, которые хорошо реагируют на внимание, таких как ты и твои друзья.

Было трудно сказать, было ли это предупреждением или оскорблением.

Ведьма потянулась.

— Ах, я чувствую себя немного лучше. Спасибо, что помог убить время. Однако...

— ...!

Она коснулась его подбородка кончиком белого пальца, и он застыл.

Офелия очаровательно улыбнулась.

— ...Я не рекомендую бродить так глубоко в одиночку. Ограничь свои приключения и придерживайся учебы в академии — особенно в течение следующих нескольких месяцев.

И с этим она встала и пошла по коридору. Как только она исчезла за углом и оставшийся аромат рассеялся, Оливер выдохнул глубокий вздох облегчения.

После мирного расставания с Офелией Оливер шел еще двадцать минут, прежде чем прибыть к месту назначения.

Он произнес пароль, открывая секретную дверь, и, войдя в комнату, его сразу же обняла девушка с бледно-золотыми волосами.

— Нолл!

Немного удивленный, Оливер принял объятия.

— Ого! Добрый вечер, Шеннон.

Он мягко оттолкнул ее за плечи. Затем он посмотрел в центр комнаты, где увидел большого молодого человека, сидящего и занимающегося своим контрабасом.

— Спасибо, что пришел, Нолл. Как прошла прогулка?

— Я не заблудился, по крайней мере, и думаю, что избегал опасных мест... Мне все еще нужно привыкнуть к этому. Слишком опасно.

Рыжеволосый молодой человек глубоко кивнул на его честные замечания. Бледноволосая девушка тоже улыбнулась и положила руку ему на плечо. Это были его брат, Гвин Шервуд, и сестра, Шеннон Шервуд, оба старшеклассники в Кимберли и его кровные родственники — конкретно, его двоюродные брат и сестра.

— Более того, я был удивлен, увидев тебя на днях, Гвин. Я не знал, что ты в дуэте с Карлосом.

— Это правда. Я бы не назвал его союзником, но мы знаем друг друга уже давно.

Гвин говорил спокойно, продолжая заботиться о своем инструменте. Просто слыша его глубокий, спокойный голос, было достаточно, чтобы облегчить напряжение Оливера.

— Тем не менее, я рад слышать, что ты смог добраться сюда самостоятельно. Это моя и Шеннон секретная мастерская — думай об этом как о своем втором доме. Отдыхать или тренироваться здесь — это твой выбор.

— Я... приготовлю чай, — сказала Шеннон. — Нолл, хочешь торт?

Шеннон начала счастливо расставлять чайный сервис. В течение пяти минут она приносила черный чай и торты, а также стул, который забрал Оливер. Напротив него за столом сидел Гвин, а рядом с ним была Шеннон, которая мягко улыбалась.

Оливер взял свою чашку и сделал глоток.

— ...Ах, я наконец могу расслабиться. Я был так напряжен, пробираясь сюда. Особенно когда встретил Офелию. Я чуть не упал в обморок тогда.

Момент, когда она услышала это, Шеннон наклонилась очень близко к Оливеру. Все, что мог сделать Оливер, это не пролить свой чай.

— Ты... встретил Лию? Где?

Ее выражение было смертельно серьезным. Ошеломленный ее реакцией, Оливер быстро подвел итог своей встречи с ведьмой.

Шеннон встала со своего места, но Гвин остановил ее мягким предупреждением.

— Не надо. Если она вернулась в глубины после того, как покинула Нолла, то на данный момент ты ее не догонишь.

Шеннон опустила взгляд с унынием.

Закончив заботу о своем инструменте, Гвин скрестил руки.

— Итак, Сальвадори, да? Она опасная, но она и Шеннон не враги. Когда-то они даже ладили. Они не виделись уже около года.

— ...Вы были друзьями, Шеннон?

— Лия становится... одинокой, — пробормотала Шеннон.

Внезапно у Оливера было озарение: девушка, которой он так боялся, тоже была просто студенткой на год младше его сестры.

— Забавно, как все работает, да? Я слышал, вы двое встретились вскоре после церемонии вступления, но редко найти ее так высоко. Должно быть, у нее была какая-то причина.

Гвин закрыл глаза и размышлял, какой могла быть эта причина, какое-то время, но решил не думать больше и открыл глаза. Отражение Оливера мерцало в их мягком свете.

— Достаточно разговоров о Сальвадори. Расскажи о себе. Что угодно. Шеннон и я не можем дождаться, чтобы услышать это.

Шеннон оживилась и улыбнулась Оливеру. Чувствуя себя немного застенчивым, мальчик пытался вспомнить что-то, чтобы рассказать об это.

— Было много... С чего бы мне начать?

Когда их чашки были пусты, Оливер почти закончил свои воспоминания.

— Нанао Хибия, а?

Гвин пробормотал имя человека, который появлялся чаще всего в историях его младшего брата. Оливер описывал ее наиболее подробно, так что, конечно, Гвин упомянул ее первой.

Оливер кивнул.

— Она все еще зелена как маг, но у нее есть настоящий талант, даже если он и необычный, — сказал он. — И он растет с каждым днем. В таком темпе трудно представить, где она будет через год.

Он был прямолинеен в своем объяснении, включая свою собственную неспособность оценить ее таланты. Через несколько мгновений Гвин снова заговорил.

— ...Ты уверен, что она использовала седьмой Разящий клинок?

— Я не могу быть полностью уверен... Она использовала его только один раз, в битве против Веры Милиган. Она пыталась повторить это с тех пор, но безуспешно. Но мой инстинкт говорит, что это так. Даже если она была временным носителем Разящего клинка, я могу сказать, что это было того же калибра.

Убежденность Оливера превосходила все разумные сомнения. Гвин, похоже, принял то, что он сказал, без сомнений. Как только тема сместилась на этот предмет, Оливер больше не был младшим братом Гвина, а его господином и мастером.

— У нее также есть эта удивительная харизма, которая привлекает людей к ней, не так ли? Напоминает мне кого-то.

Комментарий Гвина заставил Оливера прикусить губу. Он ожидал такого ответа. — ...На соревновании по метлам мамина метла приняла ее.

Воспоминание все еще было свежо в его памяти. Гвин не удивился, так как ему уже сказали, что самурай из Айзии приручила "ту" метлу. Он не знал ничего о самой девушке, так как история распространилась по школе в тот же день, когда это произошло.

—- В Нанао что-то есть. Я тоже чувствую, что не могу оторвать от нее глаз.. К тому же она довольно безрассудна, и я не могу оставить ее на произвол судьбы. Я не знаю, что делать...

Оливер открыл свои чувства перед двоюродными братом и сестрой, все еще не в состоянии определить эмоции, которые продолжали расцветать внутри него. На губах Шеннон появилась мягкая улыбка.

— Ты... действительно заботишься об этой девушке, не так ли, Нолл?

— Я...

Он не мог сразу согласиться, но и не мог отрицать. Было ли правильно суммировать это чувство как привязанность? Оливер нахмурился.

— Успокойся, Нолл, — сказал Гвин. — Нет смысла приукрашивать правду перед Шеннон... Чувство "влечения" очень важно для магов. Эта девушка, скорее всего, принесет большие изменение в твою жизнь. Ты не должен прятаться от этого.

Его брат говорил ему перестать пытаться насильно выражать свои туманные чувства словами и просто позволить им существовать в своем сердце.

Оливер сглотнул. Он был в растерянности. Какое расстояние он должен соблюдать с ней? Какие у них должны быть отношения?

— Когда придет время, ты узнаешь, как это назвать. Не торопись с выводами. Не спеши. Вы все еще первокурсники.

— ...

— Конечно, мы бы хотели, чтобы Нанао Хибия присоединилась к нам. Но поспешность приводит к ошибкам. Не позволяй эгоистичным неловкостям затуманивать твой разум на этом этапе. Просто будь собой и будь искренним с друзьями. Это ключ к приобретению союзников — для обеих твоих сторон, Нолл.

Совет Гвина, основанный на реальности, затронул струну в сердце Оливера, и он почувствовал, как колеблющаяся часть его успокоилась. Оливер кивнул.

— Да. Да, ты прав... Я рад, что смог поговорить с тобой об этом. Ну, мне пора идти.

Шеннон собиралась долить ему чашку, но он остановил ее рукой и встал со своего места. Если он останется здесь дольше, он может слишком привязаться. Лицо Шеннон упало, и она потянулась к нему.

— ...Береги себя, Нолл.

Оливер принял объятия и обнял ее в ответ. Она была теплой. Семья. Он не хотел отпускать. Чувства поднимались в нем, но он позаботился о том, чтобы не выражать их. Он слишком хорошо знал, что у него нет на это права. В то же время он знал, что его внутренний конфликт был ясен, как день, для нее.

— Не волнуйся. Я обещаю, что вернусь.

Поэтому любая видимость силы не допускалась. Оливер дал свое обещание не с пустой надеждой, а с непоколебимой решимостью.

Спустя почти час после того, как он покинул секретную мастерскую, Оливер бродил по лабиринту без какого-либо конкретного направления. Затем, примерно через сорок минут, он почувствовал покалывание на затылке.

— ...

Он изменил направление, ища на этот раз конкретное место. Где-то просторное, с ровной землей и без риска помех. Как только он нашел место, подходящее под все эти критерии, Оливер снова остановился.

— ...Этого достаточно. Выходи, мистер Росси, — прорычал он.

Немедленно из-за угла за ним выглянула худая фигура.

— О, ты знал? Как грустно.

Мальчик вошел в зал, почесывая затылок. Это был не кто иной, как Туллио Росси, тот самый, кто предложил турнир среди первокурсников. Оливер уставился на него и задал ему один вопрос.

— Я чувствовал, что ты преследуешь меня с тех пор, как предложил это мероприятие в столовой. Я сделал что-то, чтобы заслужить твою ненависть?

— Нет, нет. У меня нет ничего против тебя или твоей семьи.

— Тогда почему ты преследуешь меня?

Росси шутливо пожал плечами в ответ на последующий вопрос.

— Мне не нравится, что ты получаешь все внимание, а я нет. Разве это недостаточная причина?

— Ты имеешь право на свое мнение, но я сомневаюсь, что я получаю больше внимания, чем Нанао.

— Нанао милашка, так что она исключение. Я не могу ее ненавидеть.

Было невозможно понять его истинные намерения из такого легкомысленного ответа. Оливер молча уставился на него, пока Росси быстро вытащил свой Атам.

— Но кто заботится о деталях? Бой раскроет правду. В этом и заключается величие боев, не так ли?

Он больше не был в настроении отвечать на вопросы, понял Оливер, положив руку на свое лезвие.

— Два условия: никакой магии, и мы сохраняем ослабляющее заклинание на половинной мощности. Что скажешь, а?

— ...

— Я не люблю досадных перестрелок — это не настоящий бой, если нет крови. Давай просто оставим это на один шаг выше потрошения друг друга. Тогда у нас будет бой, достойный лабиринта!

Росси усмехнулся. Он не только хотел сохранить их дуэль только на мечах, но и хотел намеренно ослабить эффекты заклинания, которое предотвращало их убийство друг друга. Вверху это было бы разрешено только старшеклассникам, но внизу, в лабиринте, такие правила были практически бессмысленны. Оливер кивнул в знак согласия с предложениями своего противника.

— Конечно, я принимаю оба условия.

— Ха-ха! Готов к вечеринке, а? Мне это нравится!

Росси засмеялся. Более опасные условия не могли поколебать Оливера, но Росси, казалось, чувствовал себя почти как дома в лабиринте. В голове Оливера зазвучали тревожные звонки.

— — Securus.

Они применили ослабленные версии ослабляющего заклинания к лезвиям друг друга, и как только белое свечение утихло, они заняли свои места в пределах расстояния одного шага, одного заклинания.

— Мы готовы? Тогда начнем!

Росси приготовил свой меч. Оливер тоже направил кончик своего меча на противника, который вдруг закричал на него.

— Ах, точно! Я забыл упомянуть кое-что!

— ...?

Что теперь? — хотел спросить он, но Росси бросился вперед. Он ударил Оливера сбоку, пытаясь врезаться в его подмышку — Оливер использовал свой Атам как щит, чтобы блокировать удар.

— На самом деле, подумав, я передумал.

— Сразу с этим, а?

Оливер нахмурился, когда их мечи столкнулись. Неожиданная атака "сразу" с начала дуэли — Росси доказывал, что он такой же хитрый, как и предполагала его первая встреча.

Давление на меч Оливера исчезло, и враг атаковал снова. Переходя от диагонального удара к удару по запястью Оливера, Росси использовал эти две атаки как финт для своего удара — Оливер блокировал их все. Градом ударов Росси продолжал, и он закричал с восторгом.

— Ха-ха! Хорошая защита, а? Прекрасное использование стиля Ланофф! У тебя был хороший учитель, а?

Росси опустил свое тело, и его лезвие просвистело по воздуху к голени Оливера. Удар, направленный в его ноги, был, мягко говоря, раздражающим. Оливер мгновенно сдвинул свою ведущую ногу, и как только атака промахнулась, он контратаковал своим собственным ударом.

— Ого!

Нет никакого способа, чтобы уклониться в этот момент, подумал Оливер, но Росси нырнул на пол и перекатился. Проходя мимо Оливера, Росси ударил его по лодыжке. Оливер дернул ногу вверх, чтобы избежать удара. Росси приземлился позади него, затем встал и снова принял среднюю стойку.

— В отличие от меня, мой меч может быть довольно грубым. Он такой противоречивый, что я даже не могу практиковать самые фундаментальные стили. Вот почему все мои учителя мне надоели. Глупо, а?

Правило против заклинаний в их дуэли позволило Росси спокойно поговорить. Однако его техника фехтования удивила Оливера. Он был повсюду. Атакуя ноги, уклоняясь перекатыванием — он игнорировал основы искусства фехтования, не задумываясь. И все же, что удивительно, в его движениях не было никакой неуклюжести.

— Видишь ли, я сам по себе. Стиль Ланофф, стиль Ризетт, стиль Коутц — ни один из них не вяжется со мной. Каждый раз, когда я изучал технику, то не мог не подумать, что есть более быстрый способ. Ты когда-нибудь думал об этом, мистер Хорн?

Оливер наполовину проигнорировал высокомерный вопрос, сосредоточившись вместо этого на их дуэли. Не было необходимости торопиться. Сначала он должен был понять стиль боя своего противника. То, что он видел до сих пор, он предположил, было базовой техникой Росси. Однако это не означало, что Оливер застрял в оборонительной битве.

— Ха!

Оливер атаковал в лоб, без финтов. Это был стандартный план для противодействия ненормальным стилям ортодоксальным подходом. Он будет атаковать без передышки, не давая открытий и оказывая давление, пока его противник не окажется прижатым к стене, затем нанесет окончательный удар. Из его опыта, люди вроде Росси обычно сдавались под таким давлением.

— Хо!

К сожалению, его план рухнул после первого удара. Оливер расширил глаза в удивлении — его лезвие было заблокировано, но не мечом его противника. Левая рука Росси была покрыта доспехами, которыми он воспользовался, чтобы парировать меч ударом.

— Вот так, например.

Но на этом все не закончилось. Прежде чем Оливер смог нанести второй удар, Росси наступил ему на ногу. Лишенный возможности увернутся, Оливер зашатался, и Росси ударил, почти сбив его с ног.

— И вот так!

Вынужденный блокировать из неудобной позиции, Оливер быстро отпрыгнул назад. Град ударов продолжался, жадно нацеливаясь на его жизненно важные места. Оливер едва успел парировать каждый удар. У него не было времени для контратаки, и его противник полностью контролировал бой.

— ...Так грязные бои — это твоя специализация, да?

— Прошу меня простить за плохие манеры.

Всё, кроме их дуэли, растаяло, и они оказались в тупике. Оливер мог чувствовать дыхание своего противника через меч, когда анализировал его стиль боя.

Левая рука Росси, которая была покрыта рукавицей, была его единственным способом блокировать удары меча, кроме использования Атама. И все же, использовать руку как щит было нелегко. Площадь поверхности была просто слишком мала. Но сделать ее больше не было вариантом, потому что адамант, магический металл, из которого была сделана рукавица, был чрезвычайно твердым, но и чрезвычайно тяжелым. Чтобы перчатка не отягощала его, он смог сделать ее размером примерно в половину своей ладони.

С учетом этих ограничений, естественно, следовало, что рукавица могла использоваться как щит только в самых отчаянных моментах их боя. Однако некоторые бойцы использовали металл в более наступательной манере — не как рукавицу, а как защиту для кулака, чтобы притуплять атаки противника. Ни один из трех основных стилей фехтования не одобрял эту технику — на самом деле, это было практически табу.

— Делай, что хочешь. Это не сломает мою основу, — уверенно заявил Оливер, признавая, что его противник хитрый.

Росси сузил глаза. — Ты пожалеешь о своем предложении, — выплюнул он.

Они приблизились друг к другу. Войдя в расстояние одного шага, одного заклинания, Росси бросился вперед. Обойдя Оливера слева, он нанес два удара; Оливер не упустил тот факт, что он вдобавок нанес удар задней ногой. — Он собирается вынудить меня защищаться своим кулаком, — понял Оливер и сосредоточил все свои усилия на том, чтобы отбить приближающийся кулак.

— ...?!

Удар в лицо застал его полностью врасплох.

— Ха-хааах!

Чувствуя замешательство своего противника, Росси воспользовался брешью. Он обрушил град ударов прямо через защиту Оливера. Внутри Оливера возникло желание отпрыгнуть назад, но он упрямо проигнорировал его. 'Если он отступит, Росси проткнёт его своим Атамом' — кричал его разум. Поэтому вместо этого он вложил все свои силы в то, чтобы устоять на месте, продолжая играть в обороне.

— Хa!

Росси вплел удар в лицо среди своих атак. В тот момент, когда Оливер почувствовал перерыв в нападении, он мгновенно отпрыгнул назад и отдалился. На губах Росси расплылась болезненная ухмылка.

— Его спокойная маска наконец начала трескаться. Освежающе видеть это!

Используя тыльную сторону руки, Оливер тихо стер что-то горячее, что капало у него с носа. Как он и ожидал, линия ярко-красной жидкости окрасила его кожу. У него шел носом кровь от удара Росси.

— ...!

Не было никаких сомнений. В тот момент Оливер принял факт, что получил удар.

— Держу пари, ты никогда не ожидал получить кровь из носа, а? Маги все одинаковые. Но я нахожу это странным. У всех нас есть этот кусок металла на одной руке, и все же никто никогда не пытается ударить. Почему? Если он слишком мал для защиты, то просто используй его для нападения, а?

— ...

— Существует так мало ударных техник. Это моя самая большая претензия к трем основным стилям. Хочешь знать, что я думаю? Маги слишком сосредоточены на внешности. Это бой не на жизнь, а на смерть, а? Это ничем не отличается от драки между немагами. Так не должны ли мы использовать каждый инструмент в нашем распоряжении?

Росси бесстыдно заявил.

Оливер вытер кровь с губы.

— ...Я должен поблагодарить вас, мистер Росси, — ответил он.

— Ха?

— Вы болезненно осознали мои собственные недостатки. Я совершенно бесполезен. Не стою соли, которую потею. Не после того, как получил удар от такого, как вы.

Это были суровые слова о самом себе.

Лицо Росси исказилось от ярости.

— ...Смешно. Ищешь еще одну взбучку?

Губы Росси оттянулись, обнажив его клыки в самом тревожном впечатлении улыбки.

Но Оливер просто покачал головой и остался в своей стойке.

— Этого не произойдет. Твой меч сломается в следующие восемь движений.

Оливер говорил с наибольшей уверенностью.

На лице Росси появилась жуткая улыбка.

— Очень смешно, мой друг. Давно никто так не злил меня!

Очевидно, он не был в настроении для дальнейших разговоров. Росси атаковал Оливера в третий раз, нанося удары со всех сторон и наращивая импульс с каждым ударом. Его дикий град игнорировал все основы искусства фехтования.

Оливер спокойно уклонился, холодно рассчитывая свой шанс для контратаки.

— Поймал!

Нацеливаясь на момент, когда Оливер двинется для контратаки, Росси снова выбросил левую руку. Удар кулаком в рукавице из адаманта — его секретный ход, который игнорировал правила искусства фехтования. Он также использовал правую руку, чтобы нанести удар своим мечом, намереваясь предотвратить любое бегство на этот раз.

— ...?!

Но в тот момент, когда Росси был уверен в своей победе, Оливер обвил свои руки вокруг левой руки Росси и зафиксировал ее на месте.

— Это причина, по которой три основных стиля имеют очень мало техник кулачного боя, мистер Росси.

— Ках...!

Плечо Росси, зафиксированное в суставе, начало скрипеть от напряжения. В тот момент, когда он вытянул кулак, Оливер обвил его своими руками и обошел Росси слева. В этом положении он был полностью вне досягаемости Атама своего противника. Выражение лица Росси исказилось от боли и паники.

— На расстоянии удара кулаком становятся жизнеспособными и броски, и захваты. В основном, король твоих любимых драк вблизи — это на самом деле борьба, а не удары кулаком. Если ты не заканчиваешь бой одним ударом, это даже не хороший отвлекающий маневра против противника, который готов принять удар, чтобы победить. Ты практически просишь быть захваченным, вытягивая руку. Ты беззащитен.

Он ослабил хватку прямо перед тем, как сустав вывихнулся, и продолжил читать лекцию, убедившись, что его пленный ученик усвоил урок основ борьбы вблизи.

— Тебе удалось соскрести подобие стиля самостоятельно. Я признаю, у тебя есть талант. Ты хорошо ударил меня, в конце концов. Но история, стоящая за ортодоксальными стилями, не будет разрушена одним ударом.

— Гха-а-а-а!

Плечо Росси вывихнулось с тупым хлопком — он сделал это намеренно. Боль и страх перед тем, как его тело сломается, не были достаточными, чтобы умерить боевой дух мага. С радостью жертвуя рукой, чтобы освободиться от захвата, Росси повернулся лицом к Оливеру.

— Не читай мне лекций! Это еще не конец!

— Теперь конец.

Росси бросился на своего противника в убийственной ярости, и Оливер спокойно укрепился в своей стойке. Нечего было бояться. Росси был не в равновесии из-за того, что силой вырвался из захвата руки, и его дыхание было нехарактерно затруднено из-за боли в вывихнутом плече. Туллио Росси не имел никаких шансов на победу в своем нынешнем состоянии.

Этот последний удар решит дуэль. Росси нацелил удар в голову Оливера, и Оливер спокойно отбил его тыльной стороной левой руки. Лезвие прорезало только воздух, так как тело Росси было беззащитно открыто для смертельного удара — это было правильное использование рукавицы. С достаточной предвидением и правильным временем можно было ударить по приближающемуся лезвию сбоку и сделать его бесполезным. Кроме того, это также создавало огромную брешь. Все три основных стиля разделяли эту высокоуровневую технику: парирование.

Росси смотрел в шоке, как удар, завершающий дуэль, мчался к его руке. Он не мог ничего сделать, чтобы сопротивляться. Успешное парирование было смертным приговором.

— ...Это было восемь движений, мистер Росси.

Атама проигравшего выпал из его рук, капая свежей кровью. На его плече была глубокая рана, и оружие лежало на полу. Долгое молчание прошло, пока Росси смотрел между своей раной и Атамом.

— Ты действительно меня бесишь...

Через несколько минут он обработал свои раны без какой-либо помощи Оливера.

— Вот, твой медальон.

Росси вынул медальон из кармана своего халата и резко бросил его ему. Оливер поймал его, и, осматривая, Росси издал преувеличенный вздох.

— Это просто ужасно. Я проиграл единственный бой, который не хотел проигрывать. Даже получил лекцию.

— ...Я был немного высокомерен. Извини.

Оливер дал короткие извинения после проверки, чтобы увидеть, подлинный ли медальон.

Росси фыркнул.

— И я ненавижу этот образ хорошего мальчика. Не извиняйся. В любом случае. Мы закончили здесь. До свидания.

Он помахал рукой и ушел.

Оливер подумал немного, затем окликнул его.

— Мистер Росси — как я сказал во время нашей дуэли, у вас хорошие инстинкты. В зависимости от того, как вы их отточите, они могут стать довольно мощным оружием. Но оставаясь таким, какой вы есть, и в конце концов упрётесь в стену.

— ...

— Я предлагаю вам выбрать один из трех основных стилей и изучить его с нуля, прежде чем вы приобретете плохие привычки. Не слишком поздно создавать свой собственный стиль, однажды освоив основы. На самом деле, стиль Коутц требует хороших инстинктов, так что он может быть хорошим выбором...

— Черт возьми, в чем твоя проблема?!

Росси развернулся, не в силах больше терпеть советы Оливера. Он уставился на Оливера, глаза полные недоумения.

— Перестань сыпать соль на рану! Ты уже получил свой медальон, да? Что еще ты от меня хочешь?

Оливер прикусил губу. Он понял, что победитель не должен читать лекции проигравшему. Но он просто не мог молчать.

— Я понимаю, что вмешиваюсь. Но я просто хочу, чтобы ты ценил свой талант. Вот и все. Мне жаль, что я всегда звучу так, будто читаю лекцию.

Оливер стыдливо опустил взгляд.

Росси нахмурился и изучал мальчика.

— Хороший мальчик имеет свои собственные проблемы? ...В любом случае, — просто заявил он, затем развернулся и ушел на этот раз навсегда.

Как только он исчез за углом, Оливер наконец вздохнул с облегчением. Затем раздался голос прямо позади него.

— Отличная работа, мой лорд.

— ...?!

Он подпрыгнул вперед, как испуганный кролик, одновременно разворачиваясь. Его взгляд упал на маленькую, стоящую на коленях девушку, которая появилась из ниоткуда.

— Я была свидетелем вашей дуэли. Ваша победа, конечно, поставила его на место. Я была совершенно впечатлена.

— ...О, это ты, мисс Карсте.

Он с облегчением выдохнул, как только понял, кто она была — перед ним на коленях стояла девушка, которую его брат представил ему вечером, когда он казнил Дариуса Гренвилла. Ее звали Тереза Карсте — рожденная и выросшая в лабиринте, ее мастерство невидимости было несравненным.

— Спасибо за комплимент, но это была не такая впечатляющая дуэль. Я даже получил удар в первой половине. Я действительно устал от того, насколько зеленым являюсь.

Оливер говорил честно, даже не пытаясь сохранить фасад, так как Тереза, вероятно, сама все видела.

Девушка решительно покачала головой.

— Он не смог бы даже поймать твою тень, если бы столкнулся с версией тебя с того вечера.

Она проскользнула ближе, не издав ни звука. Сам воздух едва ли двигался.

— Я восхищаюсь этой сырой версией тебя, как голым клинком. Твоя доброта — это ножны, которые затуманивают твою блистательность.

— ...!

Пара глаз смотрела на него, и он отпрянул. Тереза схватила его правую руку обеими своими.

— Если моя смерть сможет вам помочь, то пожалуйста, продолжайте. Это будет моей честью стать вашим точильным камнем, мой лорд.

Она положила его руку на рукоять его же Атама.

Оливер уставился на неё.

— ...У тебя красные щеки, мисс Карсте.

Он хотел застать ее врасплох. Тереза на мгновение застыла, затем сразу же прижала руки к своим щекам.

— У меня было подозрение об этом, когда мы впервые встретились, но это не то, как ты обычно говоришь, не так ли? Я ценю, что ты стараешься ради меня, но, я думаю, ты переусердствуешь. Просто расслабься.

Он надавил еще больше. Он был вполне осведомлен, что находится в положении, чтобы вести за собой многих, но это не означало, что он хотел создавать фанатиков. Особенно не из молодых детей. Поэтому он попытался подчеркнуть, что это не по его вкусу.

— Я не буду использовать и бросать тебя как точильный камень или как последователя. Помни это.

— ...П-простите меня!

Тереза убежала, не в силах скрыть, насколько была потрясена. Она быстро исчезла во тьме лабиринта. Вернулась тишина, и Оливер размышлял о своем поведении: я вел себя зрело?

Тем временем Росси направлялся к академии после расставания с Оливером, воспоминания о поражении бурлили в его уме.

— Черт возьми... Ах, черт, я так зол!

Его разочарование достигло точки кипения. Он мог бы проглотить унижение поражения. Но другая горечь доминировала в его сердце.

— Что он сказал? Переучиться одному из основных стилей с нуля? О, так просто. Кто он такой, по его мнению?

Росси нахмурился. Он ненавидел Оливера Хорна с тех пор, как впервые увидел его на уроке фехтования. Оливер ценил основные стили и придерживался ортодоксальных методов — все совершенно противоположно ему. Но больше всего он мог видеть в фехтовании Оливера невероятное количество усилий, которые он приложил, чтобы достичь этого.

— ...Насколько много он тренировался? Он идеально воспроизводит учебник.

Озноб пробежал по спине Росси. Он перенял техники из множества различных стилей, но он и все остальные соглашались, что он не соответствует ни одному стилю. Нацеливание на ноги и использование ударов кулаком были техниками, которые он специально разработал, чтобы противостоять "почетным" противникам. Но видимо всё было совсем плохо8, если мальчик его возраста мог разобрать его стратегию после одного столкновения.

И все же, Оливер Хорн сделал именно это. Оглядываясь назад, единственной атакой, которая достигла цели, был удар в лицо. Все его более опасные удары мечем были заблокированы, никогда не касаясь тела Оливера. Он был полностью остановлен самым ортодоксальным, по учебнику методом.

— Он сумасшедший ублюдок, — сказал Росси честно. Это не тот уровень, на котором обычный пятнадцатилетний подросток имеет какое-либо право находиться. Если бы он был чрезвычайно талантлив или имел хорошие инстинкты, это могло бы иметь смысл. Но после скрещивания мечей с ним Росси знал, что Оливер Хорн не был таким человеком. Он просто заполнил каждый свой бодрствующий момент тренировками. Это было единственное, о чем он мог думать. Все, чтобы немедленно получить то, что он мог бы иметь через десять или двадцать лет. Тренировки для достижения этого должны были быть безумно строгими — даже мучительными.

— Я просто хочу, чтобы ты ценил свой талант.

— ...

Росси шел по пути терний годами. И именно по этой причине Росси понимал вес этих слов, нравилось ему это или нет. Его шаг замедлился, пока в конце концов он не остановился. Почесывая затылок, он глубоко выдохнул.

— ...Ха, хорошо. Я могу пойти умолять инструктора Гарланда. Это не мой стиль — учиться правильному пути, но... Я ненавижу проигрывать еще больше.

Он снова столкнется со всем, что презирал до сих пор. Росси знал, что это путь, который он никогда не выбрал бы еще вчера, и это заставило его горько усмехнуться. Что он мог поделать? Не было смысла сопротивляться после того, как увидел такое фехтование.

— ...Проиграл, да?

Как раз когда он начал пытаться принять свою новую ситуацию, в его ухе раздался леденящий голос сзади.

— Достаточно одного взгляда, чтобы узнать проигравшего. Кто тебя победил?

Этот тон был за пределами насмешки или сарказма — это было чистое презрение. Лицо Росси сразу же напряглось. Ему не нужно было оборачиваться, чтобы знать, кто был там.

— Почему из всех людей, которых я мог встретить, это должен был быть ты, а?

Глубоко внутри него это имело какой-то смысл. Бросить вызов кому-то на дуэль, полностью проиграть и затем уйти невредимым было неслыханно в Кимберли.

— Прежде чем я потрачу свое время, позвольте спросить: у тебя все еще есть медальоны, чтобы отдать мне, верно?

Между ними в воздух просочилась высокомерность хищника.

Выпустив один вздох и собравшись с силами, Росси положил руку на Атам у себя на поясе.

— Ах, смешно. Я похож на благотворительную организацию?!

Он закричал, затем вытащил свое оружие и повернулся лицом к своему противнику. Его взгляд упал на одинокого мага, стоящего совершенно неподвижно, даже не дотягиваясь до оружия, несмотря на полную готовность Росси к бою.

— ...!

В тот момент, когда их взгляды встретились, на щеке Росси выступила болезненная испарина. Этот человек был острым, как бритва, далеко за пределами любого первокурсника. Давно он чувствовал что-то подобное единственный раз, когда видел Гностического Охотника — передовых солдат магического мира.

— Ты прав, ибо мне нечего предложить. Я пришел только забирать.

И с этим чрезвычайно высокомерным заявлением противник Росси вытащил оружие.

Росси мгновенно бросился вперед — и проиграл второй раз за ночь.

Оливеру удалось выйти из лабиринта без дальнейших проблем, и было чуть больше двух часов ночи, когда он вернулся в свою комнату в общежитии.

— ...Я вернулся, — прошептал он, чтобы не разбудить своего соседа по комнате, и прокрался внутрь. Едва освещая темноту приглушенной лампой, он потянулся, чтобы расстегнуть ремень, который держал его Атам, — когда он заметил состояние своего друга на кровати.

— Хфф... Хфф...

— ...?

Пит спал на боку, практически содрогаясь с каждым вдохом.

— Хфф... Хфф! Хфф! Хфф...!

Его дыхание стало более частым и болезненным.

Обеспокоенный, Оливер подбежал.

— Ты в порядке, Пит?

— А...?

Он похлопал его по плечу, и мальчик сонно открыл веки.

Оливер мягко положил руку на лоб Пита.

— У тебя температура... И твоя циркуляция маны бушует.

— Болит... Меня тошнит... Не могу... дышать...

— Все в порядке. Скоро тебе станет лучше. Я снимаю твою футболку, хорошо?

Он помог Питу сесть, затем расстегнул пуговицы его пижамной рубашки. Раздутые груди Пита указывали на то, что он сейчас в своей женской форме.

— ...? Подожди, что ты...?

Пит был смущен. После того как ему удалось снять с Пита рубашку, Оливер глубоко вдохнул и взял под контроль ману, текущую в его собственном теле. Его приготовления завершены, он положил свою правую ладонь на обнаженную спину своего соседа по комнате.

— А...

Пит мгновенно почувствовал, как что-то теплое потекло в него.

Оливер продолжил объяснять, растирая спину Пита.

— Это искусство исцеления. Посылая свою собственную ману в тебя через свою руку, я могу настроить поток маны в твоем теле. Это только временное решение, имей в виду.

Каждый маг знал это искусство. Это было самое примитивное из всех магических искусств исцеления. Мана, которая стала застойной внутри Пита, снова начала двигаться под поощрением Оливера, и затрудненное дыхание Пита расслабилось.

— Я чувствую... себя лучше...

— Должно быть. Как и говорили те старшеклассники, твое тело все еще не привыкло обращаться с маной твоей женской формы. Когда твой пол меняется, меняется и поток твоей маны. Пути изменились настолько, что твоя мана не может течь правильно. Твое распределение маны нарушено, что и вызывает у тебя тошноту.

Он объяснил, что происходит, чтобы его друг мог понять. Одного исцеления было недостаточно — оба вместе были лучшим способом дать Питу облегчение.

— В такие моменты внешняя регуляция — лучшее решение. Ты ведешь накопившуюся ману к тем частям тела, где она нужна, вот так.

— Мм...

Сильный толчок прошел через тело Пита, заставив его вздрогнуть.

Оставив руку на его плече, Оливер заговорил спокойным тоном.

— Расслабься, Пит. Все в порядке. Не о чем беспокоиться.

Озабоченность в его голосе и тепло его руки помогли Питу довериться своему соседу по комнате. Не было причины сопротивляться. Медленно он расслабился, оставив себя на попечении Оливера.

— ...Часто занимаешься этим?

— Мм?

— Ты часто это делаешь? Ты такой точный. Ты, как бы... хорош в этом.

Комментарии соскользнули с губ Пита, когда он принимал лечение.

Вопрос заставил Оливера замолчать на немного — затем он кивнул.

— ...Да, у меня есть опыт. Не редкость, когда циркуляция маны мага выходит из-под контроля, даже если они не такие редкие случаи, как ты. Это происходит, когда они больны, например, или во время полового созревания. И...

В его уме ярко всплыло воспоминание, когда он продолжал искусство исцеления. Тогда он был ужасен в этом. Он был отчаян, без надежды на спокойный разговор, как сегодня вечером. Каждую ночь он стоял перед ее спиной и подавлял слезы, которые угрожали переполниться.

— Ах, это приятно. Спасибо, Нолл.

Несмотря на свои неуклюжие пальцы и неопытное сердце, она всегда улыбалась ему, как будто давая ему теплые объятия.

— ...во время беременности.

Он продолжил остальную часть лечения в тишине. Пит наслаждался приятным ощущением. Внезапно, с утихшей болью и ясным умом, он почувствовал приступ паники, осознав свою текущую ситуацию. Он был в своей женской форме, наполовину обнаженный, и Оливер все еще касался его голой кожи.

— Э-эй... Ты уже закончил?

— Мм? О, извини. Я был слишком сосредоточен. Как ты себя чувствуешь? Твоя циркуляция маны должна быть намного спокойнее сейчас.

Оливер быстро приостановил лечение, чтобы проверить своего друга. Вздохнув с облегчением, Пит оценил себя.

— ...Мне намного лучше, вау. Моя тошнота прошла, и я могу дышать.

— Это хорошо. Но как я уже сказал, это только временная мера. Пока твое тело не научится контролировать свою женскую ману, тебе придется быть готовым делать это часто.

Пит кивнул, надевая свою пижамную рубашку.

— ...Старшеклассники говорили, что это займет от двух месяцев до года, — сказал он.

— Определенно не станет лучше скоро, но в конце концов это утихнет. Думай об этом как о болях роста. И я буду здесь, так что ты всегда можешь рассчитывать на меня.

Оливер утешительно заговорил, положив руку на голову Пита и погладив его пепельные волосы. Было приятно, но в следующий момент Пит очнулся от своего оцепенения и схватил руку Оливера.

— ...Не трогай просто голову кого-то.

— О, извини. Не знаю, что на меня нашло.

— ...М-мне нужно рано вставать завтра. Давай ляжем спать.

Пит завернулся в одеяло, как будто пытаясь сбежать от момента.

Оливер повернулся, чтобы вернуться к своей кровати, когда из-под одеяла раздался приглушенный голос.

— И... спасибо.

Не в силах посмотреть другу в лицо, это было лучшее, что мог сделать Пит. Оливер с радостью принял его неловкую благодарность с улыбкой.

— Спокойной ночи, Пит.

На следующий день, за обедом, Пит решил рассказать своим друзьям. Это было то, что не давало ему покоя с той ночи с Карлосом.

— Реверси?! Невероятно! Это удивительно!

Глаза Кэти стали такими же большими, как обеденные тарелки, после того как она услышала его историю. Все шестеро, сбившись в кучу в углу пустой классной комнаты под покровом заклинания глушения звука, слушали, как Пит раскрывает свою способность.

— Я подозревала что-то, но реверси... Это довольно редкая черта. Поздравляю, Пит. Мое сердце ликует за тебя.

Чела схватила его за руку и восхвалила его. Она и Кэти отреагировали так же, как и Оливер. Пит, осознав, что это перспектива, уникальная для магов, высказал свои опасения.

— В данный момент всё что мне приносит эта способность — это боль, и мне не кажется это чем-то полезным. Как именно я должен использовать эту способность?

Он прямо попросил их совета.

Чела скрестила руки и задумалась.

— Есть многочисленные преимущества, но давай посмотрим... Пит, иди сюда. Я научу тебя самому быстрому, самому практичному способу контролировать женское тело.

Она поманила его, и он неохотно подошел. Наклонившись, Чела приложила пальцы к несколько сомнительному месту под поясом Пита.

— ?! Ч-что за черт...?

— Не нужно стесняться. Слушай меня — теперь, когда ты в женском теле, у тебя есть один новый орган. Ты знаешь, что это?

Чела спросила, пока Пит паниковал. Затем он с опаской посмотрел на свою нижнюю половину, внезапно осознав.

— Правильно — матка. Чаще всего известная как утроба, — сказала Чела. — В любом случае, матка — это такой значительный орган для ведьм, что ее даже называют вторым сердцем. Причина в том, что она действует как одно из многих хранилищ маны в теле.

— Хранилищ маны?

— Да. Мана, хранящаяся здесь, подобна аварийному запасу, который потребляется только в моменты крайней необходимости. Когда у тебя заканчивается мана, дверь естественным образом открывается и обеспечивает твое тело питанием. Однако, с тренировкой возможно открывать и закрывать эту дверь по желанию.

Пока она объясняла, Чела сильно надавила на живот Пита.

— Ты собираешься испытать это сейчас. Приготовься.

Она дала ему секунду, чтобы подготовиться, затем, используя свою руку как трубу, она отправила очищенную ману изнутри себя к Питу. Его сердце громко застучало, и его матка мгновенно отреагировала на внезапный, массивный приток маны.

— Га...?!

Мана пронеслась через тело Пита. Волны тепла исходили от него, начиная с живота. Его разум был полностью переполнен — и он чувствовал это.

— Ч-что это? Сила переполняет меня...!

— Это свежее, сырое ощущение, я уверена. Разблокирование твоих запасов маны вызывает временное увеличение циркуляции маны. Твой выход маны теперь увеличился во много раз, и эффективность заклинаний будет заметно улучшена.

Девушка с локонами продолжила свое объяснение. Она позволила ему испытать ощущение около тридцати секунд, затем коснулась его живота и снова отправила свою ману. Внезапно волны подавляющей силы внутри тела Пита утихли. На этот раз он понял, что разблокированные запасы маны в его матке были отключены.

— Я закрыла дверь. Напряжение слишком велико для твоего тела, пока ты еще новичок. Но после этого опыта, что ты думаешь? Женское тело не плохое, не так ли?

Чела с гордостью выпятила грудь. Увидев, что она закончила свое объяснение, Оливер вмешался.

— Способность матки хранить ману — это причина, по которой женщины исторически имели преимущество в магическом мире, — сказал он. — У мужчин яички имеют подобную функцию, но это ничто по сравнению с маткой.

Гай посмотрел на свой пах с сомнением.

Оливер усмехнулся на это, затем продолжил:

— Однако для мужчин есть много таких мест в теле. С учетом этого, общее удержание и выход маны схожи для мужчин и женщин. Таким образом, ни один пол не является безусловно лучше — или, по крайней мере, это идея, предложенная недавними исследованиями.

Удовлетворенный своим точным дополнительным объяснением, Чела твердо кивнула. Нанао, впечатленная, положила руку на свое хакама, которое было переделано в юбку.

— Понятно, матка... Я сама лишь тень женщины, но могу ли я сделать то же самое?

— Не поднимай свою юбку, Нанао! ...Честно говоря, твоя циркуляция маны далеко превосходит эти уровни. Я подозреваю, что ты уже используешь резервную ману своего тела по мере необходимости, включая ману своей матки. Отсюда и твой Невинный Цвет.

Оливер заставил ее опустить юбку, в то время как Кэти окинула Пита взглядом с головы до ног.

— ...Отложив сложные темы в сторону, у тебя сейчас тело девушки, верно, Пит?

Ее глаза сверкнули опасно.

Пит отпрянул от неописуемого давления.

— Ч-что? Что за жуткая улыбка...?

Он отступил, пытаясь убежать от ее взгляда.

Кэти приблизилась, улыбаясь от уха до уха.

— Эй, Пит. Хочешь надеть юбку?

— А?

— С тех пор как я впервые увидела тебя, я думала, что твои маленькие, деликатные черты будут выглядеть замечательно в милых одеждах. Я отказалась от этой идеи, так как у тебя было тело мальчика, но теперь это не так, верно? У тебя есть веская причина носить что-то милое сейчас. Нет ничего постыдного в том, чтобы носить кружевные вещи.

— О-отстань!

Пит побледнел и спрятался за Оливером.

Чела задумчиво скрестила руки.

— Конечно, это зависит от тебя... но у тебя есть возможность максимально использовать эту черту. Великий мудрец Род Фаркуа, такой же реверси, был известен своими многочисленными любовниками и любовницами. Я слышала, что немагическое общество довольно гетеронормативно, но отношения гораздо более разнообразны в магическом обществе. Конечно, нет необходимости стесняться или избегать этого.

— Ч-что...?

Пит был ошеломлен этой информацией.

Не в силах смотреть на это дальше, Гай вмешался.

— Оставьте его в покое, девочки. Его мозг вот-вот отключится. Я имею в виду, вы, ребята, продолжаете говорить о матках и яичках, и как...

— Эй, Гай покраснел! Развратник! Развратник!

— Заткнись! Может, я просто не совсем бесстыдный!

Гай огрызнулся, когда Кэти насмехалась, и они снова были у горла друг с другом. Это был обычный сценарий, поэтому никто не пытался их остановить. Как раз тогда раздался голос из-за их круга.

— Вы все, кажется, весело проводите время. Не имею понятия, о чем вы лопочете.

Заклинание глушения звука Челы предотвращало выход звука из их пузыря, но все же позволяло внешним звукам достигать их. Все перестали говорить и повернулись к источнику голоса — Оливер был шокирован, увидев его снова так скоро.

— Мистер Росси. Что ты здесь делаешь?

— О, не нужно быть таким напряженным, а? Я просто пришел пожаловаться. Я больше не твой враг.

Чувствуя напряжение в воздухе, Росси поднял руки, чтобы показать, что он не угроза.

Чела, которая была настороже после снятия заклинания глушения звука, расслабилась немного.

— Я проиграл больше одного раза прошлой ночью. У меня все еще есть медальоны, но какой в этом смысл, а? Я увидел свои пределы и потерял мотивацию. Так что я сдаюсь.

— Больше одного раза? Ты сразился с кем-то еще после меня?

— Да. Не смотри на меня так, Оливер. Половина отведенного времени для этого королевского боя уже потрачена. Остались только самые сильные. Я ожидаю, что ты победишь большинство из них. Но смотри в оба, потому что некоторые из них действительно сильны.

Росси оставил свою беззаботную манеру, чтобы дать серьезное предупреждение. Оливер, не понимая, какой была его цель, замолчал. Затем на лице Росси появилась улыбка, и он перевел свой взгляд на азийскую девушку.

— Это касается и тебя, Нанао. Покажи мне, на что ты способна. Я твой большой поклонник.

Он схватил ее за руку и энергично потряс ее. Затем он быстро развернулся.

— Ну, до свидания. Думал, что сегодня на обед пойду к инструктору Гарланду, наверное? Увидимся скоро, Оливер. Я перетренируюсь, а затем вернусь, чтобы снова бросить тебе вызов.

Он поднял руку и зашагал прочь. Как только он ушел, Чела кивнула в знак понимания.

— ...Я понимаю. Значит, ты победил его прошлой ночью, да? Я думала, что мистер Росси не будет легкой добычей, так что очень впечатляюще, Оливер.

Чела снова наложила заклинание глушения и слушала с увлеченным вниманием, спрашивая подробнее.

— Да, он действительно силен. У него есть то, чего нет у меня.

Оливер вспомнил их дуэль прошлой ночью.

— О, верно! У меня тоже есть что-то, о чем я хочу поговорить со всеми вами.

Кэти заговорила во время паузы в разговоре. Она сделала паузу, затем продолжила серьезным тоном.

— Что вы думаете о том, чтобы завести свою собственную секретную базу? Хотите одну?

Остальная пятёрка едва могла поверить своим ушам.

Гай, не уловив ее мысль, подозрительно наклонил голову.

— ...Если бы мне пришлось выбирать, я бы сказал, что хочу. Но откуда взялась эта мысль?

— Нет, я понимаю. Она предлагает общую мастерскую, — вмешался Оливер.

Гай кивнул, и Чела продолжила объяснять дальше.

— Это также буквально мастерская, которой пользуются несколько студентов. Это не редкость в Кимберли. Однако только горстке старшеклассников разрешено академией иметь такую на территории кампуса. Исключение для первокурсников без награды, таких как мы, будет...

Она осознала на каком-то уровне, что означает предложение Кэти, и попыталась быть расплывчатой в своих словах.

Вместо этого Оливер сказал это за нее.

— ...Ты хочешь, чтобы мы организовали неофициальную мастерскую в лабиринте, не так ли?

Гай и Пит застыли от шока. Кэти, осознавая, что все смотрят на нее, кивнула.

— Да, именно так. Но мы не будем начинать с нуля. У меня уже есть место в виду. Там есть большинство необходимого, и оно находится на первом уровне.

У нее, казалось, было что-то очень конкретное в виду.

Поняв, Оливер положил руку на подбородок.

— Правильно... Мастерская мисс Милиган, да?

— ЧТО?! — воскликнул Гай истерично.

Кэти быстро продолжила, прежде чем он смог сказать что-либо еще.

— У нее несколько баз в лабиринте, не только та, куда меня отвели. В качестве извинения за то, что она сделала, она предложила отдать мне одну. И поскольку эта область была мастерской с самого начала, среда идеальна. Я не думаю, что это плохая идея, лично, но что вы все думаете?

Никто не заговорил. Не потому, что у них не было возражений, а потому, что было трудно решить, на что жаловаться в первую очередь. Десятки секунд прошли в тишине, пока, наконец, Гай не ответил:

— Ты с ума сошла? Это мастерская, созданная Милиган! Ты можешь себе представить, для чего она ее использовала?

— Она утверждает, что она не использовалась для ее экспериментов с полулюдьми с тех пор, как у нее были трудности с маршрутом поставок. Честно говоря, я не знаю, сколько из того, что она говорит, правда. Я могла бы перечислять свои сомнения днями, но мое первое впечатление таково, что она чистая.

Кэти ответила ему просто, как будто ожидала этого вопроса. Гай открыл рот, чтобы поспорить, но она заговорила поверх него.

— Если мы не воспользуемся этой ситуацией, будет невозможно иметь мастерскую как первокурсники. Конечно, я осознаю, что не смогу поддерживать ее в одиночку. Поэтому я хочу положиться на вас, ребята. Вы поможете мне управлять мастерской, которую мне дала мисс Милиган? Вы можете использовать ее для чего угодно!

Ее отчаяние убедить их просочилось в ее выражение, когда Кэти продолжила свое предложение. Оливер изучал ее, его лицо было каменным.

— Конечно, это традиция для студентов Кимберли устраивать мастерские в лабиринте. Однако, это обычно происходит на третьем году обучения, или, в крайнем случае, во второй половине второго курса.

— Для первокурсников риск спуска в лабиринт намного превышает преимущества наличия мастерской. Если ты не можешь защитить себя, то даже не стоит обсуждать это. Кэти, ты понимаешь это, не так ли?

Чела выбрала свои слова, чтобы быть максимально убедительной.

Кэти опустила глаза на землю и спросила:

— В среднем восемьсот двадцать в год... Ты знаешь, что это за число?

Это был странный вопрос. Остальные не могли ответить, поэтому Кэти продолжила:

— Это количество полулюдей, эксплуатируемых и уничтоженных этой академией. Они используются как материал для исследований, игрушки для развлечения и множество других вещей — но это только официально заявленная цифра. Без сомнения, она будет намного выше, если включить инциденты, которые остаются незарегистрированными. И если добавить магических существ помимо полулюдей, невозможно представить, насколько высоким станет это число.

Оливер сглотнул. Он никогда раньше не слышал это число.

Кэти нахмурилась.

— Было бы по-другому, если бы каждая жертва была абсолютно необходима. Но правда в том, что они не необходимы. Студенты и преподаватели здесь относятся к магическим существам с таким ужасным равнодушием и убивают их без необходимости. Они даже не пытаются уважать жизни нечеловеческих существ.

Она испытывала это отношение больше раз, чем хотела бы помнить, с начала учебы Кимберли. Кэти резко подняла голову.

— Я хочу изменить эту тенденцию. Но я не могу изменить что-либо, крича в одиночку. Поэтому сначала я хочу получить награду как исследователь, с акцентом на межвидовую коммуникацию. Я хочу найти симбиотические, устойчивые отношения между нами, которые могут заменить это одностороннее злоупотребление ресурсами.

Чела скрестила руки, задумавшись, слушая, как Кэти объясняет свое видение.

— Межвидовая коммуникация? Мне не хочется это признавать, но это первый раз, когда я слышу о такой области.

— Я не удивлена. Это едва ли основная область. Я искала во всех частях библиотеки, куда мне разрешено входить, и смогла найти только три книги по этой теме. Сейчас я просто копаюсь в старых студенческих эссе, но, по крайней мере, это что-то.

Кэти грустно улыбнулась, ее тон едва ли был надежным. Но сила вернулась со следующими словами.

— Вы также можете смотреть на это как на неизведанную золотую жилу. Если я действительно покопаюсь, то уверена, что обнаружу что-то новое. Вот почему прямо сейчас я хочу начать накапливать опыт как можно скорее. Я хочу продвинуть свои исследования через здоровый обмен с этими живыми существами, а не то, что эта ведьма называет "уроком"!

Оливер мог чувствовать глубину ее страсти по силе в ее тоне. Кэти Аалто хотела найти другой путь, отличный от того, которому учила Ванесса Олдисс.

— Чтобы быть очень четкой, я хочу место под своим собственным контролем, где я смогу выращивать магических существ. Это цель, для которой я хочу использовать мастерскую мисс Милиган. Но я не могу сделать это в одиночку, поэтому я прошу вашей помощи. Я знаю, что это грубо...

Она замолчала. Ее идеалы были грандиозны, но она, казалось, постоянно мучилась из-за отсутствия силы для их реализации.

— Мне жаль, что я эгоистична. Честно говоря, я знаю, что вам легче просто отказать. Даже не знаю, хочет ли кто-нибудь из вас мастерскую на данный момент. Поэтому, если у вас есть сомнения, просто откажите мне прямо сейчас. Я найду другой способ...

— Я всегда за тобой.

Нанао не могла дождаться, пока она закончит. Остальные пятеро смотрели на нее с удивлением, поэтому она продолжила без колебаний.

— Я не знаю точно, что такое мастерская. Однако, насколько я понимаю, Кэти хочет заявить территорию в лабиринте, да? Тогда, как воин, моя задача — защищать замок. Пожалуйста, возьмите меня под свое знамя, миледи.

Она встала перед Кэти и крепко и ободряюще сжала ее руки.

— Имей уверенность, Кэти. В твоих глазах свет решимости. И он стал только ярче с тех пор, как ты встретила того тролля. Однажды я хочу увидеть, как этот свет освещает темноту. И этого мне достаточно, чтобы присоединиться к тебе.

— Нанао...

Превозмогая эмоции, Кэти обняла Нанао со слезами на глазах.

Гай улыбнулся неловко.

— ...Думаю, я в деле. Это не первый раз, когда ты тащишь меня за нос. И... идея моего собственного сада соблазнительна.

— Гай!

Высокий мальчик ослепительно улыбнулся. После некоторого молчаливого размышления Чела и Оливер обменялись взглядами, затем заговорили по очереди.

— ...Хорошо, я тоже последую за тобой. Здесь, в Кимберли, много людей с сильной волей, и эти воли примут множество форм. Это признак хорошего друга — поддерживать того, кто пытается двигаться вперед.

— Я думал, что это может случиться, как только Нанао согласилась. Но позвольте мне сказать одну вещь: безопасность каждого на первом месте. Если кому-то угрожают, то мы покидаем мастерскую. Если ты согласна с этим, то я тоже в деле, Кэти. Что скажешь?

Кэти неоднократно кивнула, затем взглянула на их последнего друга, Пита.

— Ты... не с нами, Пит?

Ее глаза были полны надежды, но также готовы к худшему. После нескольких секунд молчания он вздохнул драматично.

— ...Какой смысл спрашивать, когда ты уже отняла у меня варианты? Я едва могу заботиться о себе прямо сейчас. Если Оливер и Чела в деле, то я, очевидно, должен пойти вместе с этим.

Он фыркнул и отвернулся. Кэти обняла его за торс.

— Спасибо! Я люблю вас, ребята...!

— Ува! Н-не обнимай меня!

Пит сопротивлялся, в конце концов отцепив ее.

— ...У тебя довольно большая грудь, — тихо сказала она. — Тебе, наверное, стоит носить бюстгальтер.

— Никто не просил тебя!

Пит прикрыл свою грудь руками и спрятался в тени Оливера.

Чела смотрела на них с теплотой, затем подумала о чем-то.

— Ты, конечно, думаешь далеко вперед, Кэти. Я не знала, что у тебя такие грандиозные стремления, как исследования, награды и реформы. Я просто думала, что ты собираешься присоединиться к движению за гражданские права на территории кампуса.

— О, они... Да, я проверила их. Но сказать, что они мои союзники, ну... Мы очень разные.

Она дала сухую улыбку, вспоминая людей, которых она встретила.

— ...Это было похоже на кучу Милиганов, но других. Понятно?

Никто не пытался спросить подробнее. Оливер сделал вдох, затем решил сменить тему.

— Если это решено, то нам следует двигаться. Давайте все пойдем вместе, чтобы заявить права на мастерскую. Ночью, во втором часу, все согласны?

Никто не возражал. И так их приключение началось.

Как только обед закончился, пришло время для их дневных уроков, и студенты собрались в классе алхимии с учебниками на своих верстаках. Большинство из них, однако, разделяли одну и ту же озабоченность.

— ...Инструктор Дариус сегодня тоже не придет, да?

Гай прошептал себе под нос, и все стали заметно неловко. Действительно, преподаватель алхимии, Дариус Гренвиль, просто исчез.

— Ты думаешь, слухи правдивы? Он пропал в лабиринте? — сказал Гай.

— Трудно сказать. Студент — это одно, но трудно представить, что это происходит с преподавателем. Оливер, что ты думаешь?

Чела невинно спросила.

Оливер ответил, не позволяя своим истинным чувствам подняться на поверхность.

— Я слышал, что только преподаватели проверяют глубины лабиринта. Если бы там произошел несчастный случай, даже они могли бы быть застигнуты врасплох. Однако, это всего лишь одна из возможностей.

Он сделал все возможное, чтобы дать свой обычный, плоский ответ, чтобы не вызвать подозрений. К счастью, никто не подозревал ничего.

На этом этапе Пит присоединился к разговору.

— Я слышал много других слухов, которые звучат фальшиво. Например, что среди преподавателей идет внутренняя борьба, или что его убил маг с обидой на Кимберли.

— Пит, не говори таких глупостей, — отругала его Чела.

Кимберли была рассадником бесконечного числа таких слухов, но безрассудное копание в них было верным способом сократить продолжительность жизни.

— Хм, интересно, что на самом деле произошло.

Голос внезапно раздался над ними. Студенты подняли глаза в удивлении и увидели мужчину, стоящего вверх ногами на потолке. Золотые локоны были драпированы по обе стороны его головы, как у Челы.

— Отец?!

— Дядя!

Два голоса закричали в унисон. Один был Челы, а другой — Стейси Корнуоллис на другой стороне комнаты. Мужчина сделал полусальто и приземлился на землю, затем мгновенно крепко обнял девушку перед собой.

— Да, это твой папа! Как давно мы не виделись, Чела? Ты стала намного красивее за короткое время, пока меня не было.

Чела приняла всепоглощающие объятия мужчины — но только на пять секунд.

— Сейчас не время для этого! Где ты был все это время?!

— О, повсюду. Я знаю, что был занят. Мне жаль, что заставил тебя чувствовать себя одинокой.

— Есть кое кто еще, перед кем ты должен извиниться в первую очередь!

Чела упрекнула его, указав на свою подругу, Нанао, рядом с собой. Поправив свою одежду, мужчина повернулся к ней.

— Да, конечно. Прошло шесть месяцев с тех пор, как я видел тебя в последний раз. Ты хорошо проводишь время, Нанао?

— Да. Я рада видеть, что вы тоже здоровы, лорд Макфарлейн.

Она улыбнулась и приятно поболтала с мужчиной.

В тот момент Оливер и другие вспомнили историю, которую она рассказывала им о том, как она пришла в их академию из далекой земли Айзии. О маге, который обнаружил ее на том поле боя Ямацу.

— Я не могу поверить, ты протащил её через полмира, обучил языку, а затем бросил! Ты понимаешь, сколько она страдала с тех пор, как началась школа?

— Я немного беспокоился об этом, но знал, что ты в ее классе. Было очевидно, что с ней все будет в порядке.

— Какой отец сбрасывает всю ответственность на свою дочь? Ты никогда не меняешься!

Тон Челы становился все более агрессивным, когда она начала читать лекцию своему отцу.

Мужчина смягчил ее ярость по опыту, тем временем изучая Нанао.

— Ты выглядишь хорошо, Нанао. Я вижу, что у тебя было много замечательных друзей, помимо моей дочери. Вы ее друзья?

Он повернулся к Оливеру и другим. Они каждый собирались представиться, но мужчина перевел взгляд на кафедру.

— Я бы хотел остаться и поболтать, но технически я здесь, чтобы вести урок. Может быть, в другой раз. Ах, мисс Корнуоллис. Я рад видеть, что ты тоже в порядке.

Он окликнул другую девушку, смотревшую на него, затем лениво прошествовал к кафедре. Дойдя до нее, он осмотрел комнату.

— Теперь позвольте представиться. Я Теодор Макфарлейн, преподаватель на неполный рабочий день в Кимберли. Я не преподаю никакой конкретный предмет. Вместо этого я бегаю, заменяя других преподавателей. Надеюсь, мы все сможем поладить.

Он представился легко. Один из студентов закричал вопрос.

— Извините! Значит ли это, что вы будете нашим преподавателем алхимии отныне?

— Нет, моя роль — быть здесь только на несколько уроков. Я могу быть преподавателем, но большая часть моей работы происходит за пределами этой академии. Я не могу долго оставаться на территории кампуса.

— Тогда инструктор Гренвиль вернется?

Преподаватель с кудрями слегка вздохнул при этом имени.

— Если вернется живым. Но я подозреваю, что мы больше никогда его не увидим.

Студенты все сглотнули. Он только что намекнул, что маг Дариус Гренвиль мертв.

— Просто чтобы вы знали, не редкость, когда маги пропадают. Но когда вы живете в этом мире так долго, как я, вы просто знаете. Это один из тех случаев, когда пропавшая сторона не возвращается. Я не пророк, однако. Это просто чувство.

Озноб пробежал по спине Оливера. Успокойся. Нет никакого способа, чтобы он уже мог понять. Я не был настолько неосторожен, сказал он себе.

— Тем не менее, директор уже связалась с его заменой. Для тех из вас, кто был учеником Дариуса или надеялся им стать, примите мои глубокие соболезнования. Но я гарантирую, что ваш следующий преподаватель алхимии будет также удивительным. Вам просто придется потерпеть меня, пока он не прибудет.

Теодор сменил тему, предотвращая возможность кого-либо снова поднять тему Дариуса. Облегченный, Оливер отругал себя. Не теряй бдительности. Этого человека нельзя недооценивать.

— Теперь, начнем? Э... какая сегодня тема урока?.. "Противоядие от гриба смеха"? Хм-м-м.

Странный взгляд появился на лице Теодора, когда он листал учебник. Он подумал несколько секунд.

— Приготовление этого обычным способом было бы таким утомительным. Хорошо! Когда вы закончите делать свои противоядия, несите их мне, и я выпью их.

Студенты уставились на него в ужасе. Ему было все равно.

— Я оценю вас на основе его качества. Я также дам вам подробную критику, конечно. У всех есть свои инструменты на столах? Тогда начните!

Он хлопнул в ладоши и дал сигнал начать. Наблюдая за тем, как студенты лихорадочно приступают к работе, он продолжил говорить.

— Это не сложный рецепт, так что вы можете позволить себе слушать, как я болтаю, верно? О, это мое последнее приключение было диким. Кто-нибудь из вас читал мою серию "Путешествие на Восток"?

Блондинка в углу комнаты подняла руку.

— В настоящее время я медленно читаю двенадцатый том...

— Я прочитал их все!

Пит поднял руку почти одновременно и закричал. Преподаватель проигнорировал шокированную Корнуоллис — блондинку — и сосредоточился на Пите.

— Замечательно! Мои путешествия финансируются за счет продаж этих книг, так что ты кормил меня! Могу я узнать твое имя?

— Пит Рестон, сэр!

— Пит, а? Хорошо! Я запомнил. Обязательно принесу тебе сувенир в следующий раз.

Он подошел к верстаку Пита, чтобы с энтузиазмом наблюдать, как тот смешивает свое противоядие.

— Я написал эту серию на основе энергии и духа моих мест назначения. Она не очень полезна для изучения истинного ощущения и культуры земли. В моем последнем путешествии я даже обнаружил, что многие вещи, которые я написал, нуждались в исправлении.

Преподаватель с кудрями приложил руку ко лбу в раздумье.

— Например, что...? — спросил Оливер, продолжая ухаживать за своим противоядием.

— Мм, например, пищевой продукт, известный как соба в Ямацу. В третьем томе я заявил: "Это холодное блюдо из лапши с очень нежным вкусом и подается с очень соленым холодным супом". Но я ошибся. Это был не суп, а соус! И вы не льете его на лапшу, а поднимаете лапшу и макаете в него!

Он засунул руку в карман пальто и достал две длинные, тонкие палочки. Он сжал их между пальцами правой руки.

— Также, вот как вы держите палочки для еды. Хитро, не так ли? Вы хватаете свою лапшу вот так... затем всасываете ее в один прием. Манеры там другие, поэтому нормально издавать много шума.

Он имитировал для них поедание соба. Гай, наполовину в недоумении от иностранной пищевой культуры, повернулся к девушке рядом с собой.

— ...Это правда, Нанао?

— Действительно. Это напоминает мне, я не ела соба с тех пор, как приехала сюда.

— Тебе хочется? Хорошо, хорошо. Тогда я принесу немного для тебя в следующий раз, — преподаватель небрежно пообещал, продолжая вспоминать.

Чела слушала в мрачном молчании, затем в конце концов погасила пламя своего котла.

— ...Я закончила.

— Вот моя дочь! Яблоко от яблони!

Теодор взял флакон с готовым противоядием и сделал глоток, как и говорил. Мгновенно, масса пузырей начала пениться из его рта.

— Блррблрбл!

— О боже, я добавила слишком много пузырчатой травы. Моя рука, должно быть, соскользнула благодаря всей твоей бесполезной болтовне.

— Блрггрбл...! М-моя любимая дочь! Это больше, чем просто "соскользнула"!

Теодор наконец смог проглотить пузыри и заговорить. Как раз тогда другой голос заговорил позади него.

— Я тоже закончила.

— ?! Подожди, Нанао! Нет никакого способа, чтобы ты закончила так быстро...

Оливер начал, но преподаватель проглотил зелье Нанао. Он громко проглотил, и секунду спустя, слезы полились из обоих его глаз, как фонтаны.

— Мои глаза! Мои глаза! Нанао, как ты могла? Горечь плачущего лука совсем не смягчена!

— Ммм? Я где-то ошиблась?

— Это потому, что ты не промыла его в соленой воде после раздавливания! Сколько раз я говорил тебе не срезать углы в рецепте?

Оливер отругал ее, быстро приготовив флакон нейтрализатора.

Теодор понюхал, и в конце концов, слезы начали утихать.

— Ф-пхе... Спасибо. Сколько лет прошло с тех пор, как я в последний раз плакал так? Это было интенсивнее, чем я ожидал. Эм, напомни мне, сколько еще мне нужно выпить?

— Осталось еще тридцать восемь, отец.

— Это убьет меня!

Он закричал в отсроченном осознании.

Стейси уставилась на них, затем подняла руку.

— У-дядя! Я тоже закончила!

— Хм? О, да, да.

Мужчина промокнул глаза носовым платком, затем прошествовал к ней. Стейси была жесткой, как доска, пока он пил ее готовое противоядие.

— Мм, хорошо сделано. Равномерно нагрето, и ингредиенты были мелко приготовлены, так что оно довольно гладкое. Вкус также освежающий. Я не удивлюсь, увидев это проданным в магазине.

— Ты мне льстишь! Эм, я...

— Отлично. Продолжай в том же духе.

Он быстро оценил ее и затем отошел без дальнейшего разговора. Стейси стояла там, совсем одна.

— Сэр, я тоже закончил!

— О! Да, Пит! Я возлагаю на это большие надежды!

Теодор сразу же подошел к мальчику в очках и выпил флакон, не утруждая себя изучением его содержимого. Он наслаждался вкусом с серьезным лицом, которое внезапно превратилось в выражение чистой радости.

— О, отлично сделано! Это так же хорошо, как и у мисс Корнуоллис! Я могу сказать по этому противоядию, что ты очень усердно учишься.

— Ты мне льстишь, сэр!

Пит покраснел от похвалы.

Но на его глазах Теодор начал бледнеть.

— ...

— С-сэр?

Пит осторожно окликнул своего преподавателя. Мужчина упал на пол, обнял свои колени и затем плюхнулся на бок.

— ...Жизнь полна отчаяния... Я хочу умереть...

Он начал бормотать.

— О нет!

Оливер закричал.

— Он передозировался и впадает в внезапную депрессию! Ему нужно противоядие, сейчас!

— Серьезно, ты полный болван?

Чела упрекнула своего отца.

— Любое лекарство может стать ядом, если принять слишком много!

Они вдвоём принялись за работу, пытаясь спасти своего преподавателя. Прежде чем они зашли далеко, Гай схватил образец гриба смеха со своего верстака.

— Если он передозировался этими противоядиями, то не должен ли он просто съесть сам гриб, чтобы нейтрализовать это? Вот, этот нарезан очень тонко.

— Подожди, Гай! Ты не можешь просто...

Прежде чем Кэти смогла остановить его, он засунул гриб в рот Теодору. Он заставил его жевать и проглотить, и выражение лица мужчины мгновенно расслабилось.

— Бва-ха-ха-ха-ха-ха! Небо полно радуг!

— Черт, это было слишком эффективно!

— Гай! Тебе нужно думать, прежде чем действовать!

Ухудшающаяся ситуация заставила Оливера захотеть схватиться за голову. Пока они работали, чтобы вернуть урок в нормальное русло, настроение Теодора постоянно колебалось от самых низких низких до самых высоких высоких.

Даже после того, как урок алхимии закончился и они перешли в следующий класс, друзья все еще не могли перестать говорить о том, что только что произошло.

— Твой папа — забавный парень, не так ли?

— Пожалуйста, не упоминай его больше... Я чувствую, как пар идет у меня из ушей.

Чела прикрыла лицо от стыда. Это было ново для всех.

— Он ведет себя так практически все время. Люди называют его "свободным духом", но нельзя отрицать, что ему не хватает чувства ответственности, необходимого в родителе или преподавателе. Это причиняет мне бесконечные страдания.

Она вздохнула, с сожалением переживая этот опыт. Рядом с ней Пит нервно ждал начала их урока фехтования.

— Наконец-то время полноценных дуэлей...

— Успокойся, Пит. Не нужно торопиться.

Оливер пытался успокоить его, когда они стояли в своих рядах. Как раз тогда мастер Гарланд появился перед ними в обычном гигантском классе, облаченный в белый плащ.

— Давайте начнем. Как я говорил в прошлый раз, сегодня вы будете включать заклинания в свои дуэли. Таким образом, хотя вас разделяли по опыту в прошлом, я теперь буду составлять вас в пары по своему усмотрению. Многие из вас будут вне своей лиги. Думайте об этом как об обучающем опыте.

С этим Гарланд начал накладывать ослабляющее заклинание на мечи всех, как обычно. Затем он случайным образом выбрал одного из каждых трех пар студентов, чтобы начать их дуэли, пока остальные наблюдали. Студенты выходили вперед, когда он называл их по именам.

— ...Ах.

— ...Мм.

И так случилось, что Пит и Стейси оказались соперниками. Она произвела довольно сильное впечатление, когда бросила свое имя в ринг для королевской битвы, и поэтому даже он помнил ее. Они встали в стойку на расстоянии одного шага, одного заклинания.

— Пит против одного из твоих родственников, верно? — спросил Гай Челы.

— ...Да. Это будет тяжелый бой для него.

Она интенсивно наблюдала за их дуэлью. Оливер делал то же самое. Это был первый шанс Пита показать плоды своей работы с друзьями.

— Дуэль не заканчивается на одном очке, — сказал Гарланд. — Продолжайте сражаться, пока время не истечет. Начинайте!

Гарланд дал сигнал начать дуэль. Пит лихорадочно приготовил свой меч.

— Не паникуй, Пит! — закричал Оливер из-за арены. — Просто сосредоточься на том, чтобы заработать одно очко для начала!

Он подбадривал Пита, пытаясь заставить его расслабиться.

Висок Стейси дернулся.

— Для начала? ...Я вижу, ты тоже недооцениваешь меня, — пробормотала она, с острым взглядом в глазах. Она направила кончик своего Атама на своего противника. — Иди, немагическое отродье. Я покажу тебе, насколько ты уступаешь.

Пытаясь не поддаться ее запугиванию, Пит шагнул вперед в своей средней стойке.

— Кха?!

В тот момент, когда он попытался размахнуться, его противница уже прочитала его и поймала его выпадом. Удар отправил его в полет, и он приземлился на спину. Стейси холодно посмотрела на него сверху вниз.

— Встань, — потребовала она безжалостно. — У нас еще много времени.

Пит стиснул зубы и встал. Восстановив стойку, он атаковал своего противника, который не казался нисколько смущенным.

— Ха-а-а!

Она ловко парировала его атаку, которая была направлена на ее запястье. В отличие от предыдущего раза, когда она контратаковала его первый удар, Стейси осталась в обороне на этот раз. Пит развязал град ударов, которые она блокировала с легкостью.

Она фыркнула.

— ...Твои атаки разбросаны. Даже для новичка, ты ужасен. У тебя нет ни малейшего намека на чувство.

Она уклонилась от выпада и подсекла его ноги. Пит потерял равновесие и драматично упал на пол. Затем он вскочил, разозленный.

— Пит, успокойся! — закричал Гай из толпы. — Это дуэль с магией, помни?

— ...

Пит очнулся от своей ярости. Правильно, заклинания были разрешены теперь. Не было необходимости продолжать сражаться в пределах досягаемости меча. Изменив свою тактику, Пит отпрыгнул назад.

Стейси выдохнула с жалостью.

— Глупец. Ты действительно думаешь, что у тебя больше шансов с заклинаниями?

Они стояли на расстоянии, пристально смотря друг на друга секунду. Пит выпустил первый выстрел.

— Tonitrus!

Он пропел заклинание молнии. Заявляя о своем намерении победить, за этим последовали второй и третьий выстрел. Но Стейси даже не вздрогнула. Она непрерывно уклонялась от атак, сдвигаясь в сторону ровно настолько, чтобы уклониться, и спокойно защищалась своим Атамом, который был зачарован противоположной магией.

— Ты вообще целился? Тонитрус!

Она выпустила заклинание, уклоняясь. Оно прошло прямо через безрассудное наступление Пита, безжалостно пронзив его.

— Ах—кха!

— Пит!

Кэти закричала, когда Пит рухнул от удара. На этот раз он не встал сразу. Он валялся в конвульсиях на полу, а конечности были парализованы.

— Теперь ты видишь, что уступаешь мне?

Стейси холодно спросила.

— "Я прочитал их все". Ха! Не зазнавайся из-за одного жалкого комплимента!

Ее слова были окрашены яростью.

Гай нахмурил брови в недоумении.

— ...Что ее злит?

— Я не знаю. Я не думаю, что они когда-либо разговаривали...

— ...

Кэти разделяла его недоумение, пока Чела изучала дуэль. В конце концов, Пит достаточно оправился, чтобы встать, но это ничего не изменило. Он отчаянно бросал ей вызов мечом и заклинанием, но подавляющее мастерство Стейси снова и снова сбивало его с ног.

— Опять! Я не могу смотреть на это! Разве дуэль ещё не окончена?!

— Нет, подожди, Кэти, — сказал Оливер, схватив ее за плечо, прежде чем она смогла вступить в бой. — Он еще не сдался. И... еще есть надежда.

— Хм?

— Мисс Корнуоллис недооценивает его. Это ее слабость.

Он внимательно наблюдал за полем боя, когда говорил. Только он и Чела заметили непрерывно горящую настойчивость в глазах Пита, несмотря на его полную неспособность сделать ход.

— Ты не учишься, да, слабак?

Стейси фыркнула, устав от этого бесконечно повторяющегося шаблона. Она все еще верила, что они находятся на расстоянии заклинаний. Но Пит бросился на нее с полной силой.

— Кьях!

— ...?!

Его безумный рывок застал ее врасплох. Стейси быстро выпустила заклинание молнии, но оно промахнулось, лишь слегка задев его голову — потому что он наклонился вперед настолько, насколько мог, когда бежал. Чувствуя опасность, Стейси мгновенно отпрыгнула назад. Пит вытянул правую руку, чтобы удержатся от падения, затем последовал выпад.

— ...

— Гух...

Глаза Стейси были широко раскрыты, уставившись на кончик меча, направленный на дюйм от ее груди. Голос Пита был наполнен разочарованием. Он не смог преодолеть крошечный разрыв между ним и его врагом.

— Героический рывок? Это было близко, — пробормотал Оливер.

Техника фехтования в стиле Ризетт "Героический рывок" была неожиданной атакой, которая полагалась на экстремальный наклон вперед, чтобы сбить суждение противника о расстоянии.

Чела, которая научила его этому движению, кивнула.

— Да. Даже мисс Корнуоллис не могла ожидать такой рискованной атаки. К сожалению, ему не хватило немного остроты в исполнении.

Это был горький опыт для них обоих. Пит неохотно вернулся в свою стойку. Тишина была тяжелой.

— ...Это была идея Мишеллы?

Стейси наконец пробормотала.

— ...

Пит ничего не сказал. Приняв его молчание как утвердительное, девушка скривила губы в гневе.

— ...Вы все действительно злите меня!

— Время вышло! Достаточно!

Голос Гарланда мощно раздался в тот момент, и их дуэль подошла к концу.

— Хфф... Хфф...

— Ты хорошо справился, Пит.

Оливер похлопал запыхавшегося мальчика по плечу. Пит прикусил губу и посмотрел вниз.

— Я не смог... заработать ни одного очка...!

Крупные слезы капали из его глаз. Оливер кивнул, и Чела мягко улыбнулась. Эти слезы были доказательством того, что он никогда не сдавался в матче до самого конца.

— Тебе не о чем грустить. В следующий раз у тебя всё получится, — сказала Чела.

— Да. Твой противник был действительно сильным, — добавил Оливер, затем посмотрел через поле боя, где Стейси сердито топала ногами. Мальчика по имени Фэй стоял рядом с ней, и он спокойно ответил на взгляд Оливера.

— Имеет смысл, что она захотела бы участвовать в королевской битве, эта мисс Корнуоллис. Мы не должны ее недооценивать.

Он честно оценил ее навыки. Выражение Челы, тем временем, было довольно сложным.

Два дня спустя, после того как ужин закончился и студенты вернулись в свои общежития, шестеро друзей остались на территории кампуса, как и обещали.

— Все здесь, тогда?

По сигналу Челы они наложили заостряющее заклинание на свои клинки и вошли в зеркало в лабиринт. Когда все оказались в зале, Гай осмотрел окрестности.

— Я только что понял, это первый раз, когда мы заходим в лабиринт в одиночку. Я немного нервничаю.

— Все в порядке, все в порядке! С нами шестерыми здесь нечего бояться! — ярко сказала Кэти, но Оливер вмешался.

— Извини, что порчу настроение, но, честно говоря, лабиринт полон страшных вещей. Есть бесчисленные риски, такие как заблудиться, быть атакованным зверями, оказаться раненым ловушками или даже столкнуться с другими студентами.

— Угх!

— На первом уровне нам в основном нужно беспокоиться о первом и четвертом пунктах из этого списка, — сказала Чела. — Чем выше мы поднимаемся, тем больше студентов будет. Я сталкивалась с вредоносным старшеклассником раньше, и это было неприятно.

— У-у-ух!

Оливер и Чела объединили усилия, чтобы смягчить смелость Кэти. Оливер затем продолжил объяснять их построение.

— Нанао и я будем впереди, а Чела будет охранять тыл. Вы трое в середине, держитесь вместе в треугольном построении. Это может звучать как излишество, но это построение должно дать нам надежную защиту в любом направлении.

— Хорошо... А если кто-то отстанет?

— Не пытайся двигаться в темноте. Просто оставайся там, где ты есть, и держись низко. Я обещаю, что мы тебя найдем.

Пит кивнул, и все выстроились, как инструктировал Оливер. Когда они были готовы, Нанао обратилась к группе.

— Все готовы? Тогда вперед!

Шесть пар ног отправились вниз по коридору. Пока Чела шла в арьергарде, она заметила метлу, прикрепленную к спине азийской девушки.

— Нанао, ты принесла свою метлу? Я сомневаюсь, что на первом уровне будет много мест для полета.

— Это нормально. Мы все еще узнаем друг друга, что включает в себя проведение времени вместе.

Нанао улыбнулась и сжала рукоять метлы.

Оливер улыбнулся. Это было так похоже на нее.

Кэти, которая шла в середине, изучала мальчика в очках рядом с собой.

— ...Хм? Пит, ты сегодня мальчик.

— К-как ты узнала?!

Пит отпрянул в шоке.

Кудрявая девушка приложила руку к подбородку.

— Это как... аура? Ты кажется спокойнее сегодня, так что я догадалась.

Пит пробормотал на это. Теперь, когда он был пробужденным реверси, его биологический пол будет нестабильным, пока он не научится правильно его контролировать.

Оливер, как его сосед по комнате, знал, что это "день мальчика" с того утра.

— Кэти, мы будем полагаться на тебя в указании пути. Куда нам идти?

— Эм, я думаю, это было прямо вправо, затем повернуть налево на третьем перекрестке.

Кэти объяснила их маршрут. Они следовали ее инструкциям, когда внезапно группа маленьких существ перебежала перед ними. Они были круглыми, а их конечности крошечными.

— О! Гнездо шаровидных мышей!

— Стой. Ты можешь понаблюдать дикую природу в другой раз.

Гай крепко схватил Кэти за воротник, когда она попыталась пойти за существами.

Она, казалось, была недовольна, поэтому Оливер объяснил.

— Многие из магических существ на первом уровне маленькие и пугливые. Однако, если ты потеряешь бдительность, ты все равно можешь оказаться серьезно раненым. Например, эта трещина...

Он вытащил свой Атам и воткнул его в трещину в стене. Мгновенно, гигантские клешни вцепились в лезвие. Оливер вытащил оружие обратно, вытаскивая ракообразное существо размером с собаку.

— Видишь? Это гнездо трещинных крабов. Их клешни очень сильные, и они могут легко отсечь кисть, если ты сунешь туда руку. Будь осторожен с тесными, темными пространствами.

— Ох... Это большой, аппетитный краб.

— У тебя отличный глаз, Нанао. Они действительно хороши свежими и отваренными в соленой воде.

— Не концентрируйся на еде! Оливер, положи его обратно уже!

Кэти упрекнула его, и Оливер вернул трещинного краба в его гнездо. Затем друзья снова отправились в путь.

Пока они шли, Гай, казалось, вспомнил что-то.

— Скажи, разве в Кимберли нет Клуба Лабиринтных Гурманов? Похоже, они собирают существ отсюда и готовят их в поисках новых деликатесов. Здорово, не так ли?

— Совсем нет! Я уверена, что они готовят такие вещи, как жаркое из кобольдов и рагу из троллей!

Спорить с Кэти было бесполезно.

Рядом с ней Пит понюхал воздух.

— ...Это мне кажется, или откуда-то идёт вкусный запах?

— Нет, я тоже чувствую. Это очень ароматно, как будто что-то готовится.

Чела подозрительно согласилась. Озадаченные, они повернули за угол и нашли источник.

— ...Мгх?

— Что, первокурсники?

Несколько лиц повернулись, чтобы посмотреть на них. Около десяти студентов сидели вокруг костра в импровизированной площади, устроенной в зале. Половина из них, казалось, были первокурсниками, а другая половина — от второ- до четверокурсников. Не уверенные, могут ли они пройти молча, Оливер нерешительно поприветствовал их.

— ...Добрый вечер. Эм, что вы делаете?

— Мы — Клуб Лабиринтных Гурманов, и это наше мероприятие по приветствию новых членов! Хотите присоединиться?!

Самый старший мальчик встал и поманил их к себе. Как раз тогда другой студент прибежал из глубин зала. В их руках была жуткая, красновато-черная масса.

— Сэр! Я нашел эту массивную пиявку! Можно ее съесть?

— Ты настоящий искатель приключений, новичок! Хорошо, давай попробуем приготовить ее!

— Сэр, мне стоит беспокоиться? Мое зрение становится мутным! Это был тот гриб, который я ел раньше?

— Ха-ха-ха-ха! Вот, выпей немного противоядия! Ты вырвешь кровью и умрешь, если не выпьешь!

Клуб Лабиринтных Гурманов оживленно болтал о тревожных вещах, пока готовил свою еду.

Оливер поклонился.

— ...Кажется, мы мешаем. Тогда мы пойдём.

Все шестеро осторожно обошли их лагерь и ушли так быстро, как только могли. Как только они свернули за угол и оказались вне пределов слышимости, Кэти наконец заговорила.

— Я же говорила, что там полно чудаков!

— О, перестань! Это ничем не отличается от тех случайных напитков в магазине! — Гай поспорил.

Чела взглянула на них. — Этику питания в лабиринте в сторону... Тот, кто пригласил нас присоединиться к клубу, довольно известен.

— А, я так и думал. Значит, это Кевин Уокер, Выживший? — Оливер кивнул в знак понимания.

Гай выглядел подавленным. — Правда...?! О, черт! Я должен был остаться поболтать!

— Что? Он большая шишка или что? — Сказала Кэти.

— Конечно, — ответила Чела. — Я слышала, что он провел полгода, потерявшись в глубинах лабиринта, и академия объявила его мертвым. Они даже провели его похороны, но затем он вернулся живым!

— Полгода? Здесь? Невозможно. Никто не настолько крепок...

Пит фыркнул.

— Он пропустил свое выпускной из-за этого, и поэтому всё еще на шестом курсе. Я не знаю, чем он мог бы нас угостить, но это могло бы быть интересно присоединиться к тому барбекю.

Оливер наполовину шутил. Кэти яростно покачала головой, но Чела выглядела несколько мечтательно.

— Да, они, казалось, весело проводили время. Значит, это называется барбекю?

— ? Чела, ты никогда раньше не была на барбекю?

Спросил Оливер.

— Мне стыдно признаться, но нет... В моем доме мы никогда не ели и не готовили вне кухни.

— О, ты многое упускаешь!

Сказал Гай.

— Хорошо, давайте устроим барбекю в ближайшее время. Мы могли бы сделать это в мастерской, верно?

— Конечно, но не вздумайте замышлять что-то смешное с едой. Я отказываюсь идти на охоту в лабиринт.

Кэти резко поставила ногу.

Вскоре все остановились на месте. Перед ними тянулся длинный, узкий зал — и покрывали стены, потолок и пол гигантские слизни.

— Фу, это логово слизней!

Гай стонал.

— Эй, можем ли мы найти другой путь?

— Почему? Они не причинят вреда людям, — сказала Кэти в недоумении.

Она легко вошла в зал, и подошва ее туфли хлюпнула в слизи.

— Дайте мне пройти, ребята. Извините!

Она мягко, но смело отодвигала слизней на своем пути и продолжала двигаться вперед. Ее пятеро друзей уставились в недоверии, как она достигла другого конца зала в мгновение ока.

— Видите? Я проложила вам путь. Он скоро закроется, так что поторопитесь!

Она указала на пространство, которое она расчистила. Вынужденные действовать быстро, группа бросилась одна за другой в зал. Ни один из слизней не попытался причинить им вред, и они благополучно добрались до другой стороны.

— Легко, верно?

— ...Спасибо, но мои манжеты брюк теперь все вонючие.

Гай с отвращением посмотрел на свою слизистую одежду.

Кэти проигнорировала его и опустила взгляд на пол.

— Это их сезон размножения. Если присмотреться, можно найти и малышей. Вот, смотрите? Такие маленькие и милые!

— Ого! Не позволяй им ползать по твоей руке! Положи его обратно на землю!

Гай отпрыгнул, когда она протянула к нему детеныша слизня, чтобы он посмотрел.

Оливер, однако, не мог отделаться от тревожного чувства.

— Эй, Кэти, это только я, или... мы видим много магических существ на этом маршруте? Мы не зашли так глубоко.

— Р-реально? Может, так и должно быть.

Она быстро отвела взгляд.

Гай, чувствуя, что происходит, нахмурился.

— Вот же мелкая... Ты выбрала этот маршрут намеренно? Как, может быть, спросив Милиган о распределении дикой природы в лабиринте?

— Ха—ха-ха-ха! Конечно, нет!

Кэти засмеялась механически, а затем снова начала идти. Как только она почувствовала, что все смотрят на нее, она в конце концов поддалась давлению.

— ...Я имею в виду, — пробормотала она, — разве не веселее более оживленный маршрут?

— Значит, это было предумышленно!

— ...Ну, мы всё равно в безопасности.

Оливер вздохнул смиренно и последовал за Кэти.

Через еще двадцать минут они достигли еще одного одностороннего зала.

— О, подожди, — сказала Кэти. — Это место может быть немного опасным.

— ...Подожди. Что ты имеешь в виду под "опасным"?

Спросил Гай с тревогой. Кэти не ответила, вместо этого вытащив клубок пряжи из своей сумки и бросив его вниз по залу. Внезапно, гвозди полетели со всех углов коридора, превратив клубок в подушечку для булавок.

— ...Вот так.

— Немного?! Мы бы превратились в ежей при первом неверном шаге!

Пока Гай кричал на нее, Оливер осторожно заглянул в зал. Внимательное наблюдение выявило бесчисленные маленькие отверстия, размером с кончик мизинца, на стенах, полу и потолке. Это был источник игл.

— Это... не ловушка. Это колония лукострелов.

— Да... Но иглы маленькие, так что они не могут убить человека. Они могут сильно ужалить, но это все.

— "Это все"? Нет, спасибо! ...Так как же мы переберемся через это?

Пит звучал очень обеспокоенно, и это было вполне оправданно. Но Кэти уверенно шагала впереди группы.

— Оставьте это мне. Вам просто нужно сжечь определенный тип ладана, и они сразу заснут.

Она произвела кадильницу, поставила ее на пол и зажгла заклинанием огня. Как только дым начал подниматься, она также подтолкнула его вниз по залу с помощью немного магического ветра.

— Хорошо, вот и все. Теперь нужно подождать пять минут.

Она продолжала поддерживать заклинание ветра. Облегченные тем, что она принесла правильное оборудование, остальные пятеро ждали сигнала. Через несколько минут Нанао внезапно повернулась.

— ...? Я слышу странный звук, приближающийся к нам.

Азийская девушка осторожно заглянула вниз по залу в направлении, откуда они пришли. Оливер тоже повернулся — он услышал, как что-то выталкивается под высоким давлением, когда коридор начал заполняться белым газом.

— Черт возьми — это ловушка!

Оливер сказал жестко. Водяной пар выходил из щелей в стенах и быстро приближался к ним. Если это действительно был пар, заполняющий зал, то он был бы обжигающе горячим.

— Бегите, так быстро, как только можете!

Чела закричала.

— Ты будешь ужасно обожжен, если он коснется тебя!

Чувствуя опасность, Чела подтолкнула своих друзей двигаться.

Кэти выглядела ужасно.

— Что?! Нет, подожди! Ладан все еще...

— Нет времени! Иди!

Оливер также подтолкнул их вперед, и шестеро друзей бросились в коридор. Если они хотели избежать сильных, полных ожогов тела, то у них не было другого выбора. Примерно через тридцать секунд спринта, когда они больше не слышали пара, они наконец остановились.

— Хфф! Хфф! М-ммы выжили, а? О, мое сердце...

— Ты... Ты...

Кэти была облегчена, но голос Гая дрожал. Остальные пятеро в шоке повернулись к нему. Он стоял там, выглядя довольно жалко, с десятками игл, воткнутых в его зад.

— Увах!

Пит испустил крик при виде этого, и остальные четверо в унисон сглотнули. Высокий мальчик стоял там, выглядя довольно жалко, с десятками игл, воткнутых в его зад.

Десять минут спустя, благодаря помощи Оливера, все иглы были удалены, и его раны залечены. Зад Гая был как новый.

— Кэтии-и-и! У меня есть к тебе пара вопросов!

— Мне очень жаль! Прости-и-и-и!

Конечно, боль все еще была свежа в его уме. Полный ярости, Гай схватил щеки их гида и потянул их. Оливер не пытался вмешаться. Вместо этого он стоял рядом с Челой и вздохнул.

— Некоторые ловушки активируются только для группы людей. Гай заслуживает нашего сочувствия, но давайте примем это как обучающий опыт.

— Согласна. Конечно, это была ужасная неудача, что единственное место, куда не дошел ладан, был путь, по которому пошел Гай.

Они двое приняли урок к сердцу. Гай, когда он закончил наказывать Кэти, отпустил ее. Он положил руки на бедра угрожающе и фыркнул.

— Хмф... Хорошо, на этом достаточно. Но не забывай о жертве моего зада. Будь более осторожна, ведя нас отныне! Поняла?

— Я-я постараюсь...

Слезы накатились в глазах Кэти от боли, когда она возобновила руководство группой к месту назначения.

— Тем не менее, мы уже прошли довольно далеко, — заметил Оливер, следуя за ней. — Не должны ли мы скоро прибыть?

— Д-да. Мы почти пришли. Просто за этим холмом...

Кэти нервно посмотрела на свою карту. Но как только они прошли половину пути по коридору, она внезапно остановилась.

— О! Вот оно! Камень... Нет, Caputalis!

В ответ на ее заклинание, блоки, из которых состояла стена, перестроились, чтобы создать вход через несколько секунд. Кэти прыгнула через него, и ее друзья последовали за ней.

— Хорошая работа, все! Теперь заходите! Это наша секретная база!

Она прыгала от радости по случаю их прибытия. Махнув своей палочкой, она зажгла хрустальный светильник на потолке. Ее друзья ахнули в восхищении при виде этого.

— Да, это хорошо.

Оливер первым прокомментировал. Мастерская была около десяти ярдов в ширину и пятнадцати ярдов в длину, и три ярда в высоту от пола до потолка — это было около размера двух двухместных комнат в общежитии. В задней части находились свечи и плита, окруженные шкафами, полными инструментов для изготовления зелий, таких как котлы. На левой стене была одна дверь, а на правой стене — две.

— Довольно хорошо укомплектовано, — отметил Гай. — Может быть немного тесно для шести человек, хотя.

— Хи-хи-хи, ты бы так подумал, не так ли? Но твои опасения беспочвенны!

Кэти улыбалась, продолжая двигаться дальше в мастерскую. Она открыла левую дверь и вошла в темное пространство.

— Это главная комната. Позвольте мне включить свет...

Она махнула своей палочкой на потолок, как и раньше. Внезапно, гигантская лампа вспыхнула, освещая темноту. То, что расширилось перед их глазами, было комната примерно в десять раз больше предыдущей. Пит уставился на высокий потолок в восхищении.

— Что творится в мире? Она огромная! Можем ли мы использовать это тоже?

— Конечно! Согласно мисс Милиган, это мастерская высшего качества, несмотря на то, что находится на первом уровне.

Кэти говорила с гордостью, и эхо ее голоса в огромном пространстве усилило эффект.

Чела ходила вокруг, отмечая предметы в мысленном списке.

— Да, мисс Милиган определенно была права насчет этого. Есть вода, свет и плита, не говоря уже о том, что все они должным образом размещают элементалей. Мы могли бы начать использовать это место как мастерскую уже завтра.

— По крайней мере, мой зад не превратился в подушечку для булавок зря.

Гай горько потер свой зад.

— Хорошо, тогда! Давайте разделим пространство! Куда мне поставить мой сад?

— Успокойся. Давайте запишем желания каждого на листе бумаги. Я хочу выращивать животных; Гай хочет выращивать растения. Что хотят делать остальные здесь?

Кэти достала блокнот из своей сумки и начала быстро писать ручкой. Остальные посмотрели друг на друга.

Первым инстинктом Оливера было заложить основы.

— Пока что я хочу использовать это как базу для исследования лабиринта. Для начала я проверю удовлетворяет ли это место критерии безопасности в лабиринт, и установлю несколько кроватей.

— О, ты имеешь в виду спать здесь? Это звучит довольно захватывающе.

— Видишь? Нанао понимает. Вот что такое настоящая секретная база, — сказал Гай. — Мне нравится звучание этого... Да! Давайте установим ловушки вокруг территории! База должна иметь плотную защиту!

— Как те, что пронзают зады?

— Пит, ты мелкий...

Гай попытался схватить Пита за то, что он дразнил его, но мальчик в очках убежал. Чела смотрела, как они двое играли в догонялки в просторной комнате и не могла не улыбнуться.

— ...Хе-хе-хе.

— ? Что случилось, Чела?

Спросил Оливер.

— О, я не уверена почему, но я тоже чувствую себя взволнованной. Странно, не так ли? Я никогда не испытывала этого раньше.

Выражение Челы было смесью радости и замешательства.

— ...Мы бы, вероятно, болтали об этом всю ночь. И уже поздно. Если вы все не против, почему бы нам... не остаться здесь на ночь?

Никто не возражал, и поэтому все устроились провести свою первую ночь в секретной базе.

Как только они решили переночевать, все шестеро поняли, насколько голодны. У всех были некоторые продукты, но Гай утверждал, что им нужно что-то получше для их первой ночи в секретной базе. Все согласились, и поэтому все покинули базу, чтобы отправиться за едой.

— ...Мы действительно найдем магазин в лабиринте?

Снова Оливер и Нанао возглавили группу, и они встали в то же построение, что и при движении туда. Кэти выразила свои сомнения, пока они шли.

Было довольно много неофициальных мастерских в лабиринте, похожих на ту, которую им дала Милиган. И поскольку так много студентов проводили так много времени здесь — другими словами, использовали лабиринт как жилое пространство — возникало много потребностей, что естественно приводило к продаже товаров для их удовлетворения. Это был тот вид "магазина", который они искали.

— Если мы не найдем, то можем просто сделать то, что делает Клуб Лабиринтных Гурманов. — с усмешкой сказал Гай.

— Мы должны найти магазин!

Кэти широко раскрыла глаза и осмотрела территорию — она предпочла бы умереть, чем увидеть их обеденный стол, заполненный магическими зверями.

Оливер неловко улыбнулся. Если бы они нашли "магазин", все равно было бы очень вероятно, что вещи, которые они продают, происходят от магических зверей. Но сейчас эта мысль, казалось, не приходила ей в голову.

— Хм? Что это?

После того как они немного поискали территорию вокруг своей базы, то заметили фигуру глубоко в широком коридоре. По мере приближения они могли видеть десятки предметов, лежащих на ткани на земле. Лицо продавца появилось в поле зрения, и она подняла глаза на группу.

— Что это? Добро пожаловать! Не помню, когда в последний раз группа первокурсников заходила ко мне сюда.

Интонация старшей студентки была определенно уникальной, и ее большой рот оставлял довольно сильное впечатление. Она носила свою форму аккуратно, и по цвету подкладки мантии на ее плечах, казалось, что она на третьем курсе. Изучив Оливера и компанию, девушка продолжила:

— Непослушные, непослушные, выходят поиграть ночью в таком нежном возрасте. Вы переоцениваете себя. Но мой бизнес не даёт выбирать клиентов! Ниа-ха-ха-ха! Давайте, тогда. Че вы ищете?

Они приготовились к лекции, но она быстро переключилась обратно в режим торговца.

Кэти наклонилась, чтобы посмотреть на ее товары.

— Вау, здесь действительно есть магазины в лабиринте, — сказала она, впечатленная. — Как вы поддерживаете запасы?

— Разве это не очевидно? Либо ты тащишь это с поверхности, либо добываешь здесь. Один флакон противоядия от зуда продается в три раза дороже, чем наверху. Только это делает весь риск стоящим того!

Она издала тот же любопытный смех снова. Большинство ее товаров, казалось, были зельями, но Оливер заметил большую корзину позади нее, которая, казалось, была набита до отказа.

— У вас есть еда?

— Много, конечно. Вы хотите просто выжить? Или, может быть, желаете что-то отпраздновать?

— Где-то посередине, я бы сказал. Мы были бы рады чему-то вкусному.

Девушка повернулась и начала рыться в корзине. Из горы предметов она достала лиственные овощи, корнеплоды, грибы и мясо, чтобы они могли осмотреть.

— Берите. Поскольку вы у меня в первый раз, я предложу вам специальную сделку: три тысячи белков за все.

— Подожди... за все это?

Оливер был шокирован. Учитывая, где они находились, он был готов к тому, что еда будет невероятно дорогой. Это было намного более приемлемо, чем он себе представлял. Уловив его замешательство, продавец улыбнулась.

— Мне нравятся безрассудные люди, такие как вы, спускающиеся так далеко в лабиринт после всего лишь полугода в академии. Я надеюсь, что вы все выживете и станете постоянными клиентами.

Ее "поощрение" было довольно тревожным.

Оливер собирался поблагодарить ее, но она его перебила.

— Но если нет, то у меня будет больше свежего мяса для продажи. В любом случае, я выигрываю.

Все, кроме Нанао, застыли. Продавец расхохоталась.

— Ниа-ха-ха-ха! Это шутка! Шутка! Вот, возьмите немного напитков за счет заведения!

Все шестеро вернулись на базу с их удивительно легко найденным ужином. Теперь встал вопрос о приготовлении.

— ...Какого рода мясо, по-твоему, это?

Кэти спросила, изучая кусок красного мяса.

— Вероятно, баранина. Судя по мышцам, это, по крайней мере, не получеловек, — ответил Гай, проверяя грибы рядом с ней. Поскольку он был человеком с наибольшим опытом в еде, группа оставила его проверять, чтобы убедиться, что это безопасно.

— Так что мы будем готовить? У нас достаточно для пира.

— Подожди... ты умеешь готовить, Гай?

— Не ожидай ничего необычного. Но ты, по крайней мере, можешь верить, что это будет вкусно.

Высокий мальчик встал, закатал рукава и пошел на кухню.

Кэти вскочила рядом с ним, слабо улыбаясь.

— Должна ли я принять это как вызов?

— О? Не знаю, должна ли ты?

Гай ответил, его интерес был возбужден.

Искры полетели между ними. Через несколько секунд они схватили ножи и яростно начали готовить ингредиенты.

Оливер рассмеялся сзади.

— ...Думаю, мы мешаем. Нанао, хочешь немного потренироваться перед ужином?

— Я собиралась спросить тебя об этом.

Она сразу кивнула, и они направились в общую комнату.

Чела повернулась к Питу.

— В таком случае, Пит, почему бы нам не позаниматься для урока? Я заметила, что у тебя проблемы с теорией заклинаний.

— Угх... Х-хорошо. Спасибо.

Нанао и Оливер стояли друг перед другом в центре общей комнаты. Оливер заговорил первым:

— Итак... позвольте мне сначала спросить вот о чем. Вам удалось воспроизвести это с тех пор?

Ему не нужно было уточнять, что это было за “это”. Нанао покачала головой, и мальчик скрестил руки на груди.

— Понятно… Странно. Это определённо не тот ход, который можно совершить случайнр.

— Как я и спрашивала раньше, ты уверен, что не преувеличиваешь?

— Нет. Если бы я ошибался, не было бы другого способа, которым ты смогла одолеть Проклятое око.

Оливер заявил довольно прямо. Он говорил о её поединке с Верой Милиган, конкретно о последнем ударе Нанао — Разящем клинке.

Тот факт, что ей вообще удалось это, был секретом между ними двоими. Как мастер Гарланд заявил на уроке, пользователи заклинаний-мечей никогда не демонстрировали свои техники. Оливер был очень осторожен, напоминая ей об этом, чтобы она не неосмотрительно выдала правду.

Все устроились за столом. Помимо коричневого хлеба, который у них был каждый день, перед ними было два блюда. У Кэти было рагу на томатной основе, поданное в гигантском горшке. У Гая были жареное мясо и овощи, покрытые густым коричневым соусом на большой тарелке.

— Они... оба выглядят так хорошо, — пробормотал Оливер.

— Давайте приступим, не так ли?

Сказала Чела.

— За нашу первую ночь в лабиринте!

Они звонко стукнули своими чашками сидра. Это был напиток, сделанный из ферментированных яблок, и содержал немного алкоголя, что означало, что они могли наслаждаться им только в лабиринте, где обычные законы не применялись. Сладость фруктового сока и жжение газации приятно скользнули по их пересохшим горлам.

С утоленной жаждой группа наконец потянулась к еде. Кэти и Гай пристально смотрели, как их друзья пробовали каждое блюдо. Несколько минут прошли в тишине, пока они наслаждались вкусами.

— ...Они оба хороши, — пробормотал Оливер. — Но если бы мне пришлось объявить победителя...

Его взгляд переместился к тарелке с мясом и овощами.

Чела кивнула.

— Блюдо Гая немного лучше, я бы сказала. Кэти, твое блюдо было превосходно, но в этом есть вкус, которого я раньше не испытывала... Эм, могу я взять еще?

Чела неловко посмотрела на Гая. Он сиял и помог ей взять добавки, пока Кэти рухнула в поражении.

— Я... проиграла?! Мое лучшее блюдо было побеждено этим неотшлифованным беспорядком?

— Ха-ха! Ты просто не понимаешь, да? Это наша первая еда после долгой ходьбы через лабиринт. У тебя должно быть жареное на огне мясо после всего этого!

— Гр-р-р-р!

Плечи Кэти дрожали от гнева, так как у нее не было ответа на это. Теперь все имело смысл для Оливера. Скорее всего, не было такой большой разницы в их кулинарных навыках. Однако Гай приготовил идеальное блюдо для этого конкретного сценария. Это был кемпинговый стиль, которым он гордился.

— Мой зад все еще жаждет какого-то возмездия. Как только ужин закончится, мы будем соревноваться этим — и вбей себе в голову, что будет наказание для проигравшего!

Гай достал колоду карт из своей сумки и положил ее на стол. Его глаза сияли — ночь только начиналась.

После еды они начали играть в карты. Два часа прошли в мгновение ока.

— Фу, это было весело! Кажется, прошло много времени с тех пор, как я в последний раз так играл. Спасибо, Кэти. Эта секретная база потрясающая!

— Если ты действительно так благодарен, то хотя бы прояви немного больше милосердия!

Гай лениво откинулся на своем стуле. Кудрявые длинные волосы Кэти, которыми она так гордилась, стояли дыбом: результат заклинания после того, как она заняла последнее место. Ее пряди, теперь характерно бросающие вызов гравитации, выглядели точно как щетка от метлы. Оливер изо всех сил пытался подавить приступ смеха.

— С т...тебя х...хватит. Давай вернем тебя обратно. Оригинале.

Он рассеял ее пушистые волосы, и они наконец вернулись к своей первоначальной форме.

Кэти прижала локон в руке и вздохнула с облегчением.

Оливер достал свои карманные часы и проверил их.

— Уже довольно поздно. Нам следует лечь спать. Это означает установку кроватей — есть ли у кого-то еще что-то, что нужно сделать?

Через несколько секунд Чела неловко подняла руку.

— Эм, у меня есть предложение. Как насчет... названия?

Остальные не могли понять, о чем она говорила.

— ...Названия?

— О чем ты говоришь?

— Для нашей группы. Возможно, это странно предлагать, но мне так весело прямо сейчас. Это почти невероятно. Вот почему я хотела бы сделать это особенным. Эта ситуация, пространство и отношения... Я хочу дать нашей компании какое-то имя, сделать её чем-то осязаемым... Это странно, не так ли?

Ее глаза блуждали, не уверенные и совсем не похожие на обычное "я".

Гай скрестил руки и покачал головой.

— Совсем нет. Чуть слишком сентиментально, если спросишь меня, но это не плохо.

— Названия группы, да? — сказал Оливер. — Я никогда не думал об этом. Пит, есть ли у тебя какие-то идеи?

— Ты спрашиваешь меня? Это слишком внезапно... я...

Все устроились в размышлениях, кроме Нанао.

— Мои друзья, могу ли я попросить вас обнажить свои клинки?

Она поднялась и вытащила свой меч. Остальные посмотрели друг на друга, затем нерешительно последовали ее примеру.

— Сформируйте круг и вытяните клинки прямо. Вот так... Наложите их друг на друга.

Шесть клинков нежно перекрестились — сверху они выглядели как лепестки большого цветущего цветка.

— На моей родине это называют Розой мечей. Это демонстрация дружбы между воинами.

— О, азийский обычай...

— Мы клянемся в вечной дружбе на нем?

— Нет, мы ничем не клянемся.

Нанао покачала головой. Остальные, казалось, были удивлены, и она улыбнулась.

— Мы просто помним форму цветка, который расцвел в этот день. Никто не знает, где будет наша верность уже завтра, или кто будет жив или мертв после этого. Воины не могут говорить о будущем. Все, что мы можем сделать — это четко выжечь столь особенный момент в памяти.

Внезапно все встало на свои места для Оливера. Нанао приехала из земли, вовлеченной в войну. Воины, бросавшиеся в битву, не знали, когда потеряют свои жизни, и поэтому акт клятвы на будущее считался неискренним. Давай встретимся завтра. Такое незначительное обещание было слишком эфимерным для них — только настоящее было определимым. И девушка по имени Нанао Хибия выросла среди такой непостоянности.

— ...

Он понял, что то же самое можно сказать об этой группе, которая жила в адском мире Кимберли.

— Теперь в этот момент наш цветок расцвел. Какой бы ни была наша судьба, этот момент никогда не изменится. Какую бы форму ни принял наш цветок, мы создали его здесь.

Вот почему Нанао могла быть так уверена, что настоящее незыблемо. С этим цветком, выражающим их воинскую дружбу, шестеро магов, собравшихся вместе, продемонстрировали свою связь.

— Таким образом, Роза Мечей. Вот как я бы назвала нашу группу.

Азийская девушка закончила свою речь на самых мягких нотах. Молчание упало между друзьями, когда эти слова проникли в их сердца.

— Роза мечей? Это немного неэлегантно, но мне нравится.

Оливер первым выразил свое согласие. Остальные тоже выразили своё согласие. Увидев, что все согласны, Чела заговорила.

— Да, очень хорошо. С этого момента мы — Роза Мечей: вечный цветок, расцветающий в углу бесконечного времени и пространства.

Под серьезным тоном Челы они посмотрели вверх на форму, которую создали: доказательство их связи.

— Все цветы расцветают с гордостью, не боясь дня, когда их лепестки рассеются, — продолжила она. — Давайте будем как они. Не сопротивляйтесь рассеиванию наших лепестков, ни увяданию наших корней. Просто расцветайте так ярко, как только можете в настоящем. Эти моменты, которые мы создаем, безусловно, будут более величественными, чем вечность сама.

Чела говорила с убежденностью, и снова наступило молчание. Они провели долгое время, не говоря ни слова, пока, наконец, Гай не прервал.

— ...Эй, Чела, ты краснеешь.

— Ты тоже, Гай.

— Как ты можешь такое говорить, Пит!

— Буа-ха-ха-ха! Щеки Кэти как спелая хурма.

— Ты так же ярка, Нанао...

— Как и ты, Оливер.

Они поняли, что все краснеют одинаково. Вложив свой Атам в ножны, Оливер кашлянул.

— ...Неловкость будет трудно забыть, по крайней мере.

— Чела, назвала бы ты это особенным?

Спросила Кэти.

— Да, более особенным, чем все, что я когда-либо знала... Я никогда не чувствовала, как мои слова текут столь неконтролируемо.

— Страшно, как ночное возбуждение может захватить тебя, когда ты вдали от дома. Никто не застрахован, — сказал Гай. 88

— ...Д-давайте сменим тему! Я умираю здесь!

Не в силах вынести неловкость, Пит насильно перевел разговор. Все засмеялись и кивнули. Друзья болтали часами, пока не отключились от истощения.