Дата выхода оригинала: 11.01.23

---

Вызов от короля не заставил себя ждать. Ариадна успела заранее кое-что подготовить, но Лео III потребовал её к себе так спешно, что она едва не упустила нужный момент. Уладив все дела, она переступила порог Палаццо Карло.

— Синьорина.

Нацепив на лицо благосклонную улыбку, Лео III повелительно кивнул слуге. Дворцовый лакей тут же метнулся к столику и наполнил чашку Ариадны.

— Пожалуй, впервые столь юная девушка переступает порог моей личной библиотеки.

— Для меня это безграничная честь, Ваше Величество.

В личную библиотеку короля редко заходила даже Рубина.

Когда с чаем было покончено, монарх снова кивнул, на этот раз отсылая слугу прочь.

— Я собираю эти книги с самого детства. В основном здесь труды об искусстве правления и принципах государственного устройства.

Ариадна повернула голову и окинула взглядом полки. Сама подборка была хороша. Наверняка горничные ежедневно протирали здесь пыль, но видно было сразу: к книгам никто не притрагивался. Он их покупал, но точно не читал.

— Бесценные труды. Сразу видно, откуда у вас такая глубина мысли, Ваше Величество, — с затаённой усмешкой произнесла Ариадна.

Совершенно не заметив её колкости, довольный Лео III раскатисто рассмеялся.

— Преданность — вот основа государства. На жертвенности и самоотдаче подданных оно и держится.

Король остановил на Ариадне долгий благосклонный взгляд.

— Я слышал, нынче в народе тебя называют «Спасительницей Этрурии».

Ариадна мысленно поморщилась. Лео III не терпел посягательств на свою власть. Должно быть, его это сильно задело.

— Я всего лишь простая невежественная девица, — смиренно произнесла Ариадна. — Я молода и не получила должного образования. Просто часто помогала в приюте, существующем милостью дворца. Мне стало жаль людей вокруг, вот я и позаботилась о них.

Она простёрлась ниц. Идти против власти из-за какого-то никчёмного самолюбия было бы чистой глупостью.

— Незаслуженная слава меня безмерно тяготит. Умоляю, Ваше Величество, покарайте тех, кто осмеливается вести подобные речи.

— Впрочем, да… — произнёс король. — Для столь юной девушки такое и правда может быть в тягость.

Вот и хорошо. Смутьянов, посягнувших на королевскую власть, накажут, и покончим с этим. Хочу домой. Отпустите меня домой.

Однако Лео III вдруг сказал совсем не то, чего она ждала:

— Но разве не тяжело жертвовать всем, не получая взамен ничего?

— Что, простите? — растерялась Ариадна.

— Как король, я распределяю блага среди своих верных подданных. Иногда это продовольствие, иногда — золотые монеты. А иногда… должность или дворянский титул.

Не уловив, к чему клонит Лео III, Ариадна машинально поблагодарила его:

— Я уже имела честь получить от Вашего Величества королевский дар — ещё при жизни Её Величества королевы Маргариты и от её имени. Для меня лично это безграничная милость…

— Нет-нет. Забудь об этих пустяках.

Лео III снисходительно погрозил пальцем.

— Драгоценности я могу послать куда угодно и когда угодно. А уж если человек живёт в столице — тем более. Но что, если отправлять нужно продовольствие? Что, если его нужно поровну разделить между подданными во всех уголках страны?

Он выглядел немного уставшим.

— Далеко не всё идёт так, как мне хочется. Обязательно что-нибудь пропадает по дороге. Никак не доходит ни до нужного места, ни до нужного человека. И…

Король пристально посмотрел на Ариадну.

— Зерно — всему голова. А труднее всего даровать должность или дворянский титул.

Ариадна так и не поняла, к чему он ведёт, и непонимающе склонила голову.

— Но разве должность или титул жалуют не конкретному человеку?

Тут уж дар вряд ли затеряется в пути.

— Разумеется, их жалуют конкретному лицу. Вот только выбрать это лицо… совсем не просто. — Король выдержал паузу. — Скажем, решу я сделать дворянином какого-нибудь торговца. Выйду на Кампо де Специя, схвачу за руку любого лавочника и объявлю: «Отныне этот человек — граф такой-то». Разве люди это примут?

— Это было бы непросто, — согласилась Ариадна.

— Поэтому для такой награды нужно выбрать правильное время. Если я навяжу титул, когда обстоятельства против, то награждённый лишь настрадается.

Самым свежим примером тому был Чезаре, герцог Пизано.

— Совсем как мой любимый сын…

Надо же, он тоже прекрасно это понимает.

Ариадна не имела права голоса в подобных делах, а потому лишь выдавила неловкую улыбку и промолчала.

— Но труднее всего, когда место одно, а достойных кандидатов — несколько.

Что? Неужели он завёл речь о наследнике? Но зачем он говорит это мне?

Ариадна растерянно забегала глазами, а речь короля снова свернула в совершенно непонятную для неё сторону.

— По крови и статусу титул должен получить первый. Но по заслугам и достижениям будет справедливо отдать его второму. Кому же мне даровать титул?

Ответить было непросто. Сама Ариадна считала, что титул по праву должен достаться второму, но скажи она это вслух — прозвучало бы так, будто она за Чезаре. Если же говорить об Альфонсо и Чезаре, то и кровь, и способности уже сошлись в одном человеке. Искать кого-то ещё не имело смысла. Однако обсуждать преемника с королём она не собиралась.

— Я верю, Ваше Величество примет наилучшее решение, — подчёркнуто высокопарно сказала Ариадна. По сути, это означало: «Поступайте как знаете».

Но король, похоже, и не ждал от неё мнения о престолонаследии. Он не стал допытываться и просто продолжил:

— А мне вот всегда жаль. Если заслуги второго и впрямь велики, он должен обойти первого и получить титул. Но когда не хватает самой малости, вот настолько… — Король свёл пальцы, показывая крошечный зазор. — Так и хочется ему намекнуть.

Минуточку. Он говорит вовсе не о преемнике.

Ариадна озадаченно посмотрела на короля. Лео III встретил её взгляд и сказал:

— Я обещал твоему отцу дворянский титул.

Она распахнула глаза.

— Похоже, ты слышишь об этом впервые, — тихо усмехнулся Лео III.

— Насколько мне известно, духовному лицу не положен титул, — проговорила Ариадна. — Как же тогда мой отец, кардинал де Маре, мог его получить?

— Верно. Духовному лицу титул не положен. Поэтому, — Лео III остановил на Ариадне долгий многозначительный взгляд, явно забавляясь, — было решено даровать этот титул ребёнку, носящему фамилию де Маре. В конце этого года. Да… Пожалуй, время почти настало.

Услышав это, Ариадна мгновенно поняла, за какую сделку её отцу достался титул.

— Должно быть… это плата за то, что отец посодействовал вам с наследованием герцогства Пизано.

Хотя на деле кардинал де Маре просто подделал родословную. Но вслух такого не скажешь.

— Блестяще, как и всегда! — Лео III захлопал в ладоши. В этой похвале крылся далеко не один смысл. — Не будь ты заточена в женском теле, я бы доверил тебе важный пост. Какая досада.

Король раскатисто рассмеялся.

— Когда мы только договаривались, я не сомневался, что кардинал передаст титул своему старшему сыну.

Его глаза цвета воды, точно такие же, как у Чезаре, впились в Ариадну. Встретив этот взгляд, она подумала: цвет тот же, но как будто потускневший. Налёт времени, или же…

— И раз кардинал не дал тебе ни единого намёка, значит, он и впрямь решил оставить всё старшему сыну.

Лео III отмахнулся:

— Впрочем, это лишь догадки старика. Не вздумай ссориться с отцом из-за моих подозрений. Мне бы очень не хотелось разрушить мир в вашей семье.

Всё-то он сводит к себе.

Семья либо держится, либо распадается, и король здесь вовсе ни при чём. Если дом де Маре теперь пойдёт ко дну, то исключительно из-за прошлых грехов кардинала, а не из-за монаршего вмешательства.

— Но знаешь… Мне всё-таки жаль, — продолжил Лео III. — Ведь прямо передо мной сидит столь достойный кандидат.

Он снова посмотрел на Ариадну.

— Ты помогла изгнать заразу из Сан-Карло и кормишь бедняков. Пусть ты из скромности и твердишь, что заботилась лишь о приюте Рамбуйе, я прекрасно знаю: ты раздавала еду и в Коммуне-Нуова.

Ариадна опустила голову.

— Даруй я титул тебе — никто и слова не скажет. Но достанься он твоему брату… Разве столица не поднимет шум, снова требуя доказать его право на этот титул?

У Ипполито не было никаких заслуг. Напротив, его родной матери пришлось пожертвовать жизнью, лишь бы замять разгорающийся скандал. Свались на него титул вот так внезапно, и столица сразу зашепчется, что король с кардиналом де Маре провернули грязную сделку. И что эта махинация наверняка как-то связана с признанием Чезаре королевским «племянником».

— Но знаешь… Загвоздка в одной крошечной детали. — Лео III прищурился. — Ты не выказала мне ни капли преданности. Ты помогала людям… исключительно по собственной прихоти.

Он уже хотел сказать: «потому что тебе так вздумалось», но вовремя выбрал более благопристойное слово — «прихоть».

— Так не дашь ли ты мне хоть какой-то предлог?

— Умоляю, Ваше Величество, скажите прямо, чего вы желаете… — проговорила Ариадна, не поднимая головы.

— Отдай свои запасы зерна стране.

Ариадна не шелохнулась. Лео III не понимал: то ли девчонка испугалась, то ли у неё уже помутилось в глазах от жажды титула. Поэтому он добавил:

— Я возьму твою благотворительность под крыло государства.

Король был уверен: стоит лишь надавить да поманить, и её можно будет проглотить целиком.

Подумаешь, шестнадцатилетняя девчонка. Родной отец ею явно не дорожил, да и сам кардинал был всего лишь церковником — не великим лордом и не полководцем с мощной армией. Королевской власти он не угрожал. Лео III ни секунды не сомневался, что с лёгкостью приберёт к рукам эту малолетку.

— Зерно… — Ариадна медленно подняла голову.

Чёрные пряди скользнули по щекам, и глубокие зелёные глаза встретились со взглядом короля. Лео III уже приготовился осыпать её похвалами: «Да, зерно! Основа основ, залог выживания народа!»

Но слова, сорвавшиеся с губ этой девчонки, застали его врасплох. Она заговорила тоном прожжённого торгаша:

— И какую же цену вы готовы предложить?

— Чего?!


----------
Прим. перев.: продолжение 144 главы манхвы.

Любопытный момент в разговоре короля и Ариадны: в этих главах король говорит с ней снисходительно-фамильярно, как и в главе 183, а она придерживается предельно высокого уровня формальности с гиперпочтительными и архаичными формами. Отсюда и самоуничижительное «Я всего лишь необразованная девица». Но её финальная реплика 얼마까지 알아보시고 오셨어요? настолько деловая и циничная, что без компенсации через «тон прожжённого торгаша» оттенок передать сложно. Это клише корейского рынка и звучит примерно как «До какой цены вы успели разведать, прежде чем пришли?»