Дата выхода оригинала: 29.10.23

---

Ариадна обедала в компании рыцарей принца Альфонсо. В зале то и дело раздавался смех. Приглашение Манфреди оказалось блестящим решением.

— И вот, значит, эти язычники как взмахнут своими мечами, а я так ловко взял — бац! — и заблокировал удар. Ха!

Бернардино тут же осадил его:

— Манфреди, у тебя язык без костей, но слова-то ты правильно выговаривай. Ведь это Его Высочество тебе жизнь спас.

Манфреди хихикнул:

— Хе-хе, хе-хе-хе… Так я же ещё не договорил! Я-то думал, что хорошо заблокировал удар, а тут принц ка-ак рубанул своим двуручником — и спас мне жизнь!

Он хотел было прихвастнуть, но в итоге расхвалил своего господина. Остальные рыцари тоже наперебой начали осыпать Альфонсо похвалами. Ариадна же была счастлива слышать любые разговоры о нём, и ей было совершенно неважно, от кого именно они исходили — она лишь радостно навострила уши. Это был поистине чудесный обед.

— А что было после того, как вы спустились в подземелье?

— Каменный саркофаг издал жуткий грохот — кр-р-р-р-р-р-р-рах! — а затем труп Львиного короля восстал и обеими руками преподнёс принцу меч Каледвулх!

— Да вы что?!

Рыцари тоже пребывали в полном восторге от трапезы. Впервые на их памяти аристократка с таким искренним энтузиазмом поддакивала их военным байкам. Ведь обычно, стоило им заговорить о поле боя, как благородные дамы недовольно морщились и отстранённо смотрели в окно — таковы уж были негласные правила приличия. А тут такой живой отклик, да ещё и от кого — от самой графини де Маре, Девушки, узревшей истину и Святой из приюта Рамбуйе!

— Никак не ожидал, что вы окажетесь такой, — признался Ротшильд. Будучи рыцарем из Северного союза, он присоединился к войску принца Альфонсо уже в Йесаке. — Судя по тому, что я слышал в Йесаке, вы молились целыми днями в платье, застёгнутом по самое горло.

Он проговорил это, моргая своими ясными голубыми глазами, контрастирующими с бледной кожей и рыжими волосами. По меркам этрусков Ротшильд был далеко не низкого роста, но для уроженца Северного союза считался довольно мелким.

— А ещё поговаривали, будто вы можете процитировать «Размышления» наизусть, от корки до корки.

Даже в Йесаке об Ариадне знали только две вещи. Во-первых, она пожертвовала свои личные средства на помощь бедным и, будучи женщиной, получила титул графини. Во-вторых, она была помолвлена с герцогом, племянником короля, но тот изменил ей с её собственной сестрой, поэтому она расторгла помолвку и осталась незамужней.

Графиня, которая не смогла закрыть глаза на неверность и собственными руками отшвырнула предложенный ей титул герцогини вместе со всем богатством и славой... Неудивительно, что в воображении людей она представала кем-то вроде праведницы, гордо и отстранённо живущей в религиозном одиночестве на вершине башни.

Но в реальности Ариадна оказалась обычной девушкой, которая умела звонко смеяться, громко хлопать в ладоши и больше всего на свете ненавидела башни — в особенности Западную.

Опасаясь, что Ротшильд сейчас и впрямь заставит её читать «Размышления» наизусть, она осторожно пробормотала:

— Похоже, когда слухи пересекают море, они сильно искажаются...

— Нет, что вы! — вмешался Десилио, адъютант Бернардино. Будучи выходцем из низшей знати, он много общался с простолюдинами. — Так думают не только за морем, но и здесь! Многие, у кого нет возможности встретиться с вами лично, считают точно так же.

Чтобы привлечь внимание Ариадны, он принялся активно жестикулировать, с жаром продолжая:

— В моём окружении все уверены, что вы невероятно строгая и пугающая особа. Поэтому сегодня, увидев вас вблизи, я был просто поражён!

Ариадна сочла его суетливость милой и с улыбкой спросила:

— Так вы приложите усилия, чтобы развеять их заблуждения?

Но Десилио решительно ответил:

— Нет.

Такого ответа Ариадна не ожидала и удивлённо расширила глаза:

— Но почему?

— Потому что мне просто скажут перестать врать: «Её Сиятельство графиня де Маре — особа благородная и с таким ничтожеством, как ты, даже разговаривать не станет!»

И он знал, о чём говорил. Ариадна, снедаемая чистым любопытством, спросила:

— Но они же в курсе, что вы служите рыцарем у принца Альфонсо. Это доказывает вашу компетентность. Уверена, люди поверят вашим словам.

— На самом деле… с тех пор, как я стал служить Его Высочеству, прошло совсем немного времени, — робко добавил Десилио. — По правде говоря, сегодня я вижу его вблизи лишь в третий раз. Все вокруг допытывались у меня, правда ли, что принц может орудовать Каледвулхом и целыми днями ходит в полном доспехе. А я ответил, что никогда не видел этого меча, и что на тренировках принц использует обычный тренировочный клинок. И они прямо в лицо назвали меня лжецом!

Ариадна не выдержала и рассмеялась. Судя по всему, в детстве Десилио не пользовался особой популярностью.

Кстати, о принце Альфонсо — он был в центре всех их бесед, но где же он сам?

«Я, конечно, старый холостяк и в таких делах не разбираюсь, но, по-моему, что-то тут не сходится», — Бернардино схватился за голову.

Когда все уже собирались приступить к трапезе, Альфонсо, внезапно побледнев в лице, шепнул Дино: «Я быстро вымоюсь, переоденусь и вернусь», а затем исчез.

Ага, ага. Его Высочество оставляет графиню де Маре наедине с этим животным Манфреди и остальными?

— Проследи, чтобы графиня де Маре не ушла, — бросил принц.

И как, интересно, я должен это сделать?!

Прежде чем Бернардино успел хоть что-то возразить, Альфонсо стремительно умчался прочь.

Когда я советовал ему следить за своим внешним видом, он упрямо отказывался меня слушать...

Бернардино с тревогой посмотрел на высокие напольные часы. Обед — который так тщательно подготовила герцогиня Рубина, но к которому сама не успела даже притронуться, оставив всё на растерзание рыцарям — подходил к концу.

Основное блюдо подали уже давно. Вечно голодные рыцари подчистую выскребли свои тарелки, и те уже блестели, как вылизанные. Как только графиня де Маре, которая сейчас неторопливо ковырялась в своей порции, доест, слуги подадут десерт.

Ешьте до-о-олго… С каждым кусочком на вилке возносите благодарственную молитву Небесному Отцу… О нет!

Совершенно не подозревая о мыслях Дино, Ариадна тихонько опустила столовые приборы на тарелку, сложив вилку и нож строго параллельно друг другу, наподобие числа «11». Это означало, что она закончила трапезу.

Бернардино едва сдержал стон отчаяния.

Стоило королевским слугам заметить, что графиня де Маре доела, они тут же проворно унесли тарелки и подали десерт. Дино при всём желании не мог их остановить — ох уж эти до неприличия расторопные ребята.

На десерт подали небольшие порции лимонной граниты.

— Это гранита. Для её приготовления свежие фрукты смешивают с сахаром, замораживают в леднике, а затем измельчают в крошку, — с гордостью пояснил старший слуга.

Некоторые рыцари, судя по всему, всё ещё не наелись, потому что вонзили ложки в десерт ещё до того, как слуга закончил свои объяснения.

— В домах простолюдинов обычно едят просто колотый лёд с мякотью фруктов. А вот полакомиться замороженным фруктовым соком в любой сезон, кроме зимы, можно лишь в королевском дворце.

Десерт исчез быстрее, чем кто-либо успел это осознать. Некоторые миски были вылизаны дочиста ещё до того, как слуга закончил описывать блюдо.

Лишь бы графиня де Маре ела медленно... Только бы она ела медленно!..

Однако отчаянной мольбе Бернардино не суждено было сбыться. Бросив безжалостную фразу: «Как освежает! Надо доесть, пока не растаяла», — графиня в мгновение ока расправилась со своей порцией граниты.

Спасите…

Не обращая внимания на впавшего в отчаяние Дино, рыцари объявили, что закончили с едой и что это был просто фантастический обед.

— Отличная была трапеза!

— У герцогини Рубины, должно быть, желудок размером с напёрсток. Я всё ещё голоден!

— Оставь такие разговоры для попоек! Сегодня с нами дама!

Бернардино в отчаянии посмотрел на часы. Судя по информации, которую раздобыл Манфреди, в два часа дня графиня де Маре должна была присутствовать на встрече с Его Величеством. А это значило, что у неё оставалось меньше пяти минут, и это не считая времени на дорогу.

Ваше Высочество! Как бы вы ни приказывали мне удерживать графиню де Маре, если следующий пункт в её расписании — встреча с Его Величеством, я совершенно бессилен!

Возможно, принц всё-таки услышал внутренние мольбы Дино, потому что именно в этот момент раздались торопливые мужские шаги. Они стихли перед дверью, затем кто-то сделал глубокий вдох и сдержанно распахнул створки.

— Ваше Высочество! — радостно поприветствовал его Бернардино.

Это был явно не тот голос, который хотел бы услышать Альфонсо, но благодаря оклику Ариадна резко обернулась ко входу. Её сияющие зелёные глаза скользнули по силуэту принца.

Высокий, статный мужчина вошёл в зал, облачённый в парадную кремовую форму и короткий плащ, небрежно накинутый поверх ярко-жёлтого дублета. В отличие от своего обычного вида, сейчас он был одет с иголочки.

Бестактный Манфреди тут же громко выдал:

— Ваше Высочество! Чего это вы так вырядились сегодня? Вы же никогда так не одеваетесь после тренировок! И вы что, обед пропустили?

Принц почти не выказал недовольства, но Дино мог бы поклясться, что услышал в его голосе нотки раздражения:

— Я поел, — отрезал Альфонсо.

Его живот предательски заурчал.

— Говорю же, я поел!

Сказав это, Альфонсо тряхнул головой, и с его не до конца просохших волос сорвались капли воды. Ариадна подумала, что, возможно, у неё просто слишком раздутое эго, но почему-то ей казалось, что если она сейчас рассмеётся, Альфонсо не сможет уснуть этой ночью. Поэтому она до крови прикусила губу, отчаянно пытаясь сдержать смешок.

Альфонсо бросил взгляд на огромные напольные часы в столовой.

— О, вижу, сейчас без десяти два.

— Да, Ваше Высочество.

Голос Альфонсо звучал ужасающе деревянно, словно он был бездарным театральным актёром.

— Вот. И. Славно. Самое. Время. Навестить. Отца.

Один лишь Дино понимал, что у Альфонсо на уме. Про себя он пробормотал: «Ваше Высочество, нет…», но вслух подыграл ему:

— У Его Величества короля сейчас назначена встреча с присутствующей здесь графиней де Маре по поводу дебютного бала герцогини Бьянки.

— Я. Как. Раз. Собирался. Поговорить. С. Отцом. Об. Этом, — ответил Альфонсо, поворачиваясь к Ариадне.

Он пытался вести себя как можно естественнее, но Ариадне его движения казались такими же скованными, как у медного дверного шарнира, который забывали смазывать последние лет тридцать.

— Не желаете ли пойти со мной, графиня де Маре?



Прим. перев.: приборы, уложенные в форме числа «11» — отсылка к европейскому ресторанному этикету. Когда мы кладём приборы параллельно — это знак, что мы закончили есть. Если скрещиваем — официант не отберёт у нас тарелку.

***

Оставшись в полном одиночестве в своих покоях, герцогиня Рубина гладила бульдога и со скрежетом стискивала зубы.

— Никогда в жизни не видела таких никчёмных идиоток!..

В истерике она забарабанила длинными ногтями по прикроватному столику. Её горничная Дебора тут же суетливо бросилась к ней и дрожащими руками налила полный кубок вина.

— Не станет ли это большим пятном на вашей репутации в светском обществе?.. — осторожно поинтересовалась она.

Её семья принадлежала к низшей знати, и Дебору с детства воспитали так, чтобы она строго следила за своим поведением. И хотя она выросла в глухой провинции, даже для неё было немыслимо кормить человека собачьей едой.

Так как же герцогиня Рубина — королева столичного высшего света — могла без малейших колебаний сотворить такую дикость? И кто вообще сказал, что столица — это оплот утончённости, а провинция — дикое и варварское место?

— И кто же это посмеет упрекнуть меня? — саркастично выплюнула Рубина. — Маркиза Монтефельтро, которая только и делает, что заискивающе заглядывает мне в глаза и даже не смеет показаться на балу? Или, может, графиня Маркес? Да мне достаточно сказать одно слово, чтобы её мужа вышвырнули со службы.

Рубина махом опрокинула кубок с такой грубостью, словно была каким-то уличным сбродом. Она пила фруктовое вино так, будто это было самое дешёвое крепкое пойло.

— Вокруг одна челядь, у которой вообще нет головы на плечах!

Она оскорбительно ткнула своим длинным ногтем в висок Деборы. Не смея даже пикнуть, горничная так и застыла на месте.

— Этикет, достоинство — всё это лишь красивые слова, которые имеют вес лишь тогда, когда за ними стоит власть, — на губах Рубины заиграла издевательская усмешка. — Если бы от них был хоть какой-то толк, разве покойная Маргарита прожила бы всю свою жизнь, жалко забившись в угол?

Она пренебрежительно фыркнула:

— На моей стороне король. И светское общество ничего мне не сделает, даже если я начну кормить людей не собачьим кормом, а собачьим дерьмом.

И это было правдой. Ей бы сошло с рук и не такое. И даже после сегодняшнего ни одна светская дама не посмела бы перестать приглашать её.

Вспомнив о своей власти, Рубина немного приободрилась. Когда герцогиня протянула пустой кубок, Дебора снова налила ей вина и осторожно задала вопрос, который не давал ей покоя:
— Но если Его Величество поддерживает вас, почему бы вам не попросить его наказать принца Альфонсо? Сегодня он вёл себя с вами очень грубо.

Настроение Рубины, которое только-только начало улучшаться, снова стремительно рухнуло. Служанка так прямолинейно ткнула её носом в границы её же собственной власти.

— Ты носишь голову на плечах только для украшения?!

Будучи всего лишь любовницей, она не могла цепляться к принцу, рождённому от законной жены, из-за мелких проступков. Чтобы найти изъян в законном наследнике, нужно было дождаться по-настоящему серьёзного повода. Если Рубина не сможет уличить Альфонсо в чём-то масштаба государственной измены, ей ни за что не удастся уничтожить его одним ударом. Ей оставалось лишь действовать исподволь, по капле подливая масло в огонь рядом с королём.

— Не выводи меня из себя и проваливай! — рявкнула Рубина, швырнув в Дебору наполовину полный оловянный кубок. — Глаза б мои тебя не видели, тупица!

Горничная пустилась наутёк со всех ног.

— Бесполезный кусок мусора, — пробормотала Рубина.

И всё же Дебора была редким кадром — мало кто мог так долго сносить суровое обращение Рубины и до сих пор оставаться при ней. То, что герцогиня постоянно испытывала нехватку талантливых людей, объяснялось не только положением любовницы, но и той жестокостью, которую она проявляла по отношению к подчинённым.

Ощутив внезапное одиночество, Рубина своими руками наполнила новый кубок, и её глаза, цветом точь-в-точь как красное вино, блеснули.

— Одно поражение — это ещё не конец игры, — сказала она себе.

Впереди будет ещё много возможностей. Да, формально они с герцогиней Бьянкой обладали равным положением членов королевской семьи, но разве могла Бьянка забраться в постель к королю Лео III?

— Ха, разве что-то изменится оттого, что эта девка приползёт в столицу?! — фыркнула Рубина.

Она не придавала существованию Бьянки особого значения. Куда большую угрозу для неё представляла будущая жена принца Альфонсо.

Нужно будет уговорить Его Величество подобрать Альфонсо правильную жену.

Нынешняя кандидатка, великая герцогиня Лариесса из Галлико, Рубину совершенно не устраивала. Поскольку у короля Галлико не было наследников, семья великой герцогини обладала слишком уж большой властью. От одной мысли о том, что Альфонсо обретёт такую поддержку, Рубину просто тошнило.

Идеальной партией стала бы девушка из обедневшей семьи, но с приличным статусом, чтобы не ударить в грязь лицом. А главное — с покладистым характером, чтобы Рубина могла манипулировать ею, как вздумается.

Да и откуда мне знать, что там за характер у этой иностранки, которую я и в глаза не видела?

Разозлившись, Рубина жадно, большими глотками проглотила вино. Но у неё была ещё одна козырная карта, которую она могла разыграть — Чезаре.

Нужно... срочно вызвать сына домой.

Её мальчик очень умён. Он наверняка придумает какой-нибудь дьявольски хитрый план. Как же сильно она соскучилась. По своему красивому, такому надёжному сыну Чезаре.


-------------
Прим. перев.: 207 глава манхвы.