Дата выхода оригинала: 07.01.24

---

— Ари… Мне нужно поскорее вернуться, — произнесла Габриэлла.

Даже войдя в гостиную особняка де Маре, она продолжала нервно озираться по сторонам. Девушка выглядела крайне встревоженной.

— Что случилось, Габи? — спросила Ариадна.

— Прости меня…

Как только Габриэлла получила приглашение на бал герцогини Таранто, она одной из первых радостно отослала обратно жёлтый тюльпан в знак согласия. И всё же сейчас она с огромным трудом выдавила из себя:

— Боюсь, я не смогу прийти на бал герцогини Бьянки.

Ариадна почувствовала, как её ладони становятся влажными.

Чтобы сама Габриэлла де Монтефельтро пропустила бал Бьянки…

Судя по списку, который недавно всучила ей баронесса Джанелли, от приглашения уже отказалось немало пожилых дам. Но если не придёт Габриэлла, массовый отток молодых аристократок станет совершенно очевидным. Ариадна могла с ходу назвать по меньшей мере шесть или семь девушек, которые точно не явятся, если там не будет Габриэллы.

— Могу я узнать… почему? — осторожно поинтересовалась Ариадна.

Габриэлла кивнула. Именно этого вопроса она и ждала. В конце концов, она пришла сюда именно затем, чтобы хоть немного облегчить своё чувство вины.

Понизив голос, она спросила:

— Ты знаешь, что в тот же день состоится ещё один приём?

Ариадна действительно слышала о каком-то собрании, которое устраивали в тот же день. Одна из пожилых дам, которой они отправляли приглашение, ответила отказом, сославшись на то, что уже пообещала присутствовать на «благотворительном мероприятии».

Баронесса Джанелли тогда тоже жутко бесновалась. Однако почтенным дамам зачастую в тягость дебютные балы, где приходится часами стоять на ногах. Учитывая возраст ответившей аристократки, не было ничего удивительного в том, что шумному торжеству она предпочла тихое благотворительное собрание — по сути, обычное чаепитие в узком кругу, где можно посидеть в комфорте.

— Разве это не просто благотворительное собрание? Уж точно не вечеринка и не приём.

Конечно, Ариадна и сама чувствовала в этом некую странность. Обычно в таких случаях организаторы торжеств мудро избегали конфликта: пожилые дамы при отказе ссылались на «преклонный возраст и пошатнувшееся здоровье», а затем без лишнего шума проводили свои мероприятия днём.

— Какое-нибудь дневное чаепитие, полагаю? — уточнила Ариадна.

— Нет, — покачала головой Габриэлла. Она продолжала пугливо озираться, словно боясь, что кто-то подслушивает, и зашептала быстро и приглушённо: — Это вечерний приём, который устраивает графиня Бальдзо. Сначала все открещивались, говорили, что ни за что не пойдут на званый ужин под видом благотворительности, но потом поползли слухи. Оказалось, что её негласной покровительницей выступает сама герцогиня Рубина.

— Ха!..

Внезапно все кусочки головоломки сложились воедино. То, что отказывались в основном пожилые дамы, и то, что гости, поначалу согласившиеся прийти, вдруг стали отзывать свои ответы, — всё это обретало смысл, если в деле была замешана Рубина.

— И это ещё не всё, — многозначительно продолжила Габриэлла. — Изначально людей зазывали с таким расчётом, чтобы они заглянули на бал Бьянки, просто «отметились» для приличия, а затем тут же перебрались на приём графини Бальдзо.

Весьма разумный ход. Если бы Ариадна организовывала отвлекающий манёвр, она бы спланировала всё точно так же. Как бы сильно люди ни желали выслужиться перед герцогиней Рубиной, вряд ли нашлось бы много желающих идти в авангард и нажить себе открытого врага в лице дома Таранто.

— Но в самый последний момент пронёсся слух, что приём графини Бальдзо может посетить герцог Чезаре, — глаза Габриэллы округлились от возбуждения. — И после этого все семьи, у которых есть незамужние дочери, резко переметнулись туда!

— Ха…

— Причём сам герцог Чезаре появится лишь на минутку, в самом начале вечера. Ловко они всё провернули, скажи?

Казалось, Ариадна не слышала этого имени миллион лет. Однако будь то в хорошем или в плохом смысле, всякий раз при его упоминании по её позвоночнику пробегала дрожь.

Совершенно ни на что не годный человек!..

Принц Альфонсо считался самой завидной партией во всём королевстве, и он должен был присутствовать на балу герцогини Бьянки. И всё же для родителей, имеющих дочерей на выданье, было совершенно естественно предпочесть герцога Чезаре.

Если сравнивать этих двоих по количественным и качественным показателям — особенно по последним, ведь безупречная репутация принца и рядом не стояла с дурной славой Чезаре, — Альфонсо, безусловно, превосходил своего конкурента по всем статьям. Но вся проблема заключалась в его доступности.

С вероятностью в девять из десяти принц женится на дочери какого-нибудь правящего дома. Семьям обычных аристократов к нему было просто не подступиться.

А вот герцог Чезаре — это совсем другое дело. Если девушка ему приглянется, он вполне мог пойти напролом и добиться своего, совершенно не обращая внимания на её низкое происхождение. Вполне закономерно, что семьи наряжали дочерей на выданье во всё лучшее, лишь бы впихнуть их на этот редкий приём, где Чезаре должен был появиться впервые за несколько лет.

— Боюсь, всё это переросло в настоящую гонку лояльности, — вздохнула Габриэлла. — Чтобы застать герцога Чезаре, нужно приехать на приём к графине Бальдзо пораньше. И когда люди начали открыто заявлять, что изначально не пойдут на бал дома Таранто, сторона Рубины стала давить и на остальных.

Свекровь Габриэллы, старая маркиза Монтефельтро, в отличие от своего строгого мужа, свято чтившего принципы, легко поддавалась всеобщему влиянию. Стоило только светским дамам, примкнувшим к Рубине, закинуть удочки со словами: «Неужели дом Монтефельтро так жаждет сблизиться с домом Таранто?» или «Маркиза, говорю вам от чистого сердца: пойдёмте-ка с нами к графине Бальдзо. К чему вам так выделяться?», — как старая маркиза тут же дрогнула.

В итоге она просто приказала своей новоиспечённой невестке отозвать уже данное согласие и отправиться вместе с ней на приём к Бальдзо.

— Прости меня, Ари… — проговорила Габриэлла. На её глазах блестели слёзы.

На самом деле у неё ещё оставался выход. Если бы она донесла о самоуправстве свекрови старому маркизу Монтефельтро, у неё был бы шанс попасть на дебютный бал Бьянки. Её свёкор обладал непреклонным, прямым как палка характером и терпеть не мог, когда король Лео III поддавался влиянию герцогини Рубины. Он бы устроил жене суровый разнос и позволил невестке сдержать данное слово.

Однако Габриэлла сейчас проходила своеобразный обряд посвящения в доме Монтефельтро. Её немолодой муж был благородным человеком и относился к ней с нежностью, но он определённо не походил на пылко влюблённого юношу. Он искал женщину, которая принесёт в его семью мир и спокойствие. Но дети от покойной жены никак не могли поладить с мачехой. Разница в возрасте между ними была совсем небольшой.

Вдобавок ко всему, свекровь следила за каждым её шагом, словно ястреб — всё боялась, что молодая жена будет обижать её драгоценных внуков.

В такой ситуации Габриэлла просто не могла рисковать отношениями со свекровью ради того, чтобы сохранить верность подруге.

— Прости… мне пора идти, — вздохнула она.

Ей было до смерти стыдно смотреть Ариадне в глаза, и она хотела как можно скорее покинуть особняк де Маре. То, что она всё-таки пришла сообщить об этом лично, было лишь данью последнему оставшемуся кусочку её совести.

— Габи, спасибо, что пришла и рассказала всё лично, — мягко произнесла Ариадна.

— Ари… ты слишком добра ко мне, — Габриэлла виновато опустила голову.

Ариадна крепко обняла подругу.

— Говорят, красота в глазах смотрящего. Это ты у нас добрая.

***

Чтобы проводить Габриэллу и вернуться в кабинет, Ариадне потребовалось не больше двадцати минут. Однако баронессы Джанелли там уже не было.

— Она ушла… и бушевала от гнева, — виновато съёжившись, доложила Санча. — Я пыталась её остановить, но не смогла…

— Ты сделала всё, что в твоих силах, — успокоила её Ариадна.

С её положением Санча всё равно ни за что бы не удержала баронессу. Да и находиться сейчас с гувернанткой в одном помещении — затея не из лучших. Пришлось бы потратить уйму времени и сил, чтобы хоть немного усмирить её гнев, но даже это не помогло бы найти дельное решение.

Ариадна рассудила прагматично: раз баронесса ушла сама — тем лучше. Да, сейчас их отношения ожидаемо окончательно испортятся, но в деловых связях есть одно железное правило. Стоит только успешно довести дело до конца, как все тут же снова становятся лучшими друзьями.

Как же выпутаться из этого положения?.. Нужно найти выход…

Немного поразмыслив, Ариадна решила для начала нанести визит чете Вителли.

***

Для Клементе де Бартолини каждый день теперь казался праздником.

Надо было подлизаться к герцогине Рубине ещё раньше!

Организация благотворительной вечеринки увенчалась оглушительным успехом, а графиня Бальдзо послужила отличным прикрытием. Раньше Клементе не могла первой заговорить с именитыми особами столицы, а теперь они сами связывались с ней и даже склоняли головы, отчаянно выпрашивая приглашения. В их числе оказалась даже старая маркиза Монтефельтро. Издеваться над людьми под маской добродетели оказалось непередаваемо приятно!

Поначалу у Клементе подкашивались колени от страха. Она боялась, что первую половину дебютного бала герцогини Таранто ей придётся торчать в зале наедине с мужем и любовниками. Но теперь всё перевернулось. Особняк дома Таранто опустеет до неприличия — и произойдёт это прямо на глазах у короля Лео III!

От одной мысли об этом Клементе приходила в неимоверный восторг. И радовалась она не одна. Её новая госпожа тоже была на седьмом небе от счастья.

— Разве Его Величество не придёт в ярость?! Хо-хо-хо! — заливалась Рубина.

Выслушав новости от Клементе, герцогиня буквально билась в истерическом восторге и не могла усидеть на месте. Она уже предвкушала, как будет разжигать гнев короля, притворно хлопая глазами. Ядовитые слова лились с языка сами собой, без всяких репетиций. Приём у них никуда не годится! Знали о визите Его Величества, но собрали жалкую горстку гостей! Значит, совершенно точно ни во что не ставят королевскую семью!

— Клементе, не нужно ждать следующего месяца. Приступай к своим обязанностям уже с этого понедельника, — скомандовала герцогиня.

Вот так просто должность старшей горничной при герцогине Рубине сама свалилась в руки графини Бартолини. Стоило только попасться ей на глаза, как на неё тут же посыпались щедрые крохи с барского стола — и выгода оказалась просто нешуточной. Не зря столичные аристократки так яростно выстраивались в очередь за спиной герцогини.

— О-огромное вам с-спасибо!..

После того как графине де Маре, запятнавшей репутацию Рубины, а заодно и герцогскому дому Таранто зададут хорошую трёпку, всё вернётся на круги своя. Нет, всё станет даже лучше, чем было. Долги семьи Контарини спишут, и Клементе наконец-то сможет вышвырнуть из дома эту невыносимую Изабеллу. Герцогиня Рубина явно замышляла нечто очень интересное.

— В э-этом году… звёзды явно н-на моей стороне… — пробормотала Клементе, оставшись одна в своей комнате. Она радостно улыбалась, точь-в-точь как безобидный щенок.

Всего-то немного поработала головой — и получила должность старшей горничной да четыре тысячи дукатов! Поистине, здесь труд и преданность вознаграждались более чем щедро.

Верность, только верность!

***

Баронесса Джанелли в ярости вылетела из особняка де Маре, даже не удосужившись попрощаться. Пыхтя от гнева, она направилась прямиком в Палаццо Карло. Если точнее — требовать аудиенции у принца Альфонсо.

Однако просто так к единственному принцу Этрусского королевства не попасть. Не стала исключением и гувернантка Бьянки.

В тот день пробиться к принцу ей так и не удалось. Баронессе пришлось оставить прошение, вернуться домой и умолять саму Бьянку написать официальное письмо — и только после этого Альфонсо согласился её принять. В итоге долгожданная аудиенция состоялась буквально накануне бала герцогини Таранто.

— Баронесса Джанелли, давно не виделись, — поприветствовал её Альфонсо, не выказав ни капли недовольства столь спешным визитом. — Как продвигается подготовка?

— Ваше Высочество! — рявкнула баронесса, едва успев склониться в поклоне. — На дебютном балу нашей герцогини не будет ни души!

Альфонсо немало удивился: он-то полагал, что всё идёт по плану.

— Вы должны нам помочь, Ваше Высочество! — снова сорвалась на крик баронесса.

Представив себе пустующий бальный зал и убитую горем Бьянку, она распалилась окончательно. Ноги гувернантки предательски затряслись, и она начала тяжело оседать на пол.

Альфонсо мгновенно сорвался с места и успел подхватить отчаявшуюся женщину до того, как та рухнула.

— Баронесса, не тревожьтесь, — успокаивающе произнёс он тихим голосом. — Я пока не знаю, в чём дело, но я всё решу.