Дата выхода оригинала: 14.01.24

---

Неспешным шагом Альфонсо поднялся на второй этаж, где его ждали Бьянка и Ариадна. Найдя троюродную сестрёнку, которая смирно сидела в комнате для приготовлений, он ласково погладил её по волосам, выбивавшимся из-под украшенного головного убора.

— Прости, что опоздал, — произнёс он. — Ты сильно волновалась?

Бьянка, пребывавшая в блаженном неведении о том, какая катастрофа едва не разразилась, лишь растерянно захлопала глазами:

— А? Ч-что?

В этот момент в комнату вихрем ворвалась баронесса Джанелли.

— Ваше Высочество! Какое счастье, что вы успели хотя бы сейчас! — вскричала она. — Не притрагивайтесь к волосам! Вы же всё растреплете!

— Ох, прошу прощения.

Принц Альфонсо протянул свою широкую ладонь Бьянке.

— Теперь тебе больше не о чем переживать, — мягко добавил он. — Ну что, пойдём?

Для Ариадны слова «не нужно беспокоиться» прозвучали так, словно предназначались лично ей. Но в то же время, увидев, как Альфонсо протягивает руку Бьянке, она ощутила, как у неё болезненно щемит сердце.

Осознав собственные чувства, она растерялась.

О чём я вообще думаю?..

Ревность жгла её. Но ведь Альфонсо и Бьянка были всего лишь близкими родственниками. Да и она дала себе клятву больше не рассматривать принца в таком свете…

Всё это смёл первобытный инстинктивный порыв.

Тем временем Альфонсо, сопровождая Бьянку, неторопливо пересёк галерею второго этажа и остановился у лестницы.

Рядом с принцем, который был на полголовы выше обычного взрослого мужчины, стояла сегодняшняя дебютантка — герцогиня Бьянка. Её маска закрывала всё лицо, кроме самого кончика подбородка, а пышный наряд из перьев, делавший её похожей на павлина, полностью скрывал фигуру.

При виде возвышающегося над ними принца и стоящей подле него герцогини весь первый этаж мгновенно затих, а затем почтительно склонился в едином порыве. Оставшись позади Альфонсо и Бьянки, Ариадна тоже присела в реверансе.

— Синьорина, мы тоже пойдём? — нарочито игриво произнёс Рафаэль.

Лишь благодаря этому Ариадна смогла вырваться из своих мыслей и выдавить подобие улыбки.

— Спасибо, Рафаэль. Идёмте.

С мягкой улыбкой, скрытой серебряной маской, Рафаэль взял её под руку и повёл вперёд. Но перед его глазами всё ещё стояли её лицо и тоскливый взгляд, которым она провожала спину Альфонсо.

***

Прошло уже два часа с тех пор, как графиня Клементе де Бартолини с уверенным видом принялась встречать гостей благотворительной вечеринки графини Бальдзо. Получалось, что она приехала сюда даже раньше самой хозяйки.

— Графиня Бартолини, вы делаете благое дело, — приветствовал её граф ди Паскале, один из любовников времён молодости.

Он явился вместе со своей женой и, ничтоже сумняшеся, поздоровался с мужем Клементе:

— Граф Бартолини, ваша супруга просто чудесна.

Седовласый граф добродушно улыбнулся и ответил бывшему партнёру своей жены:

— Помилуйте, не стоит.

Граф ди Паскале одарил Клементе сальной, торжествующей улыбкой победителя и неторопливо проследовал в зал.

— Клементе! Давненько не виделись!

Следом шёл любовник номер два — сын виконта Бенедетто. Где он подобрал свою спутницу, было загадкой, но на нём откровенно висела какая-то молодая девица, совершенно не вписывающаяся в формат благотворительной вечеринки: казалось, это была уличная девка с наполовину открытой грудью.

Брови старого графа Бартолини сошлись на переносице. Какой-то сопляк, даже не виконт, а всего лишь сын виконта, имел наглость без тени смущения обращаться к почтенной графине по имени! Но Бенедетто даже не соизволил поздороваться со старым графом — просто захихикал вместе со своей девицей и нахально ввалился в зал.

— Клементе, вы с ним настолько близки? — подозрительно спросил муж.

— Ч-что вы? Конечно нет! — сходу выпалила она.

Но уже в следующую секунду до неё дошло: называть её по имени, не будучи близким знакомым — это ещё более подозрительно.

— Э-это… м-мой друг д-детства… — торопливо добавила она. — М-мы в ц-церкви… познакомились…

Граф Бартолини не стал допытываться и постарался вновь сосредоточиться на гостях. В конце концов, если постоянно думать о плохом, настроение испортится окончательно. Проблема заключалась в том, что гостей почти не было.

Следующий визитёр вёл себя с его женой столь же дерзко и непочтительно — хотя старый граф не подозревал, что этот тип был любовником номер три.

А после этого гостей не было вообще.

— Ой, графиня Бартолини. Похоже, гости запаздывают? — озабоченно спросила баронесса Лоретан, одна из участниц Женского общества Серебряного Креста. Она явилась спустя довольно долгое время после начала и окинула взглядом жалкий, зияющий пустотами зал.

— Д-да, вы правы… — запинаясь, ответила Клементе.

— А маркиза Сальбати где?

— О-она… сказала, что придёт…

К сожалению, маркиза Сальбати в этот самый момент рассыпалась в приветствиях при виде принца Альфонсо на дебютном балу герцогини Таранто.

— А герцог Чезаре будет?! Я ведь только ради него эту вечеринку выбрала!

— Х-ха-ха… н-ну не знаю… — нервно рассмеялась Клементе.

По её спине потёк холодный пот.

Да почему никто не идёт?!

На благотворительном вечере собрались лишь любовники Клементе да пара дам из Женского общества Серебряного Креста. К тому же старый граф Бартолини, решив, что гостей больше не предвидится, взял бокал вина и присоединился к присутствующим.

Боже правый!

Если хоть один из её любовников ляпнет что-то не то — она погибла! Погибла окончательно и бесповоротно!

Небесный Отец, сжалься надо мною! Может, напоить мужа до отключки? Если он упьётся так, что у него отрубит память, его ведь наверняка сразу утащат домой?

И пока Клементе отчаянно шевелила мозгами, появилась графиня Бальдзо, одолжившая вечеринке и своё имя, и особняк.

Увидев пустой зал, она тоже побелела как полотно.

— Бартолини! Как это понимать?! — скрежеща зубами, набросилась на неё графиня Бальдзо. — Ты же сама уверяла, что успех — дело решённое! Где, чёрт возьми, герцог Чезаре?!

— Н-ну… э-это… — залепетала Клементе. — П-подождите ещё немного, и он…

Но в глубине души она прекрасно знала, что герцог не появится. Рубина так и не дала твёрдого ответа, лишь бросив вскользь: «Чезаре, может, и заглянет». Единственным чётким приказом герцогини было: «Хорошенько распускай слухи, чтобы всё получилось».

Клементе была далеко не дурой и прекрасно поняла, к чему это было сказано. Единственное, чего она не знала, — так это того, кто именно появится на вечеринке вместо герцога Чезаре.

— Клементе!

При виде мужчины, возникшего на пороге бального зала, графиня Бальдзо остолбенела. Услышав своё имя, Клементе обернулась на голос и не просто вытаращила глаза, а чуть не рухнула в обморок прямо на месте.

— М-маркиз Кампа!.. — воскликнула она.

Там действительно стоял маркиз Кампа. За это время он разжирел ещё сильнее, а его лицо и тело сплошь покрывала гнойная сыпь. Нарядившись с иголочки в атласный мундир, маркиз явился с единственной целью: устроить скандал и выяснить, по какому праву она созвала сюда всех остальных своих бывших, а про него забыла.

Слух о том, что Клементе де Бартолини собирает в одном месте всех своих бывших любовников, со скоростью лесного пожара разнёсся по игорному клубу для сомнительных господ. Услышав это, завсегдатаи возбуждённо захихикали: кто-то предвкушал «Ещё разок?», а кто-то — «Безумную оргию».

Вот только сам маркиз Кампа не получил приглашения.

Услышав, что на вечеринке будет присутствовать муж графини, маркиз возбудился совсем в ином смысле. Наконец-то эта отбитая женщина приготовила нечто поистине скандальное! А уж назвать это сборище «благотворительной вечеринкой» — это было вполне в духе Клементе де Бартолини, самой безумной женщины в Сан-Карло!

Маркиз Кампа, перепробовавший все пороки столицы, не мог упустить такой шанс. Слава «самого отъявленного мерзавца» была предметом его личной гордости.

Колыхая своим жабьим силуэтом, он примчался туда и был заранее готов к тому, что его с позором выставят за дверь. Однако растерялся он ещё у входа.

Атмосфера здесь была до тошноты праведной и благочестивой, а каждый угол зала украшали статуи Гона из Йесака. При ярком свете пожилые дамы в скромных платьях уныло жевали пресную здоровую пищу и рассуждали о Небесном Отце. И лишь изредка между ними втискивались бывшие любовники Клементе, причём с такими кислыми лицами, будто дерьма наелись.

Впрочем, маркиз так и не успел предъявить ей претензии.

— К-Клементе?..

Графиня Бартолини закатила глаза и рухнула в обморок прямо на месте. Пена, выступившая у неё изо рта, стала отличным дополнением к этой сцене.


Прим. перев.: язвительность здесь от автора — 입가에 문 거품은 덤이었다. А сыпь на теле маркиза Кампа — отсылка к главе 152.

***

Дебютный бал герцогини Бьянки увенчался грандиозным успехом. Не прошло и получаса с момента появления принца Альфонсо, как на бал прибыл король Лео III.

Увидев извивающиеся по залу желоба, по которым струилось фруктовое вино, он громко расхохотался, оставшись в полном восторге. То, что на балу собралось множество новых лиц — иностранных дворян и купцов, — тоже сыграло свою роль в его прекрасном настроении. В последнее время местный свет казался Лео III невыносимо пресным.

Единственной трудностью оказалось удержать короля, когда во время торжественного тоста в честь дебютантки он попытался лечь на пол, чтобы хлебнуть вина прямо из жёлоба. Но этот неловкий момент удалось благополучно замять, и всё остальное пошло как по маслу.

Поскольку Лео III, давненько не бывавший на маскарадах, пребывал в таком восторге, что наотрез отказывался уходить, герцогине Рубине поневоле пришлось стать заложницей этого бала. От небывалого вихря женских юбок глаза короля так и забегали по сторонам. Рубина была настолько поглощена слежкой за ним, что ни на что другое у неё просто не оставалось сил.

Вдобавок принц Альфонсо, словно искусный загонщик на охоте, пригнал сюда всю столичную знать. Так что даже если бы герцогиня Рубина вдруг захотела увести своих дам на другой приём, сделать это было невозможно.

Что до робкой Бьянки, то она, показавшись гостям ровно настолько, насколько требовали приличия, поспешно удалилась в свои покои. И дело было не только в строгом надзоре баронессы. Бьянка попросту боялась, что, опьянев от впервые в жизни выпитого алкоголя, начнёт бродить по залу и случайно покажет всем свою невзрачную внешность, которую с таким трудом удалось спрятать.

Только когда всё было более или менее улажено, Ариадна позволила себе расслабиться. До этого она была натянута, как струна, но постепенно напряжение стало отпускать. Отыскав стул в тихом углу, она тяжело плюхнулась на него. В руке она всё ещё держала бокал с игристым фруктовым вином.

Ариадна залпом опрокинула в себя шипучий напиток.

— Ух, как горько… — сорвалось с её губ.

На дегустации перед балом это вино совершенно точно казалось сладким. Она не могла даже предположить, почему сейчас вдруг проявилась такая горечь.

В этот момент нечто, похожее на высокую башню, заслонило ей обзор и накрыло своей тенью.

— Хватит.

Чья-то широкая мужская ладонь потянулась к ней и плавным движением отобрала бокал. Ариадна рефлекторно вскинула голову.

— Раз горчит, больше не пей. Значит, сегодня вино тебе не идёт.