Вершина кланхауса «Небоскреб».

Самое высокое здание во всей Изнанке мира. Место, где холодный камень почти касается небесного свода.

Здесь находилась обитель Архана.

Тук-тук.

Мужчина, полулежавший в глубоком кожаном кресле и лениво закинувший ноги на подлокотник, лениво отозвался на стук:

— Входи.

Скри-и-ип.

— Даже не спросите, кто пришел? — послышался сухой голос Элвина.

Архан с легким вздохом опустил ноги на пол и потянулся:

— Да я по одному запаху понял. От тебя еще с первого этажа такой ледяной волной веет, что зубы сводит.

— Неужели я настолько предсказуем?

— А то нет? О, да ты не один. Проходите, присаживайтесь, не стойте столбами, — Архан перевел взгляд на Юнджэ, стоявшего за спиной мечника.

Элвин недовольно поморщился, глядя на непринужденную позу лидера, но, заметив, что Юнджэ без лишних церемоний опустился на диван напротив, последовал его примеру.

Они сели друг против друга.

На низком столике между диванами стояло несколько запотевших пивных бутылок. Архан взял одну из них и приподнял бровь:

— Чай? Пиво? Чего налить?

— Спасибо, я воздержусь, — холодно отозвался Юнджэ.

— Вот как? Видимся впервые, а ты уже держишься как на допросе.

Щелк.

Архан ловко сбил пробку и сделал пару глубоких глотков прямо из горла. Юнджэ внимательно наблюдал за ним.

«Совсем не похож на того, кем его малюют».

В этом человеке не чувствовалось поступи титана, управляющего крупнейшим кланом человечества. По манере речи и жестам Элвин выглядел куда солиднее и внушительнее. Архан же производил впечатление беспечного, слегка уставшего гуляки.

— Фу-у-х... Хорошо пошла. Холодненькая, сладкая.

— Налейте и мне одну, — вдруг передумал Юнджэ.

— Ого? С чего такая резкая смена курса?

— Да вот вспомнил, что с самого прибытия в этот мир ни разу не пробовал пива.

— Правильный выбор! — оживился Архан, протягивая ему бутылку. — Пить в одиночку — грех, а этот сухарь вечно нос воротит.

Он шутливо ткнул пальцем в сторону Элвина. Мечник лишь скрипнул зубами и едва заметно повел желваками.

«Ледяное».

Приняв бутылку, Юнджэ удивился: стекло обжигало пальцы холодом, хотя напиток стоял в душной комнате. Похоже, Архан охладил его собственной маной за долю секунды.

Щелк. Буль-буль-буль...

Юнджэ запрокинул голову и крупными глотками осушил половину бутылки. Вкус оказался неожиданно приятным, с легкой горчинкой. Не отрываясь, он допил все до последней капли.

— Ха-а-а...

Поставив пустую тару донышком вверх прямо перед собой, Юнджэ с глухим стуком опустил ее на деревянную столешницу:

— Раз уж с выпивкой покончено, перейдем к делу.

— Ты попросил выпить только для того, чтобы заставить меня остановиться? — надул губы Архан, с сожалением покачивая свою недопитую бутылку.

— Тема нашего разговора не располагает к пьяным посиделкам.

— М-да... Не думал, что найдется кто-то еще более язвительный, чем этот тип, — Архан покосился на Элвина и залпом допил остатки пива.

Холодный хмель внезапно показался ему горьким, как полынь.

— Тьфу, гадость какая...

— Прошу прощения, если испортил аппетит.

— Ладно, проехали. Потом один допью. Ну, и о чем вы хотели потолковать?

— Спрошу прямо, — Юнджэ впился взглядом прямо в золотые, словно расплавленный янтарь, глаза лидера. — Что именно вы скрываете?

Взгляд Архана не дрогнул ни на миллиметр.

Он лишь чуть скривил угол рта, изучая сидящего напротив парня:

— Скрываю? О чем ты?

Его лицо буквально кричало о том, что он прекрасно все понимает, но язык упрямо твердил обратное. Брови Юнджэ медленно поползли к переносице.

Заметив это, Архан примирительно поднял обе ладони:

— Эй, без обид. Я не издеваюсь. Просто сформулируй вопрос точнее, ладно?

— Если вопрос показался вам слишком размытым, я уточню. В глубине неизведанных земель мы встретили дракона.

— Дракона?

— Да. И он заявил, что вы и другие ветераны Первого поколения уже бывали в том святилище двадцать лет назад. Это правда?

— Вот же длинноязыкая рептилия... — покачал головой Архан. — Да, это чистая правда.

Ответ прозвучал настолько буднично и просто, что Юнджэ на секунду опешил. Он ожидал уверток, лжи, встречных вопросов — чего угодно, но не мгновенного признания.

— Зачем вы скрыли это?

— Скрыл?

— Этот сектор официально числился неисследованным! Туда не ступала нога человека!

— Погоди-погоди, ты путаешь понятия, — покачал головой Архан. — Земля считается «освоенной» только тогда, когда картографы составят подробные карты и соберут сведения о монстрах. Оттого, что мы однажды пробежали там двадцать лет назад, территория не перестала быть дикой и опасной.

Его слова звучали гладко, будто он заранее заготовил это оправдание. И, положа руку на сердце, формально он был абсолютно прав: картографическая служба действительно признавала открытыми только те зоны, где имелись проверенные маршруты.

— Вы за дураков нас держите?! — не выдержал Элвин. В его голосе прорезался сдавленный рык. — Вы прекрасно понимаете, о чем мы спрашиваем!

— Понятия не имею, о чем ты.

— В тех землях стоит храм. И вы прекрасно знали о его существовании!

При этих словах легкая улыбка окончательно сползла с лица Архана.

Его янтарные глаза, до этого прищуренные в ленивой усмешке, опасно сузились. Вся шутовская манера испарилась без следа, уступив место предельной, леденящей серьезности.

— И что с того? — его голос упал на октаву ниже, обретя тяжесть могильной плиты.

Воздух в кабинете мгновенно загустел. Даже Элвин, видавший виды, никогда не видел главу клана в таком состоянии. Юнджэ почувствовал, как к горлу подкатил ком — давление, исходившее от Архана, было почти физическим.

Он не высвобождал ману, не активировал навыки. Это было чистое, подавляющее величие личности. Перед этим исполином Юнджэ на миг почувствовал себя песчинкой.

«Вот он какой... Золотой лев».

Настоящий Архан. Не добродушный выпивоха, а грозный хищник, стоящий на вершине пищевой цепочки этого мира.

— Что именно... — медленно произнес Юнджэ, с трудом разжимая одеревеневшие губы, — вы увидели в том святилище двадцать лет назад?

Архан ничего не ответил.

Он лишь медленно прикрыл глаза, погружаясь в пучину воспоминаний. Откинув голову на спинку дивана и закрыв лицо ладонью, он замер на долгие секунды. Затем глубоко вздохнул, убрал руку и глухо спросил:

— А вы? Что там увидели вы?