Хрусть, хрясь.

Размяв затекшую шею движениями из стороны в сторону, Юнджэ потянулся всем телом. Едва проснувшись, он первым делом сосредоточился на внутренних ощущениях.

«Вполне сносно».

Прошли всего лишь сутки.

Восстановление шло поразительно быстро. Несмотря на то что накануне он раскрутил ману до предельных величин, перекрученные магические контуры распутались всего за один день.

Он сознательно не стал применять исцеляющие навыки. В данный момент легкая слабость казалась ему даже полезной.

«Тело подобно клинку. Чем чаще раскаляешь его в горне, куешь молотом и остужаешь, тем прочнее оно становится».

Ким Джинсок неустанно повторял эту истину. Если привыкнуть латать плоть заклинаниями при малейшей царапине, о росте силы можно забыть навсегда.

«Времени почти не осталось».

Тот факт, что Гендзи сбросил маску, означал скорое выступление легионов тьмы. И знал об этом не только Юнджэ — вскоре весть разлетится по всем городам.

Быстро поднявшись, Юнджэ умылся и переоделся в свежую одежду, после чего направился прямиком на верхний этаж, в гостевые покои.

Его вели туда слова, сказанные вчера Ким Джинсоком:

«Как только проснешься, сразу иди к Бэкчону».

Мастер клана «Белая башня», Бэкчон.

Ким Джинсок наказал встретиться именно с ним. Юнджэ, не имевший с этим человеком близкого знакомства, поинтересовался причиной:

«Понятия не имею, зачем ты ему понадобился».

«Он вам ничего не объяснил?»

«Нет. И не горю желанием выспрашивать».

На этом разговор оборвался.

Джинсок велел отдыхать и растворился во тьме. Сам Юнджэ тоже не собирался попусту изводить тело тренировками: накануне он едва держался на ногах от чудовищных ран, и передышка была необходима.

«Кажется, здесь».

Отыскав нужную дверь, Юнджэ негромко постучал.

Изнутри почти сразу донеслось:

— Входите.

Голос звучал непривычно тонко для мужчины. Юнджэ уже слышал его мельком во время собрания перед войной с кланом Убийц, но сейчас тот казался совсем иным, нежели у Джинсока или Архана.

Юнджэ толкнул дверь. В просторной комнате, напоминавшей студию, посреди помещения стоял Бэкчон и стягивал белые волосы в аккуратный хвост.

— Добро пожаловать. Мы ведь уже встречались, верно?

На лице мужчины сияла открытая, обезоруживающая улыбка, идеально гармонировавшая с его утонченной внешностью. Казалось, он улыбался самой своей сутью.

«И этому человеку под пятьдесят?..»

В Изнанке мира судить о возрасте по лицу было бессмысленно. Бэкчон принадлежал к легендарному Первому поколению. То есть провел в этом чудовищном измерении больше двух десятков лет.

— Мельком виделись на общем совете перед походом на Убийц. Лично поговорить не довелось.

В отличие от бесцеремонного Джинсока или тяжеловесного Архана, Бэкчон общался подчеркнуто вежливо, невзирая на ранг собеседника. По манерам он напоминал Тернера, которого многие за глаза величали истинным джентльменом.

— Я отлично вас помню. Хоть и не подал виду, но в тот день сердце у меня чуть из груди не выскочило от волнения.

— Из-за того, что я оказался Ключом?

— Разумеется. Всю встречу сидел словно на иголках.

— …По вам было не заметно.

— Неужели?

Продолжая мягко улыбаться, Бэкчон подошел к небольшой кухонной стойке и насыпал в чашки молотый кофе:

— Чай или кофе? Что предпочитаете?

— Кофе, пожалуйста.

— Прекрасный выбор. Присаживайтесь, не стойте на пороге. Будьте как дома.

Бэкчон указал на пару простых стульев у стены. Комната была просторной, но не предназначалась для светских приемов, поэтому журнального столика здесь не водилось.

«Непривычно».

Опустившись на предложенное место, Юнджэ наблюдал за тем, как глава великого клана возится с кипятком. Уж лучше бы тот грубил и тыкал, как Джинсок. Когда столь могущественный человек, повелевающий десятками тысяч рангов, подчеркнуто любезен и лично варит тебе кофе, это невольно заставляет напрячься.

«Герцог мечей. Прозвище дали за фехтование, но по натуре он чистый ученый, фанатично создающий артефакты. Зачем я ему понадобился?..»

Вскоре Бэкчон повернулся, держа по дымящейся чашке в каждой руке.

— Не уверен, придется ли вам по вкусу. Я люблю покрепче.

— Все в порядке. Спасибо.

Юнджэ принял чашку и пригубил обжигающий напиток. Бэкчон же не стал пить сразу — он поднес чашку к лицу, с наслаждением вдыхая густой терпкий аромат.

— Вы звали меня, — сделал глоток Юнджэ, решив нарушить молчание.

— Сразу к делу?

— Я не привык ходить вокруг да около.

Юнджэ опустил чашку на колени:

— Да и времени у нас в обрез.

— …И то верно. Положение не располагает к праздным беседам, — с легкой грустью согласился Бэкчон. — Что ж, перейдем к сути. Вы парень сообразительный, наверняка уже догадались?

Догадки, разумеется, имелись. Пусть и без стопроцентной уверенности.

— По той же причине, что и Ким Джинсок?

— В самую точку.

Та же причина: подготовка Юнджэ к грядущим битвам, чтобы он ненароком не расстался с жизнью.

— Джинсок передал, что учить вас больше нечему. Мол, дальше этот парень справится сам.

— …Джинсок действительно так сказал?

За все месяцы изнурительных тренировок Юнджэ не слышал от наставника ни единого теплого слова. Услышать о столь высокой оценке из чужих уст было непривычно.

— Он просто не умеет хвалить в лицо. Стесняется, знаете ли.

— Стесняется?..

Юнджэ едва сдержал смешок. Слишком уж нелепо этот эпитет вязался с суровым образом Небес вне небес.

— Но если он считает, что мне нечему учиться, чему тогда собираетесь учить меня вы?

— Учить? Я?

— Да.

— Зачем мне учить вас после Джинсока? Хоть меня и зовут Герцогом мечей, объективно фехтует он лучше меня.

Юнджэ окончательно перестал понимать происходящее:

«Тогда зачем весь этот цирк?..»

Заметив его озадаченное лицо, Бэкчон спохватился:

— Ах, простите. Вы ведь почти ничего обо мне не знаете.

— Есть такое…

— Какой клан находится под моим началом, вы в курсе?

Юнджэ кивнул. О Белой башне и ее колоссальном влиянии в Изнанке знали даже младенцы.

И тут в голове у Юнджэ щелкнуло. Характер клана всегда отражал сущность его мастера.

— Хотите снабдить меня артефактами?

Ожерелье фантома, висевшее у Юнджэ на груди, вышло из мастерских Белой башни. В искусстве создания снаряжения клану Бэкчона не было равных на всем континенте.

— Артефактами?.. Снаряжение лучше этого ожерелья даже у нас наперечет.

Создание вещей ранга «В» и выше требовало астрономических затрат маны, редчайших материалов и колоссального времени. А предметы ранга «А» и вовсе рождались в единичных экземплярах.

— К тому же важен не только ранг артефакта, но и то, насколько он подходит владельцу. Если вещь противоречит стилю боя пользователя, от нее будет больше вреда, чем пользы.

Совместимость значила не меньше чистых характеристик. Дай Ройс тяжелый меч или предмет, усиливающий физическую мощь ценой маны — и пользы от этого не будет никакой.

— Поэтому пичкать вас случайными реликвиями — затея глупая. Достаточно нескольких предметов, идеально подходящих под ваш стиль боя.

— Тогда чем именно вы намерены мне помочь?

— Джинсок упомянул, что используемый вами навык несет губительную отдачу.

На протяжении всех минувших месяцев Ким Джинсок наблюдал за тем, как Юнджэ раз за разом применяет Обратный поток. Главной задачей тренировок было научить тело выдерживать эти перегрузки.

Благодаря выросшей выносливости и укрепившимся контурам откат стал куда мягче. Тот факт, что после вчерашней битвы с Эмили Юнджэ пришел в себя всего за сутки, служил лучшим тому доказательством.

Но…

«Побочный эффект никуда не исчез».

И вряд ли мог исчезнуть. Сколько бы раз Юнджэ ни обращался к Обратному потоку, привыкнуть к тому, как чудовищное давление рвет мана-каналы изнутри, было невозможно.

Откат можно притупить, но не устранить полностью.

— Сразу скажу: избавиться от отдачи насовсем невозможно, — словно прочитав его мысли, произнес Бэкчон. — Джинсок пересказал мне теорию вашего навыка. Использование сросшегося с телом артефакта в качестве проводника для бесконечного разгона маны путем обращения потока вспять… Поистине занятная идея.

«Занятная».

Слово не было дежурным комплиментом. На губах Бэкчона блуждала искренняя, пугающая полуулыбка исследователя, дорвавшегося до редкого образца.

«…Теперь ясно, почему Джинсок при упоминании о нем только плевался».

Юнджэ вспомнил давний разговор с наставником:

«Псих он ненормальный. Бэкчон этот».

«Псих?»

«Слыхал поговорку, что гении и безумцы из одного теста слеплены?»

«Бывает такое мнение…»

«Вот это про него. Не знаю, кем он был на Земле, но здесь ему ковыряться в мозгах и формулах куда интереснее, чем махать железом. Вечно бубнит про познание тайн мироздания и прочую чушь. Нашел древний храм, узнал про Ключи — и заперся в лаборатории. Рылся в свитках, собирал пыль веков, а потом принялся клепать артефакты».

«Разве тяга к созданию снаряжения — признак безумия?»

«Да он занимается этим не потому, что это нужно клану, — отмахнулся тогда Джинсок. — Ему просто весело».

«Весело, значит…»

Юнджэ вгляделся в лицо собеседника. Тот уже вовсю рассуждал о природе магических цепей, структуре маны и тонкостях разгона энергии. Слова лились сплошным потоком научных терминов.

«Неужели я создал настолько сложную штуку?..»

Слушая Бэкчона, Юнджэ начал сомневаться, понимает ли он сам свой навык. Создал технику он сам, пропустил через собственную шкуру, но со стороны казалось, будто Бэкчон разбирается в механике Обратного потока на порядок глубже.

— Подобные попытки предпринимались и в прошлом. Однако тот несчастный так и не сумел преодолеть сопротивление каналов…

— Господин Бэкчон.

— …и в результате разорвал собственные…

— Господин Бэкчон!

Поняв, что этот монолог не иссякнет сам собой, Юнджэ повысил голос. Ученый вздрогнул, прерывая тираду:

— А? Вы что-то сказали?

— Простите, конечно, но я из вашей лекции не понял ровным счетом ничего.

— Ах…

Осознав, что увлекся, Бэкчон смущенно потер переносицу:

— Прошу прощения. Вечно я теряю голову, когда речь заходит о теории.

— Ничего страшного.

— И все же поймите меня правильно: я убежден, что любая техника, лишенная фундаментальной теоретической базы, обречена упереться в потолок. А отдача — это прямое следствие неполноты формулы.

Джинсок утверждал обратное, но Юнджэ слушал внимательно.

— Потолок?..

— Именно. Когда вы только разрабатывали эту технику, вы ведь не рассчитывали получить такой откат?

Юнджэ покачал головой. Разумеется, нет. Знай он заранее обо всех последствиях, постарался бы перестроить структуру или вовсе поискал иной способ многократного усиления.

«Выходит… понимая теорию, можно снизить риск провала до минимума?»

И не только это.

— Вы хотите сказать, что знаете, как ослабить побочный эффект?

— В общих чертах — да. Но, повторюсь, устранить его целиком нельзя, — все так же мягко отозвался Бэкчон.

Сердце Юнджэ забилось быстрее. Он так долго безуспешно искал способ избавиться от слабости после Обратного потока. Если получится снизить перегрузку, его боевой потенциал взлетит до небес.

— И как же этого добиться?

— Вы помните Аврама?

Вопрос застал Юнджэ врасплох:

— Такое чудовище забудешь…

Слишком глубоко въелись те воспоминания.

Аврам.

Двухсотлетний безумный маг, выкосивший десятки тысяч новичков в Мельне. Мясник, чьи эксперименты в оригинальной временной шкале должны были унести миллионы жизней.

— Логично. В конце концов, прикончили его именно вы.

— Но при чем здесь Аврам?

— Его записи. Лабораторные журналы и рукописи. Знаете, где они сейчас?

— …Неужели у вас?

— Именно. Я выкупил их все от имени Белой башни. И должен признать… — глаза Бэкчона вновь лихорадочно блеснули, — его труды невероятно увлекательны.

Убийство Аврама принесло Юнджэ его знаменитое кольцо, но для Бэкчона истинным сокровищем оказались покрытые пылью книги в заброшенной лаборатории.

— Аврам был законченным психом, но при этом безусловным гением. Изучив его расчеты, я готов поручиться за это головой.

— Меня мало интересуют восторги в адрес этого ублюдка. Что именно вы нашли в его записях?

— Бесчисленное множество поразительных вещей. На то, чтобы разобрать и прочесть больше тысячи томов, у меня ушел целый год непрерывной работы.

— Тысяча томов за год? — Юнджэ недоверчиво прищурился.

Год — немалый срок, но прочесть и, главное, осмыслить тысячу сложнейших трактатов по высшей магии за такой период обычному человеку не под силу. Это ведь не бульварные романы листать.

— Думаете, манипуляции с восприятием времени доступны лишь вам? — с легким превосходством улыбнулся Бэкчон, достав из кармана круглые очки в тонкой оправе. — Конечно, моим очкам далеко до Часового механизма — подлинного шедевра Аврама. Но ускорить чтение в десятки раз они вполне способны.

— И в этих записях нашлось решение моей проблемы?

— Да.

— Какое?

Бэкчон поднялся на ноги, жестом приглашая следовать за собой:

— Пойдемте. Нам нужно кое-куда сходить.