— А-а-а-а-а-а-а-а!

Душераздирающий вопль разорвал тишину лаборатории.

Бэкчон, дремавший в кресле, резко распахнул глаза.

Крик, глухой из-за толстого стекла, доносился из гигантской колбы. Корчась в густой синей эссенции, Юнджэ обхватил себя руками, его лицо исказилось от невыносимой муки.

— …Началось.

Бэкчон сочувственно поджал губы.

Боль, которую сейчас испытывал Юнджэ, не поддавалась описанию.

Магические каналы пронизывают тело подобно кровеносной системе. Капилляры, артерии, вены — все они сейчас подвергались тотальной перестройке.

Сталь куют в огне. Раскаляют, бьют молотом, резко охлаждают. Так она становится прочнее. Мышцы растут по тому же принципу: микроразрывы зарастают, образуя новую, более крепкую ткань.

Но магические цепи так не натренируешь. Их нельзя порвать усилием воли и заставить срастись. Для этого нужен катализатор.

«Эссенция — это строительный материал. Белок для контуров».

Юнджэ месяцами рвал свои каналы Обратным потоком. Рвал, и они срастались. Но без правильного «питания» они лишь обрастали рубцами, не становясь крепче.

Теперь же густая эссенция проникала прямо в разодранные микротрещины, растворяла старую ткань и формировала на ее месте новые, несокрушимые узлы.

Процесс был мучительным до сумасшествия. Разрыв — регенерация — укрепление. И так тысячи раз подряд по всему телу.

«Эта эссенция — концентрат тысяч жизней».

Квинтэссенция, добытая Аврамом из тел тысяч химер.

«Чью ману он для этого использовал? Людей? Монстров? Всех подряд?»

Добиться того, чтобы чужеродная энергия не отвергалась человеческим телом, а встраивалась в его структуру — одно это тянуло на прорыв эпохи.

Бэкчон смотрел на извивающегося Юнджэ и чувствовал трепет перед наследием мертвого чернокнижника.

«Если бы он не сошел с ума…»

Узнав, что демоны пытались воскресить Аврама, Бэкчон лишь презрительно фыркнул. Стоило ли тратить столько сил ради одного старикашки?

Но стоило ему открыть первую страницу лабораторных журналов — и спесь слетела мгновенно.

Аврам был монстром. Титаном мысли, способным в одиночку перекроить баланс сил во всем мире. Куда бы он ни направил свой гений — к созиданию или разрушению, результат был бы абсолютным.

«Что ж, в итоге все обернулось нам на пользу».

Результаты садистских экспериментов теперь послужат правым целям.

Бэкчон закрыл глаза, вслушиваясь в бесконечный, надрывный крик, эхом гуляющий под каменными сводами.