Хенкелла приволокли обратно в официальную резиденцию, и он, опираясь на плечо Рика, еле стоял на ногах.

«Да что с тобой, мелкий ублюдок? Ты что, зверь какой?» — пробормотал он, задыхаясь от неожиданности. Причина его растерянности была очевидна: состояние Эйрин оказалось совсем не таким, как он ожидал.
Шрамы на её спине явно были результатом не драки, а жестокой порки. ‘Кто же этот сумасшедший, который оставил любимую любовницу командира в таком состоянии?’ Хенкелл не знал, кто это сделал, но считал, что у такого человека явно не всё в порядке с головой.

С серьёзным выражением лица он направил свою ману, хотя обычно был более расслаблен. Двадцать алых следов, словно небрежно начертанные на спине Эйрин, постепенно исчезли.

После процедуры Хенкелл вытер пот со лба и тяжело выдохнул. Головокружение от истощения маны было слабым, но он вынужден был использовать её больше обычного: Шарон сидел рядом и пристально наблюдал за каждым его движением.

Как бы Хенкелл ни хотел, чтобы всё вернулось в норму, сегодня он не мог промолчать. Как целитель, помогающий людям независимо от оплаты, он просто не мог закрыть глаза на то, в каком ужасном состоянии находилась его пациентка.

«Э-э, командир…» — начал он с осторожностью.

Глаза Шарона, до этого устремленные исключительно на Эйрин, наконец повернулись к нему. Хенкелл сглотнул, увидев, как в полумраке спальни вспыхнули эти хищные глаза. Сколько времени прошло, а он всё равно не мог привыкнуть к этому взгляду, по спине неизменно пробегал холодок.

«У этой…Леди Эйрин слишком слабое здоровье. Она ещё не восстановилась после истощения. М-может, на какое-то время воздержитесь от близости с ней?»

Молчание.

«Я не говорю, что совсем нельзя, но…ради Леди Эйрин, можете, немного сдерживать себя?»

Снова тишина.

«Простите меня…»                                                                                  

Но Шарон даже не думал ограничивать свои желания. ‘Почему он должен сдерживаться, если она не умрёт только из-за нехватки сил? Это была её обязанность — заботиться о его потребностях и отдыхать, чтобы быть в форме.’

«Найди способ.»

«С-способ? Э-э…Обычно в таких случаях я использую лекарства для восстановления энергии, но, боюсь, у меня нет достаточного опыта в этой области.»

Хенкелл никогда не занимался приготовлением лекарств. Он даже не знал многих трав, потому что всегда покупал готовые. После недолгих раздумий его лицо озарилось идеей.

«О, точно! Почему бы не поручить это леди Эйрин? Она же сможет приготовить для себя лекарство.»

«Откуда ты знаешь, что Эйрин делает лекарства?»

«Что? Я слышал, что в резиденции слуги просят её приготовить им лекарства…Или я ошибся?»

Глаза Шарона сузились. ‘Она делала лекарства для слуг? Как и скручивала для него сигареты?’

«Значит, моя бабочка была милой не только для меня.»

«Простите?»

«Уходи.»

«А…Понял, господин.»

Хенкелл осторожно посмотрел на Шарона. ;Настроение командира вдруг испортилось, но почему?’ Ему казалось, что он где-то допустил ошибку, но страх за свою жизнь не позволял спросить. Склонив голову, он быстро покинул спальню.

Шарон остался один в тишине, внимательно наблюдая за Эйрин. Её лицо больше не блестело от холодного пота, и она приобрела немного здоровый вид. Но, как сказал Хенкелл, её бледность всё равно была заметна.

Его взгляд становился всё более хмурым. Он почти убил Виолетту, когда впервые увидел спину Эйрин. Почти разрушил весь план, не справившись с яростью, когда нужно было сохранять хладнокровие. ‘Кто бы это узнал, был бы в шоке.’

Шарон был вынужден признать: Эйрин пробила в его твёрдой крепости крохотную трещину.

Эту трещину следовало заделать, а её источник устранить, пока всё не стало необратимым. Это нужно сделать сейчас, чтобы избавиться от этого шаткого состояния.

Лицо Шарона исказила непреодолимая жажда убийства. Он с трудом подавил желание свернуть ей тонкую шею и снова стать собой — спокойным и уверенным.

Медленно, без лишнего звука, он поднялся и сжал шею Эйрин одной рукой. В этот момент в его кармане что-то тихо зазвенело. Это был футляр для сигарет, который подарила ему Эйрин.

Он никогда прежде не получал таких простых подарков. Его забавляла мысль о том, как она с маленькими ручками скручивала для него сигареты.

‘Но это всего лишь жест. Ничего значительного. Он просто счёл это милым. Тогда почему его рука не могла пошевелиться?’

«Мм…» — Эйрин открыла глаза.

Её бирюзовые зрачки скользнули по комнате, пока не остановились на нём. Она несколько раз моргнула, словно не понимая, что в следующую секунду могла умереть.

Её слабая рука коснулась той, что обхватила её шею. Одно неуловимое движение, и его пальцы разжались.

«Командир…» — прошептала она.

Эйрин прижалась щекой к руке, что едва не убила её. Этот жест, похожий на повадки маленького животного, развеял его ярость, словно дым. Шарон тихо выдохнул.

«Ты в порядке?»

Не «Я в порядке», а «Ты в порядке?». Разве такие слова должна говорить женщина, которую избили до потери сознания, едва очнувшись?

«Это ты пострадала.»

«Я боялась, что вы могли быть ранены, командир.»

Эйрин обняла его массивное тело своими хрупкими руками, прижавшись к его груди.

«Было бы здорово, если бы душевные раны лечились так же легко, как физические.»

«…Такой магии не существует.»

«Есть люди, которые просто своим присутствием дарят покой.»

«Наверное, я таких не встречал.»

«Я стану такой для вас.»

Шарон закрыл глаза, чувствуя, как её ладонь мягко гладит его волосы.

***

Как только Эйрин пришла в себя, она отправилась на кухню. Завидев её, Сара подбежала и схватила за лицо, внимательно осматривая, предварительно вытерев мокрые руки о фартук.

«Ты как? Всё прошло?»

«Да, Хенкелл вылечил меня.»

«Слава богу. Какое облегчение…Я так испугалась, когда услышала, что тебя избили! Хотела увидеть тебя, но командир не подпускал к твоей комнате.»

«Прости, ты так переживала.»

«Я просто хотела убедиться, что с тобой всё хорошо. Но эти безумные стервы…Почему они это сделали? У них есть повод тебя ненавидеть?»

«Наверное, я сделала что-то не так.»

«За одну ошибку так избить? Они же дворянки, но хуже невежественных простолюдинов! Они бы и убить тебя могли!»

Сара погладила щёку Эйрин. От её рук исходил резкий запах, словно она только что резала лук, но этот запах казался скорее успокаивающим, чем неприятным. Эйрин повернулась к Саре, взяла её за руку и мягко сказала:

«Тётя, можно поговорить? У тебя есть минутка?»

«Что? Конечно, но что случилось?»

Эйрин оглянулась, чтобы убедиться, что никто не подслушивает, а затем потянула озадаченную Сару в гостиную, где никого не было.

«Ты в порядке? Это что-то серьёзное?»

«Тётя, ты должна как можно скорее вернуться в деревню.» — твёрдо произнесла Эйрин.

«Что за ерунда? Почему мне нужно возвращаться в деревню?»

«У меня есть задание от Великого герцога. Если я сделаю что-то не так, в опасности окажешься ты, а не я.»

«О чём ты говоришь? Как Великий герцог вообще мог узнать обо мне?»

«У него есть информатор в резиденции. Думаю, он и сообщил ему о тебе.»

«Проклятые Имперские люди. Только привыкнешь к ним, как они снова разочаровывают.» — недовольно пробормотала Сара.

Эйрин крепче сжала её руку.

«Вернуться в деревню может быть рискованно, но там всё же безопаснее, чем здесь. Рядом будет дядя Феликс.»

«…»

«Не волнуйся. Я постараюсь вести себя как можно осторожнее, чтобы у тебя был шанс уйти завтра.»

Сара вырвала руку и покачала головой. В её взгляде появилась упорная решимость.

«Тётя?»

«Я никуда не пойду.»

«Ты что, не понимаешь, что я говорю? Ты можешь оказаться в опасности, тётя! Сейчас не время упрямиться!»

«Ха! И что, если попробовать рискнуть?»

«Тётя!»

«Делай то, что должна, а обо мне не беспокойся.»

«Я так не могу! Как я могу выполнить свою задачу, зная, что тебе грозит опасность?!»

Сара резко повернулась к Эйрин и посмотрела ей прямо в глаза.

«Ты думаешь, я бы осталась рядом с тобой, не имея твёрдой решимости?»

«…»

«Это ты спасла мне жизнь, когда я была на грани смерти. Разве не справедливо, что теперь я должна быть готова отдать свою ради тебя?»

Эйрин и представить не могла, что Сара готова пожертвовать собой ради неё. Если бы она знала это раньше, то любой ценой отправила бы её обратно в деревню. Однако сейчас она упрямо покачала головой.

«Если ты умрёшь, я не смогу жить дальше. Ты хочешь обречь меня на смерть вместе с тобой?»

«Эйрин…»

«Если ты настаиваешь, я попрошу командира выгнать тебя из резиденции. Так что лучше уйди сама!»

Сара, не отводя взгляда, сказала:

«А если я вернусь в деревню и приведу опасность к своим детям? Что ты тогда будешь делать?»

Эйрин замерла, не найдя слов.

«Он хоть и солдат, но уже не молод. Он не сможет защитить нас всех в одиночку.»

Эйрин почувствовала, как её слегка повело. Внезапная волна головокружения заставила её пошатнуться. Сара тут же подхватила её и усадила на диван, сама опустившись перед ней на колени.

«Здесь я в большей безопасности. Посторонние не смогут пробраться в официальную резиденцию.»

« …»

«Повторяю: я вернусь в деревню только вместе с тобой. Было бы неправильно перекладывать ответственность за мой выбор на тебя. Поэтому тебе не нужно чувствовать себя виноватой или думать, что ты мне что-то должна. Просто сосредоточься на том, что ты должна сделать. Хорошо?»

Эйрин молча кивнула. Она понимала, но извиниться не могла, хоть и чувствовала себя виноватой перед Сарой.

‘Ничего страшного.’ - подумала она. ‘Просто нужно включить безопасность Сары в свои планы. Это не так уж сложно, просто нужно быть немного осторожнее.’

Закрыв глаза, она попыталась унять охватившее её беспокойство.